Единственный, кто может защитить галактику.

      Шепарду было плохо. Первый просмотр кино про войну с каракатицами был ещё более-менее сносным. Но, когда кино закончилось, его начали показывать снова. После второго десятка повторений он сбился со счета. Однако у него все ещё была надежда, что заряд энергии в этом маяке кончится в ближайшее время. Только как бы не очнуться опять в психушке…       Вселенная сжалилась над ним. С трудом он раскрыл глаза и почувствовал головную боль, больше всего похожую на тяжёлое похмелье. Складывалось ощущение, будто кто-то неизвестный, но обязательно очень злобный, медленно и с чувством вбивал раскалённые гвозди прямо ему в виски.       Джон попытался сесть, придерживая голову руками, чтобы не развалилась. К его удивлению, всё получилось.       Как бойцу удалось понять, находился он в лазарете «Нормандии». И правда, на каком же ещё корабле близ Иден Прайм может находиться это ультрасовременное оборудование, что он краем глаза заметил рядом с собой. Верить в то, что он провалялся в отключке действительно длительное время, решительно не хотелось.       — С возвращением, Шепард, — начала доктор Чаквас, — Я обработала вас панацелином. Несколько ран от пуль и осколков уже залатаны и заживают, но меня беспокоят результаты томограммы мозга. Судя по результатам, все пятнадцать часов, что вы были без сознания, ваш мозг напряженно работал. Как вы сейчас себя чувствуете?       — Как на утро после увольнительной, — ответил он.       — Это хорошо, что к вам вернулось чувство юмора, — ответили ему.       Во-первых, он его никогда не терял, а во-вторых, он не шутит.       — Коммандер Шепард, — Джон обернулся на голос, и запоздало узнал капитана Андерсона, — Наши дела хуже некуда: геты напали на колонию, маяк уничтожен, Найлус мертв. Единственная возможная польза от всей миссии, это результат вашего взаимодействия с протеанским маяком. Можете описать, что чувствовали при контакте с ним?       — Понимаете… я словно видел сон… постоянно повторяющийся… — он взглянул на капитана, взглянул на доктора, нашел взглядом какую-то женщину, но никто его не перебивал, — Я видел войну… Корабли вроде тех что, напал на Иден Прайм, воевали с какой-то расой… или расами… и те им проигрывали… причем некоторые используемые технологии были похожи на колья для превращения людей в технозомби…       — Вы обязаны включить это в рапорт, — приказал капитан Андерсон.       — И что я напишу? Мне приснился дурной сон? Особенно с учетом моей репутации…       — Ваши видения могли быть результатом взаимодействия с протеанским маяком. Никто не знает, какими технологиями те обладали. Напишите всё как есть, а я постараюсь, чтобы ваш рапорт восприняли серьёзно. И ещё… Я выдвинул обвинения в убийстве спектра Найлуса спектром Сареном.       — Разумно ли это, командир? Всё что у нас есть — показания одного мертвого свидетеля-контрабандиста. Сарен не такое уж редкое имя у турианцев. Кроме того, геты вполне могли слепить платформу, выглядящую как турианец. Мы не сможем ничего доказать.       — Найлус был одним из лучших. Он не мог так просто попасться. Обмануть его было нереально. Значит, его застали врасплох, причем тот, в ком он и не думал сомневаться. Абсолютно Найлус доверял только тому, кто привел его в СПЕКТРы и был его куратором. Это Сарен Артериус, тоже СПЕКТР. Я работал с Сареном и знаю, что говорю — он вполне мог такое совершить, если бы у него был мотив.       Шепард задумался. Ладно, ему не впервые изображать из себя идиота. А рапорт… Он напишет такое, что будет похоже на правду.       — Коммандер, пользуясь возможностью, я хотела поблагодарить вас за своё спасение, — сказала женщина, до этого пытавшаяся слиться со стеной.       Узнал он её только по голосу — это была Уильямс. Конечно, он всякого ожидал от тяжелого бронескафандра-унисекс, но сейчас этот бронескафандр превзошел сам себя.       В форме экипажа корабля Нормандии Уильямс выглядела очень хорошо. Что эта дура забыла в армии? Пошла бы в модели. Нет, конечно, прически у неё не было, да и вместо косметики на лице на открытых участках рук присутствует пара ссадин и синяков, но это она ещё легко отделалась!       — Незачем благодарить. Вы сами продержались до подхода подкрепления. На моём месте вы бы сделали то же самое. А случай с маяком… Он меня не убил, так что ничем я не рисковал.       