О чем они молчали

Ты закроешь глаза и увидишь ее улыбающееся лицо: светящиеся глаза, немного дерзкий взгляд и легкий румянец на щеках. Ты думаешь о ней, вспоминаешь моменты, когда она улыбалась и кружилась в танце, когда смеялась взахлеб, как она бежала что есть сил с высокого холма к Хогвартсу, когда мечтательно прикрывая веки на уроках копошилась в пергаментах. Ты хранишь эти осколки воспоминаний в свой голове, перебираешь их в безмятежные моменты, как будто доставая из старого, потертого альбома в кожаном переплете. Нежно открываешь каждое воспоминание как затертую колдографию, долго рассматривая его, не понимая, где правда, а где домыслы твоей фантазии и снова погружаешься в грезы. Они настолько четкие и правильные, что можно было бы протянуть руку и дотронуться до ее волос, развевающихся на ветру, схватить ее за хрупкие плечи и вдохнуть ее на полную грудь. Запах зеленого поля после дождя, когда в прохладный летний вечер ты вдыхаешь полной грудью воздух и сердце болит от такого количества кислорода в легких, а ты все не можешь надышаться. Все эти обрывки случайных воспоминаний и своих мыслей, как картинки в альбоме, ты хранишь на самом донышке сердца. На самом донышке памяти, которая помогла тебе выжить, ведь если бы Темный Лорд нашел ее, ведь если бы он смог обнаружить существовании этой тайной нити, тянущейся в самую душу Драко Малфоя, мальчик который выжил мог бы не выжить. Но, к счастью, Темный Лорд недооценивал силу любви, пренебрегал ей, а Драко Малфой слишком бережно хранил ее в самых закромах своего сознания, надежно закрывая его от всех. Эта глупая нежность стала его спасением в невыносимые моменты боли физической и моральной, эта не выплеснутая нежность рвалась наружу сейчас, когда она была так близко. Эта глупая нежность… и эта чертова гордость, они были для него всем в Азкабане, честь и достоинство настоящего мужчины - в его словах и поступках, в гордо-поднятой голове на суде, в идеально-ровной спине во время пыток. Никто не узнает об этом. Прошли месяцы с момента, когда Крэбб пригласил Дафну Гринграсс на свидание, а она до сих пор ловила его взгляды на себе во время уроков и в Большом Зале. Она буквально чувствовала спиной его ненависть и похоть, но не хотела волновать своих друзей, не хотела показаться параноиком. Несколько раз в газетах мелькали странные заголовки об исчезновениях людей и она будто чувствовала, что этот странный Винсент связан с ними, ведь именно сейчас он проявил интерес к учебе, она несколько раз видела его в библиотеке, и советующимся с преподавателем по Астрономии. Все это казалось ей странным, но опять же, девушки со Слизерина не обращают внимания на такие глупости. Осень вступила в свои права в Хогвартсе, стало совсем прохладно и сыро, а дождь лил каждый день. С самого утра обсуждалась новость о том, что в магическом мире совершено убийство. Пострадала семья, владеющая магазином с волшебной канцелярией. Древний род Шафики, веками создающий волшебные дневники, чернила, карты, владел несколькими магазинами и был невероятно богат. Мистер и Миссис Шафки были убиты прямо в своем магазине в Косой аллее после закрытия, но их дети - двaдцaтиoднoлeтний Джеймс, работающий в министерстве магии и Алиса, обучающаяся на втором курсе Когтеврана - остались живы. Журналисты и следователи придерживались мнения, что это было ограбления, ведь с лавки пропали все деньги и дорогостоящие волшебная канцелярия, поэтому Гарри и Рон, хоть и сочувствовали бедной Алисе, своих теорий не выдвигали. Гермиона была расстроена этой новостью, и перед занятиями решила поговорить с Алисой, чтобы поддержать и узнать, нужна ли ей помощь. Она закончила завтрак пораньше и отправилась в Башню Когтеврана, но по пути увидела Алису сидящей под деревом во внутреннем дворе замка, к ней подходила Дафна. Девушки негромко разговаривали, когда к ним подошла и Гермиона. - Привет, Алиса, - сначала она хотела проигнорировать слизеринку, но