Недостающий ингредиент

— У тебя с кровати свисает слизеринский галстук. Что, трофеи после бурной ночки остались? Альбус не сразу понял, что Элфиас обращается к нему. Он оторвал голову от подушки и сонно посмотрел на друга. Дож держал в руке серебристо зеленый галстук и помахивал им в воздухе. — Признавайся, Ирму Кребб совратил? — Что?.. Я… Ирма.… Не мельтиши, дай проснуться. — Альбус всей не выспавшейся душой оскорбился после этого заявления. Чтобы он и Кребб? Откуда такие фантазии?.. И откуда… — Мерлин! — сон спал с Альбуса как только он понял, что произошло. Что сейчас утро, а он вообще-то обещал Тому прийти через пару часов. — Вообще-то Элфиас, если ты забыл. Кстати, ты проспал завтрак, сейчас около одиннадцати. — Альбус в ужасе схватился за волосы. — Не волнуйся, я принес с кухни… Дальнейших слов Дамблдор не слышал, так как взял в охапку мантию Тома, вырвал галстук у ничего непонимающего Дожа и понесся вниз. На диване в общей гостиной гриффиндора, в обнимку с подушкой лежал Аберфорт, самозабвенно пуская слюни на чью-то домашнюю работу по ЗОТИ. При ближайшем рассмотрении это оказалась работа Альбуса. — Что ж, по крайней мере в этот раз он не скормил ее козлам. — с этими словами старший Дамблдор кинул в сторону брата антипохмельные чары и продолжил свой забег в сторону ванн. Работу забирать не стал, проще написать заново. — Пещерный тролль! — запыхавшимся голосом сообщил Альбус двери и застыл, пытаясь представить, что ему сейчас придется выслушать и как на это правильно среагировать. Все-таки именно он был виноват в том, что Риддлу пришлось всю ночь и утро провести в ванной без одежды и палочки, ожидающим не пойми чего. Его «гениальный» план накрылся медным котлом: теперь он сам в некотором роде должен Риддлу. Решив не оттягивать неизбежное, Дамблдор осторожно заглянул в ванную комнату. Утешало, что у Тома не было палочки, а значит, в гостя не полетит парочка заковыристых проклятий. На полу ванной была разлита вода, с неправильным, красным оттенком. Тома нет. Альбус начал волноваться. Что тут случилось? Зайдя в комнату и прикрыв за собой дверь, Дамблдор увидел тело Тома, лежащее возле лавки и не подающее признаков жизни. Рядом стояла пустая бутылка из-под огневиски. Альбус хорошо знал эту марку из-за того, что именно ее предпочитал его брат, по причине дешевизны и того, что это было единственным, что продавали в тех барах, где он бывал. Было не понятно, как и зачем бутылка оказалась здесь. Впрочем, это был не единственная и далеко не главная проблема. Основной вопрос звучал так: что, гиппогриф его дери, случилось с Томом?! Как староста, Альбус безусловно должен был отвести Риддла в больничное крыло, но, как старший брат Аберфорта, он знал куда более быстрые способы поставить человека на ноги после почти чего угодно и главное — не уведомляя об этом директора, а вместе с ним весь персонал Хогвартса. Что-то ему подсказывало, что сейчас его умения очень пригодятся. Невербально призвав аптечку из своей комнаты, Дамблдор наложил диагностические чары, параллельно раздумывая, что может понадобиться. Тома он решил пока что не будить. Во-первых, лечение пройдет спокойней, а во-вторых, это была возможность хоть немного загладить вину перед Риддлом, прежде чем он обрушит на Альбуса поток обвинений. Стоит отметить: вполне заслуженных. Результаты диагностики были очень странными. Наложив чары в третий раз и убедившись, что результат не отличается от первых двух, Дамблдор решил проверить все самостоятельно, а уже потом разбираться, почему заклятья, проверенные временем и безупречно работающие на Аберфорте, стали давать сбои, к тому же такие… Сотрясения мозга и разбитый затылок — ладно, это чары показали правильно. Ожоги на шее и спине (Обо что вообще можно было обжечься в ванной?!) — тоже есть. Магическая рана под ключицей… а вот ее диагностические чары вообще не заметили. Альбус нахмурился, задержав на ней взгляд. «А.