Сдать экзамен

      После окончания урока я даже не мог добраться до преподавательского стола, потому что около него скопилось столько омег, которые хотели задать «умные» вопросы, что и яблоку негде было упасть. Подождав, пока засор рассосётся, я подошёл, опустив свою грешную голову, к нему и промямлил что-то вроде этого: — Извините, такого больше не повторится. Мне очень стыдно. Можно забрать свой мобильный?       Я бы предпочёл не подходить — пусть лучше он меня не видит. Поэтому это было сказано на первой космической скорости. Главное — не смотреть ему в глаза. Вот это я зря сделал. Все же посмотрел ему в лицо и понял, что у него не только красивая внешность и голос, но и безумные красивые глаза. Встряхнув головой, выгнав лишние мысли из своей головы и вспомнив, что меня ждет мой парень, я послушно приготовился к порции нотаций о моем воспитании. — Надеюсь, больше такого не повторится. Я слышал о вас много чего и все отзывы были положительные, — он говорил это все с таким видом, как будто он не мог поверить, что все это говорили ему про меня. — Оставляйте за дверями свои чувства и больше не опаздывайте.       Мои щеки горели. Ощущение было таким, будто мне дали пощёчину. Я ненавижу огорчать людей, я никогда не опаздывал, я прилежный студент. Теперь он думает обо мне, что я безответственный дебошир. — Хорошо, — тихо отвечаю, даже не поднимаю на него взгляд.       Разворачиваюсь и пытаюсь быстрее улизнуть отсюда. Подальше от этого голоса и этих чёрных глаз. Но почему мне так не везет рядом с ним? Почему боги решили поиздеваться надо мной сегодня?.. Споткнулся, наступив на свои шнурки, и лечу на пол. Приветик, пол, давно не виделись. Сегодня чудный денек, не правда ли? — Мистер Пак… — Чанёль тяжело вздыхает и я чувствую, как он берет меня за локоть. Нет, ну, а что? Сильные мужские руки это всегда приятно. — Что с вами делать?       Я глупо улыбаюсь, когда он помогает мне подняться. Я бы мог ответить, но его не устроит: «Любить и жалеть». — Спасибо, — почти заикаюсь и выбегаю из аудитории, чтобы глаза мои больше его не видели.       Такое чувство, что я принимаю участие в гонке «Формула-1». Избежав столкновения с парочкой преподавателей и зеленых первокурсников, я выбежал на улицу и попытался отдышаться. — Чима!       Слышу я такой знакомый голос друга и пытаюсь найти его среди толпы студентов. Кто-то хватает меня за запястье. Что-то меня сегодня много раз хватают. Но тревога сразу проходит, когда меня обнимают и я утыкаюсь в что-то такое родное и знакомое. Руки автоматически обняли моего парня за шею и я потянулся за сладким поцелуем, но вместо губ я почувствовал небольшую щетину. Слегка поежился и проворчал: — Когда ты побреешься? — Извини, — его губы в нескольких миллиметрах от моего уха и я предательски начинаю краснеть. — За что? — не могу понять, о чем он говорит, потому что мои мысли запутались на теме: «Губы Хосока. Почему они такие соблазнительные?» — За то, что позвонил тебе на паре. Я просто хотел услышать твой голос.       Это было настолько прекрасно и романтично, что я взял его лицо в свои руки и посмотрел в искренние карие глаза. Рядом с нами стоял его неизменный лучший друг и общался с новой пассией, когда он посмотрел в нашу сторону, то я услышал смешок. Он никогда не понимал весь вкус длительных отношений. — Ничего не хочу слышать.       И поцеловал его в губы. Это было то, что надо. После такого и цунами уже не страшен. Робкая улыбка. И он засмущался. Уже три года вместе, а он до сих пор краснеет, когда я его целую. Кто бы говорил, мистер «Красные щеки». Чон легонько обнимает меня за талию и мы идем на следующую по расписанию пару. — Наконец, я тебя догнал. — Какие люди! Сам Ким Тэхён, — Чонгук посмотрел на моего друга с нескрываемым желанием ударить его чем-нибудь тяжелым. Но и он в долгу не остался — показав язык, парень поравнялся со мной и начал рассказывать о новом преподавателе. — Какой у него красивый акцент, уже не говорю об этих глазах. Кстати, он все время смотрел на меня.       Я подавил смешок, уж сильно мой друг любил преувеличивать. Чон лишь улыбался, но вот Чонгук, он откровенно закатывал глаза и не удержался от очередного едкого комментария: — Может у тебя что-то между зубов застряло? — он указал пальцем на свои зубы.        Мгновение и в бедного парня полетели тетради. Я только и мог мечтать о том, чтобы они нашли общий язык, но это только мечты.       Мы дошли до корпуса, в котором у меня должна была быть математика. Парни ушли направо по направлению к соседнему зданию, где у них проходит искусствоведение. Для меня Чонгук и искусство это две разные и несовместимые вещи, но там где Хосок, там и Чонгук, не разлей вода, друзья навек. Невинный поцелуй, и я смотрю, как мое чудо отдаляется от меня. — Нет. Все же Чанёль еще тот мужчина.       Я тихо простонал, не хочу отвечать на эту фразу, брошенной моим другом.

