Кто, если не ты

Выхожу из ванной комнаты, пора привести себя в порядок, ведь расхаживать в простыни не совсем удобно. Вторая кровать застелена так же безупречно, в отличии от бесконечных складок на второй, из под которой я достаю наши вещи. Ее джинсы наспех запихнуты в сумку, мои покоились под кроватью с нашими свитерами. Аккуратно складываю оба, свой закладываю в сумку, вытягивая другой, а ее задерживается в моих руках. Ткань мягкая и приятная и кончики пальцев словно чувствуют ее энергию, глубоко вдыхаю ее запах, прикладывая вещь к щеке. Я бы хотела чтобы этот запах стал родным. Быстро прекращаю свой приступ фетишизма, и оставляю вещь лежать на идеально застланной постели, занимаюсь ее соседкой. Сбросив с себя покрывало и укрывая наше ложе, сразу же ищу ему замену в виде полотенца. Обворовываюсь и слышу, как хлопает дверь. Напрягаюсь, но ровно до того момента как замечаю очертания белого халата. - Как там мисс Этикет? - спрашиваю я взволнованно, кто знает чем больше -здоровьем любимого преподавателя или неожиданным визитом декана в пять утра. - В неї упав тиск після випитої ввечері кави, за вечерінім припливом прийшов ранковий відлив. Цікаво, але вона запевняє, що раніше тиск їй не турбував. Тож я дала їй краплі і зараз все добре [*1], - Она нервно поправляла волосы, и прятала а сумку лекарство. - Хотелось бы сказать, что в её возрасте все бывает впервые, но даже у молодых людей бывают проблемы с давлением, - я сжала край полотенца и внимательно посмотрела Ей в спину, - Все в порядке? Она развернулась и внимательно осмотрела меня с ног до головы. Первое, что пришло мне в голову - она видит меня в одном полотенце и не в темной комнате, а при вполне ярком свете. Может быть она смотрит на меня и жалеет? Может её разочаровало то, что она видит без одежды? Но эти неуверенные мысли пролетают слишком быстро, чтобы заметить как она на меня смотрит. Не с отвращением, ни с жалостью, а с любопытством. Раньше, я бы съежилась под таким взглядом, но теперь мне хотелось знать о чем она думает сиюминутно. Я медленно подошла ближе. - Если тебя что-то беспокоит - скажи это сейчас, - Она притупленно улыбнулась в ответ. - Ты меня беспокоишь, даже больше, чем можно представить в моем случае, - Она снова кладет мне руку на щеку. - Не беспокойся, - говорю я, и сама себе не верю, потому как не помню когда последний раз не думала, - я иду в душ, на этот раз можно не привирать. Она улыбается и опускает свою руку с моей щеки на плечо. - Погодься, я добре зорієнтувалась. - О да, - протягиваю последнюю гласную уже на подходе к двери ванной. - Наступного разу - твоя черга викручиватись.[*2] "Настпуного разу..." трагикомическая фраза в нашем случае, что знаменует одно - теперь нам придется бесконечно выкручиваться и врать, что не может не угнетать, но с другой стороны может значить для меня главное - она рассчитывакт на следующий раз. Открываю воду в душевой, вешаю полотенце и становлюсь под струи воды, которые обволакивают какое то слишком обмякшее тело. Кожу словно свело пленкой, и я тчательно пытаюсь избавиться от этого чувства, но, кажется, оно только у меня в голове. Проходясь по шее мочалкой - чувствую, как кожа щиплет в определенных местах, неужели мы, как подростки не удержались от таких вещей. Вода слишком горячая и распахиваю дверцы душевой, впуская воздух. Напарилась, пора на выход. Снова закутываюсь в полотенце, бросив последний взгляд в зеркало. Черт, красное пятно чуть левее на шее буквально кричит мне "В ближайшие дни ты из водолазки не вылазишь". Ничего, буду этим напоминать себе о том, что это было наяву. Она сидит на кровати, и скорее всего, отвечает на какие-то смс или почту. Даже здесь. Не исправима. Вспоминаю, как она мечтала на каникулах выключать телефон - наверное, не в этот раз. Она замечает, что я глазеют на нее облокотившись на дверной проем, и моментально поднимает глаза. Выгляжу, мягко говоря, помятой и уставшей, я это знаю, поэтому стараюсь держать лицо не слишком серьёзным. Она блокирует телефон и протягивает руку. Мы снова ложимся на кровать, и пусть кто-то активно пытался меня накормить - сейчас я просто хочу провести ещё часок - другой в её объятиях. Она не против, прижимаясь всем телом ко мне, она зарывается носом в мои влажные волосы и обвивает одной рукой мою грудную клетку, а я слышу ее дыхание, и это тепло убаюкивает лучше колыбельной. Без пяти восемь - звонит телефон. Она быстро вскакивает, запахивая раскрывшийся халат. Я, потирая глаза, встаю вместе с ней. По разговору слышу - сын. Дежурные родительские фразы, маленькое резюме о вчерашнем дне (конечно, без упоминаний о сексе со студенткой). Пока она разговаривает, расхаживая по комнате и часто выглядывая в окно - постепенно одеваюсь, волосы мои забыли об идеальной укладке, стоило мне уснуть, оставив их влажными. Борюсь