Советы премудрого пескаря или правила трех "н"

      Рождество мы как таковое не справляли, Но украшенную ель ставили и обменивались подарками. Правда, радость немного отдавала печалью. После посещения Мунго нам всегда было не по себе несколько дней.       — Бабушка, а почему бы нам не забрать родителей домой? — как-то набрался смелости предложить, — все равно их там не лечат. — Этот вопрос терзал меня очень давно, но тема была довольно деликатная и не знал, как тактично убедить в своих соображениях Августу.        Дело в том, что жили мы довольно бедно и не в семейном поместье, а в так называемом Вдовьем домике, куда Августа переехала после смерти мужа и женитьбы сына, не желая жить с невесткой.       После известных событий, когда защиту манора взломали, а родителей довели до сумасшествия, особняк пришлось закрыть до моего совершеннолетия. Ведь он выглядел не лучше дома Поттеров и жить там не представлялось возможным. А гоблины тут-же заблокировали сейфы перекрыв доступ к основному капиталу.       Миссис Лонгботтом приняла статус регента при наследнике, и на счет каждый месяц поступала фиксированная сумма, на нее мы и жили.       Конечно, для двоих сумма была вполне приличная, если конечно приемов не давать и балы не закатывать. Да и остался доступ и к личным сбережениям Августы, но они растаяли в первые годы на лечение сына и невестки. Тогда еще лекари давали надежду на исцеление и без устали тянули золото из безутешной женщины.       Но и теперь, когда надежды не осталось, целители по-прежнему делали вид что пытаются, хотя, даже бабушка уже поняла что это бесполезно, в больницу на содержание родителей уходила большая часть пособия. И хорошо еще если нам на жизнь оставалось хотя бы около сотни золотых.       Отчасти, я понимал Августу. Хоть она недолюбливала невестку вернуть ее на попечение матери женщине не позволяла гордость, а видеть любимого сына в таком непотребном и беспомощном виде не выдерживало материнское сердце.       Ей было проще раз в пару месяцев наведаться в Мунго с визитом, чтобы убедиться что за ними хорошо присматривают, это успокаивало ее совесть. Но меня не устраивало наше материальное положение, как и то, что эти пройдохи-доктора на нас до сих пор бессовестно наживаются пока мы терпим нужду.       Несмотря на то, что дом магический и стоял на источнике, он требовал немалых затрат. Мы, как и все, закупали дрова на зиму, летучий порошок, продукты, зелья, чистящие средства, одежду, предметы гигиены и пришедшие в негодность шторы, скатерти, постельное белье и много чего еще.       Все эти вещи со временем изнашивались. И наступал момент, когда тарелка уже не поддавалась на склеивающее заклинание, ковер на чистящие чары — оставляя проплешины, а простынь выцветала и расползалась в руках несмотря на бережную эльфийскую магию.       Это раньше, будучи Татьяной, я думал, что в магическом доме все из воздуха берется, а если эльфы в услужении есть, то и вовсе красота.       Оказалось, эльфы конечно домашние дела делают при помощи магии, но, чтобы обед сготовить одной магии мало, плита необходима и ее растопить нужно, а для этого дрова требуются, хоть их и магией разжигают.       А перила и паркет мастикой специальной натирают, как и столовое серебро пастой начищают и их тоже купить нужно. Конечно, часами эльфы по полу не ползают, а с помощью своей магии делают, так быстро, что и не углядишь, в основном ночью. Но расходы на бытовые нужды большие, чтобы дом содержать. Только лишь, что домовым платить за работу не нужно.       Конечно, если срочно необходимо, эльфы могли в два щелчка дом убрать, чисто на магии, только это не практиковали, по той же причине — от магии все изнашивалось раньше срока. А в старых домах много чего раритетного и ценного было — от тканей, вышитых гобеленов, картин и до мебели и ковров. И все это сохранить требовалось для других поколений.       Про ткани и вовсе не говорю, они быстрее остального от магии портились, потому, допотопный утюг у нас в хозяйстве присутствовал, хоть и на эльфийской магии работал, а не на углях.        