Д.»? Что это может значить? Он терялся в предположениях, что же могло тут произойти, невольно отсрочивая необходимость проверять последнее повреждение. Нет, конечно же, это просто сбой его магии! Волновался, не выспался… вот и показывает всякое. Но проверить все же надо было, Альбус не мог просто так оставить это. Хорошо, что он все же так и не привел Риддла в чувства, потому что иначе его за один только вопрос наверняка прокляли, причем не единожды. Дамблдор мягко обхватил колено Тома и аккуратно отвел его в сторону, понимая, что если тот вдруг очнется самостоятельно, то сначала ему прилетит ногой в лоб, а о том, что будет после, Альбус вообще боялся подумать. Впрочем, у него появились более важные поводы для раздумий. Диагностические чары все-таки не ошиблись. Дамблдор почувствовал, как его лицо заливает краска. Теперь у него вовсе не осталось предположений о том, что могло произойти, пока он беспечно дрыхнул в гриффиндорской спальне. В такой ситуации он оказался впервые. То есть он знал, как лечить подобное, но опыта у него пока что не было. Все-таки Аберфорт, несмотря на его тягу к странным питейным заведениям и всяческим заварушкам, никогда не становился жертвой мерлинового изнасилования. Ну или не доводил себя до такого состояния каким-нибудь еще образом. Хотя каким образом это можно было сделать? Вдруг Том вздрогнул и заметался. Альбус беззлобно выругался. Еще не хватало ему лихорадку лечить! — Нет, хватит! — Риддл, кажется, не вполне осознавая, что происходит и кто перед ним, оттолкнул Альбуса, сдвинул ноги и отпрянул. — Ты обещал. Я выполнил твое идиотское условие. Что тебе еще надо?! — Том, успокойся, пожалуйста. Я всего лишь хочу тебе помочь. — На этих словах Риддл на мгновение прекратил вырываться и удивленно посмотрел на Дамблдора. — Альбус, — Том не спрашивал, скорее он констатировал факт. — Скажешь потом. Пей, — Дамблдор поднес к лицу Риддла зелье сна без сновидений. — Это поможет. Том не сопротивлялся, снова потеряв видимо связь с окружающей действительностью. Выпив зелье, он почти сразу провалился в глубокий сон. Теперь настала очередь комплекса целительских чар, заживляющих бальзамов и крововосполняющего зелья. Последнего обычно требовалось несколько капель, но в этот раз Альбус извел почти весь флакон. В конце концов, надо было не просто восполнить недостаток крови, а буквально вытащить человека с того света. Лечить Тома было морально тяжело. До этого Альбус лечил только Аберфорта, то есть младшего брата, которого он знал всю жизнь. Но Том ведь… Наверно, вся эта неловкость возникла из-за того, в каком состоянии был его пациент. Несмотря на то, что прошло уже несколько часов с того момента, как Дамблдор зашел ванную старост, он не чувствовал последствий пропущенного завтрака и, наверное, обеда тоже. Зато Том был здоров. Почти. Осталась магическая рана, которою пропустили диагностические чары. Альбус не знал, что это были за чары и поэтому не мог подобрать контрзаклятье. К тому же следовало дождаться рассказа Тома, который мог пролить свет на происхождение, да и значение этих букв. Ему в голову не приходило ничего кроме инициалов, которые были общие для него, его брата и сестры. Но это вообще не имело смысла. Никакого! Теперь дело было за малым: одеть Тома и удостовериться, что он благополучно доберется до своей кровати, потому что даже после лечения ему еще следовало отлежаться как минимум пару дней. И если во время первого Дамблдору показалось, что он окончательно умрет со стыда, то когда он до конца осознал, что из себя представляет второе… он начал сомневаться, что сможет довести начатое до конца.

