Истории, рассказанные на чердаке.

      Чердак любого здания – невероятное мистическое место, способное хоть на мгновение породить искру смятения даже в самом черством сердце погрязшего в бытовухе человека. Чердак деревянного дома – место волшебное и загадочное. Старинный деревянный чердак двухэтажного особняка, спрятанного мудрыми строителями вдали от больших городов – это распахнутая дверь в неведомый мир. Наполненный, как ему и положено, невероятными существами; наполненный историями тех, кто в этот мир попал.       Любой чердак можно посетить в одиночку или в теплой компании. Можно рассказывать истории, слушать или читать. Можно говорить о чем угодно, но на любом чердаке всякая, даже самая бытовая и примитивная тема, незаметно обрастает дополнительным смыслом, становится более значимой, и вид имеет загадочный.       Таково влияние этого необычного места.       Но вернемся к тому, что должно интересовать нас больше всего. Уж если посчастливилось узнать месторасположение особняка, и каким-то чудом туда добраться (хоть бы даже во сне; призраком или тенью нелегально пересечь границу), то стоит, не отвлекаясь на постороннее, взбежать на второй этаж и оттуда по лестнице взобраться на просторный старинный чердак.       За приоткрытым окном вечерние сумерки. Присев на массивный подоконник можно любоваться парком, плавно переходящим в дремлющий под покровом осени лес. Замерев, прислушиваться к запаху пыли, рассохшегося дерева и перестуку клавиш печатной машинки. Сам старенький Континенталь, или кто-то невидимый, склонившись над ним, бойко стучит по клавишам, пересказывая очередную историю пожелтевшему листу бумаги. Стук-стук, еще одна страница соскальзывает на пол, чтобы присоединиться к своим сестрам. И там, на полу, среди пестрой осенней листвы, терпеливо ждать тех, кто потрудился выучить алфавит человеческих слов. Или способен в едином порыве впитать смысл написанного, не утруждая себя перебиранием нитей напечатанных строк.       Или дождаться хозяина дома. Который поднимется по ступеням, осторожно придерживая за носик пузатый чайник прозрачного стекла, примешивая к запаху дерева корицу, облепиху и мёд [1]. Нальет две кружки - себе и осени – угощайся, дорогой друг. Накинет на плечи один из уютных домашних пледов, и ловким движением поймает в ладони крутящийся рядом молодой ветер.       Окунется в аромат вечерней прохлады, горечь прелой листвы и сырой земли, смягченную последними теплыми лучами осеннего солнца, звонким смехом и ароматом варенья из спелых яблок.       Шепнет: «Передавай ему привет, когда встретишь. Скажи, пусть возвращается домой с первыми заморозками.       Скажи, я его очень жду».