Нет, он не был героем и не мог себе объяснить, зачем он кинулся её вытаскивать. Хвалил он женщину не поэтому: секс. Просто с внеуставными отношениями столько мороки — либо ты её повышаешь, либо не повышаешь, потому что она твоя любовница, и докажи ей и остальным, что это не так. Либо она начинает требовать от тебя чуть ли не обручения, или наоборот — тебе приходиться бить морду её новому хахалю. В идеале надо заводить интрижки с теми, с кем ты уже не пересечешься, и тут Уильямс идеал — скоро её пошлют назад в наземный гарнизон.       — Мы уходим, вы отдыхайте, — говорит Андерсон, — Шепард, вы должны написать рапорт, потом можете быть свободны. Оружие вам вернут при выходе из корабля, но попытайтесь его без причины не использовать. Мы прибудем на Цитадель через восемь часов двадцать шесть минут.       Выдав дежурные уставные формальности, его оставили наедине с доктором Чаквас. Взяв уни-инструмент, он стал лежа писать рапорт, чередуя клики по голографической клавиатуре и голосовые команды.       Итак, начнём. Во-первых, были проигнорированы его запросы о дополнительном обеспечении миссии кадрами и оружием. Тут надо написать, что Уильямс, B4 в тяжелой броне, не получила ран, а он, N7 в средней броне, получил несколько проникающих пулевых ранений. Что мешало ему тоже хорошую броню выдать, благо у него есть? А бедный Дженкинс вообще в своей средней броне погиб…       Так же силы противника оказались очень велики: они притащили дредноут! Расстреляли всех с орбиты, а потом забрали, что им было нужно. И ведь он сто раз так предлагал — но никто ему дредноут не давал! Чем ему дредноут останавливать? Пенисом? Нет, последнее вычеркнуть.       Вчетвером они уничтожили более двух десятков гетов! Смогли добраться до маяка! Но от них утаили природу взаимодействия маяка, а враг её явно знал, если сумел активировать.       Даже в таких условиях они спасли один из крупных городов колонии от взрыва, спасли трёх ученых и не допустили того, чтобы маяк достался врагу.       И дальше в том же духе: никакого вранья, только факты, но по ним выходило, что виновны все: самодур-Найлус, идиоты интенданты, разведка, турианский флот, что блокировал Вуаль Персея и пропустил дредноут и группу транспортов гетов… Лишь мужество людей с «Нормандии» предотвратило катастрофу!       Отдельная история про Найлуса. Он описал все факты, согласно которым выходило, что Найлус либо девочка двенадцати лет, что пошла собирать цветочки на задний двор, либо жертва хитрой интриги и мерзкого предательства. Так же он написал, какой именно Сарен был единственным, кто мог легко и быстро ликвидировать СПЕКТРа Найлуса.       Дальше всё шло в таком же духе, пока он не дошёл до описания видений от маяка.       Это будет сложно. К счастью, доктор Чаквас помогла подкрепить результаты анализами, по которым выходило, что Шепард не видел глюки под психотропными веществами, а легкий передоз боевой химии такие результаты дать не мог.       Особую надежду он возлагал на результаты томограммы. Как сказала доктор, и при сне, и при бреде, и при наркотическом опьянении задействованы другие отделы мозга.       А дальше… Описание того, что он видел… Кто в это поверит? Флоты из сверхдредноутов с шестью главными калибрами у каждого? При этом с прикрытием из фрегатов, которые в бою один на один разносили то, что было по размерам похоже на тяжелый крейсер Альянса? А уж малые летательные аппараты размером с метеорологический зонд, что были не хуже человеческих серийных истребителей?       Наземные бои, в которых он видел разгром расы, что все были воинами, как турианцы, и при этом биотиками, как азари, а ещё умели летать. И технологии технозомби, как у гетов…       Как хорошо, что запретили бумажные отчеты: такое можно было использовать только как самокрутку.       Чтобы это походило на правду, он написал, что готов передать воспоминание правосудию через «объятие вечности».       Надо было написать не только что он увидел, но как это можно понять.       Тут он не стал оригинальничать: маяк протеанский? Протеанский. Значит, протеане оставили сообщение, он его увидел. Что за сообщение? О том, как протеане встретили новую расу и проиграли свою последнюю войну. Кстати прилагается рисунок протеанина — вот этого недожука. Как хорошо, что есть программа для фоторобота с голосовым управлением! А благодаря тому, что он видел протеанина рядом с маяком, можно оценить его размер.       Хуже было с врагами протеан: большинство из них выглядели как в фильме ужасов, и было непонятно, как такие существа могли эволюционировать или вообще существовать. Кроме вот одних — то ли это субраса протеан, то ли просто внешне похожи… Он уни-инструментом поискал похожие картинки в эктранете. Несколько порносайтов, не то… а вот это похоже — батарианские пираты продают мелкую партию рабов… Кому-то смутно похожему на одного из врагов протеан. Надпись гласила, что это «коллекционеры». Ладно, напишу, пусть начальство разбирается. Хотя если бы коллекционеры летали на сверхдредноутах, о них бы он слышал.       