Жизнь с плохим парнем.

Тридцать минут я провела в душе, еще двадцать сушила волосы, красилась и одевалась. Под конец я уже была просто счастлива убраться из дома. В этот раз Кирилл зашел слишком далеко. Не могу поверить в то, что он… да я даже в голове не могу прокрутить этот неловкий момент еще раз. Давайте просто остановимся на том, что Кирилл — парень без стыда и совести. — Я сегодня ночую у Насти, — сообщаю отцу и иду к двери. — Хорошо, позвони, когда доберешься и не опаздывайте завтра в школу, — отвечает отец. Они с Игорем сидят и обсуждают баскетбол и еще всякую ерунду, которая для меня не имеет никакого смысла. — Пока, Игорь. — машу ему рукой. До меня никак не доходит, как такой приятный мужчина мог воспитать такого монстра, как Кирилл. Да, мир все-таки полон чудес. — Пока, Кэти, — поворачивается он ко мне и машет рукой.

***

Припарковываюсь у дома Насти и тут же вспоминаю, что ускользнула от акулы только для того, чтобы попасть в водоем, полный пираний. Друзья Славы — группка поклонников Кирилла. Девочки в школе так и вешаются на них, а я, когда встречаю хоть одного, мечтаю сброситься со скалы. Никогда не была фанаткой «Королей Буфета». Нетерпеливо звоню в дверь уже второй раз и ужасно разочаровываюсь, когда меня приветствует улыбающаяся физиономия Стаса. — Так, так, неужели это отважная маленькая подружка моей сестренки? — говорит он, прислоняясь к косяку. Выдавливаю из себя улыбку. Мои отношения с ним можно охарактеризовать как сложные. Главным образом, потому, что большую часть времени в его присутствии, я пытаюсь убедить себя не набить ему морду, ведь он, как это ни грустно, родственник моей лучшей подруги. Он не всегда таким был. Честно сказать, ребенком он был очень даже милым. Но когда ему исполнилось семнадцать, все изменилось. Слава и Настя —близнецы. Я называю его старшим братом по двум причинам: первая, потому что он родился на две минуты раньше, и вторая — потому, что я просто не могу поверить, что они близнецы. У них нет ничего общего. — Кэти, — с придыханием говорит он, вызывая у меня рвотный рефлекс. — Ты впустишь меня или тебе показать паспорт? — О нет, поверь мне, я знаю сколько тебе лет, — подмигивает он мне. Я закатываю глаза и протискиваюсь мимо него во внутрь. Слышу, как его друзья над чем-то смеются в гостиной и от этого ноги сами несут меня быстрее. Возле двери Насти с облегчением выдыхаю— мне не пришлось столкнуться ни с кем из компании Славы. — Ну наконец-то, — говорит Настя, не отрывая глаза от моего ноутбука. Подождите, моего ноутбука? — Как он у тебя оказался? — Твой папа одолжил мне вчера, когда я пришла узнать где ты, — она даже не смотрит на меня. — А почему в следующий раз тебе вообще не переехать? — саркастически говорю ей, запрыгивая на кровать рядом с ней. — На самом деле я думала об этом, — ухмыляется она. — Чем занимаешься? — кладу голову на подушку. — Только что закончила это эссе. Мистер, чтоб его Андрей, решил, что «поразмять мозги дополнительными заданиями — отличная идея», — говорит она своим «пацанским» голосом. — Сплошной восторг, — сочувствую Насти. — Так что с тобой сегодня произошло? — спрашивает она, аккуратно закрывая ноутбук и опуская его на пол. — Много чего, — зевая, отвечаю ей. — Я так понимаю, это «много чего» связано с Кириллом и тем парнем, который, кстати, отнюдь не Женя, — ухмыляется Настя — Да, но давай поговорим о чем-нибудь другом. Я сыта Кириллом по горло. Расскажи о своем свидании с Андреем. — Об этом, — говорит она, закатывая глаза. — Я думала он тебе нравится, — поворачиваюсь на бок и кладу руку под голову. — Так и было, до сегодняшнего