Я устроил настоящую истерику, отказываясь выходить из дома, когда впервые после несчастного случая посмотрел новым взглядом на зимний наряд Августы. Эта ее стародавняя шляпка с усохшей мумией грифа давно потерявшим свой лоск и большую часть перьев, и тонкое старомодное пальтишко с облезлой лисой, выглядевшей так, словно зверюга умерла от тифа. И то, что все было чистым и отглаженным, положение не спасало.        Да и моя одежда была довольно убога, а учитывая что я заметно похудел, то несмотря на то что была немного коротковата, еще и болталась на мне, как на Поттере его обноски с кузена. Хорошо домовик ее временно по-размеру подогнал, но длиннее от этого она не стала и вид у меня был довольно жалкий.       Может, в местном обществе аристократичная бедность чего-то и стоила, но я был не в состоянии пойти на такое унижение. Так больше продолжаться не могло. Я не собирался ехать в Хогвартс в поношенных вещах и с чужой палочкой. Которую мальчику дали не от большой любви и светлой памяти к отцу, как раньше думал, а банально от нехватки средств.       Единственное, на чем мы не экономили, это на еде, хотя конечно экзотика и деликатесы у нас на столе не водились. Простые и сытные блюда, много выпечки и сладостей. Бабуля, до недавнего времени закармливала меня на убой, все хотела чтобы быстрее вымахал и стал сильным.       Ее стараниями еще недавно двигался с трудом, а моей одышке не позавидовал бы и сердечник. Но бабушку вполне устраивало, когда вместо пустой беготни внук послушно сидел подле нее и зубрил кодекс. Тем более, что выглядел сильным и крупным, а то, что вовсе не сильный, а массивный и рыхлый, так кто разберется в таких тонкостях.        Слава вселенной, это время осталось в прошлом, я работаю над этим и уже достиг некоторых успехов, хотя до идеала еще далеко.       Мне все же удалось уговорить бабушку. Августа наконец вняла моим доводам, и в марте родители переехали в одну из комнат гостевого крыла. Для пациентов ничего не поменялось кроме обслуги. В Мунго за ними ходили санитары, а у нас Тутти, один из наших домовиков.       Августа, забирая родню, сказала, что переводит больных в новую клинику во Франции. Мне бы не хотелось, чтобы узнали, что наше материальное положение изменилось в лучшую сторону. Не знаю, почему. Просто, на всякий случай.        В свою очередь завел привычку раз в день, перед сном, заходить к маме. Почему-то казалось, что с ней, в отличии от отца, не все так безнадежно, а может просто по ней скучал, как все дети. Желая спокойной ночи, попутно пытался посылать ей энергию своей любви и пожелание исцеления. Будет ли результат, не знаю: только время покажет, но надеюсь. Должна же быть какая-то польза от моей созидательной магии, в конце-концов. А пока, мне казалось, ощущал отклик, хотя очень слабый.       В бабушке долгое время чувствовалось внутреннее напряжение. Она не могла придти в себя от близости сына, хотя они никогда не пересекались, но вела себя так, словно он в любую минуту выйдет из-за угла ей на встречу. Думаю, она испытывала вину, хоть и не признавалась в этом.        Фрэнк уродился с даром герболога, как его отец, а Августа мечтала о сильном маге. В ее понимании это был обязательно боевой маг, ведь она вышла из рода воинов. Но, заядлый дуэлянт и повеса на двадцать лет старше нее, после свадьбы неожиданно променял палочку на лейку, а клинки на рассаду. Это разбило амбициозной женщине сердце.        Потому, когда долгожданный и единственный сын пошел по стопам отца она не выдержала и провела ритуал принудительно изменив вектор его магии. Ведь волшебник от рождения обладает не одним даром, просто некоторые более выражены и именно их предпочитают развивать дальше.        Род получил откат и его глава постепенно угас, теряя силу, и умер, лишь только мальчику исполнилось восемнадцать. Осознание, что если бы не амбиции и упрямство, твой сын здоровый и счастливый мог сейчас возиться в огороде, а не лежать, словно давно умерший, наверняка угнетало. Хотя, зная Августу, не сомневаюсь, что поверни жизнь вспять, она бы и тогда поступила точно так же. Подобные ей люди старой гвардии не приемлют компромиссов и пойдут на все ради рода.       Кстати, откат — это цена, а не наказание от магии, как я раньше думал. Типа сделки — ты заключаешь магический контракт и платишь соответствующую цену.       