3. Потери
14 декабря 2018 г., 20:53
Люнация в это время сидела в клетке, как лиса, которую готовили для травли собаками. Есть у охотников такой метод обучения щенков. Очень жестокий и действенный.
Девушка целый день слушала чужие крики и думала о том, что с нею тут сделают. Она пыталась окликнуть несколько человек, но они будто бы не замечали ее.
— Тебя и не услышат, — ответил один маг со странным черепом вместо маски, — мы все тугие на ухо. Из-за старых ран и чужих криков.
— Зачем вам я? — прямо спросила девушка.
— Для того же, зачем и все остальные.
— А они зачем? — уточнила она.
— Мы пытаемся создать сверхчеловека, — любезно пояснил тот, — поэтому для эксперимента нам нужны представители разных пород. Вот ты, например, оборотень-волчица. Таких здесь еще не бывало. Очень повезло нам.
— Я так не думаю, — оскалилась Люнация, — я не настоящая волчица. Всего лишь зараженная.
— Таких у нас тоже еще не было, — с улыбкой проговорил маг.
Девушка поняла, что ее отсюда добровольно никто не отпустит. Она уползла в другой конец клетки и просто стала ждать. По ходу в голове рождался план побега, но он не пригодился.
Не прошло и часа, как в лагерь волхвов привели новых пленников. Одного кинули в клетку на другом конце склада, а второго сразу привязали к столбу.
Девушка прильнула к решеткам и узнала знакомые черты. Ее сразу же обдало холодом и ужасом при виде друзей.
— И ты сгодишься, — вдруг открылась дверца, и бедолагу за волосы вытащили наружу.
Девушка вскрикнула, однако повиновалась. Ее руки и ноги были связаны и болели от неудобного положения. Когда же Люнация столкнулась взглядами с Грегори, то тут же едва не расплакалась.
— Ты нам не годишься, — сурово проговорил один из магов, — а значит, будешь отвечать на вопросы.
— Мы вам не враги, — крикнул как можно громче Грегори, — мы только хотели забрать подругу.
— А нам не страшны враги, — рассмеялись Волхвы, — и друзей тоже нет среди немагов. Но волчицу мы не отдадим. Она еще нужна нам. Для экспериментов.
— Я сделаю все что угодно, но только отпустите ее. И моего друга тоже, — попросил парень.
Маги задумались и решили посовещаться. В это время Люнация с Грегом снова обменялись взглядами.
Юноша мельком осмотрел ее ногу и с грустью заметил красный отек. С таким она бежать не сможет, даже если появится шанс. «Как же глупо было оставаться под тем деревом, чтобы собрать этот дурацкий перец», — раздосадовано подумал он.
— Мы приняли решение, — радостно заключили волхвы, — твоего друга можем отпустить. При условии, что он не приведет других охотников. А вот волчицу отпустить не можем, как ни крути.
— Я так не согласен, — хмуро отреагировал Грегори.
— Не в том ты положении, чтобы ставить условия, — напомнили те.
— Грег… — послышался тихий голос подруги.
Юноша посмотрел на нее и увидел огромные бездонные глаза. В них было то же выражение, как в тот день, когда вербовщики пришли в деревню и стреляли несогласным в ноги.
Тогда Люнация умоляла друга пощадить себя, ведь ей не страшно идти за ним, хоть на край света. А сейчас, похоже, она умоляла об обратном…
— Нет, я тебя не брошу, — резко ответил Грег, прочитав все это в ее взгляде.
И на смену мольбе там вспыхнуло немое отчаяние.
— Если ты не согласишься с нашими условиями — тогда мы убьем твоего дружка-парнишку прямо здесь. На твоих глазах, — пожал плечами волхв, — выбирай сам. Нам он все равно живым не нужен.
— Ладно, — сдался Грегори, — не трогайте его. Отпустите… но тогда позвольте мне хотя бы остаться здесь, чтобы разделить судьбу моей подруги.
— Это совсем ни к чему, — испуганно прошептала она.
— Хорошо, — ответил главный и махнул рукой, призывая выпустить Биара, — и чтобы обезопасить себя, мы поставим на него вечное клеймо. Любой, кто попытается с ним заговорить — заразится Смертью и немедленно умрет. Сам мальчик сможет жить с этой инфекцией долго, но вскоре тоже погибнет.
— Это то же самое, что вынести ему смертный приговор, — тяжело задышала Люнация, — зачем вы так поступаете?
