1. Как все начиналось
10 декабря 2018 г., 22:05
Однажды всю деревню согнали в Главный Дом. То ли родители не знали, что там планируется, то ли у них не было выбора. В конце развлекательного представления, на сцену вышли ОНИ. Те самые люди, при виде которых у сотни охотников перехватило дыхание.
Те, кто хотели сбежать, едва не лишились жизни. На зрителей наставили оружие. Пришлось смириться и сесть на место. Кто-то из детей заплакал, но их игнорировали.
— Вы знаете нашу добрую традицию: раз в пятьдесят лет набирать отряд Новых Охотников, — размахивая пистолетом, объявил жуткий мужчина с бородой, — и принцип набора будет таким же, как и всегда.
И он подошел к самому первому человеку в первом ряду и приставил к его ноге пистолет. Зал затих. Все заметно напряглись. Дети испуганно жались к своим родителям.
— Ты согласен отдать своего соседа по левую руку в отряд Новых Охотников? — вкрадчиво в абсолютной тишине спросил бородач.
— Согласен, — процедил сквозь зубы человек.
Рядом с ним сидела женщина лет тридцати, которая после этой фразы ударилась в слезы. Она закрыла рот руками. Бедняга не приходилась ему никем, поэтому, конечно же, ее сдали.
Страшный человек теперь приставил пистолет к ее ноге. Бедная девушка затряслась мелкой дрожью.
— Ты согласна отдать своего соседа по левую руку в отряд Новых Охотников?
Слева от нее сидел сын. И девушка в исступлении замотала головой, не желая своему ребенку такой участи. Малыш стал умолять ее передумать, но женщина сквозь слезы сопротивлялась…
И тут послышался выстрел. И страшный визг. И весь зал содрогнулся.
Однако, как только с мест повскакивали возмущенные, на них тут же направили ружья. После таких не отделаешься дырочкой в теле. Голову разнесет в куски однозначно.
— Тебе повезло, что ты теперь тоже одна из Новых Охотников, — сказал рыдающей женщине бородач, — тебя быстро вылечат. Но сопляк твой теперь останется сиротой. И чего ты добилась?
И тут он направил оружие в ногу ее ребенку. Мальчик запаниковал. Попытался сбежать. Но мужчина опустил на его плечо тяжелую медвежью руку и с легкостью удержал на месте.
— Я не хочу, не хочу! Отпустите меня! Мама! — верещал он в ужасе.
Бородач задал ему тот же самый вопрос. И мальчик сразу же закивал головой, крича «я согласен, согласен! Отпустите меня! Не стреляйте только».
А слева от него сидел Грегори. Голова пошла кругом от такого разворота событий. Кто бы мог подумать, что его судьба будет зависеть от решения девятилетнего запуганного малыша?
Но теперь Грег сдавил челюсти. Подошла его очередь решать. А слева сидит Люнация. Ее огромные бездонные глаза уставили на него в ужасе. Но тринадцатилетний мальчик был почти готов пожертвовать своей ногой ради нее…
— Согласись, — вдруг горячо зашептала ему девочка, хватая за руку, — пожалуйста, соглашайся! Ради меня, ради себя. Я хочу никогда не расставаться с вами.
— Что делают с Новыми Охотниками? Куда их потом отправляют? — испуганно спросил Грегори в пустоту.
— Не знаю. Но из деревни мы уедем навсегда. Я не хочу жить здесь без тебя, — взмолилась Люнация.
— Ну же, решай, — поторопил его бородач.
— Я согласна, согласна! — вскрикнула девушка.
— Я спрашиваю не тебя, — сверлил взглядом Грега чужак.
— Но какая разница, если я иду добровольно? — испугалась за друга Люнация, — Грег, что же ты молчишь? Соглашайся!
Мальчик медлил. Судя по ужасу окружающих, он знал, какая судьба ждет Новых Охотников. И ему было стыдно за то, что он пошел на поводу у страха…
— Согласен, — с камнем на сердце выдохнул он.
