Верни мне мое тело!

Несколько дней спустя Время превратилось в одну сплошную черную полосу. Пережить это девушке, в одно мгновение вновь ставшей гигантским роботом, оказалось весьма тяжело. Наверное, дело все в том, что она никак не ожидала занять чужое место. Наверное, было бы лучше, если Лера погибла прямо там, в лаборатории, от смертельного яда, постепенно расползавшегося по ее органическому телу. Однако вместо нее погибла другая. Новикова до сих пор содрогалась от воспоминаний. Это было... страшно. В один момент помнить, что тебя, беспомощную и обессиленную, кидают в капсулу, а потом вдруг очутиться лежащей на столе... Даже самому заклятому врагу такого не пожелаешь. Наверное, хорошо, что она не видела, как постепенно умирала Арахния, иначе Леру преследовали бы кошмары. После того, как Валерия скрылась из лаборатории, она не решалась прийти обратно на Десептиконскую базу. Бывшая журналистка предпочла скитаться по близрастущему лесу, старательно не попадаясь никому на глаза, но одно обстоятельство все же вынудило вернуться. В один прекрасный момент она заметила изменения. Ее новое тело само по себе начало менять форму. Естественно, Лера не на шутку перепугалась, посему бросилась сломя голову за помощью. Срочно требовался Нокаут, и она его нашла. Медик был очень удивлен тем, что "Арахния", стоя перед ним, буквально превращалась в неизвестную фемботку. Конечно же, Десептикон сопроводил ее в свой кабинет, где и взялся за изучение. Спустя некоторое время Нокаут сообщил, что каким-то образом органическая часть мутации пришла в активность, постепенно поглощая и изменяя. Лера догадывалась, что могло послужить толчком. Ее собственное сознание. Оно вплелось так, что как бы включило программу изменения. Метаморфозы причиняли жуткую боль. Валерия чуть ли не вопила от того, что чувствовала, как внутри нее словно разрывалось что-то. Дес пояснил это тем, что сильные физические боли вызваны внутренним сопротивлением фемки. Он предлагал ей расслабиться, но она не могла этого сделать. Узнав все, что было необходимо, Новикова собралась было уйти обратно в лес, но Нокаут категорически запретил куда-либо уходить. Ему и самому было интересно узнать, что же произошло с паучихой. Почему она стала такой... слабой? Может, один из многочисленных экспериментов дал по процессору так, что она вдруг опомнилась? Медик даже не представлял, насколько был близок к истине. Он специально разрешил Десептиконше жить в соседнем отсеке, чтобы фемка практически всегда была на виду. Она не особо была рада такой перспективе, но жить все же осталась. Зуд донимал Валерию. Она ходила по базе, постоянно проводя кончиками пальцев по металлу, приобретавшему синеватый оттенок. Женщина старалась не попадаться никому на глаза и понимала, что сами Десептиконы близко к ней не подойдут. Возможно, считали ее заразной. Ну и поделом. Ей не нужно было общение. Хотелось одного — одиночества. Однажды фем, ища выход на улицу, из-за очередного зуда не заметила, как столкнулась с кем-то. Еле слышно пробормотав слова извинения, хотела было прошмыгнуть мимо, но чьи-то руки довольно сильно сжали Лере плечи. Она встретилась с ним взглядом. Больше всего Новикова боялась встретить Блитцвинга. Девушка уже и сама запуталась, кто прав, а кто виноват. При встрече с ним в бывшей смертной девчонке вновь пробудились чувства, которые так тщательно старалась загубить. Он хотел что-то ей сказать, но Лера не стала слушать, просто молча вывернулась и побрела прочь. Все же Нокаут не мог запретить "Арахнии" выходить за пределы базы. Ее любимым местом стал крутой обрыв, где женщина когда-то недавно обманула Брейкдауна. Это было единственным веселым воспоминанием. И сегодня Новикова вновь отправилась гулять туда. Усевшись на краю обрыва, задумчиво уставилась на свое отражение в водной глади. От