Кто, если не ты

Последующие несколько пар я присматривалась, в попытках понять, что со мной случилось, когда эта огненная комета влетела в моё сознание, в скини джинсах и в простой черной футболке. Влетела в сознание, комично используя сленг студентов, распологая к себе. Её красные волосы обрамляли спокойными волнами её красивое лицо, с выразительными изгибами скул и губами, что сдерживали игрывые улыбки. Я влюбилась не сразу, но когда этот произошло, чувство оказалось слишком потрясающим, сострясающим моё тело и душу. Как оказалось, не растраченной любовной энергии у меня было ещё на 18 лет жизни. Сосредоточено, Она зашла в маленькую аудиторию в темно зелёном облегающем платье и в чёрной кожаной куртке, что придавало ей бунтарский характер. И после этого, я должна была дышать, должна была слушать лекцию глядя ей в глаза и глупо не улыбаться думая о Ней. Фантазия играла со мной дурные шутки, я вспоминала, как ещё тогда на первых неделях, лёгкая дрожь шла по спине от её невыносимо деловитой походки возле деканата в кожаной куртке, чертовски сексуально это все выглядело, теперь понимаю я. Словно Она только встала с блестящего харлея. И вот теперь, это куртка, которую я бы хотела с нее сорвать накинута на платье, что так выгодно подчеркивает ее фигуру. А ее руки... Святые угодники, если бы хоть кто-нибудь узнал, какие картины предстают пред мной, когда я вижу эти пальцы, которыми она шевелит рассказывая материл. Старалась сидеть с каменным лицом на её паре сегодня. И у меня даже выходило, но Она даже тогда все время обращала НА МЕНЯ внимание, вспоминала мои слова и мимику. Она улыбается этой самой красивой улыбкой на свете, и каждая моя клеточка хочет улыбнуться в ответ, но сдерживаюсь, потому что "Лана, посміхається, ага". И делает какие-то выводы, в очередной раз вгоняя меня в краску и заставляя догадываться - как именно превратно истолковали мой вздох или изогнутую бровь. Я не выдержу. У меня от того, как я пыталась быть непринужденной искусаны щеки изнутри, губы. Ничью реакцию в группе Она не оценивает, кроме моей. "Никому другому Вы бы не позволили..." вспоминается мне фраза и культового фильма, как никогда подходящего под ситуацию. Я даже "спряталась" за другими студентами, чтобы никакого контакта глаз. Тчетно. Снова упоминает меня : "мені сподобалося ваше взуття, Лана", "Лана, а ви знаете...?" "Да ничего я не знаю, хватит уделять мне внимание и хватит называть меня этим именем, я чувствую себя дурой!" Она обходит людей на первой парте и подходит к моей (спасательному островку за спинами одногруппников), смотрит тетрадь. Ближе ведь неккому посмотреть. Трясусь, как осенний лист. - Менi подобається ім'я Лана, - говорит Она. *** 31 эта особа опаздывает, заставляет меня, в самой холодной аудитории, в нетерпении спеть весь репертуар одной музыкальной группы одногруппникам. И вот, в аудиторию залетает солнце, и нет, погода за окном все та же. Улыбка, спешка, темно жёлтое пальто, голубой свитер, те самые вишнево-красные локоны. Я влюбилась в экстравагантную женщину. Удивительнее всего, как на ней это все смотрится до смеха органично, она словно назло в Праздник Нечести одета, как посланник Света. Сумбурность речи, спешка, заглядывание со скрытой улыбкой мне в глаза, мои трясущиеся руки и спутанные мысли, какие-то указания. Не проходит трёх минут, как я понимаю, что сегодня такой мы можем написать контрольную и быть свободны. Снова это чувствую - между "хорошо, когда она не рядом, я в безопасности" и "я готова смотреть на неё вечно". Встаю из-за стола, и она замечает мой наряд. "А Вам так хорошо..." . Нет, мне не хорошо. Еле волочу ноги, и Она закрывает за мной кабинет. Иду по коридору, проклиная все на свете, сзади доносится: - Я вам говорила, что здесь в это время уже очень холодно, придётся забыть о красоте. Я хочу сказать, что о красоте понятия не имею, но говорю лишь: - Я горячая. Дурацкая формулировка, что означала, что я горячих кровей и не мерзну. Уже хочу поправить себя, как оборачиваясь и вижу её улыбающееся лицо: - Вы какая? Вы восприняли все превратно, мадам, впрочем, может быть, по-другому не хотели? Она обгоняет меня у лестницы, и спускается впереди меня. Ступеньки под ногами плывут. Не понимаю, когда она начинает говорить мне, что ее выспалась и что одела первое, что попалось под руку. Она пропевает строчку из популярной песни, мои ноги подворачиваются от её очарования. И если бы только я могла объяснить, как ненавистны мне эти "приступы очарования", как тяжело смотреть на ее такую, замечательную и понимать что ты не имеешь права ни на одну из этих эмоций, и что они скоротечны. Понимать, что живёшь от недели к недели только в надежде увидеть эти проявления ее юношеской взбалмошности. И вот когда мы уходим - я чувствую такую пустоту, которую не заполнить, кажется, ни одним алкоголем, ни пачкой сигарет. Кто сказал, что любовь не наркотик? Что получив маленькую, такую дразнящую дозу желаемого наркотика, тебя ломает сильнее, чем при воздержании, и должно пройти не мало времени, чтобы голод притупился. Покупаю вино, сладости и сигареты, но прийдя домой температура кладет меня на лопатки и без спиртного. Лежу, в совершенно разбитом состояние, как морально так и физически. Да, я болею и не очень активно лечусь, я болею простудой и болею Ей. Последующие дни, с трудом встаю с кровати, с трудом дышу и почти не сплю. В четверг, спустя сутки после пары у неё, я выпиваю бутылку отвратильного вина и в дополнении к температуре оно действует убивающе. Покупаю ещё выпить, курю сигарету за сигаретой. Это помогает, я даже кажется не могу вспомнить её лучезарную улыбку от которой у меня мурашки по коже. С каких пор я поддалась такой глупой привычке, как курение? С тех пор, как почувствовала слишком несвойственные чувста к особе старше себя вдвое. Слабачка. Не чувствую конечностей, но чёрт, почти не могу вспомнить её лицо - для этого придумали алкоголь. Спустя несколько часов просыпаюсь. Начало третьего ночи, я не могу дышать, корсет рёбер сдавливает тело. Протрезвела, сна ни в одном глазу. Самое удивительно, что пару дней после встречи с Ней мне действительно очень плохо, но потом словно корочка на ранке подсыхает. К понедельнику жизнь кажется мне вполне занимательной. Я могу смириться с жизнью, в которой нет ее, привыкаю к её отсутствию. До вечера вторника, когда навязчивое чувство приближение встречи начинает проклевываться в душе, строя планы и сооружая надежды. А в среду ты полуокрыленная, полуразрушенная курсируешь в универ с мыслью - все ли пройдёт хорошо. Я должна "выздороветь" молила об этом небеса, чтобы перестать обманываться. Но высшие силы не слышат мольбы маловерующих, вроде меня.