Что мурлычет кошка?

      Шеона де Гиз в который раз поправила подол пышного платья, придирчиво осматривая бальный зал, словно пытаясь уличить саму себя в халатном исполнении обязанностей. Не найдя ничего, что отбивалось бы от «нормы», она вздохнула и уставилась на руки, спрятанные под обтягивающей тканью черных перчаток.       — Все совершенно, милая, — ее мать, Роуз де Гиз, скользнула взглядом по залу, а после посмотрела на изящный золотой браслет на своем запястье. — Думаешь, нам стоило использовать эти маки в оформлении зала?       — Ей они нравятся, мама, — ласково улыбнулась девушка при воспоминании о сестре в поле ярко-алых маков, чувствуя, как руки женщины скользят по ее оголенным плечам. — Я похожа на леди 19 века? — с интересом спросила Шеона, отходя от женщины на несколько шагов и поворачиваясь, чтобы та смогла рассмотреть красивое платье и аккуратную высокую прическу с таким количеством заколок и шпилек, что можно было ужаснуться.       — Превосходно, дорогая, — улыбнулась кончиками губ женщина, а после царственно кивнула официанту, беря с подноса бокал с шампанским. — Потрясающий вечер.       Шеона кивнула, даже не вдумываясь в то, что говорила ее мама. В который раз она спрашивала у себя, все ли она сделала. Почему-то именно сейчас ей подумалось, что она забыла пригласить музыкантов, хотя она точно помнила, что звонила несколько раз. Устало вздохнув, она прикоснулась пальцами к подбородку, думая о том, что перчатки явно лишние.       — Ты не носишь кольцо Бена? — с интересом спросила женщина, прикоснувшись к ободку бокала красными губами. Наблюдая за тем, как девушка стягивает перчатки, Роуз почему-то подумала о том, что ее девочки совсем взрослые. Шеона праздновала свое «второе» совершеннолетие три года назад, вот очередь дошла и до Флер. — Решила отказать ему?       Девушка, сжимающая перчатки в одной руке, нахмурилась, вспомнив лицо Бена. Она не видела в этом человеке свою судьбу, однако она не могла представить себе жизнь без него. Бен проник в ее сердце, стал ей верным другом, стал братом, которого у нее никогда не было. Когда она осознала это, то было уже поздно и кольцо оказалось на ее пальце. Просто потому, что она не смогла вовремя рассказать о своих чувствах, боясь задеть его.       — Я откажу ему, — кивнула Шеона, принимая бокал из рук матери и делая осторожный глоток, беспокоясь, что шампанское ударит в голову. Взглядом она проследила за музыкантами, что уже устраивались в углу зала. Легкая мелодия заполнила помещение, заставляя ее прикрыть глаза, ощущая спокойствие, которое растворится в тот же миг, как зал заполнят люди. Шеона не любила большие скопления людей.       — Мальчик будет расстроен, — почти сочувствующе сказала Роуз. Шеона с детства знала, что ее мать не умеет сочувствовать другим. Она бросила косой взгляд в сторону матери, склонившей голову к плечу. В черных глазах женщины клубилась тьма, жадная и беспощадная, когда-то давно поглотившая не одно мужское сердце. — Подумай хорошо об этом, малышка Шенни, колдун — самая подходящая партия для молодой ведьмы. Люди так слабы...       Мать презирала смертных. Шеона знала, что та не допустит, чтобы рядом с ней был кто-то, в ком нет и капли магии. Бен не рассматривался как идеальный мужчина для ее дочери, он рассматривался как идеальный партнер для продолжения рода де Гиз. «Чувства в политических браках редко фигурируют», — подумала девушка, бросая взгляд в сторону сестры, ворвавшейся в помещение через главные двери.       — И не придется объяснять, почему у тебя в доме предметы летают, — шепнула Роуз дочери, поворачиваясь к вошедшей девушке и раскрывая руки для объятий. — Флер, детка, я так рада видеть тебя! — обнимая крепко дочь, она поцеловала ее в щеку, пальцами тут же стирая следы от помады. — Потрясающе выглядишь, худоба тебе к лицу, — с улыбкой сказала она, рассматривая красивое бальное платье девушки, светившейся от счастья. — Марк будет доволен твоим внешним видом или же он... ох, как там говорила Шеона?.. слепой осел...       Устало потерев виски, Шеона только извиняющееся улыбнулась сестренке, что слегка дернула головой, словно спрашивая, что мать делает на этом вечере.       — Я думала, что ты отказалась от идеи приглашать ее, — пробормотала девушка, провожая взглядом женщину, которая пошла к официанту. — Боги, я не планировала никакой магии! Шеона, я...       — Совершенно никакой? — уточнила Шео, приобнимая сестру за плечи. — Я думала, что тебе нравилось, когда я устраивала фейерверки.       Флер рассмеялась, целуя старшую сестру в щеку и подмигивая.       — Уж фейерверков я ждала точно, — весело фыркнула она. — И музыку тоже, — добавила Флер, забирая у девушки перчатки и бросая быстрый взгляд на безымянный палец. — Бен еще не знает?       — Планировала сообщить, когда он придет, — нахмурилась Шеона, вздыхая. — Я совершенно точно не готова к браку, да и к Бену, как к мужу, тоже...       — У тебя есть шанс сказать это ему в лицо, — шепнула на ухо сестре Флер, поворачивая осторожно за подбородок голову девушки в сторону мужчины, что широкими шагами направлялся к ним. — Будь с ним мягче, мужчины совершенно не понимают отказов.       — Вот это новость, — округлила глаза старшая дочь семьи де Гиз, ступая навстречу мужчине и протягивая к нему руки. Бен, широко улыбнувшись, тут же закружил ее, заставляя громко засмеяться. — Бен! Ты в парадном! — она улыбнулась ему, осматривая красивый костюм.       — Неожиданно от человека, для которого все парадное — это чистое, да? — криво усмехнулся он, быстро поцеловав девушку в щеку и бросая взгляд на Флер. — Ты сегодня звездочка этого вечера?       — Я звездочка любого вечера, — поправила его младшая дочь семьи де Гиз, упирая руки в бока и склоняя голову набок.       — Извини, — рассмеялся мужчина, повторно поцеловав Шеону в щеку и прижав ее к себе сильнее.       — Если Флер — звездочка любого вечера, то я тогда кто? — с интересом спросила девушка, осторожно отстраняющаяся от мужчины, подсознательно он ощутил ее настороженность и отметил это, принимая во внимание.       — Может, вишенка на каждом тортике? — предложил он, задумчиво рассматривая свою будущую невесту. Взгляд мужчины против воли опустился к ее рукам, и его лицо помрачнело. Бросив скупые извинения, он отошел к официанту, чтобы взять бокал с шампанским.       — Возможно, что он слегка расстроился, — пробормотала Шеона, наблюдая за тем, как мужчина здоровается с ее матерью. — Надеюсь, что она ему ничего не скажет.       — Верь, родная, может поможет, — хмыкнула Флер, кинув перчатки сестры на поднос официанту, проходящему мимо. Подмигнув смущенному парню, она прижала указательный палец к губам, словно прося его сохранить это в тайне. — Что ж, шоу началось! Поверить не могу, что ради меня устроили нечто подобное!       Постепенно дом заполнился гостями, которые переговаривались и весело смеялись. Мягкая музыка скользила по залу, создавая уютный фон и не беспокоя. Официанты с подносами пробиралась в толпе, предлагая гостям закуски или бокалы с шампанским. В отдельном месте медленно танцевали люди, улыбаясь и интимно шепча друг другу что-то на ухо.       Шеона пристально следила за всем со стороны, изредка отвлекаясь на разговор с тем или иным гостем. Иногда ее приглашали на танец, но она лишь загадочно улыбалась в ответ, ничего не говоря, и мужчины просто уходили, оставляя ее. А еще она иногда взглядом ловила знакомую сильную фигуру Бена, что выделялся в толпе. Пару раз он бросал на нее многозначительный взгляд, но, так как он не подходил, она так и не поняла, что он от нее хотел.       Отправив в рот дольку апельсина, девушка прикрыла глаза, наслаждаясь нежной музыкой. Она была приятно удивлена тем, что ничего на нее не давит и не вызывает отторжения. Она думала, что уже спустя тридцать минут после начала мероприятия будет готова скрыться, но сейчас она чувствовала себя просто прекрасно. Арендованное поместье привлекало ее своей красотой и атмосферой таинственности, заставляя чувствовать себя герцогиней из прошлого. Голубые глаза девушки сверкнули, когда она посмотрела на шикарные хрустальные люстры.       — Лучшее еще впереди, — хитро улыбнулась она, щелкнув пальцами и наблюдая за тем, как плавно огоньки от свечей перемещаются под потолком.       — Прости? Ты что-то сказала? — голос Бена заставил девушку вздрогнуть, переведя взгляд на него.       