Люнация издала стон облегчения. Она подарила ему взгляд, полный любви и смирения. Какая жертвенная девочка. Какой великой женщиной она станет!
Когда тот же вопрос задали ей, Люнация также, не раздумывая, дала согласие. Ведь слева от нее сидел Биар. Он тоже никогда не бросал друзей ни в одной заварушке.
Но вот ему не так повезло…
— Слева сидит мой дедушка. Вы думаете, он годится? — с трудом выдавил из себя мальчик.
— Давай ответ, быстрее. Иначе я буду стрелять в ногу каждому, кто задает тупые вопросы, — разозлился бородач.
Вот тут-то друзей и подкосило. Они с тревогой смотрели на решение Биара. Его деду было восемьдесят лет. Он и ходил-то с трудом. Какие ему Новые Охотники?
— Но… я…
— Не сопротивляйся, — положил на его ногу руку дедушка, — внучок, не думай за меня.
— Ладно, — испуганно пискнул тот, — я согласен!
И он стыдливо упал в руки Люнации. Она нежно гладила его по голове и пыталась успокоить. Жалко было друга.
— Дорогой мой недруг, — обратился дед напрямую к чужаку, — направь свой пистолет выше, если хватит смелости. Потому что я не согласен обрекать на эту судьбу своего зятя. И возраст у меня такой, что простреленная нога равноценна мучительной смерти.
— Дедушка! — закричал Биар.
И он хотел кинуться врагу наперерез, хотел перехватить оружие. Но здравомыслящая Люнация успела его задержать. А там и Грег подоспел.
Поднялся шум протестов, визг женщин. А бородач с уважением посмотрел в глаза старика и согласился исполнить его просьбу. Под неодобрительный свист толпы он поднял пистолет и выстрелил в сердце…
***
Первым же испытанием для новобранцев было — вылечить тех, кому выстрелили в ногу. Ведь охотник без возможности ходить — мертвый охотник. А затем всю группу загнали в несколько повозок и увезли из деревни навсегда. Почти половину населения. Новые Охотники сражались с бежавшими в леса преступниками. Так вышло, что в этом месте было скопление тюрем и психбольниц для особо опасных лиц: убийц, насильников, наемников. И против них собирали отряд Новых Охотников, которые приводили этим людям смертную казнь в исполнение. Либо к ним в лес сразу направляли тех, кому вынесен смертный приговор. Обычно эти преступники миновали тюрьму автоматически. Но все не так просто. Среди беглецов были и те, кто владел оборотной магией или подпитывался силами природы. Они высасывали здоровье земли, чтобы получить новые силы. И эти противники даже более опасны, чем оборотни всех видов и типов. Поэтому Новых Охотников с первых дней пребывания обучали не только боевому искусству, но и разным магическим примочкам, а также защите от чужой магии. Практика начиналась уже на второй год обучения, независимо от того ребенок ты или взрослый. Через пять лет ряды Новых Охотников заметно просеивались примерно на треть. Это очень опасная и беспощадная судьба. Первый год шло тяжелое обучение с преодолением полосы препятствий и обучением стрельбе. Те, кто не выдерживали психологически — подвергались прилюдной казни. Чаще всего бородач просто стрелял в голову. Однажды Биар заболел чем-то неизвестным. Детям говорили, что это и будет их второе серьезное испытание: «Спасите друга за сутки. Если он не сможет ходить к следующему закату — его убьют, т.