Самым слабым местом в его рассуждениях являлось то, что он видел много кораблей врагов протеан, но не видел их самих. Ему пришлось написать, что вероятно врагами протеан была физически очень слабая раса (вроде ханар), что сама в бой не вступала, используя полуроботов. А воевали они, сидя в своих кораблях, используя в наземных боях биороботов. Причины? Может та раса водная, как ханары, поэтому не выходит на поверхность, или они развились на планете с очень низкой силой тяжести.       Финальная версия была такая: протеан уничтожила раса с неизвестными гигантскими кораблями. Протеане проиграли, но предупредили остальных. Геты нашли один из кораблей Той Расы. Восхитились и захотели себе больше ништяков. Перспективы были до такой степени прекрасные, что геты решились на захват маяка у людей, даже невзирая на риск войны.       И поэтому нам всем надо объединиться и перебить гетов, пока они не освоили серийное копирование таких кораблей. А что? Технозомби они уже делают!       Прочитав всё и ещё раз отредактировав, он отправил это капитану Андерсону.       Потом отпрашивался у доктора, намекая, что у него всё хорошо. Отпроситься удалось легко: это обычный человек с его ранами бы слёг надолго, а для него три дырки в шкуре — без раздробленных в кашу костей и потери килограмма мяса от разрывных пуль — это просто легкая царапина.       Тяжелее было убедить доктора дать ему пару ёмкостей с медицинским спиртом. Но Дженкинса помянуть-то надо?       Став счастливым обладателем сумки с медицинскими брошюрами и полутора литров медицинского спирта, он решил заняться своим вторым любимым делом: выпить.       Даже в условиях космоса солдат старались размещать в отдельных кубриках.       Найти кубрик Аленко было плевым делом, как и постучаться.       Аленко только открывал дверь, а Шепард уже вытащил бутылку из сумки.       — Вольно, — сказал Шепард и зашел в каюту Аленко.       Как и полагается некапитанской каюте, комната была крошечная. Кровать, шкаф, стол и всё. Это ничего — он на старых кораблях летал, там вообще все кроме старших офицеров жили в одной комнате типа «барак», и все это помещение называли — «кишка».       Запоздало оценив реакцию Аленко, он понял, что переборщил со скоростью перемещения — Аленко судя по всему хотел отказаться, но не успел.       — Коммандер, я не пьющий. И мои таблетки с алкоголем мешать нельзя.       — Я же сказал — вольно. Давай посидим как два ветерана, прошедшие совместное боевое крещение. Тем более ты прекрасно знаешь — не пьющий и не курящий десантник это жуткая аномалия. Нас легко обнаружат, любой детектор, даже компас, начнет сходить с ума за километр.       — Командир, я всё-таки вынужден отказаться, — говорил Аленко.       — А как же товарищество? Давай выпьем за Дженкинса!       Не то чтобы его хоть сколько-то волновал Дженкинс. Просто более-менее дружеская обстановка в отряде уменьшает вероятность того, что тебя кинут, стрельнут в спину, забудут прикрыть или оставят во время эвакуации, а ведь ему ещё с Аленко работать, да и пить одному скучно. Ведь выпивка как секс: можно одному, лучше вдвоем, групповой вариант наиболее предпочтителен.       А насчет Дженкинса… Были бы у него автоматические дроны — их бы послал. Просто так он бы никого убивать не стал, но ещё до войны быстро загрубел. А уж смерть солдата на войне — естественное дело…       — Ладно, — сказал Аленко, извлекая из шкафа два одноразовых стакана.       Уже после первого захода он понял — Аленко пить не умеет. Пришлось находить у Кайдена бутылку воды и разбавлять ему медицинский спирт пополам.       Шепарду было проще: во-первых, к таким посиделкам он привычен, благо у Аленко нашлась какая-то закуска. А во-вторых, проклятое генное улучшение… Печень тоже улучшилась! И если от ядовитых веществ, которыми начиняли свои пули батарианские пираты, его генные улучшения не спасали, то вот с расщеплением алкоголя они справлялись легко! Первая бутылка подходила к концу, он был практически свеж, если не считать запах, а вот Аленко…       — Понимаешь, там, в «Нулевом скачке»… — пытался связать слова Кайден, — я случайно убил инструктора-турианца.       Понятно. Может и Найлуса ты того?       — Он слишком приставал на тренировке к моей девушке, — закончил мысль Аленко.       