Она качнула головой, прижимаясь спиной к стене и слегка смущенно опуская взгляд. Она не знала как завести разговор о том, что Бен вряд ли воспримет безболезненно.       — Не хочешь прогуляться? — он предложил ей ладонь, улыбаясь кончиками губ. — Сад у поместья прекрасен, ты обязана его увидеть.       Девушка без сомнений вложила ладонь в его руку, а после переместила ладонь на его предплечье. Тихо разговаривая, они осторожно покинули бальный зал, спускаясь по широкой величественной лестнице и кивая гостям, которые прибыли с опозданием. Выйдя через главную дверь, любезно придержанную одним из официантов, что возвращался обратно после перекура, они медленно пошли в сторону сада, наслаждаясь приятным вечером.       — Я хотел сказать, что не собираюсь давить на тебя из-за помолвки, — мягко начал Бен, усаживая девушку на скамейку в беседке. Она благодарно кивнула ему, внимательно разглядывая умиротворенное лицо мужчины, словно пытаясь понять, что он чувствует. — Просто хочу узнать причину. Я мало для тебя сделал?       Девушка растерянно посмотрела на него, качая головой.       — Нет, просто...       — «Просто» что? — спросил Бен, присев перед девушкой на корточки и взяв ее руки в свои, заставив вздрогнуть и отстраниться. Что-то было не так, Шеона чувствовала это, но пока не могла разобраться со всем этим. — Так ты мне отплачиваешь за мой труд, Шео? Выдергиваешь руки? — скривился мужчина, поднимаясь и смотря на нее сверху вниз. Девушка вжала голову в плечи, ощущая себя не в своей тарелке. Они были достаточно далеко от других, чтобы никто не услышал ее крики. — Настоящая кошка...       — Ч-что?.. — тихо спросила она, но осеклась, заметив взгляд Бена. Злой, холодный, он сильно отличался от того нежного взгляда, которым тот одаривал ее. Бен всегда контролировал себя прекрасно, но сейчас... сейчас он был в ярости. Нет... вне себя от ярости, и это пугало ее.       — Кошка, Шео, ты самая настоящая кошка, — ответил Бен. — Ты приходишь и уходишь, когда захочешь. Никогда не знаешь, когда ты будешь ласкова, а когда нет... Получив свое, ты с легкостью можешь уйти, даже не отблагодарив!       Девушка качнула головой, заглядывая в глаза мужчины и замечая странный блеск на дне. Зеленые глаза Бена неожиданно стали полностью черными.       — Бен, успокойся, давай просто поговори...       — Время разговоров кончилось, Шеона! — оборвал мужчина ведьму. — Кошке — кошачья жизнь, Шео, — выплюнул Бен.       Сила забурлила в воздухе, заставив воздух дрожать. Бен вскинул руки в ее сторону, громко читая заклинание. Она могла лишь в ужасе отпрянуть, так и не успев даже ничего сделать. Все, что ей оставалось, лишь с ужасом наблюдать за яркими искрами, танцующими возле ее лица. Всего мгновение и вот... мужчина ласково гладит по голове большую и невероятно пушистую черную кошку с яркими сними глазами. Сунув руку в карман, он вытащил светлую ленточку, за которую уцепился взгляд ведьмы.       — Ты ведь не думала, что все будет так просто, милая? — безумно и ласково пропел он, завязывая ленту на ее шее. Он едва ли осознавал, что творил. — Надеюсь, что тебе понравится мой сюрприз. В моей новой квартире много места, Шео, я буду тебя баловать, угощая лишь самой вкусной рыбкой...       — Бен? — женский голос заставил обоих вздрогнуть. Роуз заглянула в беседку, смотря на Бена и на кошку в его руках. Ей хватило секунды, чтобы понять все. Она усмехнулась. — Надо же, вы веселитесь...       «Ты! Это была ты!» — подумала Шеон, громко зашипев.       — Милая, я не понимаю кошачий, — женщина почти ласково улыбнулась. — Я лишь слегка усилила его эмоции, чтобы он решился. Я думала, что он все же сделает тебе предложение, а не превратит в это... И не стоит шипеть на любящую маму, — Роуз покачала головой, недовольно хмурясь.       «Я этого никогда не прощу!» — подумала Шео, закрывая глаза и вспоминая заклинание, она не могла его произнести, но она верила, что то, во что веришь, может исполниться. Бен, вскрикнув, выпустил ее из рук, на его руках появилось множество мелких царапин.       — Она может колдовать в таком состоянии?! — донесся до нее удивленный вопль матери, а после... всепожирающая темнота накрыла ее.

