Непентес

В одно утро на станцию без приглашения снова заявился Лось. Несмотря на его более презентабельный вид, чем тот, к которому привыкли обитатели пожарки, в глаза бросалась растерянность на его лице. Он по привычке уселся в кресло и тяжело вздохнул. Вик и Айзек уставились на него выжидающе, ведь не просто так он вытащил их обоих из кроватей в такую рань. — У нас заказ от одного из ВИП-ов, — гость замолчал, будто и не собирался рассказывать детали. Он то и дело нервно убирал от лица назойливо лезущую в глаза челку. — Ну-у-у? — Айзек недовольно протянул, желая услышать продолжение рассказа. По лицу их менеджера было несложно понять, что заказ обещал быть не из легких. Вместо ответа Лось еще более нервно заерзал в кресле, пытаясь убрать назад надоедливые волосы. — Что у тебя с башкой? — наконец не выдержал младший Дельгадо, — Постричься не пробовал? — Это все ваш рыжий! — раздраженно выпалил Лось, справившись с постоянно выбивающейся из-за уха прядью, — Сказал, что я своими торчащими ушами всех клиентов распугаю, а если и не распугаю, то вызову у них приступ истерического смеха. Велел волосы отрастить. Младший Дельгадо заржал, а Айзек злобно прорычал. Прическа гостя его совершенно не волновала. — Так что там с заказом? — Вижен 23… Он хочет… девушку… — Лось снова заговорил неохотно. — Да ежу понятно, что не бабушку! Какую? В чем сложность? — главарь уже начинал выходить из себя потому, что из менеджера каждое слово приходилось тянуть клещами. — Оказалось, он лично знаком с последним клиентом. И прознал, что мы можем организовать "смертельный номер", — Лось снова замолчал, но заметив, как ярость вспыхнула в глазах Айзека, все же продолжил, — Ты же знаешь его запросы, ему не подойдет девочка с черного рынка. Он хочет американку. Никому не хотелось опять иметь дело с мокрухой. Никому, кроме Айзека, при условии, что за это хорошо платят. А Вижен 23 всегда платил хорошо. — Ты ему отказал? — главарь вопрошающе посмотрел на Лося. — Нет, — гость снова уставился в пол. — Тогда не вижу проблемы, — Айзек недовольно покосился на менеджера и уселся за компьютер, чтобы лично выяснить у клиента все детали. Вижен 23 хорошо платил, но и требования у него были соответствующие. И сейчас ему хотелось сорвать злость не на абы ком, а на той, кто такого отношения не заслужила. В прошлый раз он был в восторге от подобранной Айзеком кандидатуры, поэтому главарь никак не мог сплоховать в этот раз. Желаемый типаж жертв заказчика был не прост. Ему нужна была невинная жертва, чем невиннее, тем лучше. Никаких наркоманок, любительниц выпить и распутных девиц. Чистенькая и не испорченная жизнью. Да к тому же, чем моложе, тем лучше. Для Айзека сложность данной задачи заключалась в том, что найти такую жертву, которую не будут искать, было проблематично. Он перелопатил весь интернет, газеты, и, собрав информацию, выдал Лосю список адресов вместе с необычным заданием. Лось должен был проехаться по местным ночлежкам, прикинувшись, что ищет свою сбежавшую сестру. Все ночлежки принимали тех, кому было некуда идти, но контингент в них был разный. Лось прошелся по дюжине таких заведений. Его без труда пускали внутрь и позволяли осмотреться. И в итоге выбрав две, в которых большинство обитателей составляла молодежь, он сообщил адреса Айзеку. Когда-то давно, когда его еще не посадили, он и сам несколько раз оказывался в подобных местах. Когда мать выставляла его из дома среди ночи, чтобы устроить очередную пьяную оргию. Потому Айзек знал, что в таких местах нередко можно найти подростков, еще не опустившихся на самое дно, а просто попавших в сложную жизненную ситуацию. Немало там было и тех, кто просто оказался на улице из-за несовершенства системы опекунства. Сложность заключалась и в том, что чтобы выбрать жертву, нужно было обосноваться там на несколько дней. Подобрать кандидатуру, выяснить подноготную, втереться к ней в доверие и беспалевно увести. К тому же, нужно было замаскироваться так, чтобы никто не узнал. И привычный грим и косметика, которые обычно использовал