к. балласт конвою не нужен». Друзья как-то справились с заданием. Помимо этого было еще множество других испытаний. Но чаще всего никого намеренно опасности не подвергали. — В чем подвох? — недоверчиво спрашивали дети. — В том, что через год вы уже выступаете на службу, — ответили сторожа. — Разве года достаточно на полноценное обучение? — испуганно спросила Люнация. Но ей не ответили. Когда их отправили в четырнадцать лет на территорию, старожилы грустно заметили: «Дети. Опять набрали много детей. Самые бесполезные рекруты». Но троица показала себя во всей красе в этом лесу. Они не собирались умирать и прекрасно осознавали риск. Люнация оказалась превосходным снайпером, причем хорошо стреляла из любого оружия. Даже из лука. Биар мог сделать за короткие сроки любую смертоносную ловушку, которую невозможно заметить и она не дает осечек. Грег среди них был основным стратегом и исполнителем. Однажды он собственноручно без промедления застрелил врага в упор. Даже взрослые поразились такому хладнокровию ребенка. — Я не позволю врагу пудрить мне мозги, — сказал после этого Грегори, откладывая ружье, — и запомните все: главное стрелять сразу без промедления. Стоит тебе хоть на секунду затормозить — и ты уже не выстрелишь. Понятно? Люнация с Биаром согласно кивнули. Старожилы же отреагировали на это по-разному: кто-то одобрительно хмыкнул, а кто-то наоборот холодно нахмурился. Боялись, что малой зазнается после первой удачной охоты. Но дети не переставали удивлять. Они росли не по дням, а по часам. Взрослели быстрее некоторых взрослых. И свыклись с этой жизнью настолько, что со временем даже стали получать удовольствие от выслеживания добычи. Через пару лет на них смотрели уже со скрытым ужасом. Эти подростки не были кровожадными, но слишком уж легко они смирились с правилами игры. Видимо, в этом возрасте проще всего привыкать к переменам.***
Однажды поступила информация о сильном оборотне, попавшем в лес. Охотники разбрелись на свои позиции, выжидая жертву. Ребята кинулись к ловушкам, бесшумно скользя между кустами. «Оборотни обладают отменным нюхом, — немного нервничала Люнация, сидя в укрытии, — если он подкрадется ко мне — то защититься будет трудно. Кроме дальнобойки и ножа при мне ничего нет». Она бы и не унесла больше. Тем более, чрезмерное количество орудий постоянно цепляется за зелень и создает много шума. Грегори с Биаром находились чуть поодаль от нее. Самый старший парень скрывался в замаскированной яме, а младший сидел на дереве. Помимо того, что они ждали беглеца, юнцам предстояло еще следить и за подругой. Но зверь подкрался как раз со спины. Девушка обернулась и успела подать сигнал бедствия, после чего оттолкнулась ногами и камнем выпала из укрытия. Это был рискованный прыжок, т.к. пришлось лететь головой вниз. Но она как-то успела извернуться в воздухе, чтобы смягчить падение, перекатившись через плечо. Подскочила на ноги, прицелилась туда, где секунду назад находился оборотень. Там его не оказалось. И тишина. Пугающая до дрожи тишина. Люнация старалась изо всех сил контролировать свое дыхание. Ведь если она собьется на панику — то не сможет качественно выстрелить. И тут со стороны на нее выскочил гигантский зверь, размером с медведя. Только быстрее. Девушка успела выстрелить, но лишь ранила его. Огромная когтистая лапа ударила по стволу, и ружье раскололось надвое. Люнация схватила нож и попыталась прорваться к ловушкам, но не тут-то было. Монстр схватил ее за бок и повалил на землю. Бедняга взвизгнула и вонзила острие ему между фалангами. Оборотень взвыл и ударил ее когтями по лицу. Рассек кожу, но не более. После таких ран есть шанс, что даже шрама не останется. Но кровь стала заливать глаза девушки и она почувствовала, что теряет контроль над ситуацией. А когда она проморгалась, то увидела за спиной чудовища друзей. Биар спрыгнул с дерева, вонзив в затылок зверя копье. К сожалению, ему не хватило сил, чтобы проткнуть чужака насквозь. Монстр зарычал, подпрыгнул на месте и сбросил наглеца. Но тут же из ниоткуда вынырнул Грегори и выстрелил ему в живот. Кровью забрызгало поляну, чудовище завалилось. Но все еще было живо! И оно сделало рывок вперед, подмяв юнца под себя. Люнация с криком бросилась монстру на плечи и несколько раз ударила ножом в