Не в этой жизни

***

Заросший щетиной Тирион Ланнистер прищурился от яркого света, ударившего по глазам. Отряхнувшись, он оправил темный костюм и как-то задумчиво прикрыл ладонью отверстия, оставшиеся от броши десницы. Серый Червь кивнул ему на дорогу, и Тирион послушно пошел вперед, распугав ворковавших горлиц. Вместе с Безупречными он пришел в Драконье логово, еще издалека завидев сидевших полукругом лордов и леди. — Милорды. Миледи... — едва склонил он голову в приветствии. — Меня выбрали говорить с вами от имени Безупречных. — Где Джон Сноу, Рамси Болтон и Кейтлин Старк? — размеренно четко проговорила Санса Болтон. Серый Червь шагнул вперед. — Они — наши пленники. — Полагаю, им стоит быть здесь. Среди нас, — уж больно ласково сказал Давос Сиворт. Санса нетерпеливо перебила его. — Они должны быть на свободе. — Мы сами решим, как поступать с нашими пленниками. Оглядев сидевших поблизости Бриндена Талли, дядю Эдмура, Джона Ройса и Робина Аррена, Санса вскинула головой. Грозно она подалась вперед, и рыжие волосы ее мягко пали на плечо, украшенное серебряной брошью, изображавшей болтоновское распятие. — Выгляните за разрушенные стены города. Посмотрите на объединенные армии Севера, Долины и Речных земель и попробуйте убедить меня в том, что вы — не мои пленники. — Так мы не до чего не договоримся, — Тирион с нескрываемым упреком посмотрел и на Сансу, и на Серого Червя. — Вы правы. Я отказываюсь говорить без мужа, брата и матери, — заупрямилась Санса. Довольно с нее было игр в заложников. И в той жизни. И в этой. — Если их не приведут сюда сейчас же, город будет взят к вечеру и я не оставлю в живых ни одного Безупречного, — пригрозила она, но больше для самой угрозы. Ей не хотелось понапрасну проливать крови, а еще больше, хотелось вернуть своих родных. — Подождите... — со своего места поднялся Давос. — Мы сражались с вами за Винтерфелл. Все вместе. Бок о бок. Сейчас нам нет нужды сражаться. Все мы прибыли сюда, чтобы договориться о мире. Мы можем и дальше проливать кровь, до последнего солдата, или же сделать то, что следует. Договориться здесь и сейчас. Чего вы хотите? Раздув ноздри, Серый Червь оглядел лордов и леди. Чего он хотел? Более всего он желал вернуть Миссандею к жизни. Хотел видеть свою королеву, целой и невредимой, да вот... Это было попросту невозможным. Нынче он говорил от имени всех своих людей. Тысячи Безупречных пришли в Вестерос за Дейнерис Таргариен. Многие из них самоотверженно пали во имя нее, да вот без своей Драконьей королевы оставшимся в живых не было смысла задерживаться в чужом враждебном краю. — Мы хотим вернуться домой. Нам нужны корабли. — Вы это заслужили, — ответил ему Давос, с опаской оглядев присутствовавших лордов и леди, но, кажется, они были с ним согласны. Всем станет только лучше, если Безупречные вернутся туда, откуда появились. — Никто не будет удерживать вас. Вам нет смысла бояться нас... — Серый Червь? — спросила Санса. Тот кивнул, и она заговорила куда мягче, чем прежде. — У вас дорогие мне люди, которые не сделали вам ничего плохого. Вы удерживаете их в заложниках, потому что боитесь нас. Если вы отпустите их, мне нет смысла желать вам зла. Как сказал сир Давос, мы бились с вами бок о бок. Без вас мы бы не одолели Короля ночи. Вы и ваши люди храбро сражались против мертвецов, подле Рамси Болтона, Джона Сноу и Кейтлин Старк, — напомнила она. — Приведите их, — помедлив, сказал Серый Червь. Часть Безупречных ушла. Ожидание показалось безумно долгим, но вскоре из прямоугольного входа, проделанного в земле, появилась Леди. За ней шла Кейтлин Старк, прикрывавшая лицо от света. Черные космы, сбившись колтунами, закрыли лицо вышедшего Джона, и теперь мягко покачивались в такт его шага. Едва прихрамывавший Рамси Болтон казался еще более взъерошенным, чем в их первую встречу. В этой жизни... Бастард оброс. Его костюм порядком истрепался от