— Во имя человечества, — проговорили маги и бледного от ужаса Биара приволокли на центр поля.
У него были связаны руки, ноги и даже рот. Если Грегу с Люнацией еще оказали такую честь, что их выслушали, то с этим мальчишкой никто даже знаться не захотел.
Из костра взметнулись кверху искры. Палач достал раскаленную подкову, а лекарь — странный серый порошок.
— Не надо! — запаниковала при виде красного железа Люнация, — остановитесь! Я вас очень прошу!
— Прекратите это! Он и так никого не сдаст, — в том же шоке кричал Грегори, — нас давно изгнали из охотников. Мы вам не враги!
— Хватит!
— Не трогайте его!
Сам Биар выражал все эти эмоции разом лицом. Он пятился по земле назад, вспотел и громко стонал, умоляя о пощаде. Но ему не дали такой возможности.
Порвали рубашку на груди, привязали к столбу, как Грегори. И сколько не кричали ребята, а приговор был приведен в исполнение.
Люнация билась так, будто это ее жгли раскаленным железом, а не друга. Магам даже пришлось позвать второго помощника, чтобы придавить бунтарку к земле, чтобы не дергалась.
Грег же просто осип от тщетной мольбы и, в какой-то момент, ему показалось, что вместе с голосом пропали и эмоции. Их было так много, что сердце отказалось переваривать столько адреналина. И через пару минут адских криков наступила ужасная непривычная тишина.
***
— И все-таки сгодился парнишка, — услышала утром над ухом Люнация. Она мучительно открыла глаза. По ощущениям хотелось сдохнуть. Девушка была в каком-то забвении несколько часов, а потом напрочь отрубилась голодная на всю ночь. И вот только сейчас звуки стали доходить до ее ушей. — Зря мы его отпустили. Нужно было проследить за реакцией на болезнь. — Чего там следить? И так понятно, что подохнет, как и все остальные. Нельзя стоять на месте. Нужны новые кадры. — Но не волчицу же заражать. — Нет, конечно. С нею пускай верховный волхв разбирается. Это его добыча. Люнация издала тихий стон и повернулась в сторону голосов. Пролежать столько времени связанной, да с ноющей болью в распухшей ноге — нелегкое испытание. Никто не заметил, что она очнулась. И маги продолжали обсуждать между собой вчерашние «успехи». — А тот отважный паренек что? Как он? — Пока держится. Будет интересно, если долго протянет. Люнация уголком мыслей догадалась, что теперь речь пошла о Грегори. Похоже, его тоже чем-то заразили или напичкали. Девушка пошарила глазами по соседним клеткам, но не увидела друга. Пульсирующая боль заставила ее вернуться обратно к бреду. У бедняги все кружило и плыло перед глазами. И когда уже она ушла глубоко в себя от дискомфорта, ее подняли и утащили куда-то на руках.***
Грег сидел на месте, повесив голову. Парню вкололи какую-то жидкость, но ничего кроме сонливости и отяжелевших конечностей она не принесла. Мысли были вязкими и долгими. Он не понимал, как сюда попал и что происходит. Но ночью к юноше подошел незнакомец и вколол нечто новое. Через час парню стало лучше и он даже вновь начал соображать. Но все еще ничего не понимал. Успел только заметить, что у нового мага был характерный шрам на ноге, как будто от выстрела. «Возможно, не только охотничьи деревни подверглись отбору, — подумал Грег, разглядывая местность, — но зачем вообще все это нужно? И кому?». Они втроем попали впереплет. Маленькие беззащитные подростки в большом ужасном мире интриг. — Так, на счет тебя договорились, — пришел к нему утром маг без шрама, — тюрьма №26 согласна забрать тебя. Хорошо же они заплатили. — Что? — не поверил своим ушам Грегори, — а как же наш уговор? Я останусь с волчицей! Где Люнация? — О ней уже позаботились, — бесцветно ответил волхв, — а ты что-то бодр после вчерашнего препарата. Неужели организм его переборол? Юноша не стал говорить о ночном инциденте. Тем более, в том состоянии помощник мог ему всего лишь привидеться. Но сейчас это вообще не имело никакого смысла. «Меня посадят, — стучала мысль в голове, — а если я сбегу — то попаду опять сюда или к охотникам. А как же друзья? Я… не смог защитить их?». И Грегори подавленно сполз обратно на землю. Биар, скорее всего, умирает от заразы под названием «смерть» (да, к его названию подошли не очень творчески). Люнацию, похоже, пустили на опыты. А он идет в тюрьму. Какая бесславная судьба. С самого ее начала. — На сколько лет меня посадят? И за что? — решил только уточнить он напоследок. — На шесть лет. Как за убийство, — ответил маг. «Шесть лет», — мысленно сокрушался Грегори и вовсе пал духом. Теперь он был легкой мишенью, и с ним можно было сделать что угодно.***