Фокс, здесь не подходили. Ведь нельзя было проснуться с утра и оставить все свое лицо на подушке. Маскировка должна была вынести не только долгую носку без коррекции, но так же сон и даже водные процедуры. Идея стилисту пришла в голову мгновенно. Вот только Айзеку она совершенно не нравилась. Но деваться было некуда. — Бля, чел! Ну ты настоящая домохозяйка! — ржал Вик, наблюдая, как его товарища, сидящего в мелких бигудях, стилист обмазывал темно-коричневой массой. — Да иди ты! — Айзек схватил первый попавшийся под руку флакончик и запустил в друга, — Подожди, сейчас закончим, я тебе такую домохозяйку покажу! — Сиди смирно! — возмутился Фокс, одернув главаря. — Скажи спасибо, что это не тебе тусоваться с бездомными в таком виде, — фыркнул Айзек и прикрыл глаза, подставляя лицо под кисточку. — Чем отличается начальник от метросексуала? Метросексуал одевается как пидор, хоть таким не является. Начальник же наоборот! — Ты на что сейчас намекнул, Дельгадо? — прошипел главарь, запустив в друга расческой. — Это просто анекдот! — заржал Вик, весело увернувшись от летящего в него предмета. Вообще, происходящее веселило всех, кроме Айзека. Главарю было совсем не смешно. Ведь это его сейчас превращали в невесть что, обмазывая автозагаром. Когда они закончили, Айзек не только не был похож на себя, ко всему прочему он выглядел нелепо. Автозагар на его светлой коже схватился на ура. Фокс даже умудрился визуально изменить некоторые черты его лица, используя разницу в тональности автозагара. Черные мелко завитые локоны неряшливо торчали в разные стороны, но при том выглядели довольно естественно. Автозагаром ему намазали даже руки до самых плеч и шею. Так, чтобы все выглядело натурально. Благо, Фокс в своем деле был мастером. И теперь Айзек походил на странного тощего метиса мексиканца. Что и стало основой его легенды. Дополнял образ старый потрепанный шерстяной свитер, найденный у Лося в подвале, приходящийся главарю на пару размеров больше, и нелепые очки в толстой оправе. Только когда образ был закончен, Айзека подпустили к зеркалу. У того от увиденного задергался глаз. Его перекосило. А младший Дельгадо снова в голос заржал. — Я таких в школе пиздил! — Вик никак не мог угомониться. — Я тоже, — прошипел Айзек. И хоть то, что он видел в зеркале, ему совсем не нравилось, работой стилиста он был доволен. Образ получился идеальным для его целей. В довершении своего образа Айзек сел на диван, достал из пакета с фастфудом бургер и, недовольно поморщившись, вывалил его начинку себе на колени. Как бы ему не хотелось этого делать, но бездомным не пристало ходить в чистых джинсах. Достав из кладовки старый рюкзак, он покидал туда несколько поношенных тряпок, тех, в которых ходил, когда только вышел, пачку сигарет и несколько потрепанных книг. Главарь последний раз посмотрел на свое отражение, убедившись, что все детали соответствуют задуманному, злобно шикнул на смеющегося над ним товарища и направился в гараж. Вик высадил друга в нескольких кварталах от выбранной ночлежки. Там Айзека встретили как родного, точнее с неким презрением и снисходительностью. Его выдуманные данные записали в журнал, выдали ему пакет с чистой постелью и отправили выбирать себе койку. Само помещение представляло собой огромный зал, посреди которого стояло несколько десятков стареньких раскладушек. Кто-то спал, забравшись с головой под байковое одеяло. Кто-то разбирал свои пожитки. Одна группа молодежи стояла в дальнем углу, что-то шумно обсуждая и деля между собой пачку сигарет. Айзек не лез к ним, какое-то время постоял поодаль, изучая и вслушиваясь в разговоры. Даже заметил, как мелькнула пара пакетиков травки. В данной группе подходящих кандидаток не было. Девушки были, но больше походили на обитательниц притонов в его районе. Он прошел дальше, разглядывая тех, кто лежал или сидел на койках. В другом углу, на самых удобных местах расположилась еще одна компашка. Один из парней тихонько играл на гитаре, остальные весело подпевали ему вполголоса, передавая друг другу термосы с неизвестным