пребывания в темнице, и Рамси снова напомнил ей пастушонка. Освобожденный лорд Болтон на мгновение остановился. Подставил лицо солнцу и жадно вздохнул. Завидев под навесом рыжую голову, он просиял хищной улыбкой, и миледи стыдливо отвела взгляд в сторону. И ведь наверняка истосковалась, подумал про себя бастард. Вскоре освобожденные пленники оказались под навесом. Кейтлин Старк радостно обнимала своих детей, Эдмура, Бриндена. Джон украдкой взглянул на Арью, и оба они нахмурились. Прибывшим подставили стулья, и Рамси отгородил Джона Сноу рукой, выбрав место поближе к жене. — Раз мы все в сборе... То должны решить, как дальше быть. Лорды и леди Вестероса предоставят Безупречным корабли и они вернутся назад, — сказал Тирион, и Серый Червь кивнул. С ними согласились и остальные. — Раз мы пришли к согласию относительно Безупречных, нам стоит задуматься и о том, как быть дальше. — Вы нашли ее? Искали? — Джон посмотрел на Безупречных и на карлика, но те лишь помотали головами, поняв, о ком он говорит. — Джон... — обратилась к нему Санса, но ее брат сжал руку в кулаке до побелевших на ней костяшек. — Она была жива! — Дракон летит быстрее самого быстрого судна, Джон Сноу, — сказал ему Серый Червь, слегка коверкая язык. Они и вправду искали, но недолго, поняв, что дракон скорее всего улетел за море. — На Драконьем камне ее нет. Никто не знает, куда улетел Дрогон. — На восток, — отозвался Брандон Старк. — Он хотел улететь туда. — Даже если так, — Рамси Болтон подался вперед. — Исходя из того, что я слышал... Да и по своему личному опыту, могу смело заявить — стрела в груди существенная помеха для жизни. — Заткни свою глотку, бастард, — огрызнулась на Рамси Яра Грейджой, и с пола деревянного помоста подскочила Леди. Загривок ее поднялся, и вся ощетинившаяся лютоволчица грозно зарычала. Рамси хотел ответить, и жестокая едкая уколка едва не слетела с его языка. Санса вовремя опустила свою руку на его ладонь, и он все же сдержался, недовольно цокнув языком. — Полагаю, лорд Болтон хотел сказать тоже, что и вы, лорд Тирион... — одарив Яру пристальным взглядом, заключила леди Болтон. — Ваша сестра мертва. Погибла в пламени дракона. Где находится Дейнерис Таргариен не известно, как и то, жива ли она. — Что теперь делать? — спросил Джендри Баратеон. — С троном. С нами? — Вы — самые могучие лорды Вестероса, — Тирион оглядел собравшихся со всех Семи королевств лордов. — Выберите себе короля или... Королеву. Лорды и леди смутились. Неловко они оглядывали друг друга, прицениваясь к достоинствам выживших, пока с места не поднялся Эдмур Талли. Откашлявшись, он вышел вперед. — Мои лорды и леди... — торжественно заговорил он. — Этот день войдет в историю, как один из самых важных и знаменательных... — Опусти свой зад на стул, Эдмур, — просипел Бринден Талли своему горе-племяннику. — Пф... Король Семи королевств. Да я первый всажу тебе нож в спину, чтобы спасти семью от того позора, что ты принесешь, сидя на Железном троне. — Джон... — сказала Кейтлин. — У него все права на престол. — Если бы на престол садились любовники королей и королев... — начал было новый принц Дорна, но его перебили. — Леди Кейтлин права, — качнул взъерошенной головой Тирион Ланнистер. — Он — бастард Сноу! — презрительно фыркнул Рамси. — Он — сын Рейгара Таргариена и Лианы Старк, — вскочил со своего места взволнованный Сэм Тарли и, попятившись от грозного взгляда лорда Болтона, снова сел. Бастард недоуменно посмотрел на жену, и та слабым кивком подтвердила слова заикавшегося Сэма. Слегка опешив, Рамси Болтон насупился и недовольно покосился на Джона Сноу. — Полагаю, перед своей смертью лорд Варис не успел сообщить об этом факте всем великим домам, — Тирион указал на Джона. — Это так. Джон Сноу — последний, в ком течет кровь Таргариенов. — Север, — Санса перевела взгляд на Робина Аррена и Бриндена Талли. И кузен, и Черная рыба