воспитание взяло верх, - и Дафна. Девушки молча кивнули. В глазах Алисы не было слез, но они были красными и опухшими, вероятно она не спала всю ночь. - Я хотела выразить свои соболезнования и спросить, не нужна ли тебе помощь перед отъездом домой? - Спасибо, Гермиона, я ценю это. Но у меня все в порядке, я уже собрала вещи и скоро отправлюсь. - Ты уверена? - Гермиону взволновал вид девушки. - Я вот тоже говорю Алисе, что могла бы поехать с ней… чтобы поддержать. - Дафна опустила глаза, она не знала как выразить свои мысли, ведь была слишком строго воспитана. - Очень мило наблюдать за тем, как главная староста школы прогуливает уроки! - из за деревьев вышли Крэбб и Флетчли в сопровождении нескольких слизеринцев. - Это вас не касается, отправляйтесь на уроки. - строгим голосом сказала Гермиона. - Ты думаешь твои слова для меня что-то значат, мерзкая грязнокровка? - Флетчли смотрел на нее с презрением сжимая кулаки, пока остальные слизеринцы потешались с его гнева. - Винсент, зачем вы начинаете это? - Вмешалась Дафна. - Мы же не трогали вас. - То есть ты приобщаешь себя к этим двум тупоголовым курицам? - Винсент, который до этого вальяжно опирался на столб дерева подался вперед. Его не на шутку разозлило поведение своей возлюбленной и он заметил, что вокруг никого нет. - Выбирай слова, - Гермиона встала между нами. - А то что? - Крэбб был минимум в три раза больше ее и в высоту, и в ширину. - Эй ты! Отойди от Гермионы подальше. - Издалека послышался голос Рона и Гермиона радостно заметила, что друзья приближаются к ним с дальней арки, вместе с толпой заинтересованных студентов. - Во что ты уже втянула Гермиону? - Гарри враждебно обратился к Дафне, подразумевая что все началось с женской ссоры. - Она здесь не при чем, Гарри. - вмешалась Гермиона. - О Господи, как же меня тошнит от ваших жалких соплей! Поздравляю, Гринграсс, ты принята в отряд Дамблдора, отряд безголовых идиотов, пушечного мяса для Пожирателей Смерти, и будь уверена, ты уже в списке. - прыснул один из слизеринцев, стоявших за спиной у Флетчли и тут же получил яростный взгляд от своих соратников. - Что за список? - Рон бросился к парню и схватил его за ворот, но тут же был отброшен огромной рукой Винсента. - Наш список Уизли, список предателей великого волшебника Салазара Слизерина. - Да что вы несете, - Дафна была потрясена услышанным, и своим воскликом потрясла также всех вокруг, ведь никто не ожидал от всегда спокойной и взвешенной девушки такого проявления эмоций. - Заткнись, - крикнул Флетчли и замахнувшись ударил Дафну по лицу с такой силой, что та упала на пол и на ее щеке образовалась ярко-красная ссадина. - Да как ты смеешь бить девушек, гад - Рон бросился прямо на обидчика и повалил его на землю, между факультетами завязалась драка. Гермиона стояла посреди дерущейся толпы и не могла поверить своим глазам, ведь эти люди пережили войну, на их глазах погибали сокурсники, родители, родственники, преподаватели. Эти люди своими глазами видели, они прочувствовали к чему привела вражда и снова разжигали ее огонь своими поступками. Она так сильно злилась и хотела заехать по лицу кому-то из этих гадов, но злость и обида ввели в ступор и она не могла даже поднять руку. Просто стояла и кричала что-то невнятное, чтобы все прекратили. В какой-то момент в ход пошла магия и во дворе стало действительно опасно. Драко Малфой, который в прекрасном расположении духа возвращался от профессора Флитвика, ведь он любил ему ассистировать и они прекрасно ладили, решил зайти в Большой Зал за перекусом. Он увидел драку во дворе с коридора и сразу побежал к эпицентру событий, размышляя как все прекратить. Он заметил, как в Гермиону летит камень, а она даже не смотрит в эту сторону и первым делом бросился к ней, вытащив в сторону. - Хорошая идея наблюдать за происходящим, Грейнджер, может тебе закуски подать? - Где тебя носит, ты не видишь, все дерутся? - Оу, спасибо, что сказала, а я