содержимым. Выглядели они неопрятно, но уж слишком хорошо для настоящих бездомных. Айзек присел на свободную койку недалеко от них и тоже прислушался. Кучка подростков явно была хорошо знакома между собой. Из разговоров он понял, что не такие уж они и бездомные, просто ищущие приключений на свою задницу путешественники автостопом, добирающиеся на какой-то фест и решившие сэкономить на гостинице. Остальные обитатели не подходили под требования клиента либо по возрасту, либо по полу, либо под нужный типаж. Айзек прошелся по периметру зала, и только потом обратил внимание на центр, туда, где обычно никто не желал располагаться, и увидел там светлый девчачий затылок. Она всего на секунду обернулась на шумную компанию. И Айзек понял — это именно то, что нужно. Не понял только, почему не увидел ее сразу. Пройдя между рядов раскладушек, он поставил свой рюкзак на пол, выбрав соседнее место с девушкой, то, к которому она сидела спиной. Громко раскрыл пакет, что-то проворчал, привлекая к себе внимание, но так и не взглянув на нее. Он стоял к ней спиной, расстилая постель и всем видом показывая, что она ему не интересна. Только когда он закончил с застиланием кровати и плюхнулся на нее, заметил, что девчонка на него смотрит. Стоило им пересечься взглядом, как незнакомка тут же смущенно отвернулась. Видимо, она давно наблюдала за ним, а когда тот заметил, ей стало неловко. Айзек никак не отреагировал, достал из рюкзака книгу и уткнулся в нее, делая вид, что читает. На деле же краем глаза изучал потенциальную жертву. Девчонка была идеальной. Светлые волнистые волосы доходили ей до середины спины. Натуральный блонд, не такой яркий и блестящий, который давала краска, никаких отросших корней. Казалось, она вообще никогда не красила волосы. Большая редкость для современной молодежи. Синяя рубашка с длинным рукавом. Слегка засалившаяся, но опрятная. Когда она встала с кровати и начала искать что-то в небольшой сумке, он обратил внимание, что рубашка была застегнута даже на верхнюю пуговицу. На лице не было ни капли косметики. А ноги ее скрывала длинная темная юбка. Для завершения образа ей не хватало только чепчика. Идеальнее варианта было попросту не найти. Она ненадолго отлучилась, но вскоре вернулась. Айзек сел на раскладушке, взглянул на наручные часы и задал незамысловатый вопрос. — Прости, не подскажешь, во сколько тут раздают ужин? — В семь вечера, — девушка слабо улыбнулась, а после опустила глаза в пол. — Отлично! А мне сказали, тут есть душ. Не скажешь где? А то я уже неделю не мылся. Девушка указала на дверь возле входной. — Сразу за туалетом душевые. Слева мужская, — она говорила так тихо, что Айзеку приходилось прислушиваться. Парень достал из выданного мешка чистое полотенце, мыло и ушел в указанном направлении. Конечно, он не собирался мыться в таком месте. Он принимал душ утром, но для подкрепления своего образа это показалось ему хорошей идеей. Он умылся с мылом, дабы убедиться, что не оставит следов автозагара на белой подушке, намочил волосы, отчего химически завитые волосы закудрявились еще сильнее, поразглядывал свой образ в зеркале, поторчал в душевой еще немного, чтобы потянуть время, а после вышел, накинув на плечи мокрое полотенце. Он успел как раз к раздаче еды. Незамысловатая каша с подобием мяса, походившего на дешевую тушенку. Этот рацион мало чем отличался от питания в колонии. Только в данном месте столов предусмотрено не было, каждый ел на своем спальном месте. Айзек взял одноразовую миску с пластиковой ложкой и уселся на раскладушку. Девушка тоже сидела на своей постели, ужиная. Но теперь она сидела к Айзеку лицом. Съев несколько ложек, он посмотрел на соседку и улыбнулся. — Я Анхель. Девушка оторвалась от тарелки, спешно прожевала и выдавила: — Ева. Айзек чуть не засмеялся. Это имя подходило ей идеально. Он станет для нее змеем, вот только яблоко будет отравлено смертельным ядом. И чтобы сдержать эмоции, парень сунул себе в рот ложку с кашей. Но диалог вроде как завязался, так что он решил его поддержать. — Ты давно