кивнули ей в ответ. — Долина и Речные земли поддержат его притязания на Железный трон. — Штормовые земли тоже, — согласился с ней Джендри Баратеон. Остальные лорды молчали, с любопытством оглядывая последнего Таргариена, столь непохожего на белокурых драконьих наездников. Погодя, к отданным голосам присоединилось и согласие Яры Грейджой. Она давала присягу Таргариенам, а потому согласилась. От Джона требовали слова. Он весь сгорбился и, помотав головой, поднялся со своего места. — Я не буду вашим королем, — сказал он. Всю свою жизнь он делал то, чего от него ждали и требовали. Теперь же он волен был поступать так, как хотел. — Я выбрал свою королеву, и я иду за ней. Выпрямившись, Джон Сноу пошел прочь. Безупречные расступились перед ним, и он ушел, оставив всех в еще большем замешательстве. Его уходу обрадовался лишь Рамси Болтон. — Раз последний Таргариен отказывается от трона, — погодя, сказал Тирион. — нам стоит последовать его примеру. — Отказаться от Железного трона? — бастард скривился в сардонической улыбке, и кто-то посмеялся вместе с ним. — Выбрать правителя, который согласится нами править, — Тирион посмотрел на Сансу, умоляя ее совладать с собственным мужем. В Драконьем логове снова стало тихо. И лордам, и леди было над чем подумать. — Раз отказался последний Таргариен, может стоит спросить у последнего Ланнистера? — спросил лорд Лидден, прибывший с Западных земель. — У меня? Беса? — Он до трона не достанет, — усмехнулся Рамси Болтон, и по собранию прополз едкий смешок. Санса с укоризной посмотрела на мужа, и все же кандидатура Тириона едва ли не единогласно была отвергнута. — Так кто же? — Точно не Ланнистер, — шикнул лорд Ройс. — И не Болтон. Я скорее поцелую крысу в зад, — чертыхнулась Яра. — Тогда уж и не Грейджои, — ответил ей Бринден Талли. — А то поцелованных крыс станет на одну больше. Снова воцарилась тишина. Тирион молчал, не зная, что и сказать. Полумуж прекрасно понимал одно — если не найти единственно верного человека, Семь королевств снова погрязнут в войнах и смуте. Лорды и леди будут биться друг против друга, отказываясь склониться перед неугодным правителем, и войны продолжатся до тех пор пока в Вестеросе не останется никого из живых. Достаточно было пролито крови. Достаточно было смертей. В светлой голове его то и дело проблескивала странная мысль. Украдкой Тирион Ланнистер оглядывал лордов и леди, переглядывавшихся друг с другом, и все старался понять о том, что их объединяет и что разнит. Были здесь и гордецы, и честолюбцы. Предатели и интриганы. Мудрецы и глупцы. Убийцы и невинные. Сестры и братья. Друзья и враги, и объединяло их всех одно — жестокое прошлое. И ведь они даже этого не понимали. Никто из них не обращал на полумужа внимания. Лишь один человек. На Тириона смотрел безмятежный Брандон Старк, Трехглазый ворон. Плавно Бран опустил голову, словно соглашаясь с его мыслями, и Тирион Ланнистер снова заговорил. — Последние годы мы провели в войнах, — от волнения у него пересохли губы, и, проведя по ним языком, карлик выпрямился. — Мы враждовали, предавали и убивали друг друга. Одно восстание сменялось другим, и мы, полагаю, забыли, какого это жить в мире. Мы совершили великое множество ошибок, за которые расплачиваемся до сих пор. Мы восставали против королей. Против королев, потому что были несогласны с ними, друг с другом, — украдкой посмотрел он на Сансу. — Каждый норовил отделиться, думая, что так спасется, но теперь мы должны прийти к согласию. Раз и навсегда. — Кажется, нужно похлопать в ладоши, — выставив руки вперед, Бастард и вправду громко хлопнул пару раз. — О! Я даже это сделал. Да вот только... Что ты хочешь сказать, карлик? Тирион Ланнистер нисколько не смутился. Слова сами шли из него. — Таргариены правили нами сотни лет. Теперь их нет. Последний отказался от своей короны, — повел он рукой. — Баратеоны не смогли удержать власть