Связь с друзьями навсегда потеряна. В тюрьме его ждал настоящий ад, похуже, чем жизнь в лесу Новых Охотников. Тем более, юношу чморили именно за то, что он был одним из них. На Грегори отыгрались за все, что предстояло испытать местным зэкам. Оказывается, никто отсюда сам не бежал. Их выпускали охранники, чтобы полюбоваться на тщетные попытки спастись. Развлекались от скуки. Но Грега выпускать никто не собирался. Понимали, что бывший охотник найдет способ улизнуть от ловушек. Для него была уготована другая участь. Через три года юношу невозможно было узнать. Это был уже мужчина, которому пришлось бороться за свое существование в вонючей тюрьме, полной врагов. Немало народу пришлось и прибить, защищаясь. Но появились и первые шестерки, оберегающие его от ночных нападений. Однако это не жизнь. И лицо Грегори огрубело, став омерзительно жестоким и изуродованным шрамами. Однажды его вызвал новый начальник. Грег явился в кабинет и тупо уставился на молодого человека, не достигшего и сорока лет. Хотя вид у него тоже был не нежный, как у городских жителей. Этот, похоже, знает, что такое жизнь. — Вот я и нашел тебя, — странными словами начал разговор начальник, — не узнаешь меня? — Я слишком много людей повидал, чтобы выделить кого-то, — холодно отреагировал парень. — Ну, друзей-то своих ты помнишь замечательно. Я просто уверен, — сложил вместе пальцы мужчина, — юная волчица и паренек, делающий великолепные ловушки. После вас троих у охотников так и не появилось достойной замены. Услышав знакомые имена, сердце Грегори встрепенулось. Он думал, что чувства давно остыли, а его разум ничем не удивить. Но этому человеку удалось сделать невозможное. — Кто вы? — пересохло во рту у Грега. — Мое имя тебе ничего не скажет, — неторопливо проговорил тот, — и самое забавное, что я искал тебя для мести. Хотел унизить и убить, выпотрошить внутренности и оставить тебя при этом живым, чтобы ты чувствовал боль и мучился. — Ах вот оно как, — безразлично ответил Грегори, — и что же вам мешает? Я зэк без прав и сил. И полностью во власти грязных козлов вроде вас. Со связанными руками сложно сопротивляться. — Однако… — словно продолжал предыдущую мысль мужчина, — …мне не интересно изгаляться над тем, кто уже испил свою чашу страданий. И я пришел, чтобы помочь. Грегори ничего не понимал. И не хотел питать себя ложными надеждами. Он предпочел замолчать и дослушать этого странного человека до конца. — Я Хант Резников. Тот самый, кому ты даровал жизнь в лесу. Кого так и не убил, хотя знал, что я буду искать вас, — начальник сверлил парня задумчивым взглядом, — и твой совет очень пригодился мне в жизни. Теперь, если я хочу кого-то убить — я делаю это быстро. Без лишних слов. Теперь вспомнил? — Да. Тот трус в лесу, пытающийся поймать нас с Люнацией, — догадался Грег. — И какие выводы ты делаешь сейчас? — улыбнулся мужчина, довольный, что его поняли. — Похоже, убивать вы меня не собираетесь, — лениво пояснил парень. — Именно, — хлопнул в ладоши Хант, — я все еще ненавижу тебя, но все-таки я человек чести. Готов отплатить услугой за услугу. Ведь если бы не твоя милость в тот день, меня бы не повысили. — А разве Новых Охотников могут повысить до начальника тюрьмы? — удивился Грег. — Как видишь, — развел руками мужчина, — странная у нас профессия, но здесь тоже есть карьерная лестница. Я и сам о ней не знал, пока мне не предложили. И как же я удивился, когда увидел в списках тебя. Как ты попал в тюрьму? — Волхвы продали, — ответил парень, — маги природы. — Я знаю