здесь? Я до этого был в Йорквилле. Там и помещение меньше, и контингент не самый приятный. Один волонтер посоветовал сюда перебраться. Сказал, тут больше молодежи и, бывает, приходят из соц. защиты, могут помочь найти работу и жилье. Они приходили при тебе? Девушка помотала головой. — Я тут только четыре дня… не приходили. Ева отвечала коротко. Но не показывала того, что ей неприятно общение. Скорее мешало стеснение и неловкость, навязанные воспитанием. Но Айзек давно просек — чтобы втереться в доверие, нужно говорить. Чем больше расскажешь о себе, тем быстрее тебе поверят. Ответят доверием на разыгранное доверие. — Это здорово! — парень выпалил так, будто для него это действительно было важно, — Значит они могут прийти в ближайшие дни! Девушка взглянула на собеседника, но молча продолжила есть. — Понимаешь, соц. службы помогают таким как мы, тем, кто оказался на улице не по своей воле. Тем, кто хорошо учился в школе и хочет реабилитироваться в жизни. Тем, кто оказался бездомным из-за несовершенства системы. — Что ты имеешь ввиду? — девушка непонимающе, но с интересом посмотрела на Айзека. Парень улыбнулся, чуть по привычке не оскалившись. Пришло время для его продуманной трогательной легенды. — Две недели назад мне исполнилось восемнадцать. Опекуны получили последний чек на мое содержание и выставили меня на улицу. С наступлением восемнадцатилетия государство сняло с них всю ответственность за мое воспитание. Никому не нужен мексиканец, не имеющий ни гроша за душой. Моих родителей депортировали когда мне было семь. А меня кидали по приемным семьям. Я даже не знаю, живы ли они. Но я всегда хорошо учился и старался как мог. Это же американская мечта! Мои родители перебрались сюда, когда мама была на сносях, чтобы дать мне лучшую жизнь. Разве это похоже на лучшую жизнь? Не думаю, что они хотели, чтобы я оказался на улице. Уверен, соц. защита и тебе поможет! — Это вряд ли… — Ева печально опустила глаза в тарелку, и зачерпнула из нее остатки. — Почему? Прости, не могу не спросить. Ты же из амишей? Девушка молча кивнула. — Отправилась изучать внешний мир? Вы тоже не виноваты, что родились не там. Но Ева не ответила. Она встала с места и ушла с пустой тарелкой, не сказав ни слова. Айзек недовольно скривился. Он ожидал другой реакции, но понял, что задел ее за живое. А раз задел, значит он сможет найти к ней подход чуть позже. Он увалился на свое место и снова уткнулся в книгу. Вскоре Ева вернулась. Айзек мельком взглянул на нее, и снова уставился в текст. Не то, чтобы он просто пялился в книгу, ему действительно было интересно читать, хоть уже и не в первый раз. Он считал это лучшим вариантом своих действий в данный момент. Ведь чтобы заслужить доверие, нужно не быть назойливым. И через какое-то время соседка не выдержала и сама начала разговор: — А что ты читаешь? Айзек довольно улыбнулся и закрыл книгу. Усаживаясь на раскладушке: — Это Фрейд. Известный психолог. Если мне выпадет шанс, то я хотел бы пойти в колледж… на психологию. Может покажется глупым, но мне это интересно. Я хочу помогать людям, — Айзек врал так воодушевленно, что почти сам верил в то, что говорил. Он полностью вжился в роль побитого жизнью ботаника, стремящегося к чему-то светлому и доброму. Но, главным было, чтобы верила она. И весь оставшийся вечер они болтали обо всем и ни о чем. Айзек больше не спрашивал, как собеседница оказалась в ночлежке. Она тоже не касалась этой темы. Зато они делились юношескими мечтами, какими-то историями, ни одна из которых не была правдой для Айзека. Девчонка говорила все охотнее. Это для него было главное. Утром он проснулся от того, что его соседка с грохотом подскочила со своей раскладушки и унеслась в направлении туалета. Когда она вернулась, Айзек уже сидел на своей постели, роясь в рюкзаке. Девушка была бледной, и выглядела измученной. Но стоило ей присесть на свое место, как начали раздавать завтрак. По помещению распространяется рыбный запах, и только он дошел до середины зала, как девушка снова подскочила и, зажав рот, побежала к