вечера, — бурчит она. — Тогда озвучь свой вердикт. — Хм… трусики определенно, трусики, — заявляет она, укладываясь на кровать рядом со мной. — Да, это не есть хорошо. Вы, наверное, сейчас думаете, почему Настя охарактеризовала Андрея как трусики? Давайте я вам все объясню. Всех лиц мужского пола, с которыми Ася, и я ходим на свидания, мы делим на три категории: трусики, лифчик или маленькое черное платье. Вы, наверное, уже решили, что мы сумасшедшие, но просто послушайте. Понимаете, каждый парень, с которым мы когда-либо встречались, всегда подходил под одну из категорий. Сами подумайте: лифчик — красивый, с ним тебе комфортно, он поддерживает тебя, но для того, чтобы почувствовать себя свободной — нужно избавиться от него. Теперь трусики — бикини. Они сексуальные и красивые, но в итоге превращаются в полную занозу в заднице. Ну и наконец, маленькое черное платье. Тут есть все — и сексуальность, и очарование, в нем ты чувствуешь себя уверенно, его даже не хочется снимать. В следующий раз, когда сходите с парнем на свидание, попробуйте определить под какое описание он подходит. Конечно же, каждая девушка хочет заполучить себе маленькое черное платье, но, кажется, в жизни такое просто невозможно. Ну, по крайней мере, в мире, где обитаем мы с Настей. Тем не менее, мы продолжаем поиск. — Ну, а что произошло? — перекатываюсь на спину и смотрю в потолок. — Произошло то, что весь вечер был посвящен ему. Он такой самовлюбленный. В какой-то момент я практически разъярилась, как это обычно делаешь ты. Ужасно. — Ну спасибо, подруга, — с издевкой в голосе поддеваю я ее. — Но это правда, он дебил. Внешне — просто конфетка, но как личность — отстой. Поэтому я попыталась выработать план побега, — говорит Настя, улыбаясь про себя. — И что за план? — с подозрением смотрю на нее. — Ну, я сказала, что у меня женские проблемы. — Да, парни обычно не в восторге от этого… — Я так и подумала, — обрывает она меня. — Но, оказалось, что у Андрея три сестры и, по его словам, он привык иметь дело с подобными вещами. — Настя закатывает глаза. — Вау, как я понимаю, на пути к победе ты не рассчитывала сесть в лужу, — хихикаю над своей остроумной метафорой. — Нет не рассчитывала, поэтому пришлось прибегнуть к крайним мерам, — говорит она с ухмылкой. — Что ты сделала? — Предстала в образа помешанной сталкерши. Сказала, что влюблена и хочу от него детей. — Это слишком даже для тебя. — Может и так, но самое возмутительное то, что он спросил, когда я хочу начинать делать детей, — говорит она, вздрагивая от омерзения. — Да, он действительно странный. Знаешь, думаю, что для него нам нужно придумать новую категорию. Может быть «носок» или что-нибудь в этом роде, — говорю я, хихикая. —  Андрей Красулин — это оскорбление для все носков в мире, — говорит она и мы начинаем ржать. — Довольно обо мне, что произошло с тобой? — Кирилл произошел. Но не переживай, я с ним еще не закончила, — на губах растягивается улыбка, при мысли о моем плане. — Слушай, Кэти, я понимаю, что этот парень ведет себя по отношению к тебе как полный придурок, но мне кажется, он не из тех, кто сдается. — Так же, как и я. — Точно. А когда два упрямых человека ведут войну, один из них всегда остается пострадавшим. — Да, и это будет он. Так что не переживай, я знаю, что делаю. — Надеюсь, что ты права. Правда надеюсь, — с глубоким вздохом произносит она. Я знаю, что Настя беспокоится, но Кирилл даже не представляет, что я припасла для него. Завтра, к этому времени, он пожалеет о том, что переступил порог моего дома. Его ожидает такое «приветствуем вас в нашей школе», которое он никогда не забудет.