Поток слов от Аленко увеличивался, а связность их уменьшалась: что-то про нулевой скачок, имплантаты для биотика L2 и прочее.       Ещё минут через пятнадцать Аленко стал клевать носом и отрубился прямо на стуле.       Да… надо было прекратить ему наливать.       Поблагодарив бессознательное тело Аленко за разминирование бомбы, он скинул его со стула на кровать — там спать удобнее.       Подумав над словами Аленко, особенно про таблетки и несовместимость с алкоголем, он написал доктору Чаквас сообщение, в котором говорилось что Аленко напился и спит у себя.       Оставив биотика отсыпаться и думая, как ему влетит от доктора, когда она узнает кто его споил, он отправился искать Уильямс.       Боевой корабль — не круизный лайнер, приятно видеть, как все занимаются работой. Но работа десантной группы — боевые операции во время высадки и подготовка к высадке, но операция закончилась, и они идут на базу. Найти комнату Уильямс ему не составило труда — он ещё у Аленко успел узнать куда её поселили.       Он постучался в дверь. Вскоре ему открыла Эшли.       Она попыталась вытянуться по стройке смирно, но он успел сказать «вольно».       — Командир, вы пьяны? Это не по уставу! — сообщила она ему.       И как заметила? Для него эта доза, что для обывателя бутылка пива.       — Вы ещё Кайдена Аленко не видели, — сообщил он, — Надо же было выпить за упокой души Лироя Дженкинса?       Не то чтобы он верил в душу или думал, что Лирою станет легче, но даже после смерти Лироя от него может быть польза.       — Я соболезную потере бойца. Но я всё равно не буду пить. Это не по уставу.       Воистину «Нормандия» уникальный корабль: уже двое непьющих десантников.       — Тогда, может быть, обсудим прошедший бой? Кроме того, капитан Андерсон планирует наше выступление в качестве свидетелей по делу о смерти Найлуса. Нам надо вместе вспомнить детали. А то я этих политиков знаю — у них виноваты все, кроме них самих, а с моей репутацией постараются всё на меня скинуть.       — Заходите, — разрешила она.       Дальше был долгий разговор о прошедшей миссии. Он не скупился на комплименты Уильямс по поводу её стрельбы. Довольно редкое зрелище — женщина игнорирует комплименты о своей внешности, а то, что она попала гету в голову из трофейной снайперской винтовки, принимается с благосклонностью.       — Я удивлён почему такой боец как вы ещё не в программе «N», — сообщил он и довольно искренне, — странно что вы ещё в В4.       — Это… проклятие семьи Уильямс… — сообщили ему.       Потом разговор перешел на то, что происходило на планете до прибытия Нормандии. Совсем уж идиотами гарнизонные не были, но, походу, ничего они сделать не могли.       Пить с Уильямс было приятней, чем с Аленко. Общение с красивой женщиной уже само по себе неплохо, а уж когда ты видишь перспективу…       Рассказ о его военной подготовке на одной из лун Сатурна пошел на ура — похоже у них был общий инструктор.       — Приятно, когда тебя хорошо принимают, — начала она, — а то от некоторых на корабле я слышала, что миссия провалена.       Сложно сказать… Наверное провалена: маяк разбит, Найлус мёртв, Дженкинс тоже. Хотя… они то живы? И город цел!       — В этом нет твоей вины. И город мы спасли.       Что-то в этой женщине не так… Слишком хочет что-то доказать и слишком радуется профессиональным комплиментам.       — Давайте поговорим начистоту, без устава. Вас что-то беспокоит, кроме нападения гетов на Иден Прайм? Что-то лично Вас?       — Ну, а то вы не знаете. Не читали моё личное дело? — спросила она.       Надо было почитать личное дело…       — Я не читал, — честно признался Шепард.       Не поверила.       Вообще-то за это ему могут всыпать, но… ерунда это всё.       Он командир десантного отделения. Эшли была под его командованием, значит, Андерсон должен был скинуть её личное делу ему на инструментрон.       По уставу сами бойцы не имеют доступа к своему личному дело, но когда это его останавливало?       Поэтому он просто открыл личное дело Уильямс и принялся читать, пригласив её почитать вместе с ней.       Итак… стандартные генные модификации солдата Альянса… Очень хорошие боевые возможности, с такими можно и вправду идти в N, скорее всего в N2 или N3. Чтобы добиться такого она должна была очень много тренироваться, это в принципе потолок её возможностей без дальнейшего улучшения тела.       Никаких дисциплинарных нарушений, даже пьянок в честь повышения. Вся такая образцовая, при этом столько лет на службе и всё ещё младший сержант… Странно…       — Тут кое-что вырезали, — сообщила она, указывая ему на абзац в его инструментоне.       