Кто, если не ты

Если бы меня спросили - с чего началась история моего безумия, я бы затруднилась ответить. Это было как раз то время, когда я была готова к новому дуновению ветра, ветра перемен. Когда я ещё готова была сражаться с неукротимыми освежающими волнами новой студенческой жизни. Меня зовут Мила, и я очень люблю контроль над собой. В этом тотальном контроле и желании держать себя сильной и независимой, я перешагнула рубеж 18 лет без единых серьёзных отношений. Я никогда не любила и в мои планы на будущие это не входило, поддаваться такой слабости, как "любовь" и заковывать себя в мягкие снаружи и острые внутри наручники под названием "отношения". Стою в кориде перед открытой в аудиторию дверью и чувствую руку на своей руке. Это моя бывшая одноклассница Ната, только что вышла из аудитории. - Она просто огонь, она тебе понравится. И я шагнула в залитую солнечным светом аудиторию, устроилась на третьей парте и уловила новую манеру поведения. Пытаюсь понять – когда именно это началось? Можно ли считать отправной точкой первое занятие, которое она развернувшись в угол ряда рассказывала только мне в глаза. Или второе, на котором я вступала в дискуссию ещё открыто, с рвением к знаниям и интерактиву, где сидела прям перед ней и отвечала на поток вопросов; когда ещё была собой, была уверена в своих знаниях, как и на других предметах. Полетело ли все в тартарары когда она попросила мою почту? Или когда я увидела её мельком, уверенно курсирующей по коридору в джинсах и кожаной куртке? Щелкнуло ли внутри ещё тогда? Нет, это происходило до возмутительного постепенно и больше походило на забаву, интерес. А потом словно в один миг, каждое моё слово стало взвешиваться, словно в один день температура и волнение сыграли со мной шутки, в один миг я потеряла контроль на Той, что не выпускала уже несколько лет, над той, что слишком много чувствует. И мой мир снова стал распадаться на кусочки. Очень хорошо помню, как плохо себя чувствовала тем утром, на первой паре журналистики мне нужно было прочесть доклад, что я и сделала, пока внутренние органы сходили с ума и гнули меня пополам. Температура поднялась, и я надеялась, что не свалюсь с ног на второй ленте. С первых минут все пошло не так: претензия о позднем появлении на пару всей группе, серьёзное и даже пугающее выражение лица, сведение пальцы на столе. Не успеваю сесть, как Она говорит: - Пойдете вы отвечать. Задаю исключительно дурацкий вопрос - У доски? Сама удивляюсь своей глупости и вскакиваю с места с докладом в руках. Я пойду отвечать, буду прервана ею слишком часто, буду пунцевого цвета отбивать её вопросы, как мячики в пинг понг, буду чувствовать себя посмешищем, мимика заживает своей жизнью, а Она не упустит ни единой моей эмоции, ни единого моего слова. *** Я чувствую это, где-то глубоко на подсознании, наблюдая эту обстановку, глядя на нее сверху вниз увлеченно старающуюся всем видом показать мне фразу "Ты меня не удивишь", всем видом пытающуюся вывести меня из равновесия. Ей даже не пришлось прикладывать усилий, я справилась на отлично. Знакомое мне из прошлого, необъяснимое чувство неловкости и даже, в какой-то мере, стыда за такие редкие проявления. За проявления чувств. Мой организм всегда своеобразно реагировал на появления интересных людей, но сейчас это было слишком спонтанно. Моя симпатия к кому-то, перерастающая во влюбленность - она, как вирус, с которым организм борется. Как правило, я теряю нить реальности, и как частность - запущенное состояние вируса прогрессирует в болезнь похлеще. Моё тело горит, мысли путаются, понимаю, что веду себя слишком эмоционально, взвинченно, но ничего не могу поделать. Все пошло изначально не хорошо. Вижу шокированные глаза одногруппников - значит это и со стороны выглядит издевательством. Меня трясет, чувствую, как горят щеки. Все ещё отвечаю на ее бесконечные вопросы, кажется, призванные меня завалить, пока она наконец не отпускает меня сесть. Опускаясь на стул, и видя ужас в глазах одногрупницы вымученно улыбаюсь. Это закончилось. «Я справилась, пожалуйста, не смотрите на меня больше, я не выдержу давления.» Стоило мне улыбнуться, как я слышу вопрос ученику: - Як ви вважаєте, в діловій мові допустимо буде сказати, що Милана зараз "лахає"? * Я ведь просто улыбнулась девушке, а она так грубо. Недовольство моментально проходит по моими лицу. Она рассматривает меня, улыбается. Во мне что-то закипает, интересно какая температура у меня была тогда? - Это улыбка облегчения, после того, как Вы меня размазали. - Я? Размазала? Так значит Вы это воспринимаете. Тысяча эмоций табуном пролетают по мимике. Зачем сказала это, и, кажется, продолжаю говорить что-то в ответ на ее внимание к моей персоне. Голова сейчас взорвется. Закрываю лицо руками, чтобы немного збавить температуру и на секунду закрыться от пристального изучения его преподавателем. - Почему она закрылась? - спрашивает Она, будто меня здесь нет. Замечательно, говорить о человеке в третьем лице, когда он рядом, просто блеск. - Ей стыдно, - безобидно говорит одногруппник. - Лане? Стыдно? Опускаются руки: - А по вашему, я бесстыдница? Чувствую нарастающее жжение в основании позвоночника, стараюсь не дёргаться, но нервное подрагивание уже близко. Лёгкий спазм. Лана. Спасибо, что наконец кто-нибудь позвал меня из этой клетки, в которую меня заточили пять лет назад, в которой я сидела взаперти, контролируемая бесчувственной соседкой по разуму. Все эти годы мои попытки вырваться, закричать, разрываться поискала. "Контроль" такая надпись была на клетке, в которой я билась в конвульсиях, страдала от ударов судьбы и не могла вырваться. И позвал меня, никто иной, как прекрасная особа, что сейчас смотрит на меня. По дороге из университета я с трудом могла вспомнить последние 6 часов, но то, что я не могла забыть - жгучее чувство стыда за "свое" поведение. Неужели настало время, когда мне снова и снова будет стыдно за Лану? Неужели последние годы контроля над эмоциями, запрета на проявление слабости дали брешь от одного нечайного "Лана"? Неужели у красивой, интересной женщины, есть власть вырывать из тьмы моих альтеров? Прекрасно помнила последний раз, когда влюбилась, но теперь это нельзя. Меня пугают, чувства, которые меня переполняют и я отказываюсь верить, что Она затронула во мне. Я не должна влюбиться. "Поздно", произнёс мягкий голос где-то в голове.