и столетия. Как и Ланнистеры. Железный трон всегда захватывался силой, но... Что если в этот раз, престол будет отдан в согласии... Избранному правителю. — Мы и за несколько дней не управимся, милорд, — качнув носком сапога, выговорил принц Дорна. — Грейджои ненавидят Болтонов. Талли Ланнистеров и Грейджоев. Вассалы Ланнистеров не поддержат Старков, и если вы предлагаете посадить на трон один из великих домов, чтобы он правил нами впредь, то... — Нет, — Тирион перебил принца Дорна и неуверенно вышел вперед. — Я предлагаю, чтобы короля или королеву выбирали лорды и леди. Династий больше не будет. Увы, дети не всегда оправдывают чаяния своих родителей. Я — тому яркое подтверждение, — лорд Лидден качнул головой, словно согласившись. — Избранный король или королева будут править в течении своей жизни, а потом избираться вновь. На таком же собрании как и это. — Даже если так... — Яра не договорила. Случайно ее перебил Давос Сиворт, но сказал он именно то, что вертелось у нее самой на языке. — Выбор не из легких. Он должен устраивать всех. — Вы правы, сир Давос, — согласился Тирион Ланнистер и ненадолго смолк, подбирая нужные слова. — Нам нужен тот, кто примирит всех нас. Тот, кто устроит всех нас... Здесь и сейчас, — карлик оглядел смотревших и внимавших ему лордов. — Кто-то, кто знает о всех наших ошибках, об ошибках наших родичей и предков. Тот, чьи руки не запятнаны кровью, заговорами и дурными помыслами. Тот, кто отринул свое прошлое, настоящее и будущее. Тот, кто знает о нас все... Это — Трехглазый ворон. В воцарившемся молчании повисло особое бурлящее напряжение. Долго лорды и леди разглядывали сидевшего в своем кресле Брандона Старка, покалеченного, беспристрастного. Яра готова было воспротивиться, но оглядев всех остальных, невольно согласилась с выбором лорда Ланнистера. Когда-то Теон Грейджой захватил Винтерфелл, изгнав оттуда мальчишку. К несчастьям Теона Брандон Старк был не причастен, и, пожалуй, из всех лордов и леди он — единственный, кто не запятнал себя войнами и интригами. Принц Дорна плавно качнул головой — мудрый Трехглазый ворон, ведающий прошлое, был лучшим кандидатом в короли. Согласились Джендри Баратеон и Давос Сиворт. Вскочивший с места Сэм — тоже. Приехавшие Лиддены и Престеры невольно качнули головами, следуя совету последнего из Ланнистеров, и, почуяв молчаливое согласие большинства, Тирион обратился к Брандону Старку. — Будете ли вы нашим королем, Брандон Старк? От этого дня и до последнего? — Да, — тихо сказал он. — За Брандона Трехглазого ворона, — вновь взволнованно проговорил Сэмвел Тарли. — За Брандона, — согласился с ним принц Дорна. — Да, — сказала свое слово Яра Грейджой, и в Драконьем логове снова стало тихо. Прищурившийся Бринден Талли покачал головой и вдруг заговорил. — Многие из нас долго думали прежде, чем прийти сюда, — прохрипел он, уперев руки в колени. — Впервые я согласен с Ланнистером. Тот, кто знает о всех наших ошибках, станет хорошим королем, но не моим. — И не моим, — сказал Джон Ройс. — И не моим, — проговорил Робин Аррен. — Что же вы предлагаете? — Когда настало время, Долина пришла на зов и провозгласила свою королеву, — Джон Ройс обернулся к Сансе. — Когда настало время, королева пришла на зов Речных земель, — с другого конца отозвался Бринден Талли. — Ты предложил нам выбирать короля по заслугам, и мы это сделали еще до этого собрания. — Вы хотите предложить Сансу Болтон в качестве королевы Семи королевств? — недоуменно спросил Джендри Баратеон, но лорды Речных земель и Долины лишь помотали ему в ответ головами. Карлик, кажется, все понял. — Видимо, выбрать единого короля у нас все же не получится. — Мы и не пытаемся, — ответил принцу Дорна лорд Талли. Санса долго молчала, прежде чем начать говорить. Десятки глаз были обращены к ней, и она чувствовала, как по телу пробегает едва уловимая дрожь волнения и воодушевления. Бастард