В принципе, это его не удивило — всегда найдется способ ознакомиться со своим личным делом через знакомых.       — Как давно? И что? — спросил он.       — Не знаю как давно. Месяц назад было на месте. Я внучка того самого Уильямса.       Шепард конкретно завис. Какого Уильямса?       Нет, в армии есть «блатные» — те кого продвигает влиятельная родня. Но чтобы с влиятельной родней столько сидеть на такой ничтожной должности? Почему тогда в N не пропихнули, тем более она и без родителей должна там оказаться? Или хотя бы на расширенную генную модификацию? Да и даже если она дочь какой-то шишки — это не пишут в личном деле!       Она смотрела на него, пытаясь определить его реакцию, но он ничего не понимал.       — Какого Уильямса вы внучка? И при чём здесь это? — спросил он.       — Мой дед Роберт Уильямс сдал Шаньси турианцам во время войны Первого Контакта, — сообщила она таким голосом, словно признавала свою вину в суде.       — А вы тут причем? — удивился Шепард, — Вроде бы вас тогда и в проекте ещё не было. Кроме того… — он вспоминал учебку, — его вроде бы суд оправдал? Вы Устав, что ли не читали?! Есть обстоятельства, при которых сдача в плен допускается. А там была такая ситуация, что превосходство турианцев на планете было подавляющим, их флот на орбите, а связи он не имел. Он бы сам умер и людей загубил, не нанеся турианцам никакого урона.       Эшли смотрела на него глазами человека, у которого переворачивается мир.       — То есть вы… не против сдачи противнику? — уточнила она.       — Я против сдачи противнику. И против бессмысленных смертей. Как показывает мой жизненный опыт, договориться можно со всеми, кроме батарианцев. Ну, ещё гетов: как я видел, сдаваться им в плен плохая идея — повиснешь на металлическом коле. А вы перестаньте заниматься самоедством. Я рад, что капитан Андерсон удалил эту глупую запись, которая, кстати, была незаконной.       «Сдал колонию» ещё можно было написать в деле её деда, но не в её же?       — Мало ли что было в прошлом, — сказал дежурную банальность Шепард, — жизнь продолжается.       Взгляд Эшли изменился, став теплее. Рискнуть или нет?       Пессимисты считают, что все женщины шлюхи, а оптимисты на это надеются. Надо рискнуть — в крайнем случае получит по роже, не в первый раз. Сильнее крогана она не ударит…       Джон привлёк Эшли в объятия и подарил ей долгий и нежный поцелуй, а потом аккуратно погладил её по волосам и крепко прижал к себе.       Сопротивления нет — это хорошо, значит, он угадал.       Эшли принимала его ласки с видимым удовольствием без всякого сопротивления.       Вскоре их взаимные ласки стали более откровенными, и он уже начал повторять нежные слова по второму кругу. Постепенно Эшли расслаблялась всё больше.       Шепард в своё время неплохо натренировался на азари, но сейчас его поцелуи были без особых изысков — ни к чему выполнять упражнения по кручению языками и борьбе между ними во время обычных поцелуев.       Шепард, раздеваясь, не забывал покрывать поцелуями тело Эшли, стараясь вкладывать в это как можно больше нежности.       Прежде чем лечь, Эшли несколько раз проводит руками по телу Джона.       Она обнимает Джона и целует его в губы. Правой рукой она поглаживает его член, ожидая, пока он станет максимально твёрдым. Начинается секс в классической позе миссионера.       Во время секса Эшли подмахивает Джону, пытаясь настроиться на нужный ритм. Вскоре Шепард стремительно достигает пика возбуждения.       Джон точно не уверен, но, судя по легким судорогам, Эшли тоже получила своё удовольствие.       Это не было лучшим сексом в жизни Джона, даже на средний не тянуло — ребра заболели. Да и обычно его на дольше хватает.       Он лежал и думал о последствиях. Вряд ли. Венерических заболеваний, которые не лечатся, нет, да и в армии с этим строго — медосмотры. Так что они оба чистые.       Беременность? Смешно. Солдаты обязательно пьют таблетки, невзирая на пол — в 22 веке есть и мужские противозачаточные. Очередная интрижка без последствий…       Правда, слишком уж всё просто… Хотя он видел, как у женщин иногда сносит голову, но чтобы так, на ровном месте?       — Я вообще не такая, — сообщила Эшли одеваясь.       Шепарду было без разницы. То ли такая, то ли он просто случайно подобрал код к сейфу…       — Я тоже не такой, — соврал он, — Я буду рад продолжить наше общение впредь на любом уровне, — сказал он, одеваясь.       А теперь пора бежать в душ — времени до прибытия осталось мало.       