За гранью

Чонгук хочет остаться с Чимином, правда хочет. Если раньше ему, как и любому человеку, было страшно думать о смерти, то теперь все стало иначе. Парень уже не страшится того, что ждет его за гранью, он знает – там его ждет Чимин. Чонгук тянет к Паку руки, чтобы обнять того, но любимое тело растворяется в воздухе. Чонгук приходит в сознание. Стоит парню открыть глаза, как он тут же жмурится и тихо шипит от боли в затылке, его рука рефлекторно тянется к источнику боли, и в густых волосах сразу нащупывает мокрое пятно. На пальцах парня кровь, но это не удивительно. Чонгук сквозь звон в ушах и белую пелену перед глазами пытается понять, где он и что происходит. Парень все еще лежит на полу в своем доме, ровно на том же месте, где и упал под первыми ударами отца, он слышит какую-то странную музыку и голоса людей. Чонгук понимает: родители продолжили кутеж несмотря на то, что их сын без сознания лежит на полу. «И вовсе не больно», - думает про себя Чонгук, имея ввиду далеко не разбитую до крови голову, - «Почти не больно… Черт… Невыносимо». Ему хочется смеяться и плакать одновременно. Плакать потому, что как бы глубоко Чонгук не прятал свою боль, как бы не уговаривал себя поверить в то, что привык и уже не обидно, парню все еще было больно и обидно. Каждый гребаный раз. И Чон бы правда посмеялся, если бы не острая боль в боку, потому что решение всего лежит на поверхности, и оно настолько очевидно, насколько просто в своем воплощении. Чон поднимается с пола и уже не боится, хотя то, как парень, сцепив зубы от адской боли полз по стене вверх, трудно определить словом «поднимался». После пары простых движений его тело твердо заявило, мол, все, хватит, и ему пришлось на несколько минут просто привалиться к стене, чтобы головная боль хоть немного утихла, и дышать можно было без сомнительных хрипов в легких. Чонгук оглядывает дом, в котором он вырос, в котором когда-то давно все было хорошо, и мысленно прощается с ним. Больно ли это? Определенно. Почувствовал ли Чонгук облегчение, приняв это решение? Да. Парень выходит из дома прочь и тут же ежится от вечерней прохлады, которая словно щупальцами пробирается за ворот толстовки. Чонгук отлично знает куда идти и по дороге, как и бывает в подобных случаях, не то, чтобы пытается себя отговорить, он напротив убеждается в правоте выбора. У него слишком много доводов «за», слишком мало причин «против». Наконец, он доходит до моста и останавливается. Ночной город так безупречно красив, так завораживает, что Чон непроизвольно думает о том, что и Чимин сейчас все это видит. «Тебе ведь тоже нравится, да?» - думает он и улыбается собственным мыслям. Перелезть за перила оказалось труднее, чем могло бы быть, но вот, он уже стоит на тонком парапете. Один шаг, и он упадет в воду и этот шаг Чонгук делает незамедлительно, лишь на миг представив лицо Чимина, который совершенно точно ждет его на той стороне. Могло ли все сложиться иначе? Могло. Чонгук бы мог не пройти мимо Чимина тогда, под сакурой, он мог бы принять его чувства или хотя бы дать ему шанс, и тогда оба парня были бы живы, но насколько стало бы легче уставшему от боли и побоев Чонгуку? Для него, отчаянный прыжок моста был лишь отчасти легкомысленным побегом от проблем, сам парень видел лишь путь к свободе, путь если не к жизни, то к счастливому будущему с человеком, который показал ему, что такое настоящая, искренняя любовь, которая ничего не просит взамен.