Время

I can't win, I can't reign I will never win this game Without you, without you I am lost, I am vain, I will never be the same Without you, without you

Криштиану рванулся вперёд, обходя Пике и прорываясь в штрафную зону. Он уже готов был праздновать гол. Великая Барселона? Непробиваемая защита? Смешно. Он обернулся, готовясь принять пас от Луки, но паса не было. Вместо этого Лука в нелепой позе застыл посреди газона, выбив мяч за пределы поля и заставив остальных замереть вокруг. Криштиану практически застонал от разочарования. Ну что опять? Повернувшись, Лука направился к центру поля и присел рядом с игроком Барселоны, сидевшему на земле с опущенной головой. Лица его с такого ракурса видно не было, но Криш мог видеть до боли знакомую десятку на спине. Месси. Ему потребовалась вся его сила воли, чтобы не закатить глаза, – это было бы сложно объяснить после – но как же блять иначе. Разумеется, это Месси, вечно стоящий на его пути маленький нападающий. Чёрт, вряд ли ему ещё выпадет возможность провести такую идеальную атаку. Альба сидел рядом с Месси, положив руку ему на спину, обеспокоенно нахмурившись. Они обменялись с Лукой парой слов и оба выглядели встревоженными. Всё больше игроков подходило к ним, но их голоса были удивительно тихими. Марсело в ужасе прикрыл рот рукой, а в широко распахнутых глазах Пике читался страх. Но затем он заметил кое-что ещё. Нога Месси была вывернута под неестественным углом, а плечи мелко подрагивали. Криштиану сглотнул. По крайней мере, теперь он понял, почему Лука прервал столь удачную атаку. Когда на большом экране начали воспроизводить повтор, он вскинул взгляд вместе с тысячами фанатов. В замедленном повторе это выглядело ещё страшнее, коллективный вздох фанатов, полный ужаса, был единственным звуком. Удар бутсой Карвахаля пришёлся в ногу Месси, это не было фолом, но столкновение было ощутимым. И всё бы закончилось безобидно, но Месси упал после удара, приземлившись очень неудачно: от падения нога изогнулась ещё сильнее, и не было сомнений, что это если не перелом, то, как минимум, трещина. Криштиану резко отвёл взгляд от экрана, будучи не в состоянии смотреть на это вновь, и перевёл взгляд на товарищей по команде. Он искал глазами Карвахаля. Защитник стоял посреди поля, не делая попыток защититься или оправдаться, он вообще выглядел так, словно его сейчас вырвет. Камп Ноу стоял, объятый тишиной. Все были слишком шокированы и напуганы, чтобы освистать защитника Реала. Ещё до того, как кто-либо осознал произошедшее, на поле выбежала команда медиков, и медленно, со всей возможной осторожностью положила Месси на носилки. Аргентинец прикрывал лицо рукой, но, когда его ногу переместили на носилки, он до крови прикусил губу. Внезапно горло Криштиану пересохло. Закусив щёку изнутри, он поспешил отвести взгляд, до того, как флэшбеки прошлого Евро ворвутся в его подсознание. После этого ни один из футболистов не мог сосредоточиться на игре. Суарес и Неймар теряли мяч раз за разом, Иньеста пасовал вслепую, а Пике явно мысленно отсутствовал. Но не только Барселона была разбита – Тони и Лука упускали шансы, пасы Марсело стали неточными и неуверенными. С удивлением для себя Криштиану понял, что и сам не может забить даже самые простые мячи. Ему стоило бы разозлиться на себя за то, что он не может воспользоваться разбитым состоянием соперника и забить, но он не чувствовал в себе такой силы. Оставшиеся тридцать минут матча проходят как в тумане. Если бы не майки в цветах клубов, вряд ли бы сторонний наблюдатель смог понять, что это Эль Класико. Так, рядовой матч Ла Лиги, не более. Неймар, которого заменили за пятнадцать минут до конца матча, дойдя до кромки поля, просто рухнул на траву, и, закрыв лицо снятой футболкой, расплакался. Матч заканчивается ничьей. В раздевалке непривычно тихо. Это не та тишина, что бывает после поражений, это вязкая тишина, наполненная ожиданием, тишина потери. Никто не произнёс ни слова, пока дверь тихонько не приоткрылась, и в проёме не появился Иньеста. На нём уже не было сине-гранатовой майки, он переоделся в простую футболку и джинсы, взгляд его был уставшим. Обыкновенно футболисты не практиковали визиты в раздевалку противника, но половина Реала была его товарищами по национальной сборной, да и ситуация явно выходила за рамки нормы. Первым тишину нарушил Серхио. - Как он? – голос подводил его и дрожал. Это было совсем не похоже на обычный самоуверенный капитанский тон. Он прочистил горло и попытался снова. – Как…как Месси? Иньеста слабо улыбнулся. Улыбка вышла бледной и усталой, но искренней. - Он уже в больнице, - сказал полузащитник тихим голосом, облокотившись на шкафчик, словно все силы ушли на то, чтобы заставить себя говорить, - доктора сказали, что при должном лечении и реабилитации он даже хромать не будет… - он замолчал, собираясь с духом, чтобы продолжить. Недосказанное «но» повисло в воздухе. -Но играть он уже никогда не сможет. На профессиональном уровне точно. Все присутствующие замерли, в комнате повисла гробовая тишина. Казалось, никто не смеет даже вздохнуть. - Ты сказал, он в больнице, - Криштиану обернулся к Карвахалю, чей голос был неуверенным и дрожащим, но в глазах горела решимость, - я могу увидеть его? Чтобы извиниться? Пожалуйста, Андрес, я просто не могу не… Взгляд Иньесты смягчился. - Это не твоя вина, Дани, - сказал он, и Криштиану поразился искренности и мягкости в его голосе. Это напомнило ему об Икере. Тот тоже всегда знал, что есть вещи, которые стоят выше, чем соперничество клубов. Сердце болезненно сжалось. – Такие моменты… Такое случается в футболе. Это опасная игра. - Неважно! Я чувствую, что это моя вина, - он запнулся, но торопливо продолжил, - я бы хотел извиниться перед ним, пожалуйста. Какое-то время Иньеста задумчиво рассматривал его, обдумывая ситуацию. - Хорошо, - наконец сказал он, - ты можешь пойти со мной. Внезапно Серхио резко вскочил на ноги, едва не перевернув скамейку, на которой сидел до этого. - Я тоже должен пойти, - он вперил взгляд в Андреса, - как, как капитан. Месси заслуживает извинения от лица всей команды. Иньеста окинул его оценивающим взглядом. Казалось, в душе полузащитника шла внутренняя борьба. И Криштиану понимал, почему – Месси был не самым контактным человеком. Стоило дать ему побыть в одиночестве или с близкими, но ситуация была такова, что меньшее, что они могли сделать для него, это принести свои извинения. Не выразить свои сожаления хотя бы в такой форме было бы некрасиво по отношению к нему. Наконец, спустя долгие минуты, Иньеста вздохнул и кивнул в знак согласия. - Отлично. Вы двое поедете со мной, - его взгляд метнулся от Карвахаля к Серхио, а затем внезапно остановился на Криштиану. – Ты с нами? И только когда Андрес спросил его, Роналду понял, как сильно ему хотелось этого. Он понятия не имел, откуда взялось это чувство, но оно было, и он готов был поспорить, что эта мысль не оставит его, пока он не решится на.. - Нет, - неожиданно даже для себя ответил он. – Я думаю, мне лучше остаться. Я бы не хотел, эм, беспокоить.. Настаивать никто не пытался. Хотя Криштиану хотелось бы, чтобы они настояли.