с неуправляемой шевелюрой, наблюдая за силуэтом, что выделяется на фоне яркого утреннего окна. Даже глядя в эту спину чувствую неловкость и растерянность, ибо мы обе не знаем, что будет дальше, и думать об этом у нас не было времени, и если бы не было стольких "но" может быть и не пришлось. Если бы. Она заканчивает разговор и пол минуты просто смотрит в окно. Я словно читаю ее мысли "как рассказать сыну об этом", а потом накатывает мой собственный вопрос следом "А есть ли у нее желание вообще об этом рассказывать?". Не решаюсь задать глупый вопрос "все ли в порядке?", просто потихоньку собираю вещи в сумку, сегодня вечером наше время во Львове истечёт. Она уходит в душ. Стоит такая тишина, что мне становится дурно. Неужели ночное марево так быстро развеялось? Опускаю голову на руки, и пока мои мысли проносятся эксперсом в сознании, слышу как быстрые шаги шлепают в комнате. Я медленно поднимаю взгляд в расфокусе, проходит несколько секунд, прежде чем вижу, как Она натягивает джинсы на распаренное тело, а мокрые кудри липнут к спине и груди, словно русалка только вышла из воды. - Позавтракаем только вдвоем, ладно? - говорю я, в надежде разорвать слишком давящую на перепонки тишину. - Не поверю, что ты такая грустная из-за возможной компании за завтраком, - она улыбается, - Пойдём. *** Мы выходим из отеля, не сказав попутчикам ни слова. Да, наша и без того маленькая группа и вовсе раскололась. Утро воскресенья во Львове выглядит пустынно и ещё более благородно. Малолюдные улочки, что знаменуют: туристы и местные ещё отдыхают, наслаждаясь выходным днём, пресыщенные субботним вечером. Она первая берет меня за руку, на что я глупо улыбаюсь, она будто хотела спросить "Ты не против", но посчитала, что имеет на это право. Конечно имеет, пусть делает со мной что хочет, только бы не оттолкнула. Это ее город, для нее это также откровенно, как для меня пройтись с ней за руку в другом конце страны. Мы доходим до уютного кафе с Парижской тематикой, прямо напротив собора Святого ... Заказываем самый типичный европейский завтрак, и пока его готовят я держу свою ладонь на ее пальцах Она смотрит на редких прохожих, я на ее идеальный профиль. Когда ей уже надоедает избегать моего вгляда, она постепенно переводит глаза на меня, позволяя мыслям - чертям, что прыгают у нее в глазах - показаться. - Припини їсти мене поглядом, нам ще не принесли їжу. - Я с тобой себя такой дурочкой чувствую, - говорю я. - Якщо тобі стане легше - це в нас на взайм. Приносят еду и мы, расцепляя пальцы приступаем к ее поглощению, обе едим медленно иногда поглядывая на друг друга, она кажется, рада, что я вообще поглощаю пищу. - Тепер я впевнена, що ти не знепритомніїш. Кусочек за кусочком тяжело мне даётся и поэтому, осиливая половину, я наливаю себе травяной чай. - Я не поїду з вами назад, я вже пообіцяла батькам залишитися до Нового року, - Она напряглась всем телом, и голос ее стал таким же серьезным, как на первых нескольких парах. [*3] - Я догадывалась об этом, здесь же твоя семья и здесь твой дом, - в моих словах есть доля светлой грусти от предстоящего расставания, но семья для нее святое, и то, что мне пощасливилось испытать в последние сутки это уже большое счастье. Я в порядке, буду в порядке, правда. - Я не хочу, чтобы ты надумала себе чего-нибудь, я не хочу, чтобы ты чувствовала себя... - она запинается,- использованой. - Использованной? Нет, я слишком...- теперь далаю паузу я, - потому что ты слишком мне нравишься. "Люблю" это слово крутилось у меня языке, но оно было бы таким же острым, как и болезные ощущения, что я испытываю сейчас при мысли о прощании. - Лана, для меня это все серьезно, я хочу чтобы ты это не забывала, - ее голос немного отдает металлом, и для меня только сейчас понемногу начинает доходить чего именно она боится. - О, тебя, невозможно забыть, - говорю я и борюсь с желанием закричать совершенно другую фразу, наверное слишком драматично и немного театрально поклясться в том, на что она так намекает. Она видит, я знаю, она видит, что я почувствовала ее страх, поэтому оттеняет улыбкой беспокойный взгляд. Звонит телефон и она моментально поднимает трубку. - Слухаю, - голос декана деловито и отчетливо слышится мне. - Да, я помню, мы позавтракаем и придем... Да, не хотели вас будить, после насыщенной ночи.... Эмм, ей уже лучше, да, - она кладет телефон на стол и внимательно смотрит на меня. - Через полтора часа у нас экскурсия за городом, а в четыре мы идём в театр, - Она как-то грустно произнесла это, наливая себе кофе в чашку. - Я совсем забыла зачем приехала в этот город, - я отпиваю чай, который давно уже остыл. - Надо вернуться в общество, и заодно, оправдать культурную программу твоей поездки. Я улыбаюсь, про себя подметив, что лучше программы, чем провести время с ней - я не могла найти.