прежнего облика Арахнии практически не осталось и следа. Фиолетовый цвет сошел практически полностью, остались лишь небольшие пятна, разбросанные по всему телу, даже шлем и то приобрел немного иные очертания: слегка вытянулся назад, выставляя напоказ еще не совсем сформировавшиеся детали. Оптика осталась той же — все те же четыре красных глаза обреченно созерцали самое себя. Две конечности альт-формы паука чуть вытянулись и подались вперед, появились еще две конечности, как бы смотрящие вниз. Конструкция самого тела изменилась не совсем глобально, но к примеру, тонкой талии Арахнии уже не осталось. Новая фем отметила про себя, что растолстела и ей не помешало бы сбросить вес. На краткое мгновение Лера позволила себе улыбнуться, но тут же снова приняла безразличное выражение лица. Она обхватила себя за плечи. Недавно Новикова позволила себе задуматься о смерти. В принципе, женщина вполне могла наложить на себя руки. Например, в этой же самой речке. Механизмы сейчас раскрыты, достаточно лишь попасть капле воды, чтобы внутри все перемкнуло. Девушка подобрала камень с земли, затем швырнула его в воду. Вот так вот просто. И Новикова может прыгнуть точно так же, не заботясь о последствиях. Валерия заерзала на месте, как бы продвигаясь еще ближе к краю. Глубоко втянув в себя вечерний воздух, вцепилась руками в землю. Решение покончить с собой постепенно набирало обороты. Она решилась. — Не думал, что обнаружу тебя здесь. Девушка вздрогнула от неожиданности, явно не ожидала чего-то подобного. Фем оглянулась через плечо. Нарушитель спокойствия прятался в тени деревьев, словно наблюдая. Зрение женщины различило знакомые очертания. — Что тебе? — довольно грубо спросила та, отвернувшись. Только не сейчас, только не так. — Просто это тоже мое любимое место. Я здесь часто бываю. — Да что ты говоришь... Ладно, поверю на слово. Я сейчас уйду, только не гони меня раньше времени. — Я и не собирался. Наоборот, мне хотелось бы поговорить... с тобой. Айс все же приблизился к Новиковой, немного постоял, глядя куда-то вдаль. Лера искоса следила за ним. Сердце, точнее, Искра, встрепенулась внутри нее. Бывшая журналистка слегка прикусила губу, размышляя. И о чем же будет разговор? Она уже знала ответ. — И о чем же, позволь спросить? Сразу хочу сказать, что я уже ни на что не обижена. Вообще, сильно запуталась в себе. И... — Что сказал тебе Нокаут по поводу этих... метаморфоз? — прервал ее Блитцвинг. Он все так же стоял около нее. Валерия подняла голову. Неожиданно ей захотелось коснуться его. Хотелось еще чего-то... большего, чем просто прикосновение. Новикова постаралась подавить в себе такое желание. Этого нельзя было делать. — Он знает о том, кто ты есть на самом деле? — бот перевел взгляд на новоиспеченную фемку. Та отрицательно замотала головой. — Нет, даже и не спрашивал. Сказал только, что органическая сущность начала действовать. Она-то и изменяет меня. Видишь, во что я превратилась? — девушка выставила вперед руки, рассматривая их. — Чудовище. Самое настоящее чудовище, больше мне сказать нечего. Это тело причиняет неописуемую боль. Порой хочется выть и скрести стену, уйти в забытье, выпасть из реальности, лишь бы не чувствовать то, что сейчас терзает меня. Все внутри горит, бьется в предсмертной агонии. Порой мне кажется, что металл буквально охвачен огнем. Хочется орать и метаться из стороны в сторону. Ай! — Новикова дернулась от очередной волны боли, прошедшейся по всему корпусу. Что-то выдвинулось из нее сзади. Трехрежимник молчал, позволяя фемке выговориться. — Видишь? Видишь, что со мной происходит? — Вижу. Понимаю, что тебе больно. Но... может, стоит поступить так, как тогда поступили мы? — тихо произнес Айс, усаживаясь рядом с ней. Лера начинала раздражаться. Ее начинало все бесить. Она сжала ладони в кулаки. — Не говори