После душа он побежал в камбуз. Время кормежки он пропустил, но, выслушав, почему именно повар не должен его кормить, он всё-таки выпросил еды.       На вкус это напоминало пенопласт, как и на вид. Странно, он ведь точно знает — Альянс умеет делать нормальные сух-паи… Почему это?       После он пошёл в арсенал проверять оружие. Оружие его не радовало — слишком… базовое. Ну, ничего, скоро он воссоединится со своим снаряжением, и группе высадке достанет нормальное оружие, даже если придётся набить интенданту морду.       — Шепард, — раздался по внутренней связи корабля голос ВИ «Нормандии», — командир вызывает вас к ходовой рубке.       Проклятая «Нормандия»! Она слишком быстрая! Он привык к кораблям, которые совершают прыжки между ретрансляторами на такие расстояния за дни, а не за часы! С таким ритмом он не успеет отдохнуть от пьянки и от кувырков с Уильямс…       Он поднялся на лифте, а затем отправился к месту пилота.       Сейчас пилот впечатлял, казалось у него четыре руки — он умудрялся жать сразу на все кнопки.       Привычное мерцание голубоватого туннеля перехода закончилось, и они ворвались в реальный космос.       Пилот о чём-то говорил с диспетчерами, но Шепард смотрел на экраны обзора.       Обычно это унылое дело — ничего не видно, кроме звезд. Даже на близких для космоса дистанциях корабли кажутся крошечными мухами.       Сейчас всё было по-другому — примерно половину обзорного экрана занимала Цитадель — она была похожа на огромный стальной пятилистный клевер. Туда-сюда сновали корабли, размером с мух, и они чудом избегали неминуемых столкновений.       Среди кораблей-мух выделялся корабль-пенёк — азарийский «Путь Предназначения».       Он был огромный, размером со сверхдредноут гетов, но дизайн подкачал. Проще всего описать его можно было фразой «огромная ёлочная подставка-тренога».       — Какой огромный! — услышал он голос Уильямс.       — Размер это не главное! — ответил Джокер с места пилота.       — Что ты так завелся? — поинтересовалась Уильямс.       — Просто огневая мощь важнее! — ответил Джокер, — Командир, что она вообще делает в ходовой рубке?       Не корабль, а бардак какой-то. Нет, он всегда ценил эффективность и профессионализм выше формальной субординации, но это просто трэш какой-то. Он точно в армии? Может у него до сих пор глюки?       — Я включил её в состав десантной группы «Нормандии», — ответил Андерсон.       А командир десантной группы — он! Почему его не предупредили? И как он это пропустил, листая личное дело Уильямс? И ведь неясно ничего… То ли она на него кинулась, обрадовавшись повышению, то ли ещё что…       Пока он пытался осознать новую ситуацию и разглядывал на экранах приближающуюся Цитадель, по стеночке опираясь на неё рукой подошел Аленко.       — У вас такие сильные мигрени? — спросил капитан Андерсон.       — Всё в порядке, — ответил тот, морщась.       Дальше последовал инструктаж от капитана: сначала отдадим тело Найлуса турианцам (тело Дженкинса уже у его родных с Иден Прайм), потом отправляемся в посольство людей к Доннелу Удине, сразу после этого — в Башню Совета.       — Шепард, ваше оружие с N7 пришло на Цитадель, но выдать его вам пока не могут. Строго говоря, в Цитадели с оружием нельзя, но поскольку вы до сих пор числитесь в составе «группы для проверки соответствия на должность Спектра», то я добился разрешения на оружие для всей группы высадки.       То, что не дали его комплект снаряжения — плохо. Остаётся надеяться, что он параноит, и никто на Цитадели в него стрелять не будет.       Нормандия пристыковалась к Цитадели в турианском секторе. Турианские стандартные 1,15 силы тяжести относительно земной он сначала воспринял как торможение.       У шлюза их встретил патруль вооруженных турианцев с нечитаемой мимикой. Настроение встречающих было нейтрально-настороженным.       Шепард знал азарийский и турианский, и поэтому понимал, о чем с ними говорит Андерсон.       Сначала они отдали тело Найлуса в закрытом гробу — его катили на медицинских носилках пару членов экипажа. Потом турианцы потребовали сдать оружие. Андерсон сдал свой табельный пистолет, но группу высадки разоружать не стал. Затем проследовала долгая проверка документов, дактилоскопия, проверка сетчатки, анализ крови…       В конце концов им выдали электронные и даже бумажные пропуска и выдали две летающие на эффекте массы машины: одно такси с водителем-турианцем, второе нечто вроде полицейской машины сопровождения. Потом они отправились в посольство людей.       Шепард устроился в кресле и постарался расслабиться — его ждёт не самая приятная беседа в ближайшем будущем.