шею. Новая порция крови, а враг все не сдается. Он разодрал плечо бедного Грега и готовился вцепиться зубами в его лицо. Под такими челюстями череп с легкостью хрустнет и разлетится на части. Но новый выстрел заставил монстра вздрогнуть и упасть на бок. Это был Биар. Он успел подобрать ружье Грегори и выпустил последнюю обойму прямо в цель. Ребята помогли другу отползти назад, а сами вновь взглянули на чудовище. Оно уменьшилось в размерах и стало теперь походить на человека. Он весь истекал кровью и был при смерти. Но все-таки еще дышал. — Мы справились, — пропыхтел Биар, — но чего нам это стоило! — Никто не говорил, что оборотень легко дастся, — пошла навстречу зверю Люнация, — однако с ловушками мы налажали. В следующий раз нужно сменить тактику. А то мы его дотуда так и не довели. — Чуть сами богу душу не отдали, — согласился сквозь боль Грег. Девушка зависла над умирающим узником, чтобы рассмотреть его лицо. В свою очередь, ужасный монстр-человек тоже долго смотрел на Люнацию снизу вверх, после чего попросил ее об одной услуге. Он хотел что-то сказать, но не в присутствии других. Девушка на свой страх и риск согласилась и наклонилась ближе. — Я не буду нападать на тебя. Я уже не могу, — выплевывая кровь, прокряхтел он, — но ты мне показалась очень знакомой. Люнация? — Ты услышал это имя, когда мы сражались с тобой, — сделала вид, что она не удивлена. — Увы, не только, — качнул он головой, — твоя мать была прекрасной женщиной. И ты похожа на нее, как две капли воды. Поэтому я не смог нанести тот смертельный удар… слишком сильно удивился. И это стоило мне жизни. — Что ты с нею сделал? — испугалась девушка. — Я… любил ее когда-то. И она меня тоже. — Это бред! Она живет с папой уже много десятков лет, и у нее не было других мужчин! — закричала со злостью Люнация. — Это не так. Однажды она поссорилась с твоим отцом. И рядом оказался я. Мы встречались, как любовники. И даже хотели сбежать из охотничьей деревушки. Но она забеременела и решила вернуться в семью. Она была беременна тобой… Люнация не хотела ему верить. Просто не могла. Но предательские слезы сами собой брызнули из глаз. — Это неправда! Я дочь своего отца! — она хотела ударить его, но вместо этого сорвалась с места и убежала в сторону. Биар кинулся за нею. Грег взглянул на монстра и впервые увидел сожаление на его лице. — Это невозможно, бред какой-то… — плакала в плечо друга Люнация, — вы хотите сказать, что моя мать повела себя как проститутка, а я — дочь этого монстра? — Даже если это правда — не злись на свою мать. Может быть, у них и вправду была любовь? — усомнился Биар. — Нет-нет! Она любила только папу! — кричала девушка. — Бывают моменты, когда любовь остывает или перекидывается на другого человека. Отпусти ей этот грех. Ведь главное, что она взрастила тебя. Такую прекрасную и сильную девушку, при виде которой трепещут враги. Она любила тебя и подарила семью. Разве это плохо? — пропустил он свои пальцы через ее локоны. Люнация не спешила с ответом и только уткнулась ему в грудь лицом, содрогаясь от рыданий. Для нее это было слишком тяжело. Но после этого случая появилось подозрение на оборотничество. Возможно, в девушке оно тоже есть. Или уже проявлялось ранее. Например, во время первых испытаний, когда Люнация проявляла неожиданную выносливость и скорость. Или ее по-звериному точный глазомер, позволяющий быть снайпером. Может быть, это к лучшему? В любом случае, с этой мыслью еще предстояло свыкнуться. А пока что ребята заинтересовались тем, каким образом бывший житель их старой деревеньки вдруг оказался приговоренным к смерти. Ведь сюда поставляют преступников из крупных городов. А оборотень, судя по его последним словам, жил где-то в окрестностях. Что-то здесь нечисто.
