Полумрак

Тэхен валился с ног, он готовился к этой выставке больше полугода, чтобы в итоге услышать от академистов: «Неплохой выбор палитры». К черту их… Тэ, впервые за долгое время захотел напиться, но пить он не умеет, поэтому и не пьет. Вернувшись в квартиру, швырнув одежду в коридоре, он глубоко вдохнул токсичный запах родной квартиры. Поставил чайник, приоткрыл окно, голышом начал разгуливать по квартире. Шторы нараспашку, а соседи напротив видят подобное шоу каждый раз, когда Тэ не в духе. А бывал он не в духе довольно часто. Щелчок. Чай вскипел, комнату наполнил звук бурлящего кипятильника. Тэ заварил себе крепкий черный чай, добавив ложку мёда. Несмотря на свой немалый достаток, пьет он исключительно чай из пакетиков. Для бывшей модели немного странно. До шестнадцати лет он был моделью крупных брендов и различных дизайнеров, по воле родителей, естественно. Часть дохода уходила родителям-менеджерам, часть на закрытый накопительный счет. Тэ, дойдя до подросткового возраста, возненавидел модельный бизнес… Это было рабство чистой воды, а про побочное использование моделей он и вспоминать не хочет. Всем было плевать, что это дети: модели любого возраста воспринимались гиенами этого бизнеса, как просто элитные проститутки. Взяв кружку чая, он двигался в темноте, как в своей стихии, ловко обходя горы мусора на полу. Он сел на угол кровати, греясь теплотой кружки, смотрел на портрет, который так и не попал на выставку. Тэ нравился полумрак его квартиры, поэтому он и предпочитал клубам, свою токсичную берлогу. Портрет оказался слишком личным не то для Тэ, не то для его ночной музы. Теплый чай согревал его тело, а взгляд грел прекрасный портрет. Он был выполнен идеально, как технически, так и эмоционально. Легкая морщинка озадаченности на лбу, слегка хмурые брови, реснички красиво обрамляющие веки и нежные губы… Глядя на портрет в лунном свете, он словно вновь очутился в той ночи. Вернувшись в те воспоминания, он понял, что портрет все же не передает всех тех ощущений, которые вызывал у него тот паренек. Тэхен покрылся мурашками и слегка усмехнулся. Он закрыл окно, прекрасно понимая, что холод раннего декабря здесь не причём. Тэ все же решил натянуть на себя пижаму, помыл за собой стакан, вытерев руки о штаны. Лежа в кровати, он все еще не сводил глаз с портрета со спящим юношей и понимал, что его ему мало. В нем просыпалась некая одержимость, он прекрасно понимал, что от нее он просто так не избавится. Тэ все ерзал в кровати и прокручивал день выставки от и до. Он помнил каждого, кто пришёл, слова, мимику, реакцию и даже время проведенное у его работ. Он был настолько дотошен, ведь это труд его бессонных ночей, иначе и быть не может. Его воспоминания потревожил Юнги. Тот самый парень, что явился по приглашению бывшего однокурсника. Тэ был почти уверен, что это был тот самый Юнги, чей образ чуть не свел его с ума. Парень был словно спрятан за стеной собственных эмоций, поэтому-то Тэ не сразу опомнился. А когда опомнился, парня и след простыл. Неудивительно, ведь он был под угрозой публичного унижения. Тэхёну это было знакомо не понаслышке. Сразу после начала его карьеры детской модели, Тэ чувствовал себя некомфортно под пристальными взглядами своих «поклонников». Чтобы хоть как-то себя отвлечь, он начал рисовать. Его детские работы были жестокими и темными. Тэ нравились куклы, марионетки, клоуны, да и все, что связано с театром, цирком и различными ролями. Чаще всего, это и было его вдохновением и центром его работ. Позже, после скандала с одним из спонсоров он возненавидел родителей и модельный бизнес. Тэ не мог принять того, что родители знали о всех домогательствах и продолжали молчать. В один из таких моментов осознания в нем что-то надломилось, он сбежал из дома, жил у друзей, а позже поступил в колледж. Там, под огромным давлением вечно недовольных стариков, он решил пуститься в свободное плавание. Воспоминания бродили в голове Тэ и волновали океан бушующих эмоций, лишая верного раба искусства сна. Спустя неделю после выставки, Тэ увидел рецензии к своим работам на официальном сайте галереи. «Трудно назвать это высоким искусством, несмотря на очевидные плюсы работ…» и бла-бла-бла. К черту... Несмотря на то, как он ненавидит критиков, их мнение оставалось для него далеко не пустым звуком. В надежде получить хоть какой-то мало-мальски хороший отклик, Тэ прочел, что написали посетители и остался доволен. Они прочувствовали его работы, поняли задумку, кто-то интерпретировал иначе, и это чувство, что зарождалось в нем, прекрасно. Выставка удалась, его услышали, и он был более чем счастлив. Какой артист, будет являться таковым, если у него нет публики? Артист творит, чтобы выразить чувства, мысли, эмоции и поведать историю. Благодаря артистам, люди понимают, насколько они близки и далеки друг от друга одновременно, насколько схожи и различны. Тэ хотел отметить с кем-то свой маленький триумф, но все омрачил банальный холод одиночества. Тэхену стал необходим, как кислород, парень, что подарил ему тепло, ласку, понимание и триумф на выставке. Возможно это его очередное увлечение. Тэхен уже не верил в то, что способен любить кого-то. Даже слово «любить» звучит странно в его голове. Однако, увлеченность и одержимость он признавал. Очередным вечером, Тэ почувствовал неожиданный приступ одиночества. Ему, взрослому парню, хотелось кричать от разрывающей пустоты и холода внутри. —Здравствуй Элла! —нетерпеливо и довольно нервно выпалил в трубку Тэ, после того, как триста раз набирал ее номер и сбрасывал. —Здравствуй! Вчера была на твоей выставке… недурно, недурно. Кто бы мог подумать, что ты не только мордашкой вышел. —Элла… — зло перебил Тэ. — Я не для этого тебе звоню. —Хорошо, тогда зачем? —Я хочу снова снять того парня… Шуга вроде… —осторожней продолжил Тэ. —Прости дорогой, ничего не выйдет. Шуга не хочет тебя обслуживать, — безразлично констатировала Элла, — Он редко отказывается от моих клиентов. Но после тебя он отказался обслуживать больше половины. А это, между прочим, удар по моей репутации! — загорелась она. —Что ты имеешь ввиду? —Шуга довольно крепкий орешек, но мне дали понять, что ты его чем-то не устроил. Это не мое дело, но даже у «мальчиков» по вызову есть гордость. —Так в том-то и… — замолк на полуслове Тэ. — А если я скажу, что за одну ночь я заплачу в три раза больше, чем любой другой его клиент, он согласится? —Я посмотрю, что можно будет сделать. —Ты чудо… —А вот твой Сахарок считает иначе!