POV Совета Цитадели

      Структуру Совета Цитадели можно было описать следующим образом: азари, турианцы и саларианцы выставили по одному делегату, и те озвучивают решения своих правительств, превратив свои государства фактически в единую конфедерацию.       Совет Цитадели пребывал в напряженности: последние новости не радовали.       Инцидент с гетами у людей спровоцировал в человеческом содружестве обвал биржи. Внеочередная сессия правительства людей запросила у Совета Цитадели помощи в конфликте с гетами.       После длительного обсуждения было принято решение, что Объединенная Армия не будет ввязываться в конфликт. Более того, людям не надо предоставлять проход в Вуаль Персея, если те захотят. Есть вероятность того, что геты удовлетворятся данными из маяка и их не будет слышно следующие триста лет.       Решение было довольно логичным: ныне геты заперты в Вуали Персея. Даже если они весь местный нулевой элемент потратят на корабли, то они не смогут сделать флот сопоставимый с флотом Цитадели. А вот в случае нападения на гетов… Без нулевого элемента можно собрать очень много укреплений и бункеров, а если те не будут считаться с потерями — ведь для гета смерть тела не критична — то выбить их оттуда будет практически нереально. Особенно если геты окажутся такими же любителями ядерного оружия как кроганы — а ведь гетам не нужны «живые планеты». Конечно, оставалась крошечная вероятность того, что геты смогли как-то обойти блокаду и колонизировать ряд планет, но пока следы деятельности гетов в сколько-нибудь значимых объемах не обнаружены.       — Итак, наше общее мнение по ситуации — в конфликт не вступать, — ответил советник-саларианец, — Если геты будут проводить дальнейшие масштабные операции в пространстве людей, то мы позволим людям вести с гетами боевые действия.       — Заодно проведем разведку боем, сэкономив своих воинов, — сообщил Спаратус.       — В случае нападения гетов на территории пространства Цитадели объявим гетам войну, — сообщила Тевос.       — А что по поводу смерти Найлуса? — поинтересовался Спаратус.       — В смерти Найлуса нет вины людей, — сообщил советник-саларианец.       — Но они обвинили в его смерти Сарена! И вы видели рапорт этого Шепарда? Как его из психушки выпустили?       — Очень мутная история, — начал советник-саларианец, — ГОР уже собирает информацию. Найлус убит из оружия, которое геты не использовали. Кроме того, странно, что нет следов боя. Разумеется, я не считаю виновным Сарена, но это не простое дело.       — А рапорт? Вы его видели? Что за идиот его писал? — не унимался Спаратус. Сами мысли, что они всерьёз на таком уровне обсуждают бредни этого психа, его удивляла.       — С рапортом они переборщили, — согласился саларианец.       Советник Тевос задумалась. То, что на Тессии есть рабочий протеанский маяк — секрет даже для своих, хотя она подозревала, что как минимум саларианцы в курсе. Азари заключили с саларианцами молчаливое соглашение: одна сторона не упоминала, что у второй маяк протеан на родной планете. Вряд ли саларианцы смогли хоть что-то вытащить из своего маяка — среди тех телепатов нет.       Однако она сама видела как азари взаимодействуют с маяком и должна сказать — механизм его работы схож с описанным Шепардом. Так что сам факт наличия видений вероятно придется признать… По крайней мере для себя. А ещё она не понимала — как Шепард взаимодействовал с маяком? Для этого надо быть гением телепатии, знающим протеанский язык. И непонятно, как с маяком взаимодействовали геты — вероятно, они нашли себе переводчика. Не Сарена конечно… Беглая ардат-якши?       — Я настаиваю на проверке группы высадки на детекторе лжи и на применении «объятий вечности» к Шепарду. К нему будет вызван специалист, — сообщила она.       — Что? Вы восприняли это всерьёз? Посмотрите на его личное дело! У него были проблемы с психикой! А данные Службы Безопасности Цитадели говорят, что вся группа высадки, все трое, на момент поступления на цитадель помимо следов передозировки боевыми стимуляторами имели ещё и алкогольное опьянение! — завелся Спаратус.       — Зато точно не откажется от «объятий вечности», — сообщила она.       — Разумно ли это? — как всегда со скоростью пулемета заговорил советник-саларианец, — Даже если всё подтвердится, это могут быть просто его галлюцинации.       — Зато никто не обвинит нас в несерьезном отношении, — ответила она.

POV некоторых матриархов

      Азарийским государством управлял совет матриархов. Наиболее влиятельные матриархи сегодня впятером собрались здесь.       — Времени всё меньше, — сообщила одна из них.       Её все прекрасно поняли. Не смотря на то, что протеане зашифровали своё послание телепатически, азари давно сумели разобраться со всей информацией, что была в маяке. Знающие матриахи не сомневались — Жнецы реальность. Хорошо, что все знающие здесь — паника не к чему.       — Люди видели Жнеца у Иден Прайм, — сообщили ей, — Но жатва не началась, он только один. Может его сбить? Усилий одного из флотов точно хватит.       — Может и хватит, но поймать его нереально — он слишком быстрый, — ответила она.       Азари давно знали о вторжении Жнецов. Увы, даже чисто теоретически победить флот из десятков тысяч сверхдредноутов невозможно. Поэтому было принято единственно верное решение — не провоцировать. Ограничения на армию, ограничения на экспансию в виде «спящих ретрансляторов». Всё это должно было позволить оттянуть начало жатвы и это, похоже, сработало. Жизнь нескольких поколений уже сама по себе награда.       