***

      Последняя парта для меня как спасательный круг. Бросив вещи и завалившись на стул, я затуманенным взглядом посмотрел на доску. После такой первой пары мне хотелось пойти домой, заварить чай и читать какую-нибудь интересную книгу, но математика важнее.       Мистер Хван сразу понял, что меня лучше не трогать. В правильном направлении мыслишь, мой милый друг, сейчас только камикадзе может меня тронуть, Тэхён не в счет. Логарифмы, интегралы — даже они не могли поднять мне настроение. Тем более они. Мне было жутко не по себе от того, что я так опустился в глазах своего нового преподавателя. Прислонившись щекой к холодной парте, я закрыл глаза и попытался уснуть. Казалось, я только закрыл глаза, но прозвучал звонок и я сорвался с места. — Мистер Пак, подойдите.       Опустив голову и проклиная этот день, по чем свет, я дошёл до преподавательского стола. Там меня опять встретило чувство дежавю. — Что с вами такое? — профессор с пониманием посмотрел на меня. У него были добрые и проницательные глаза. Он всегда знал, какие слова подобрать, чтобы студент раскрылся ему. Я ему всегда доверял. — Просто возникли некие непредвиденные обстоятельства. Я не нашёл общий язык с новым преподавателем. — Вы? — понимаю его удивление. — Да. Мистер Пак Чанёль… Я опоздал на урок, потом этот мобильный, еще упал…       Я начал перечислять все свои «победы» за сегодняшний день. Он меня тактично остановил. Взяв меня за руку, преподаватель посмотрел мне в глаза и спокойно молвил: — У тебя все получится.       На моем лице появилась улыбка. Почему-то мистер Хван всегда знал, как меня успокоить, даже вот такими простыми словами.       Но никто не знал, что через полчаса я разолью в кафетерии кофе на мистера Пака. Да, я везунчик еще тот. — Да, что за день такой, — я уже готов был расплакаться, посмотрев на рубашку своего преподавателя, на которой так ярко виднелся след от кофе. Достав из кармана салфетку, я начал пытаться хоть как-то убрать следы преступления. Смотреть ему в глаза? Да никогда в жизни. Я и так краснел и просто пятой точкой чувствовал, что он готов меня убить. — Извините, пожалуйста.       Идиот идиот! Он точно будет издеваться надо мной весь семестр. Маринованный ежик, за что мне это?       Он красиво убирает мои руки, такое чувство, что у него аристократизм и воспитанность в крови. — Мне кажется, вам лучше не подходить ко мне, — и мне тоже так кажется. — А то вы меня убьете, мистер Пак. — Вы правы, — бубню себе под нос. — Извините.       Быстро убираюсь отсюда, стараясь свалить побыстрее. Хорошо, что это была последняя пара на сегодня. Домой! Есть и спать! Ну, еще краснеть и тихо кричать в подушку от того, что я такой неуклюжий. — Что случилось? — встревоженный взгляд Хосока. Он встал с места и хотел что-то еще добавить. — Я домой!       Взяв рюкзак, я бросился в сторону выхода. Зачем я оглянулся? Мистер Пак стоял с моей салфеткой в руках и смотрел на меня. Нет, нет! Я краснею.