°•°•°♠ ♠ ♠°•°•°

      Пушистая черная кошка лениво вытянулась на подоконнике, разглядывая огромную сияющую луну на небе. Кончик хвоста резко ударился об подоконник и пожилая женщина, громко причитающая, замолчала.       — Положу я тебе рыбы, положу! — недовольно сказала она, подходя к подоконнику и грубо начиная гладить кошку. — Я слышала твою историю и обещала помочь, пока, как видишь, у меня множество других забот, а ты могла бы и мышей половить... Нашлась барыня, только целыми днями на подоконнике бока отлеживаешь...       — Может я и кошка, но достоинство у меня человеческое, — фыркнула в ответ ведьме она, широко зевая и бросая ленивый взгляд в сторону мышей, что нагло копошились в углу, не боясь ни хозяйки, ни ее волшебной питомицы. Наглы. Знают, что хозяйка с костылем не добежит до них, а кошка просто не станет ловить, пока настроение не игривое. В голодные-то времена и мышами не брезговала...       Будь Шеона де Гиз человеком, то она бы поморщилась, но будучи кошкой ей пришлось лишь зло дернуть ухом, опуская голову на скрещенные лапы.       — Знаешь, что? Надо здесь убраться, — проворчала женщина, сдувая пыль со стопки книг, которую с большим трудом подняла. Переместив книги на стол, она глянула на фыркнувшую в ответ кошку. — А тебе на это время, краса моя, лучше найти временно другое место, а то будешь усами пыль собирать и разносить по всей лавке...       — Как будто на улице я испачкаюсь меньше...       Вот уже три недели Шеона де Гиз жила в лавке старой ведьмы, обитающей на краю маленькой деревеньки где-то в Англии. Целых три недели вдалеке от дома в другом времени, чужом и беспощадном к женщинам. Три недели, во время которых она не позволяла думать себе о доме и сестре, понимая, что это ее ослабит. Ненависть сделает ее намного сильнее, поможет выжить. На банальной злобе она сможет добиться многого, но, если она позволит себе расслабиться, то проиграет этот бой за жизнь. Однако она не могла перекрыть весь поток чувств, иногда она думала о том, ищет ли ее Флер, спали ли чары с Бена и злится ли он на нее, хотя ответ на этот вопрос она знала. Если бы Бен не злился, то чары бы не сработали, и все было бы хорошо.       «Толку горевать о пролитом молоке?..» — подумала устало Шеона, облизывая лапку и демонстративно выпуская когти, наблюдая за мышами, что подобрались неприлично близко к ней. Потянувшись, она села на подоконнике, примеряясь к стоящей рядом столешнице, с которой после спрыгнет на пол.       — О, письмо, — вздохнула старуха, удивленно рассматривая конверт в своих руках. Шеона, что сидела в углу и прижимала лапой к полу толстую мышь, с интересом глянула в сторону хозяйки. Это письмо доставили еще утром, но старая ведьма забыла о нем, впрочем, как и о большинстве вещей, которые не делала сразу. Склонив голову, кошка уставилась на ведьму, что напялила очки с толстыми линзами и заскользила взглядом по строчкам. — Это же... это же...       «Это?..» — подумала Шео, отпуская мышь и подходя к хозяйке, начиная тереться об ее ноги, привлекая внимание. В этом месте редко происходило что-то, так что ее нетерпение было объяснимо. Старая ведьма была так занята чтением, что даже не отодвинула ее ногой, как обычно. Вот уж что точно можно посчитать плохим признаком!       — Что случилось, мрряу? — с интересом спросила ведьма, запертая в теле кошки, удобно устроившаяся подле ног женщины и разглядывающая ее лицо. — Кто-то из тех, кого ты лечила, умер, за что тебя будут судить? — против воли в голосе все же послышались ехидные нотки. Шеона с ведьмой давно спорила насчет действия ее мазей и лекарств, которыми она пичкает людей, обратившихся к ней за помощью. И хорошо, если пришел взрослый, способный бороться с недугом, а если ж это ребенок?..       Дети — это вообще отдельная тема. Шеона даже поежилась, вспоминая то огромное количество детей, что повстречались ей на пути, когда она искала себя место, где можно обосноваться. Дети встречались всего двух видов, она их называла: «до» и «после». Те, что были «после», являлись самыми страшными существами, которые могли кинуть камень, попытаться задушить или же вырвать когти. Те, что были «до», были детьми... просто детьми, которые с криком: «Кошечка!» кидались следом и тискали так, что было плохо. И ни тем, ни другим верить было нельзя, потому что все те дети, которые были «до», становились «после». Все еще непонятно? «До» — это те дети, которые еще не впитали от своих родителей жестокое обращение с кошками, которые якобы являлись ведьмами или могли позволить ведьме вселиться в них, а «после» — это конечный результат обращения в свою веру.       «Так и живем», — подумала устало кошка, обернувшая хвост вокруг лап.       — Моя дочь... — едва слышно выдохнула ведьма, от чего ухо черной красавицы дернулось, но ведьма так и не закончила предложение, замолчав вновь.       — Что там с дочкой? — не выдержала Шео, ощущающая самое сильное в мире любопытство. Сейчас любая информация была важна, учитывая ее положение, да и развлечений у нее здесь вообще не было, только вот наблюдение за этой женщиной и минимальная забота, чтобы та не поранилась. — Беременна тройней? Умерла? Болеет? Выходит замуж, мрряу?       — Ты о чем говоришь, глупая?! — возмущенно спросила ведьма, отрываясь от письма и недовольно смотря на свою питомицу. — Просит переехать к ней жить! Говорит, что вышла удачно замуж и ее муж хочет, чтобы его жена перестала волноваться из-за матери, что живет столь далеко! Сказала приезжать со всем, что у меня есть...       — И?.. — настороженно спросила Шеона, прядая ушами и дергая хвостом. Сейчас как никогда медлительность старухи выводила из себя. — Ты меня выпихиваешь на улицу?       — Нет, краса моя, ты едешь со мной! — довольно улыбнулась ведьма, бросая письмо на стол и, напевая что-то себе под нос, отправляясь собирать вещи. — Только веди себя хорошо в гостях! Моя дочь, конечно же, поймет в чем дело, но ее муж простой смертный, которому не стоит знать, что мать его возлюбленной может колдовать. Никаких разговоров и летающих предметов! — закончила ведьма и хлопнула дверью, ведущей в другую комнату.       — Мяу, было-то всего один раз...       — А разговариваешь ты постоянно! — послышался ехидный голос старухи. Шео до сих пор была удивлена тем, что женщина хорошо слышала тогда, когда ей это было удобно или было неудобно для самой кошки. — Так что делай, что говорят, если остаться одна здесь не хочешь.       На это Шеона лишь недовольно фыркнула, поднимаясь на задние лапы и упираясь одной передней в ножку стола, дергая второй лапкой, чтобы свалить письмо. Как только то рухнуло на пол, она опустилась рядом, рассматривая само письмо. Кошка отметила, что у дочери ведьмы очень аккуратный и красивый почерк. Кое-где буквы начинали плясать, видимо, девушка была переполнена чувствами и ей едва удавалось их сдержать. Шеона тут же представила, как девушка, что сидит за столом и пишет письмо, сжимает губы, чтобы сильно не улыбаться, а под столом перебирает ногами, не в силах усидеть.       — Влюбленная и счастливая, — мурлыкнула кошка, подбирая лапки под себя и скользя взглядом по строчкам, невольно задаваясь вопросом, была ли она когда-нибудь такой же?       Шеона так и не смогла вспомнить себя. Она с трудом даже могла представить себя, такой же смущенной, отчаянно краснеющей перед молодым человеком. Шеона не была нежной, как большинство девушек, она была серой и невзрачной. Она... наверное, она набрала разных качеств, которые не всегда уживались друг с другом, создавая беспокойство хозяйке.       Ведьма в теле кошки ловко подтянула к себе лапой снимок, рассматривая теперь и его. На нем были запечатлены улыбающиеся женщина и мужчина, а еще маленький мальчик. Женщина сжимала в руках сверток, видимо, с ребенком. У женщины были темные волосы, они были собраны в идеальную прическу. Она была в красивом платье, а муж стоял позади, положив руку ей на плечо. У мужчины было достаточно строгое лицо, но улыбка полностью преобразила его. Мальчик стоял рядом, цепляясь одной рукой за штанину мужчины, смотря не в камеру, а куда-то в угол.       — Они красивы, правда? Иногда я думаю, что... если бы не выбрала путь ведьмы, то была бы счастлива, — голос старухи заставил Шео отвлечься от своих мыслей, глянув в сторону хозяйки. Та грустно улыбалась, думая о чем-то своем. — Мне очень хочется побыть с семьей, я чувствую, что мое время пришло. Мне не терпится увидеть свою дочь и внуков, чтобы попрощаться.       — Путь ведьмы никак не связан с семьей, — кошка осторожно поднялась, сев на свои лапы и посмотрев внимательно на старую женщину. Что-то ей подсказывало, что та сама себе запретила быть счастливой.       — Там, откуда ты пришла, это так, — согласилась хозяйка. — Они приедут за нами через десять дней, нам нужно быть готовыми... ох, какие же книги я могу взять с собой, чтобы не вызвать подозрения?..       Шеона лишь фыркнула, бросая косой взгляд на письмо и задаваясь вопросом, кончится ли все это хорошо. Хотя... какой у нее выбор?..