нетерпеливо сжал ее руку. Пристально Санса посмотрела на него и вскинула головой. Когда-то она желала ему только смерти. Когда-то она ненавидела его всем сердцем, каждой частью своего тела, но именно без него она бы никогда не зашла так далеко. Медленно леди Болтон обернулась к Брандону, но он и так все знал. — Ты будешь хорошим королем, Бран. Лучшим. Я поддержу тебя во всем, что понадобится, но... — Санса оглядела собравшихся. — Отныне Север, Долина и Речные земли будут независимы от Железного трона. — Да, — ответил ей Брандон Старк. — Что ж... — не встретив никаких возражений, Тирион Ланнистер склонил голову. — Так тому и быть... Слава королю Брану Сломленному. Первого его имени. Королю Андалов и Первых людей. Владыке четырех королевств и защитнику государства. Слава Сансе, Северной королеве, Хранительнице Северного очага, Королеве Долины и Речных земель. — Слава Брану Сломленному. — Слава Сансе, Северной королеве, — повторили за ним голоса.

***

На волнах качалась лодка. Небо ни с того ни с сего нахмурилось, отразившись серостью в воде, и у берега поднялся ветер. Соленый, холодный. Он теребил темные распущенные волосы и вздувал полы плаща. Парившие на холодном потоке чайки радостно кричали и, отвлекаясь на их крик, Джон Сноу угрюмо глядел в хмурое небо. — Мы должны были поступить так, — сказала ему Санса. — Она бы не оставила никого из нас в живых. — Может быть. — Ты думаешь, что она жива? — Я видел, — Джон осекся на полуслове. — Я верю... Даже если нет... Дрогон улетел на восток, в Эссос. Я поплыву туда. Дени говорила мне, что там верят в Рглора, Владыку света. Он вернул меня к жизни... — Джон Сноу смешался. На лбу его залегли морщины, и он сильно нахмурился. — Я должен найти ее. Я верю в это. Она ведь тоже моя семья... — сказал он Сансе и тяжело вздохнул. — Верь, Джон... — также как и она однажды. Темной зимней ночью. Под чар-древом. О той сделке с богами Санса нынче не жалела, терзаясь совершенно другими мыслями. Ей было жаль Джона, жаль его жертвы, но иначе они бы не спаслись. Невольно она возносила тихие молитвы к богам. Уж если жестокие боги сжалились над ней, то почему бы им не сжалиться над добрым мягкосердным Джоном, позволив ему найти свое счастье. — Знай. Когда бы ты не вернулся. С кем бы... В Винтерфелле тебя всегда будут ждать. Джон Сноу обнял сестру. Склонив голову, к нему подошла Арья. Она заплакала, и Джон обнял ее, прощая и отчасти понимая причины ее поступка. Быть может, он поступил бы также, если бы понял, что им всем грозит опасность. И все же сердце его разрывалось на части. — Прости... — Рикон... — Джон потрепал брата по плечу и даже попытался улыбнуться. Именно сейчас он заметил, как вырос самый младший из них. — Теперь на Севере будет спокойно. — Не важно. Бран останется здесь. И мама... Я останусь вместе с ними и стану рыцарем королевской гвардии. Я так решил, — гордо проговорил Рикон Старк, вспомнив о Джейме Ланнистере. — Ваше величество, — Джон склонился перед Брандоном. — Быть может я найду тебя или Дрогона. — Да. Поднявшись с преклоненного колена, Джон Сноу пошел по пирсу. Вдалеке у лодки его ждала Кейтлин Старк. Глядевшая вослед брату Арья поравнялась с сестрой. — Джон плывет на восток. Я уплыву на запад, — посмотрела она на Сансу, и та грустно улыбнулась. — Я так решила. — Хорошо... Склонив голову перед Кейтлин, Джон Сноу горько улыбнулся. Отринув былую несправедливую ненависть, ему улыбнулась и она, не тая искренней печали. — Нед гордился бы тобой, — прошептала Кейтлин Старк. — Робб гордился бы тобой. Береги себя, Джон. — Берегите себя, леди Старк. Впервые Кейтлин прижала его к себе, как своего сына. Джон сжал ее руку, и вскоре лодка, качавшаяся на волнах, унесла его к кораблю. Соленый ветер раздул паруса, ударив по ним как крыло дракона, и корабль о черном парусе с красным трехглавым змием уплыл на восток, исчезнув на горизонте.

