sa respiration

      Уже за полночь они решили пойти спать. Соджу было выпито достаточно, чтобы рухнуть в постель и крепко проспать до самого обеда.       Когда Уджин сказал, что слишком пьян и ему точно пора ложиться, Сынмин кинул взгляд на своего хёна. В глазах Хёнджина тоже плясали огоньки опьянения. Чанбин вызвался уложить старшего спать и помог встать Уджину. Тот был не против. А сынмин сразу же схватил за рукав Хёнджина, потому что ещё раньше сказал, что согласится спать только с ним. Кроватей было две — в двух разных комнатах — поэтому им пришлось решить, кто займёт их. Лучше уж так, с хёном под боком, чем на полу спать, как бывало в комнатах ожидания перед выступлениями. Да Сынмину и не в тягость был первый вариант, только радостнее становилось что ли.       Он потянул Джинни за собой в комнату — ту самую, где они лежали пару часов назад, обнявшись. Усадил парня на край кровати, расстелил одеяло — позаботился, так сказать. Хёнджин сразу упал на подушки и вздохнул довольно, а Сынмин рядом лёг сразу после него.       Потом Джинни вдруг повернулся на бок, лицом к двери, а Ким остался лежать, как раньше. Он думал, что снова уснуть не сможет. Не сможет из-за того, что Хван рядом. Он повернулся к Хёнджину и вытянул руку вперёд, еле ощутимо дотронувшись пальцами к его спине. Тишина. Тишина. И Хван вдруг ворочается, берёт ладошку Кима и тянет парня ближе к себе; переплетает пальцы Сынмина со своими и успокаивается. А младший замирает и радуется внутри себя. «И как мне сейчас уснуть?» Он придвигается ближе и прижимается щекой к спине Джинни. «Так спокойно, даже сердце уже не заходится в дроби». Он лежит так и понимает, что точно не сможет уснуть. Точнее, боится: забыть и не вспомнить утром, забыть какую-то даже мелкую деталь.       Пару часов Сынмин лежит, обнимая старшего, и надеется, что тот действительно хорошо спит. Думает о том, что спустя время и сам сможет крепко спать рядом с Джинни. Но не сейчас.       Прошло ещё какое-то время — Сынмин не знал сколько, он не смотрел на часы, — и Хёнджин повернулся лицом к Сынмину. Так близко. Ким открыл глаза и слегка улыбнулся. «Спит, как котёнок». А потом чуть не удержался от смеха. «Хван бы услышал это и стукнул бы».       Ким закрыл глаза, подумал: «Может стоит хотя бы попробовать поспать?». Хван завошкался, Сынмин понял, что тот проснулся и максимально постарался сделать вид, будто спит. Тишина. И внезапно он почувствовал на своей щеке ладошку. «Чёрт», — выругался младший в мыслях, боялся, что от неожиданности выдаст себя, но сдержался. Хёнджин отнял ладонь и снова прикоснулся, проводя ею по щеке. Затем подушка зашуршала и Сынмин почувствовал, как Хван легко поцеловал его в макушку. Младший так сильно пытался быть спокойным, но внутри себя чертовски смеялся. «Хаха, что это вообще было?»       К утру они уже не лежали обнявшись. Сынмин так и не уснул. Он тихонько поднялся с постели, пытаясь не разбудить Джинни и начал искать свои вещи. Ему нужно было ехать в центр — поэтому он встал так рано, если это вообще можно было назвать «встал».       Сынмин, собравшись, несколько секунд стоял возле спящего хёна. Он хотел бы его разбудить, но не знал, что сказал бы, если сделал это. Он нашёл клочок бумаги и оставил ему записку. «Так будет лучше».       С грустью где-то глубоко внутри, Сынмин вышел из здания. Он думал о том, что так сильно ненавидит утра — время буквально кончается и всем приходится двигаться дальше. А лучшие моменты — хранить в своей голове.       «Люблю тебя, хён, сильно-сильно♡»