Эхо прошлого

Они все приехали в Слэйнс. Хотя кто приехал? Только Конни и Кит, да прихватили Зои и ее мохнатого пса — рыжего шпица Дэнни. Больше некому было приехать, чтобы проведать старую Катриону. Она еще держалась на ногах и все делала сама, только с памятью стало хуже, но свою рассеянность она скрывала как могла. В ее доме было не так много посетителей. Не то чтобы Катриона стала затворницей, просто ей хотелось побыть вдали от шумных сборищ, да и времена менялись. Слишком многое в мире стало другим. Патрика не забыли. Часто проводились выставки его работ, а еще сняли документальный фильм. Казалось, людям было совсем не важно, каким он был в жизни. Вряд ли его можно назвать мерзавцем, скорее потерянным и непонятым окружающими. Катриона жалела только об одном — что так и не помирилась с ним. Она поменяла завещание, решив все оставить Зои, пусть и Летти вряд ли бы это одобрила. По сути, уже не важно: Летти умерла в прошлом году, так и не победив болезнь. Зои к тому времени исполнилось восемнадцать, она уже не нуждалась в опеке и вместо того, чтобы остаться в своем доме, перебралась к Киту. Кит так и не женился на своей Полли. Она сама потеряла потенциального мужа, когда решила сказать, что еще одного ребенка не потерпит, ведь что-то он должен был оставить их общим детям. Кит этого эгоизма не простил. Летти поначалу думала, что Зои и Кит не сойдутся характерами, но они нашли общий язык, и Зои стала очень часто приезжать к Киту домой. Он все равно жил один в большом доме и считал, что будет неплохо, если там поселится еще кто-то. Но главная причина была другая — беременность Зои. Зои долго не знала, как открыться кому-то, и наконец решилась рассказать Мэгги. Для нее это был непростой шаг, и ей казалось, что Мэгги посмеется над ней и пошлет подальше. — Когда моя мама узнала, что беременна, это поставило крест на ее карьере, и она хотела от меня избавиться, а потом все же решила родить. У тебя несколько путей: сделать аборт где-нибудь в Швейцарии, но потом, возможно, у тебя никогда не будет своих детей; родить и отдать ребенка или же воспитывать его самой. — Ты бы что выбрала? — Если бы это был ребенок от любимого человека, я бы не задумывалась. Ни карьера, ни будущее меня не остановили бы. А от нелюбимого… Тут я бы подумала. Но, с другой стороны, я родилась от того, кого мама не любила, так что, наверное, в ее положении я бы подумала, но все равно оставила бы ребенка. В любом случае надо все рассказать взрослым. Зои же перестала страшно завидовать Мэгги, особенно после того, как умер очень близкий для нее человек. Конечно, было глупо столько лет стремиться к чужой жизни. Зои просто однажды решила закопать топор войны. Она все же рассказала Летти, хоть и боялась, что такие новости ухудшат здоровье матери. Та ничего не сказала: наверное, химия притупляла эмоции, а может, она просто устала бороться и ей уже было все равно. Зои обратилась к Киту, и он сказал, что лучше всего родить ребенка. Тогда Зои решила все сделать по-своему. Она раздобыла таблетки, понимая, что фактически совершает преступление. Кит был очень зол, но врачи откачали ее и даже сказали, что дочь сможет иметь детей. Кит от злости, накопав компромат на Дэвида Таска, продал его желтой прессе. Был целый скандал, и Конни пришлось держать оборону, хотя они уже давно расстались. Это разозлило Конни, и она много месяцев не разговаривала с Китом, но он нашел брешь в ее броне. — Я не хотел, чтобы это причинило тебе вред. Не думал, что он захочет потащить тебя за собой, и самое ужасное, у тебя теперь проблемы в карьере. — Кит был искренним. Он и не пытался врать и юлить. — Слушай, как я могу загладить свою вину? — Забудь уже. А карьера, да черт с ней, — махнула рукой Конни. — Все равно меня не ждут лавры великой актрисы, «Оскар» и прочие радости. Так что можно не переживать по этому поводу. Кстати, как там Летти? — Не думаю, что дальше будет лучше. Врачи тоже не оптимистично смотрят на ситуацию. — Кит плеснул виски в стаканы. — Говорят, что долго она не протянет. — Что ж, кажется, наша великолепная компания совсем развалилась. — Конни выпила виски. — Ладно, не будем об этом. Спустя столько лет они с Конни снова сошлись. Киту это казалось чем-то простым. Он же всегда любил ее, ну или, по крайней мере, у них был отличный секс в прошлом. Не лучшая основа для отношений — ностальгия по прошлому, ведь дважды в одну реку не войдешь, но порой Конни думала, что зря много лет тому назад бросила Кита. Не надо было отдавать его Летти, она все равно не смогла быть с ним. Много воды утекло с тех пор, как она кого-то любила, она и не помнила, каково это — узнавать это чувство, каково это — знать точно. Она думала, что любила Дэвида, но теперь ясно видела, что это было просто увлечение; и она знала, что никогда по-настоящему не любила никого из своих мужчин. И это возвращало ее к Киту, а она не вполне доверяла своей памяти в отношении того, как это было. Иногда надо посмотреть со стороны. Иногда другие могут увидеть что-то, чего не можешь увидеть ты сам. Летти увидела, она сказала об этом в тот день на пляже, сказала, что каждому видно, что Конни в него влюблена. Это были последние дни Летти, и она хотела провести их не в больнице, а на море в Брайтоне. Итак, теперь они получили свой шанс зажить нормальной жизнью. Конни включила кофе-машину и разожгла дровяную печь, села за стол и посмотрела в окно на лужайку перед домом. Хорошо, что она отпустила прислугу: Катрионе понравится то, что она приготовит. Спустилось облако и заслонило вид на долину, видимость была не дальше каменной стены. Она вспомнила, как ощущала себя в это же время в позапрошлом году и каким пугающим казался ей дом — и прошлое, что окружало ее. Вспомнила темноту, тишину, запах холодного камня, завывающий в ветвях ветер, тени по углам. Теперь таких ощущений больше не было: с разожженным огнем здесь было так тепло, гостеприимно и уютно, как только можно себе представить, дом утратил дух заброшенности, стал настоящим домом. Здесь больше не было тихо, ведь постоянно щебетала Зои и играла музыка Кита. Раньше ее терзали призраки прошлого, и, хотя они остались, она чувствовала, что уже не слишком возражает против их присутствия. Она испытывала смятение, конечно, испытывала — по поводу переезда обратно в свою старую комнату, в комнату рядом со спальней Пат и Патрика. Смогут ли они с Китом спать в этой комнате мирно и спокойно? Оказалось, что прекрасно могут. Ее уже не так тревожило ощущение, что они не совсем одни, что здесь постоянно живут тени, живет эхо — в темных углах и на чердаке, на лужайке возле дубов и в лесу, за домом. В конце концов, это было не так уж страшно; в этом была своя отрада, что-то хорошо знакомое, подаренное старыми друзьями. Хорошо, что Конни все вовремя поняла и освободилась из плена своих заблуждений. В ночь, когда пропала Зои, она словно скинула с себя все маски и цепи и перестала прятаться от правды. Сегодня, приехав в Слэйнс, Кит и Конни больше не испытывали неприязни к этому месту. Эхо прошлого рано или поздно должно было стихнуть, и это произошло. Пусть души Пат, Патрика и Летти покоятся с миром, а они, оставшиеся в живых, должны жить дальше, что бы ни случилось. И пусть многие посчитают, будто они не заслужили свой кусочек счастья, но это не так.