***

С сипом раздувались кузнечные меха. В широкий желоб хлынула каленая жижа. Зашипела от жара вода. Мастер долго трудился над клинком, высекая искры, и раскаленная сталь звонко пела, пробуждая утраченный в пламени голос. Рукоять нового меча украсили черные обсидианы. Гарда покрылась колючим мотивом, напомнившим шерсть лютоволка, и вскоре мастер вынес свое творение, отдав его в руки Рикону Старку. — Держите, лорд Старк. — Точь в точь как Лед, — с печалью проговорила Кейтлин, оглядывая переливы валирийской стали мощного, двуручного меча. — Но это больше не Лед, — ответил ей Рикон. Разделенные Тайвином Ланнистером клинки соединились. Высвободив меч из ножен, Рикон попытался его поднять, но оружие оказалось куда тяжелее, чем он мог себе представить. Если Джейме Ланнистер научился владеть левой рукой как правой, если его отец умел обращаться со столь громоздким орудием, значит, должен был научиться и он. — Когда-нибудь я смогу, — сказал он матери и Бриенне Тарт. — Я стану рыцарем Золотых плащей и буду защищать все Семь королевств. — Ты хотел сказать Четыре? — Нет! — не дал себя исправить Рикон Старк. — Семь. Я буду защищать и Долину, и Речные земли, если потребуется. Тем более буду защищать свою сестру, если ей понадобится моя помощь. — Вы придумали название своему клинку, милорд? — отозвался низкий, грудной голос Бриенны. — Да... Хранитель... — сказал Рикон Старк, и благородная сталь довольно перелилась на свету. — Я назову его Хранитель.

***

В башне Десницы стало шумно. По полу заскрежетали стулья, и за длинным столом снова собрался Малый совет. Его часть. Не избежавший участи стать десницей нового короля, Тирион Ланнистер оглядел рассевшихся. Бывший контрабандист, Луковый рыцарь, Давос Сиворт обратился мастером над кораблями. Мастер над монетой, лорд Хайгардена, пожалованный до Хранителя Простора, довольно улыбнулся. Уложив на стол покалеченную руку, сир Бронн Черноводный тут же ее одернул. Был здесь и Сэмвел Тарли, назначенный Великим мейстером. Терзаясь ожиданием, они неловко обменялись парой шуток, и избранный король не заставил себя ждать. В арочном проеме появились люди. Кейтлин Старк вкатила коляску своего сына, и за ней появились помилованный Квиберн, Бриенна Тарт и Бринден Талли. — Некогда мейстер Квиберн был мастером над шептунами, — ответил нахмурившемуся Тириону Ланнистеру Бран. Поклонившись королю, Квиберн уверенно прошел к столу. — Я решил, его опыт будет бесценен. — Да, ваше величество. — Нам не хватает мастера над войной и над законами. — Дай боги, войны не предвидятся, — прошептал Бронн Черноводный. — Разорительное это дело. — Кто знает. Пока вы не найдете подходящих кандидатов, Бринден Талли подготовит законы, касающиеся выборов короля или королевы, — Бран обратил взгляд на Черную рыбу. — После вы сможете отправиться в Риверран, лорд Талли. Бринден недовольно проворчал. Лишь так Брандон Старк согласился простить его предательство Дейнерис Таргариен. Попранная клятва марала честь Черной рыбы словно деготь, и он согласился. Стоило свести счета с совестью, и вечно скучавший по Риверрану лорд Талли подошел к своему месту. — Это еще не все. Нам понадобится кто-то, кто займется сиротами и обездоленными. Этим можешь заняться ты, — обернулся Брандон Старк на Кейтлин. — Ты сможешь стать матерью каждому. Даже бастардам. — Как вам будет угодно, ваше величество, — ответила ему мать, и король удалился. Бывшие враги, бывшие союзники переглянулись. Вздохнув, Тирион жестом пригласил всех к столу и деловито оправил край красного дублета. — Начнем.