***

Но он всё равно обнаруживает себя в больнице поздним вечером. Адрес и номер палаты ему сообщил Серхио, который хоть и смотрел на одноклубника подозрительно, вопросов, к счастью, задавать не стал. На его счастье, Месси был в палате один. Казалось, он спит. Видимо поэтому Пике, Иньеста и остальные товарищи оставили его одного, подумалось Кришу. Засунув руки в карманы джинс, он облокотился на дверной косяк и наблюдал за аргентинцем. Он не знал, зачем он здесь, не понимал, что он собирается делать. Едва ли не впервые в своей жизни Криштиану Роналду не понимал, чего он хочет. Наверное он просто побудет здесь до того момента, пока от вида гипса на ноге Месси ему не станет плохо, а затем уйдёт. - Знаешь, я тебя прекрасно слышу. Внезапно раздавшийся голос Месси заставил Криштиану подпрыгнуть и отступить на шаг назад. Отскочив, он задел какую-то полку позади и зашипел от боли, пронзившей затылок. Эта суета заставила маленького нападающего окончательно проснуться. Он медленно открыл глаза: красные, с полопавшимися сосудами. То ли от слёз, то ли от лекарств, возможно и то и другое вместе. На самом деле, это волновало Криштиану в последнюю очередь. - Чего ты хотел? В его голосе не было враждебности, но и дружелюбным его было сложно назвать, так что на долю секунды Криштиану даже пожалел о своём решении прийти сюда. Но он уже здесь, перед Месси, так что надо, наконец, собраться с мыслями и постараться высказать всё то, что мучило его с самого прихода Иньесты. Он набрал воздуха в лёгкие и шагнул чуть ближе, глядя на белую стену поверх головы Месси, и набираясь мужества посмотреть ему в глаза. И куда делась вся его самоуверенность? - Я хочу, чтобы ты поверил мне. Я действительно не…не рад случившемуся, - наконец выдавил он, медленно и осторожно подбирая слова. Ему отчаянно хотелось, чтобы Лионель поверил ему. Тот невесело усмехнулся. - Но вряд ли ты раздавлен тем, что я выбыл из игры, - слова режут ножом, и Криштиану остаётся лишь надеяться, что это нельзя прочитать на его лице. – Да не парься, - Месси отвернулся, глядя на ярко освещенные улицы Барселоны за окном, - ты же в конце концов человек, это естественно. Криштиану хочется закричать, что он здесь не потому, что это хорошо для его имиджа, а потому что он не такой бессердечный и надменный мудак, думающий лишь о деньгах и трофеях, каким его часто называют люди. Но именно это скажут люди, одноклубники Лео, об этом будут писать газеты, и Криштиану хочет, чтобы Месси услышал, понял его, поговорил с ним лицом к лицу до того, как услышит всё это. Ему хочется сказать это, и много чего ещё, но в то же время он не хочет говорить о себе, прекрасно понимая, что как бы паршиво ему не было, Месси сейчас чувствует себя намного, намного хуже. - Поздравляю лучшего игрока этого года по версии ФИФА, - вдруг говорит Лионель, нарушая ход его мыслей, и Роналду вновь смотрит на него, - и во все последующие тоже. И португалец понимает, что даже не может почувствовать себя оскорбленным, потому что слова Месси показывают как ему на самом деле больно. А ещё он понимает, что им стоит сесть и поговорить нормально, как двум взрослым, разумным людям. Но вместо этого он поворачивается и уходит, позволяя двери с шумом захлопнуться за собой.