***

Том проснулся. Над ним был привычный взгляду темно-зеленый полог. Но его не покидало ощущение какой-то неправильности. Такое чувство, что он прошлый вечер провел в больничном крыле, по крайне мере обычно слабость во всем теле, головная боль и тошнота появлялись у него после лечения у добрых колдомедиков. Вроде он не попадал туда в последнее время. Хотя… Риддл вспомнил. Нет, больничного крыла в его воспоминаниях не было. В них фигурировали Дамблдоры. Сначала он был настолько шокирован собственными воспоминаниями, что не сразу поверил в реальность произошедшего. Однако ноющая боль в районе ключицы явно указывала на то, что все это было на самом деле, а не являлось насланным кошмаром или его больным воображением. Том закрыл глаза и глухо зарычал. Неужели это действительно могло случится с ним? Риддл попытался вспомнить еще хоть какие-то подробности вчерашнего вечера. Подробности, к сожалению, вспоминались. Легче, правда, не становилось. Вместо этого его захлестнул шквал эмоций. Гнев, стыд и что-то непонятное. Кто бы мог подумать, что Альбус Дамблдор… Хотя что цели, что действия нынешнего Альбуса были для Тома тайной за семью печатями. Делал странные намеки, ушел, оставив в ванной, подослал своего братца, у которого, кажется, проблемы с психикой (а как еще объяснить то, что он сделал?), потом он, кажется, вернулся. Том очень смутно помнил эту часть. Риддл помнил прикосновения Альбуса, но тот его… лечил? Он что, решил прибрать за младшим братом? Интересно, такое у них в порядке вещей. Конечно, можно спросить его обо всем, но разговаривать с Альбусом сейчас не казалось хорошей идеей. Это что, такая изощренная месть за нарушенное обещание? Или лимонные дольки оказались недостаточно лимонными? Том дотянулся до палочки и призвал Темпус. Ужин начался десять минут назад. В принципе, он мог бы успеть подняться в Большой Зал. Но хотел ли он?.. Желудок явно сигнализировал, что да, хотел, но на ужине будут люди… Да кого он обманывает? На ужине будет Альбус и, скорее всего, в компании брата. Риддл не сразу отреагировал на звук открывающейся двери. За жизнь в приюте и общей спальне в Хогвартсе он привык, что в комнату постоянно кто-нибудь входит. Хотя, вспомнив, что в этот раз он единственный из живущих в этой комнате остался на каникулы в Хогвартсе, он поднял глаза и увидел Альбуса, стоящего в нерешительности у двери и держащего в руках какой-то сверток. От свертка вкусно пахло чем-то съедобным, на что желудок Тома среагировал громким урчанием. Это вывело Дамблдора из некого оцепенения, в котором он пребывал до этого. Первым молчание нарушил Альбус.  — Вот я тебе тут принес, — он заглянул в сверток, — Какое-то рагу и пирог, тыквенный. Том удивлено посмотрел на него. — Что ты здесь, во имя Мерлина, делаешь? — Во имя Мерлина? Ничего. А вот во имя одного заносчивого слизеринца, который игнорирует приемы пищи… Скажи, ты до этого не появлялся в Большом Зале, потому что вообще не ел? Даже не отнекивайся, я видел, какой ты худой. — Ты пришел поговорить об этом? — сердито спросил Том, приподнимаясь на локтях, а затем садясь на кровати. Только сейчас Риддл заметил, что на нем надето. Розово-оранжевая ночная рубашка, опускавшаяся ниже колен, с рисунком из синих и зеленых танцующих гиппогрифов. Возникло две мысли: первая — Это сколько надо было выпить, чтобы это создать? вторая — как это преступление против здравого смысла оказалось на нем? — Это такая шутка, издевательство или… — Риддл не договорил, потому что не знал, чем еще это может быть. Забота?.. — Так, — Альбус сердито нахмурился, впрочем не испытывая сильной злости, что было очевидно для