туалету. Айзек с подозрением покосился на Еву. Он выждал пол минуты и пошел за ней. Запах вареной рыбы разносился по ночлежке все сильнее. Обитатели уже выстраивались в очередь, чтобы получить свою порцию питательной гадости. Айзек ждал новую знакомую под дверью туалета. И когда та вышла, она зажала ладонью нос и выдавила: — Мне нужно на воздух, — Ева стояла, придерживаясь за стену. Казалось, ее вот-вот снова стошнит. Айзек придержал девушку за плечи и вывел на улицу. Там усадил ее на лавку недалеко от входа. — Что с тобой? Отравилась? Может таблеток каких спросить? Или в клинику? — Все в порядке, — девушка печально опустила взгляд, — это нормально на ранних сроках… токсикоз. Айзек изумленно поднял бровь и злобно стиснул зубы. Зажигалка, которую он только достал из кармана, чтобы прикурить, хрустнула в его ладони, с такой силой он ее сжал. Его идеальная кандидатура оказалась с сюрпризом, а он даже не заметил и потратил на нее целые сутки, вместо того, чтобы искать другую жертву во второй ночлежке из списка Лося. Беременная девчонка никак не попадала под определение "невинная". Благо, промелькнувшую на его лице ярость Ева не заметила. Она даже не подняла на него взгляд, прежде чем начать свой рассказ. Айзек же постарался сдержаться и не психануть. — Я не хотела уходить из общины. У меня не было выбора, — Ева грустно всхлипнула, — я нарушила главное правило… Когда нам исполняется шестнадцать, нам разрешают изучить ваш мир, сделать выбор, хотим ли мы остаться или уйти. А еще начинается время ухаживаний. Мы начинаем искать себе избранника. — Ева говорила слегка сумбурно, перескакивая с темы на тему, — Я училась в обычной школе. Мы все. Ваше правительство обязало нас учиться хотя бы до восьмого класса. Мне нравился одноклассник, и… он… я не думала, что люди могут так поступить. Я не знала, что творю. Он меня опоил. Мне было так плохо, что после этого я совсем не выходила из общины. А через месяц узнала, что ношу под сердцем новую жизнь, — слезы потекли по ее щекам, Айзек продолжал молча слушать, — Члены нашей общины могут строить семью только с ее членами. Растить только детей, рожденных от членов общины. Родители были в ярости, они простили меня… Я могла остаться, родить ребенка. Но вырастить бы я его не смогла, ведь его отец не амиш. Его бы отдали на усыновление. Это мой малыш! Какая разница, кто его отец! Мне пришлось уйти, чтобы остаться с ним. Даже учась в вашей школе, я толком не знаю ваш мир. Я не понимала, насколько здесь важны деньги. Мне хватило того, что дали родители, только чтобы проехать два штата. Теперь я здесь, и не знаю, что делать. Пока она рассказывала о величайшей трагедии своей жизни, злость Айзека несколько спала. Он внимательно изучал Еву. По ней и правда еще не было видно, что она беременна. — Какой у тебя срок? — Около двух месяцев. Я ушла сразу, как мне сказали, что моего малыша заберут. Срок еще слишком маленький, чтобы живот стал заметен. Айзек снова прикинул варианты. Одна маленькая неприятность, но в остальном кандидатура была идеальной. Она не была нужна им надолго, так что по идее, эта незначительная деталь не должна доставить проблем. Айзек протянул девушке раскрытую ладонь и улыбнулся настолько мило, насколько смог изобразить: — Я помогу тебе, чем смогу. Ева охотно взяла предложенную руку и поднялась. Она доверчиво и несколько смущенно взглянула на Айзека. Она предпочла довериться незнакомцу, вместо того, чтобы остаться одной. Парень ехидно улыбнулся, но быстро спохватился, сменив оскал на улыбку идиота и захлопав глазами. Айзек завел ее внутрь. Они уселись на свои места. Парень уже выстраивал план в голове, он складывался как два плюс два. Насыщенный запах рыбы все еще стоял в помещении. И вскоре Еву снова замутило. Она схватилась за лицо, зажав рот, а Айзек покачал головой. — Нет, это не дело! — он залез в карман рюкзака и выудил оттуда старенький мобильник. Ева недоверчиво, даже несколько испуганно взглянула на аппарат. Айзек это заметил. — Я на улице только две недели, — ему показалось, что нужно объяснить, откуда