загадками, Блитцвинг, — процедила Валерия. Гнев постепенно просыпался в ней, раздувая своеобразный огонь ярости, очень хотелось дать боту хорошего пинка. — Помнишь наш разговор перед тем, как нас вернули обратно? Тогда позволь напомнить: тогда мы оба приняли чужие корпуса как свои собственные, и результат оказался соответствующим. Какой вывод можно из этого вывести? — Хочешь сказать, чтобы я смирилась со своей участью и приняла все, как есть? Айс, я не могу! Это тело принадлежало другой женщине, которая, к тому же, еще и с тобой встречалась! Смеешься, да? — Твое неприятие лишь усугубляет процесс. Если не осознаешь проблему вовремя, то потеряешь рассудок, а мне... не хочется, чтобы ты его теряла. Его слова не дошли до сознания новой фемки. В ответ та только стукнула трехрежимника по спине кулаком. — Идиот! Неужели не понимаешь, что я не могу? Элементарно не могу! Не мое, понимаешь, не мое! — вскочив с насиженного места, Лера принялась метаться из стороны в сторону. — Посмотри на меня! Во что ты меня превратил! Я не хотела такой жизни! — замахнувшись, Новикова ударила стоящее деревце. Оно жалобно хрустнуло и покосилось. — Меня надо изолировать от общества! На меня все смотрят так, как будто бы я болею последней стадией рака и обречена на скорую смерть! И вообще, я уже все решила: хочу расстаться с этой жизнью! Навсегда! — Что? — бот даже подскочил на месте. Валерия предугадала, что он сейчас направится в ее сторону, посему отошла еще на несколько шагов. — Что слышал! Я жить не хочу! Мне все надоело, и ты в том числе! Не хочу тебя видеть, слышать, ощущать! Пошел ты к черту! Вот прямо сейчас разбегусь и брошусь с обрыва в реку! Сброшусь, слышишь! — Ноги подкосились. Рухнув на колени, девушка закрыла лицо руками. Она разревелась, даже не услышала приближающихся шагов. Ей было больно, тошно и одиноко. Кто мог ее поддержать? В том-то и дело, что никто. Кто-то помог Новиковой сесть. — Хорош реветь. Как вы говорите, слезами горю не поможешь, — Айс всмотрелся в лицо новенькой фемки. — Послушай меня еще раз: возьми себя в руки и смирись. Думаю, что это поможет. Избавишься от груза, накопившегося в Искре. Лера попыталась было выдернуть руки из хватки Блитца, но тот явно выигрывал в силе. — Нет, отстань от меня! Я приняла решение, и даже ты его не изменишь! Отпусти, ты делаешь мне больно! Блитцвинг подчинился. С быстротой молнии Новикова вскочила на ноги, отряхнулась. Вновь ее тело сразила боль. Она больше не могла терпеть такое. Искра сжалась и заметалась в своей камере, зная, что собирается сделать хозяйка. Девушка смогла выпрямиться во весь свой рост. Она не доставала до уровня роста трехрежимника, посему пришлось слегка приподнять голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Интересно, а куда делись Хот и Рэндом? Неужели Айс отхватил довольно сильный контроль? Или же они полагались на него? Лера печально улыбнулась. — Прости меня, Блитц. Наверное, мне стоит сказать это сейчас, — фемка позволила себе положить руку на грудь трехрежимника. Почувствовав ответное тепло, чуть встрепенулась, но тут же подавила в себе желание. Нельзя. — Когда мы поменялись местами, я считала тебя тупым недоумком, ты меня бесил, твое положение в обществе напрягало. Я понимала, что мне предстоит выправить эту ситуацию, что и сделала. Но как всегда, не учла одного. Ой, глупая, глупая... Думаю, стоит сказать тебе спасибо. Еще раз прости. Тут она сорвалась с места. Женщина знала, что делает. Несколько прыжков, кратковременный полет вниз, встреча со спасительной водой. Перед ее глазами поплыли ошибки системы. Инстинкт самосохранения упрямо талдычил о взмахах руками и ногами, то Лера тупо игнорировала эти посылы. Новикова зажмурилась. Ей казалось, что вода постепенно начинала пробираться внутрь. Органическая часть завопила в сознании