Виниловое небо

Привет. Меня зовут Алиса и мне семнадцать лет. Мою жизнь вряд ли можно назвать счастливой или сложившейся. Мои родители постоянно пьют. Наш дом стал похож на собачью конуру: линолеум кое-где уже протерся, части его вообще нет, ободранные обои, из мебели осталось всего по минимуму - задрипанный холодильник, в котором повесилась мышь, несколько кухонных тумбочек, газовая плита, диван в центре гостиной, самодельный шкаф из нескольких досок, пара стульев. В комнате родителей на полу лежит матрас, на котором сверху простынка, которой они укрываются, ниша под вещи, хотя не переодеваются они уже очень давно. Мою комнату можно назвать более-менее нормальной. У меня стоит железная кровать, стул, служащий мне вместо шкафа, письменный стол; дырки в полу прикрыты газетами, ободранные обои спрятаны под рисунками маркером сверху. Горячей воды у нас нет уже как месяц, её отключили за неуплату долгов. Не знаю, что будет в холодное время суток, потому что отопление нам тоже не включат из-за тех самых долгов. Я учусь заочно в педагогическом колледже, работаю в местной забегаловке, получаю в месяц долбанные копейки. В свободное от работы время я хожу по торговым центрам и всяким мероприятиям, потому что не хочу сидеть в своей комнате, слушая крики своих родителей и их собутыльников. Мой вес уже давно балансирует на грани анорексии, так как питаюсь я только на работе, и то, раза два в день. Нет, меня не надо жалеть. Я открыла глаза и взглянула на свой мобильник - десять утра. Сегодня у меня был выходной, а значит, мне надо опять шляться по городу и торговым центрам, зная, что я даже не смогу ничего себе купить. В мою дверь постучали, а затем вошли. Родители. - Милая, можешь занять нам с папой двести рублей? В дверном проёме стояли те, кто меня родили. Просто родили. И бросили на произвол судьбы. Я даже не могу сказать, буду ли я грустить, если их не станет. - Вы совсем охренели? У меня нет денег. Нет. - Ты же работаешь. - И что? Вы знаете, сколько я получаю? Вместо того, чтобы постоянно клянчить у меня деньги, устроились бы сами на работу. - Ах ты неблагодарная тварь! - папа сорвался с места, подошёл ко мне и влепил пощёчину. Привычное дело. - Денис, оставь ее. Пусть подавится своими деньгами. Они вышли, а я продолжала стоять, чувствуя, как на моей щеке медленно проявляется отпечаток руки. Опустив глаза, мой взгляд скользнул по синякам на руках, ногах, на шрамах, тянущихся вдоль вен. Что-то внутри меня шевельнулось. Что-то, похожее на обиду. Я сжала зубы, прогоняя это ощущение. Плевать. Я давно перестала что-либо чувствовать. Так проще. Умывшись ледяной водой, я взглянула на себя в зеркало. Темные волосы, достающие до талии, зелёные глаза, кажущиеся неестественно большими на моём худом лице. Четко очерченные полные обветренные губы, сильно выделяющиеся скулы. Посмотрев на себя вниз, я невольно зажмурилась. Сильно выпирающие рёбра, ключицы, вены. Грудь первого размера, тонкая талия. Если мне набрать несколько кило, моя фигура будет даже очень красивой. А сейчас я лишь выгляжу, как скелет в классе биологии. Ладно, хватит предаваться самобичеванию. Я прошла в свою комнату. Взяла со стула черные джинсы, протертые на коленях и заднице, толстовку, которую я забрала у бывшего парня, носки. Расчесалась, надела кроссовки, взяла мобильник и вышла из дома. Родителей не было, наверно, нашли то, что можно продать и уже на полпути к вино-водочному. Я зашла в торговый центр, находившийся возле моего дома, и который я знала вдоль и поперок. На первом этаже стоял огромный стенд, вещающий о выставке, которая состоится сегодня в одиннадцать часов утра на втором этаже. Хм, неплохая идея. Я поднялась на второй этаж. Идя мимо картин, я заметила, как на меня смотрят некоторые люди. Их вгляд был подобен тому, каким они смотрят на бродячих животных - исполненный жалости и отвращения. Плевать. Я уже давно смирилась. Я засмотрелась на одну из картин, как внезапно врезалась в кого-то. Подняв глаза, я увидела парня с капюшоном на голове. Ролексы на руке, крутые кроссовки, по всей видимости, оригинальные. - Смотри, куда идешь. - Сам смотри. - Овца. - Мудак. Показав этому парню фак, я направилась к выходу. Очередной папин мажорик, имеющий от жизни все. Ненавижу таких. Нет, не подумайте, я не завидую. Попросив у какой-то парочки сигарету, я подкурилась и прижалась к стене. - Мало того, что не смотришь, куда идешь, так еще и куришь, - он появился так неожиданно, что я подскочила от страха. - Пошел к черту. - Я там уже был, - ответил парень, подкуривая сигарету и становясь рядом со мной. - Неоригинально. - Да? - его брови подскочили вверх. - Да. - Забавно, забавно, - парень запрокинул голову, выдыхая дым. От этого его капюшон слетел с головы и я увидела светлые волосы, которые мгновенно обрамили его лицо, - Как зовут? - Меня не привлекают знакомства с мажориками, получившими все от богатых родителей. - Даже так? Ты много чего не знаешь. - И не хочу знать. - Я уже видел тебя в этом центре, но по тебе не похоже, что ты ходишь сюда тратиться. - Я зависаю здесь в свободное от работы время, - ответила я и прикусила язык. Сболтнула. - Да? На вид тебе лет восемнадцать. Где работаешь? - Без разницы, - ответила я, бросила бычок и поплелась домой. Черт, не люблю такие знакомства, но почему-то именно этот паренёк меня чем-то зацепил. Черт с ним. Дома меня ждала уже привычная картина - разбросанные бутылки, куча бухих людей. - Алиса, ты пришла! Давай с нами? У Вани есть сын твоего возраста, он тоже тут. Познакомься. - Какого... - Привет, - ко мне подошел стремный и бухой парень. Твою мать, мне еще этого не хватало. - Я не горю желанием знакомиться. Ссорян. Пройдя в свою комнату, я захлопнула дверь и легла на кровать. Никчёмная жизнь. Никчёмные родители. Лучше бы они вообще меня не рожали. И не на самой позитивной ноте, я уснула. Но я еще не знала, что это не все приключения на сегодня...