***

Снег сходил, покрываясь хрустящим настом. Бездорожье поразило Королевский тракт верх по Перешейку. Ночами все еще нападал мороз, но в воздухе уже чувствовался едва уловимый запах весны. Нетерпеливо крестьяне выглядывали черную землю. Нетерпеливо замки готовились к лету. Остроконечной крышей увенчалась порушенная башня Винтерфелла. Отстроились новые конюшни. В крипте появилась статуя Робба Старка, подле статуи отца. От серых стен отмыли сажу, и в Винтерфелле с каждым днем становилось так, как было прежде. Лишь свежая кладка, заполнившая брешь в замковой стене, светлела словно шрам, полученный в битве. У корней чар-древа раскрылся черный пруд. В нем, словно в зеркале, отразилась алая крона, раскинувшаяся за фигуркой девушки кровавыми крыльями. За спиной раздались шаги, и Санса Болтон обернулась. — Молитесь, миледи? — улыбнувшись, спросил Рамси Болтон, и она улыбнулась в ответ, ощутив странное чувство повторения. — Думаю... — Знаешь, нога все еще ноет. Особенно в дождь, — посетовал бастард, и Санса прекрасно услышала его упрек. — Мне очень жаль... Правда, — попыталась она скрасить насмешливый тон, но не получилось, и Санса едва поджала губы. — Ты должен был остаться там. Иначе ты бы погиб. Я видела сон. Один из многих, которые порой представали перед ней странными образами. Тогда она будто бы разгадала свой кошмар о двух бастардах. Идти к дракону, а не от него. Брандон лишь подтвердил ее опасения. Перед казнью Серсеи Санса заклинала мужа самыми последними словами, умоляя послушать и попросту довериться. Брандон обещал, что изгонит Дейнерис Таргариен. Арья также должна была вмешаться. Оставалось лишь переждать под лапой дракона, но живым. — Славно же вышло, — качнулся на месте Рамси. — Твои вездесущие родственники наконец оставили нас в покое. Я даже не буду пытаться врать, что по ним скучаю. Хотя... — растянул он, подняв кверху указательный палец, но тут же просиял в широкой, довольной улыбке. — Нет. Показалось. Вальяжно бастард подошел к супруге и, ухватив за талию, притянул к себе. До чего же умной, красивой стервой она оказалась, а ведь когда-то он неосторожно посчитал ее простой хныкающей девочкой. Игрушкой. Развлечением. Снова боги свели их вместе, и он приложил уйму усилий, чтобы завладеть этой гордой, неприступной твердыней, и как бы она не воротила от него нос сейчас, он знал почти наверняка — твердыня пала. Иногда он вспоминал о той жизни. Кажется, они неплохо напортачили, но в этот раз все было иначе, а потому — чего и вспоминать. Ну лишь так. Для лишнего удовольствия... В этой жизни дредфортский бастард, Рамси Сноу бился на турнире, не раз воевал за Север, выиграл битву против мертвецов и обратился Северным королем. Из-за нее, и, жадно оглядывая свою жену с головы до пят, бастард был более чем доволен своим медным, порой строптивым трофеем. На лифе девичьего платья Рамси Болтон заметил излюбленную эмблему супруги — две волчьи головы, рычащие из-за болтоновского креста, и он недовольно поморщил нос. — Можно было обойтись и без голов, милая. Ты — Болтон... — Освежеванный человек, лютоволк... — Санса посмотрела в глаза своему прирученному чудовищу. — Это гербы лордов и леди. Это же станет эмблемой королей. — Хм... Уложив руку на девичью щеку, бастард хищно посмотрел на миледи исподлобья. Во всем его виде ей всегда мерещилась определенная неуемная дикость, теперь ее вдохновлявшая. Санса Болтон многое пережила из-за Рамси. Страдания, боль, унижения — все это осталось в прошлом, и если раньше Санса пыталась об этом забыть, то сейчас бесстрашно ворошила свои воспоминания, гордо вскидывая на них головой. Она оказалась сильнее. Из плачущей заложницы принцев и бастардов она стала королевой Севера, выучив жестокие уроки жизни. У нее были хорошие учителя. Лучшие, среди которых был и он — Рамси Болтон. Без него она бы не стала такой. Без этих страданий она