девушки, но та не обратила на это внимания, а просто камнем пошла ко дну, включив, как говорили роботы, режим оффлайн. Все системы наперебой визжали о том, что носительница этого тела поступила глупо, сбросившись с обрыва в воду, да еще и при свидетелях. Валерия знала, что не погибла и что сейчас наверняка лежит где-нибудь на берегу. Течением, наверное, вынесло. Бывшая журналистка принялась сканировать что-то, вроде бы свое состояние. Результат был удовлетворительным. Покончив с этим, позволила себе немного расслабиться и вслушаться в окружающий мир. Рядом плескалась вода, сверху гулял ветер, теребя листья деревьев. Новикова пошевелилась и открыла глаза. — Никогда больше так не делай, слышишь? Скажи мне: ты действительно с процессора съехала или еще нет? — грубый мужской голос чуть не оглушил ее. — Не вставай! Не двигайся! — Хот? — прошептала женщина, чуть повернув голову в сторону, пытаясь рассмотреть говорящего. — У тебя же все системы наружу! Вот тупая белковая! Зачем сразу бросаться, идиотка! Я оказался прав: вы, органики, настолько тупы, что совершаете дурацкие поступки! Подожди, я тебя сейчас сам подниму! В ту же секунду женщина оказалась на ногах. Хот, как мог, придерживал ее, чтобы не упала. Затем он слегка встряхнул девушку. Та почему-то ощутила себя бельем, которое собираются повесить на веревку. — Никто не просил меня спасать! — пробурчала фемка, пытаясь отстраниться от трехрежимника, но тот явно не желал ее отпускать. — Ой, да брось! Если бы не я, то кто? Что, понравилось замыкание систем? Хочешь повторить? — хихикнул Рэндом. — Кстати, посмотри на себя! Посмотри! — бот подвел фем к воде. — Что я там не... — Лера осеклась. На нее из воды смотрела вроде она, а вроде и не она. Бывшая белковая наклонилась еще ближе, заметила, что выглядела намного лучше, чем несколько часов назад. Псих отпустил ее. Та принялась рассматривать себя, постепенно удивляясь. Неужели это все? Превращение... завершено? Невероятно! — Все позади, Лера, — сказал появившийся Айс. — Интересно, когда это ты решила оставить все, как есть? Не во время падения? — Я не знаю, — ответила Валерия, продолжая рассматривать тело. Теперь оно было целиком синим. Руки потянулись к шлему, пальцы не ощутили оголенных проводов или чего-нибудь эдакого. Паучья альт-форма сохранилась. — И кто же я теперь, а, Блитцвинг? И... как я тут оказалась? — Теперь ты полноправный член армии Десептиконов, тебе нужно дать новое имя. Как оказалась? Мне пришлось нырнуть за тобой. Ты оказалась очень тяжелой. Новикова перестала рассматривать себя и воззрилась на своего спасителя. Теперь в ее голове шуршали другие мысли. Может, не стоило так уж убиваться из-за всего произошедшего? Хотя этот самоуверенный прыжок послужил толчком к полному превращению. Что было бы, если Лера, наплевав на все, перестала сокрушаться и сразу приняла себя такой, какой стала? Говорят, от судьбы не уйдешь. Она так и будет тебя преследовать до тех пор, пока не помрешь. — Хм, ладно. Слушай... Ты поможешь мне во всем разобраться, а то я как Десептикон — полный отстой... Вот что ты смеешься? Очень смешно! Новикова наклонилась, чтобы поднять камень с земли да запульнуть его в трехрежимника, но не успела. Когда та поднялась, бот уже стоял около нее. — Пошли, белковая. Вижу, ты полностью оправилась от пережитого. Ладно, так и быть, придется посвятить тебя во все прелести Десептиконской жизни, только смотри, не вздумай убегать и бросаться в воду при первой же неудаче. Уже не поможет, — с усмешкой произнес Айс, протягивая девушке руку. Та приняла ее. — Нет уж. Пожалуй, больше я этого не сделаю, обещаю. Хотя... Я хочу посмотреть на то, как ты будешь меня учить. Может, препод из тебя выйдет никакой, вот тогда я точно сбегу, — фыркнула Валерия. Блитцвинг потянул фем за собой. Постепенно оба скрылись в лесу.

Конец