подумал это ритуальный танец дружбы факультетов. - Как же он злился на нее сейчас. - Да что с тобой, Гермиона. - Драко потряс девушку за плечи и она немного пришла в себя. - Немедленно вызови Патронуса, это отвлечет их всех. - «Экспекто патронум» - из палочки Гермионы вылетела гигантская серебристая выдра и издала высокий крик. Изумленные студенты уставились ввысь на витающее серебристая явление. В драке участвовали в основном мальчики, больше всего досталось конечно Рону, Гарри и Флетчли, Крэбб же только разминал немного окровавленные кулаки и поправлял разорванную рубашку. Среди девушек пострадал Дафна, остальные были испуганными и растерянными. Патронус развеялся, и тех, кто пытался снова начать драться Драко оттянул за шкирку. - Сейчас каждый из вас приведет себя в порядок и забудет об этом инциденте. - его голос был высоким и грубым. И все почему-то послушались, кроме Гарри, Рона и большинства гриффиндорцев. Через время они тоже начали поправляться следуя примеру Гарри, который подошел к Гермионе, убедиться в порядке ли та. Драко не сразу заметил подругу, он подошел к Дафне и негромко спросил: “кто ударил тебя?”. Из-за того, что вокруг стояла гробовая тишина все услышали. Девушка молча держалась за щеку, в ее глазах стояли слезы, но она не могла позволить себе заплакать, поэтому не хотела говорить, чтобы предательские слезы не начали течь сами по себе, а голос не дрожал. Лучше она стерпит физическую боль, чем будет унижаться, показывая свои эмоции. -Дафна, скажи мне, - чуть более раздраженным и настойчивым тоном. - Да это же был ваш Флетчли, - вмешался Рон, - совсем уже с ума посходили, дебилы слизеринцы. -Это правда? - Он должен был убедиться, правда ли это. Взгляд Дафны дал ему понять, что Рон не врет. Драко подошел к Флетчли, который в этот момент молча стоял возле своей шайки и поправлял рубашку, улыбаясь. Ведь ему льстило, что именно он наказал эту жалкую предательскую шлюху. Никто не успел заметить, как Малфой замахнулся, но все услышали, как хрустят кости на лице у его противника, и тот заливаясь кровью падает на землю. Несколько человек из компании Майклза дернулись было на его защиту, но не решились нападать. - Мне кажется, это зашло уже слишком далеко, - Малфой обращался ко всем, но Винсент знал, что он говорит с ним. Голос Драко был спокойным, но выражал ненависть и злость, полутонами и летящими по сторонам искрами из глаз он завладел пространством во дворе и люди слушали его внимательно - "Я разотру в порошок того, кто посмеет устроить подобное еще раз, я прокляну человека, который посмеет сеять вражду между факультетами, не думаю, что здесь есть желающие испытать наше фамильное проклятие на своей жалкой шкуре." - На этих словах он повернулся с Крэббу, который в этот момент процедил: - Ты пожалеешь. - Я уже пожалел, что знаю тебя Крэбб, не стоит давать мне повод жалеть, что убил тебя и вернулся в Азкабан. Свидетели этих слов были повержены в шок сказанным Малфоем. Все знали, что он возможно убивал, что он совершенно точно сидел в Азкабане и был Пожирателем Смерти, но никто до сих не видел столько злости и решимости в серых глазах Слизеринца, никто не связывал слухи с самим видом сокурсника. Сейчас он был спокоен и безразличен, но все поверили в эти слова и поняли, он не шутит. На секунду повисла тишина, затем Малфой подошел к Гарри и протянул ему очки с разбитым слева стеклышком. Все наблюдали за тем как предводитель гриффиндорцев протягивает руку, принимает из рук предводителя слизеринцев очки и благодарит. Также спокойно они обменялись взглядами и направились успокаивать свои факультеты. Собралось две толпы, почитавшие, каждая своего героя - зеленые и красные, и только несколько студентов оставались в стороне, наблюдая за этим с презрением. Все забыли про бедную Алису, которая все еще стояла под деревом, она взглянула на Винсента и увидела через разорванный рукав рубашки изображение двух мечей на его предплечье.