Тома, привыкшего подмечать чужие эмоции. — Поаккуратней с выражениями. Во-первых, это моя ночная рубашка, во-вторых, это моя любимая ночная рубашка. Том не знал, что его пугало больше: то, что кто-то надевал это по доброй воле, или то, что этим кем-то был Альбус. Интересно было бы посмотреть на остальной его гардероб… И благослови Мерлин школьную форму! — Кстати, было бы неплохо, если бы ты мне ее вернул, — как бы между прочим сказал Дамблдор, садясь на край кровати Риддла и начиная распаковывать принесенную еду. — Прямо сейчас? — Том говорил заторможено, еще не оправившись от стресса… и еще одного стресса. — Нет, что ты, — Альбус вдруг густо покраснел. — Можешь даже оставить себе, если она тебе так нравится. — ЧТО? Эм. Спасибо, конечно, за очень щедрое предложение, но я, пожалуй, откажусь. — с этими словами Том встал, взял из сундука недавно приобретенную одежду и начал стягивать рубашку через голову. Мерлинова рубашка, вместо того, чтобы соскользнуть, как вроде бы положено вещи такого фасона, каким-то образом запуталась, заставляя Риддла держать руки над головой и полностью закрывая обзор. Несколько раз дернувшись, он только усугубил свое положение. Едва удерживаясь от ругательств, Том попытался понять, как это получилось и как из всего этого выпутываться, как почувствовал прикосновение руки к своему плечу. Рука была теплая, а прикосновение — осторожным, но… От сильной вспышки боли Риддл вскрикнули его ноги подкосились. Откуда-то из-за рубашки донесся голос Альбуса. — Тише, я же просто пытаюсь тебе помочь. — Эта фраза произвела не тот эффект, на который рассчитывал Альбус. Скорее он был прямо противоположным. Том отпрянул, неловко дернувшись в попытке отбиться, все-таки выпутаться у него так и не вышло. — Не трогай! — вскрикнул Том и повалился на кровать, попутно свалив полог и запутавшись еще и в нем. — Фините Инкантатем, — донеслось до Тома уже через два слоя ткани. Рубашка как-то сама по себе распуталась. — Контрзаклятье? — удивился Том вылезая из-под того, что раньше было его пологом. — Извини, — смущенно начал Альбус, вертя палочку в руках и избегая смотреть на Тома. –Это все Аберфорт, наверно. Он иногда пытается надо мной подшучивать. Я должен был проверить свои вещи прежде чем давать их тебе… я помогу, — он дернулся в сторону кровати, поднимая палочку. — Репаро. — Я сам могу починить свои вещи! — прокричал Том, выходя из себя, его палочка осталась лежать где-то под ворохом ткани. — А ты мог бы заняться воспитанием своего брата! То, что он сделал… — истерика ушла так же быстро, как и появилась. Неконтролируемый гнев сменился безразличием и снова накатившейся усталостью. Риддл сел на кровать и опустил голову, запуская ладони в волосы. Следующие его слова прозвучали глухо. — Я не знаю, почему ты допускаешь подобное… Да еще и пособничаешь ему в этом… — Ты говоришь про… — Альбус не закончил, вопросительно глядя на Тома. Риддл выпустил из рук растрепанные волосы и поднял голову. — Я говорю про вчерашний вечер, плавно переходящий в сегодняшнюю ночь, — сказал он с вновь появившейся издевкой. — Подожди, но это ведь не мог быть… То есть… — невнятно пробормотал Дамблдор так, как будто в словах Тома мог быть другой смысл. — Уходи, — мрачно сказал Том. Альбус пропустил эту фразу мимо ушей. — Том, ты только что сказал, что Аберфорт… — Тогда уйду я, — огрызнулся Риддл, хватая со спинки стула мантию и наспех набрасывая ее на плечи. Дамблдор пытался сказать еще что-то, но не успел. Том быстро вышел из спальни направляясь на Астрономическую башню. Раньше это было его любимым местом для раздумий, тем более вряд ли там сейчас кто-нибудь есть.