А когда жатва начнётся… В связи с бесперспективностью военного столкновения, невозможности дипломатических мер воздействия, бесполезности капитуляции были приняты меры по поиску альтернативного выхода.       Сделана попытка частью особей переждать жатву в криосне — на планетах или в космосе. Ещё несколько партий азари внедрены к первобытным варварам уровня каменного века — азари переживут жатву, используя тех для своего размножения.       Но есть другой план.       Проект «Ковчег». Сбежать из галактики со жнецами в галактику без жнецов — это же разумно? несколько ковчегов уже готовы. Надо запускать. Лететь, правда, лет 600, так что вряд ли кто-то кроме азари долетит даже до ближайших галактик без криосна…       — «Нексус» надо срочно достраивать, — сообщила она, — если не достроим, запустим так, он уже полностью автономен.       «Нексус» являлся огромным ковчегом, который имел наибольшую дальность — его планировали послать к тому, что люди называют «Туманность Андромеды». Всё-таки больше двух с половиной миллионов лет, аналитики считают, что там жнецов может и не быть…       Вопрос кого брать на «Нексус» был открыт. Ясно, что Азари — всё-таки самая перспективная раса. Понятно что турианцев — должен же кто-то воевать, тем более турианцы не будут конкурировать с азари из-за планет — те имеют другую биохимию.       Саларианцы… Ценные инженеры, лучше взять, даже если им придется выделить ряд планет, которые в принципе могут быть использованы азари.       Понятно, что дреллов брать бессмысленно, пользы от них нет. Ханары? Нет уж, ещё решат, что жнец — это бог.       Кроганы? Точно нет, ядерная война им не нужна.       Батары? Мир обойдется без рабства.       Кварианцы? Не нужны нам архитекторы гетов или жнецов, да и тогда турианцам достанется меньше планет.       Волусы? Пользы от них не много, но с другой стороны — и вреда никакого. Кроме того, волусам нужны аммиачные планеты, которые никому кроме них не нужны… Так что волусы пригодятся — хотя бы увеличение базы налогоплательщиков.       Элкоры? Тоже берем: тем нужны планеты с очень высокой силой тяжести, на которых вряд ли выживет кто-то кроме кроганов и рахни. Нормальная гравитация для элкоров, что для азари невесомость: деградация мышц, поэтому на обычной планете могут жить только вахтовым методом.       Остаются люди. Зачем они нужны? Вроде и пользы нет, а планетами в новой галактике придётся делиться. Экспансия людей? Так все через это прошли, многие процессы идут по S—образной кривой.       С другой стороны… Может быть люди и пригодятся хоть на что-то. Ладно, возьмём с собой.       — Людей тоже включим в число пассажиров «Нексуса», — сообщила она.       Интересно, какова другая галактика? Скоро она это увидит.

POV Сарена Артериуса

      Жалко Найлуса, — думал Сарен, — Бедняга оказался не в том месте не в то время.       Артериус сидел в рубке корабля. В руке он сжимал планшет с добытой через инсайдера информацией — рапортом Шепарда. От этого чтива глаза захотели лопнуть, он жалел, что взял на себя труд выучить язык людей. Однако этот недоумок угадал почти везде! Как?       — … а маяком воспользовался один из людей, — закончила свой доклад Бенезия.       Что делать? Он слишком наследил… Надо было лучше подготовиться, но Назара был непреклонен в сроках операции и методах проведения… Говорил он — лучше использовать батар, зачем светить гетов раньше времени?       Он начал вставать, чтобы отдать Бенезии приказания — он предпочитает смотреть подчиненным в глаза, а не в грудь.       — Этот человек должен быть уничтожен, — услышал он в своей голове голос Назары.       — Разумно ли это? — спросил он, — Сейчас не место и не время…       Тогда в ответ он почувствовал… за неимением альтернатив, это чувство можно было назвать яростью на фоне взрыва шумовой гранаты в голове. Чужая ярость переполнила его.       — Этот человек должен быть уничтожен, — прорычал он, покачнувшись, пытаясь ухватиться за воздух, и что-то задев.       Он вновь сел на кресло, пытаясь отойти. Обычно Назара общался намного аккуратнее, неужели того что-то раздосадовало?       Но разум уже вернулся к нему и он стал разрабатывать варианты ликвидации Шепарда. Желательно тихой.       Авария на транспорте? Подойдёт, попробуем. Наезд аэрокара…       Но вдруг не сработает?       Пьяная драка, удар ножом?       Возможно, но Шепард N7 и уже убивал крогана ножом — значит, вряд ли его удастся убить в драке.       Банальное ограбление? Несколько бандитов решили, что труп проще обобрать? Заманчиво, но тот ведь будет отстреливаться…       Самый лучший вариант из классического — снайпер. Пуля летит быстрее звука, вспышки пламени нет — Шепард не успеет среагировать. Но пробьёт ли его бронекостюм и щит снайпер с одного раза? Снайперскую винтовку «Вдова» незаметно протащить в президиум будет непросто. Хотя… тот же ходит в стандартном бронекостюме Альянса, значит и из более простой винтовки удастся убить.       Но это на крайний случай — надо использовать слабости Шепарда. Тот много пьёт — попробуем отравить. И контактный яд надо попробовать.       Шепард сексуально распущен — это хорошо, у него есть на Цитадели пара осведомителей из азари—проституток, надо поручить им убить Шепарда. Всего делов: поднять биотикой, а затем свернуть шею ей же после того, как жертва разденется и снимет оружие.       А сейчас надо подготовиться к речи перед Советом.       Главное — убедить самого себя. Ведь он не виновен. Он спасает хоть что-то.