бы не обозлилась и все жизни и ту, и эту пробыла бы любезной пташкой, глупой и учтивой. Ловко она научилась пользоваться своими женскими орудиями, обратив их против этого чудовища. И чудовище довольно приручилось, став одним из ее орудий. Вряд ли он когда-либо избавится от своих повадок и увлечений, но... Смущенно она ощущала странное довольство, будучи горда собой, будучи... Счастливой. Почти... — Почему ты тогда оказался в Винтерфелле? В этой жизни... — О-о-о-о... Я ждал, когда ты спросишь, — Рамси отошел в сторону и, поддев носком камень, сбросил его в черную воду. Заворожившись танцем разросшихся кругов, он словно забыл, что его спросили. — В той жизни папочка тоже хотел привезти меня в Винтерфелл, к королю. Грозился признать своим отпрыском, но не случилось. — Почему? Рамси лишь улыбнулся. Ему тогда хорошенько досталось, а сделал-то он — всего ничего. С Мирандой и парой верных людей они вышли на охоту, решив развлечься. В лесу они обнаружили сношавшихся любовников, и тогда славно повеселились. Девушкой занялись солдаты, а ее любовником он, предоставив выбор. Бастард грозился отрубить ему руку в обмен на свободу девицы, но тот отказался. Поливший слезы горе-любовник стал свидетелем жестокого поругания, а после кормом для собак. Позже выяснилось, что девушка та — дочь какого-то влиятельного торгаша из ближайшего города. Требуя отмщения, он, наивно явился к Русе за справедливостью, и тот ее предоставил. Лорд Болтон повелел отрубить торгашу голову за наглость, но после наказал и сына, решив, что узаконивания в правах бастард не достоин. — Ты кого-то изнасиловал, загнал с собаками или освежевал? — спросила Санса, кичась своим спокойствием. — Или и то, и другое? — Или... — хмыкнул Рамси. — И что же в этот раз пошло не так? — Я взял след, — бастард вдруг рассмеялся, вспомнив ту череду следов, сведших его с нужной тропы. Впрочем, сейчас он бы сказал, что случайный след вывел на нужную. — Я решил, что это лютоволк. Забавная случайность, неправда ли? — спросил он, и Санса пожала плечами. Уж слишком забавная, чтобы казаться случайной. Посмотрев на чар-древо, она задумалась. Видимо, боги все ж и вправду решили свести их вместе. Была ли она теперь недовольна? Отнюдь нет... Немного, и то потому что положено было. — Ваше величество, — в богороще появился сир Освальд Дульд. — Все готово. — Идем, лорд Болтон, — обернулась на мужа Санса. — Нам нужно подготовиться... Винтерфелл замер в ожидании. Люди заполнили дворы и залы. Замок пестрил сотней знамен, преклоняясь перед своими королями. Северный король облачался в свою мантию. Лоснился черным переливом изящный камзол, украшенный косыми, перекрещивающимися мотивами. Покрывавшая правое плечо хламида серебрилась расшитыми крестами, скрепляясь наплечником, украшенным россыпью черных камней, и за пояс Рамси Болтон убрал острый нож, скрытый в изящных ножнах. Подле своего короля шла Северная королева, облаченная в светлые одежды. В такт ее уверенного шага качались длинные рукава, расшитые по всей подкладке всполохами лютоволчьей шерсти, и на груди ее красовалась расшитая серебром эмблема. Две волчьи головы — в память о Неде Старке, в память о Роббе. Сверху их крыл болтоновский крест — в память о том, кем она стала, одолев себя, свой страх и свое чудовище. Радостно их приветствовали лорды Севера, Долины, Речных земель. Преклонивших колени Болтонов венчали коронами. Черной, обсидиановой и острой словно болтоновские ножи — для короля. Серебряной, утонченной и нежной — для королевы. Долго их чествовали, желая долгой жизни, и Рамси Болтон не верил своим глазам. Простой бастард Сноу стал королем, обретя свою королеву. — Вы чем-то недовольны, ваше величество? — тихо спросила его Санса. Возбужденно Рамси Болтон сжал руку своей жены в ладони и хищно оскалился от буйного довольства. — Не в этой жизни... — Не в этой жизни... Повторила она.