В любом случае, некоторое время спустя Августа привыкла, успокоилась и все внимание переключила на воспитание наследника.       Мы стали часто выходить из дома, делать покупки, приоделись и накупили обучающих детских книг. Конечно, мое сознание позволяло мне понимать и взрослые тексты, которые тоже читал на досуге, но палочки у меня все равно не было, да и она для меня не панацея. Так что пока учил основы, то, что пригодится мне когда я попаду в школу. Разные схемы, таблицы совместимости, справочники, словари и латынь.       Многие чары были на латыни, но она отличалась от ее современной версии, примерно как старославянский от русского. Учитывая, что и простую латынь не знал, учиться мне предстояло еще долго.       Так же, бабушка занималась со мной французским, который хорошо знал по прежней жизни, но требовалась практика разговорной речи, прошлая я, ведь в основном тексты переводила, хоть и художественные.       Так что, три раза в неделю мы с Августой устраивали французские дни, когда говорили только на французском, и два дня средневековой латыни, которая оказалась очень красивым мелодичным языком. Просто колдовским, особенно магические песнопения-медитации для ритуалов.       Конечно, учить ее было необязательно, но мне хотелось понять сам смысл заклинаний, а не заучивать непонятную тарабарщину. Надеялся, что это поможет мне в работе с палочкой, сделает сильнее. Да и многие хорошие книги по магии были написаны на средневековой латыни и на старо-английском.       Странно, что Августа ни разу не спросила откуда я хорошо знаю французский, или развлекая ее вечерами вполне достойно играю на фортепиано, словно магия в ее понимании объясняла все. Что интересно, я в прошлой жизни терпеть не мог фортепиано, хотя может из-за матери. А здесь, получал от игры огромное удовольствие и музыкальные вечера стали самым любимым моим развлечением. Хотя, в поместье по идее не было других развлечений.       Еще, два часа в день отводил письму пером, вырабатывая почерк. Конечно, общая нагрузка для ребенка была приличная, но не чрезмерная, я и не спешил, не хватался за все сразу, а следовал построенному графику. Да и куда торопиться, до школы еще почти три года, все успею.       Августа еще настаивала на танцах, но я не согласился. Буду постарше выучу парочку, чтобы девчонкам на ноги не наступать и стену не подпирать, а сейчас у меня занятия поинтереснее найдутся.       Столовый этикет осваивал ненавязчиво, на месте, специально мне стол не сервировали и часами множеством ложек-вилок не мучили. Просто за трапезами показали какими приборами что и как едят, да и то для того, чтобы руки привыкли к ножу и он не смотрелся инородным телом. Я был с ней согласен, для хогвартского общества вполне хватит, чтобы не опозориться, а на приемы ходить не собираюсь.       Так же, свободные деньги позволили Августе записать меня в секцию бокса, куда ходил три раза в неделю. Обычная секция в маггловском мире. Как уговаривал бабушку, это отдельная история.       Посчитал не лишним будет научиться защищать себя, раз уж палочка мне в этом не помощник. Не хотелось бы стать мишенью отмороженного Малфоя и его горилл, да и других желающих самоутвердится за чужой счет. Что обязательно случится, если поймут, что маг из меня слабый. А так, дам пару раз под дых, и пусть прослыву деревенщиной, зато отстанут и найдут себе другой объект для приставаний.       В магическом мире тоже был свой спорт, что-то типа фехтования тростью дополненное бросками, ловушками и иногда клинками. Но, как и весь спорт для аристократов, обучиться ему стоило нереальных денег, которых у нас не было. Да мне такие церемониальные танцы ни к чему, в морду оно как-то проще, да и надежнее.       Сегодня еще одна моя надежда разбилась. Я тут вспомнил, что книжный Невилл на первом уроке полетов с метлы упал и решил потренироваться. Прежний я, боялся высоты, что и неудивительно, когда тебя то с лестницы столкнут, то на дерево загонят где сидишь на тонкой ветке пару часов пока не снимут, а тебя ветер качает, а то и уронят вниз головой. Но после слияния я высоты не боялся, а мысль о полете вызывала азарт и предвкушение.       