у бездомного такая роскошь, — а когда я еще учился в школе, я писал работы и помогал другим по учебе за деньги. Там без связи было никак, а приемная мама не разрешала нам пользоваться городским телефоном. Ева все еще смотрела на Айзека с подозрением. — У меня есть знакомая, она тебе поможет. Она работает в особом месте. Что-то вроде приюта для бездомных, но там условия куда лучше подойдут молодой маме. Я ей сейчас позвоню! — А почему ты сам не пойдешь туда? — недоверчиво спросила Ева. Айзек заулыбался, ответ на этот вопрос он уже придумал. — Понимаешь, это не просто ночлежка. Это особый приют для женщин, оказавшихся в сложной ситуации. Они принимают жертв семейного насилия, мам вместе с детьми, и, разумеется, молоденьких беременных, оказавшихся без крыши над головой. А я… не подхожу им по всем параметрам. — Айзек хихикнул, — У них там даже врач есть. Тебе там будет намного лучше! Не дожидаясь одобрения девушки, Айзек набрал номер — номер заброшенной пожарки. Этим звонком он надеялся не только убедить Еву уйти с ним, но и передать сообщникам необходимую информацию. Главное, чтобы они все поняли и сработали оперативно. — Алло! Приют "Доброе сердце"? Могу я поговорить с Марси? Это Анхель! Трубку взял Вик, и чтобы тот понял, кто звонит, Айзек выпалил это как можно быстрее. Главарь мысленно похвалил сообщника, что тот среагировал верно и, задав уточняющий вопрос, передал трубку Марси. Айзек говорил так, чтобы Ева слышала весь его разговор, но притом ничего не заподозрила. — Алло, привет! Это Анхель! Я тебе по делу звоню. По поводу вашего приюта. Вы же всем женщинам в сложных ситуациях помогаете? Скажи пожалуйста, вы сможете принять девочку беременную? … У нее совсем маленький срок… Нет, ей некуда идти. Как раз ваша специализация… Да… Нет, я больше не буду к тебе напрашиваться, я же знаю, что вы принимаете только женщин. У вас же есть свободные места? Марси на другом конце телефона быстро поняла суть звонка и задавала наводящие вопросы, на которые Айзек отвечал очень завуалированно, но вполне понятно. — Можешь с ней поговорить? А то она сомневается, — Айзек сунул трубку Еве, надеясь на благоразумность сообщницы. Девушка опасливо взяла телефон, отошла чуть в сторону. Она что-то односложно поддакивала, отвечала на вопросы. Видимо, и Марси неплохо вжилась в роль. А потом Ева снова протянула трубку Айзеку, тот спросил: — Вы договорились? … как до вас добраться? На пятом автобусе… да… нет… До Франкфурта? А там по Юта стрит до перекрестка? …а-а-а, это где супермаркет? За ним направо?.. Да, я наскребу на проезд… Через час? Хорошо! Теперь Айзеку оставалось только надеяться на товарищей. На то, что они оперативно сработают и не перепутают намеками обозначенное им место. Ему же дело оставалось за малым, помочь девушке собраться, уйти из ночлежки и прокатить ее на автобусе. — Ты уверен, что там мне будет лучше? — Ева растерянно смотрела на Айзека. — Конечно! У них вроде беременным даже отдельные комнаты выделяют! Нас ждут через час. Я тебя провожу. Ева начала неспешно собирать свои вещи. Она аккуратно сложила все в сумку, свернула выданную ей постель, и пошла сдавать белье, заодно сообщив администратору, что уходит. Тот ей кивнул и просто вычеркнул из списка. Айзек же просто скомкал белье и сунул в отведенный для этого контейнер, а затем вышел на улицу и закурил, дожидаясь Еву. Уже на остановке Айзек показательно выгреб из кармана кучку мелочи, из которой набрал им обоим на проезд. Ехали они почти сорок минут. Парень все время поглядывал на часы, надеясь, что его сообщники нигде не лоханутся и будут на месте вовремя. Потом они прошли несколько кварталов пешком. Айзек придумывал на ходу истории из своей выдуманной жизни, а заодно рассказывал анекдоты, благо, благодаря привычке Вика, их он знал много. Он заболтал Еву так, что даже не заметила, как они свернули в глухой переулок, где их уже ждали Лось и младший Дельгадо. Ева не успела сообразить, как ее скрутили, затолкали на заднее сидение тонированного мерседеса и вырубили неожиданным уколом в шею.