их, — хмыкнул Хант. И замолчал. Похоже, он знал больше, чем говорил. И впервые Грегори раздирало любопытство, ведь появился лучик надежды, чтобы вырваться отсюда. — А что стало с твоими друзьями? — вдруг спросил начальник. — Мертвы, — льдом ответил Грег. — Ты в этом уверен? Ты лично видел их трупы? — скептически спросил мужчина. — Биара заразили Смертью, а Люнацию пустили на опыты. Я не видел их трупы, потому что меня продали сразу же после того, как сделали это с ними, — нехотя объяснил Грег. — Но тебе, вижу, проще от мысли, что они мертвы. Без надежды легче выживать? — К чему вы клоните? Зачем проводите мне эту бессмысленную психологическую беседу? — скривился парень. — Затем, что ты мне пригодишься. В обмен на свободу. Готов сотрудничать? — Я могу отказаться? — хмыкнул Грег, — да, я согласен. — Вот и хорошо. Пошли, — тут же встал с места Хант и рукой приказал следовать за ним. По пути он стал рассказывать о сути своего задания. Грегори был великолепным стратегом и хладнокровным охотником. Его навыкам мог позавидовать любой, кто попадал на службу в лагерь. Однако юноша был безграмотен и не понимал, что представляет собой их мир. Хант примерно описал картину, передав на ходу юноше карту. В центре ее находился тот самый лес, похожий на арену. По сути, это она и была. С запада располагались Новые Охотники. За ними — Охотничьи Деревни, вроде той, откуда изъяли детей. Что находится дальше — неизвестно никому. Говорят, там рай, в котором можно спрятаться от жестокой системы. Там нет ни тюрем, ни Песьей Чумы, ни ужасных людей. Там лишь свобода. Безграничные огромные пространства, не подвластные никому. Однако, возможно, это лишь детские сказки. И многие готовы заплатить немалую цену за то, чтобы узнать правду. Но чтобы добраться дотуда — нужны лучшие из лучших воинов, знакомые с системой арены. Знающие, как избежать волхвов и умеющие находить ловушки охотников. Те, кто проходил хотя бы раз сквозь охотничьи деревни. И те, кто может выжить, не имея в руках ничего кроме лука и стрел. Ханту нужен был Грегори. И другие опытные воины вроде него. — Почему вы не хотите бежать в город? — ткнул на восток карты парень, — смотрю, там тоже рай. Живут богачи, которые ссылают в тюрьма неугодных. А сами, небось, масло целыми днями жрут. Начальник усмехнулся. Затем не удержался и рассмеялся громче. Это оскорбило бы Грега, если бы он не слышал вещи похуже. — Рай, говоришь? Масло?! — Хант кое-как унял нервную дрожь, — ты из тех людей, которые верят в то, что в чужом дворе трава зеленей? — А разве нет? — нахмурился парень, — я часто слышал от других заключенных про жизнь там, за пустырем. — Они сильно приукрашают то, что видели в детстве, — пояснил Хант, — да и видели лишь внешнюю оболочку. Я тоже обрадовался сначала своему новому назначению, пока не понял, что это такая же грязь, как служба в лесу. Поверь мне, нигде не лучше. И жрут в городах тоннами не масло, а шоколад. — Что такое шоколад? — усталым голосом спросил Грег. — Проще один раз попробовать, чем объяснить, — пожал плечами Хант, — хотя думаю, тебе такого счастья не выпадет. Поэтому не бери в голову. Он вел юношу коридорами, направляясь в сторону выхода. Грегори еще не знал, как он поступит, увидев долгожданную свободу. Сдержит ли слово Ханту или все-таки попробует бежать? Здравомыслие говорило, что если и готовить побег — то тщательнее. Как он будет выживать в лесу со связанными руками? Лучше уж состроить рожу кирпичом и прикинуться верным работником. Тогда у него будет больше шансов спастись и обрести свободу. Но тут в одном коридоре они остановились. Мимо них шла колонна людей в знакомой с детства форме. Внутри Грега что-то неприятно защипало. Это были вербовщики. Те самые, которые приходили к ним в охотничью деревню и стреляли людям в ноги. Теперь все встало на свои места. Раз они делают обход по тюрьмам — значит, их вербовке подвергаются не только дальние регионы. Но все еще остается неразгаданным вопрос «зачем?». Но все лишние размышления отпали, как только Грег увидел девушку…