Но, радость быстро сошла на нет, когда папина метла подо мной взбесилась, стала мотыляться в разные стороны и наконец, скинула меня на землю, благо Августа страховала. Следующие попытки закончились тем же самым. Все метлы в доме категорически не желали слушаться и летели куда сами хотели, полностью игнорируя мою волю.       Мэтью, с которым вечером связались по зеркалам, только добавил огорчения. Сказал, что моя неукрощенная природная сила входит в конфликт с магией такого сильного артефакта как метла, и летать мне не светит никогда. Но, мне точно подойдет ковер-самолет, ведь в нем завязаны плетения по другому признаку или любое летающее животное или птица. Я ушел, хлопнув дверью. Настроение было испорчено.       Правда, этот случай принес мне нового друга. Мэтью, недели три спустя, взял меня на французскую ферму пегасов и я стал счастливым обладателем Коржика — красивого палевого жеребца. Правда, ему было уже десять лет, но он был послушен, спокоен, хорошо выдрессирован и достался нам по цене мяса и шкуры.       Несчастный повредил крыло, потому уже не мог далеко и долго летать и участвовать в гонках — его ждала бойня. И Мэтью сделал мне этот царский подарок, чтобы я не расстраивался из-за полетов на метле. И даже был так любезен, что взял все расходы на его содержание, а это целых пять галлеонов в год на специальный корм. Мелочь, а приятно.       Так, не торопясь, в делах праведных прошел почти год, когда под Рождество на Косой Аллее в кафе мы встретили знакомых.       Симпатичная блондинка с ясным взглядом и ее дочка чуть младше меня. Платиновые волосы и серо-голубой цвет глаз навеяли мне первую мысль о Малфоях. Но бабушка, после того, как женщины приветственно кивнули друг-другу и мы все расселись за столики, сказала что это Лавгуды. Пандора и ее дочь Полумна. После этого заявления я стал рассматривать наших соседок с большим интересом, стараясь не таращиться так откровенно.       Мисс Лавгуд меня удивила. Она совсем не была похожа на свой книжный образ. Никакого потустороннего взгляда, наоборот, в ее огромных серебристо-серых глазах светился ум и таились смешинки.       Они с мамой, пока ели торт, постоянно секретничали и хихикали, как две подружки, шуршали оберточной бумагой, заглядывали в красочные пакеты, видимо обсуждая обновки.       Полумна, когда заметила мой интерес, гордо вздернула носик и стала тайком бросать на меня лукавые взгляды, при этом демонстративно отводить глаза, как это умеют делать все девчонки строя из себя задавак.       А потом, когда мы нечаянно спалились и одновременно уставились друг на друга, и вовсе стали играть в гляделки, после чего оба рассмеялись и наконец вернулись каждый к своим лакомствам.       Пандора была очень красивой. Думаю, Полумна будет ее копией когда подрастет, но на фоне матери девочка смотрелась бледновато. Просто, женщина была немного подкрашена, что придавало ее внешности выразительности, а Полумна выглядела как снегурочка из детских сказок с белесыми, словно засыпанными снегом ресницами и припорошенными косами.       Одетые в светлые мантии с разноцветной меховой опушкой и цветными шарфами, перчатками и сумочками, они являли странный контраст из снежной холодности зимы и яркости тропических экзотических пташек.       Да, их вид и поведение можно было назвать несколько эксцентричным, для местного консервативного общества, но никак не эпатажным. А после, за ними зашел хорошо одетый, немного растрепанный мужчина с ясным и открытым взглядом ребенка, и подхватив покупки они все вместе вышли из кафе.       В общем, их семья очень мне понравилась, а с Полумной я был бы не прочь подружиться.        Глядя на них некстати вспомнил, что мама Луны должна погибнуть. Я точно не помнил, когда, но вроде бы девочке в то время исполнилось девять. И мне пришло в голову, что быть может Полумна с отцом так изменились после ее смерти?        Я планировал ни во что ни вмешиваться и тихонько просидеть в уголке, пока истинные герои совершают положенные им подвиги. Но эту беззаботную и смешливую девочку, что так сильно изменится стало очень жаль. И я решил, что все же рискну и попытаюсь, чтобы страшная судьба обошла ее стороной. Моя интуиция на этом настаивала, а я привык ей верить.