Укрощение Кобылок. Альтернатива

      Голова самопровозглашённого главного сокровища страны Огня, Пуза Великолепного, трещала от выпитого ночью саке.       Даже куноичи, которая сейчас выверенно выполняла его приказы следуя подаваемым им самим жестам из брошюры, упрощенному набору основых команд которым обучают настоящих рабынь-наложниц, не могла поднять ему настроение.       Конечно, заставить гордячку опуститься на колени пару десятков раз, или принести ему что-нибудь, или заставить ходить за собой кругами по комнате, жестом приказав ей держаться за его плечом, было забавно, но окаменевшая улыбка, с которой Кушина всё это проделывала, портила всё удовольствие.       Это выражение на её лице вызывало у жирдяя воспоминания о ночи, о тонких, удивительно сильных пальцах, стиснувших гордость Пуза. Это страшное воспоминание вновь вызывало в толстяке отголоски ужасающего чувства страха, наполнившего его тогда. Страха лишиться своей гордости! Страха, что пальцы сомкнувшиеся стальными тисками навсегда заберут у него Пуза Младшего!       «Может, Старый Ти был прав? Возможно, насколько бы заманчивой цель ни казалась, она не стоит риска и затрат? Кажется, я сильно недооценил опасность, которую представляет эта сучка.» — Пуз сделал очередной жест, после которого наложница должна опуститься на колени и застыть в довольно изящной позе с заведенными за спину руками, ожидая дальнейших указании, и сел на кровать.       «И всё-таки...» — Жирдяй наблюдал, как девушка изящно опустилась на колени, расправила плечи и изогнувшись скрестила руки за спиной, отчего её большая грудь упруго качнулась под тканью простого платья, всё ещё надетого на ней, в итоге демонстративно, вызывающе подчеркнутая позой в которой застыла куноичи.       — Хорошо, Куши-тян! — В сознании Пуза промелькнули образы с посещения портнихи, и с прошедшей ночи, и он почувствовал возвращение привычной жажды обладания.       Кольцо, надетое на кочерыжку-палец, отреагировало на явное одобрение в эмоциях носителя, использовав ту микроскопическую каплю чакры, что была в теле Пуза для создания резонанса со своим большим по размеру собратом, и Кушина передернула плечами в отвращении от приятного чувства пробежавшего сквозь её тело.       «Нда.. — Хоть жирдяю и понравилось как снова качнулась роскошная грудь от резкого движения плеч, но слабая гримаса отвращения отчётливо показывала, что гордячка не собирается так просто поддаваться на его с Ти трюк. — Вот же, высокомерная стерва! Ей приятно, а она кривится. Эх, будь проклят тот день, когда я с тобой столкнулся, но теперь я не смогу остановиться, пока не объезжу тебя, кобылка! Ты будешь умолять о моей благосклонности и наслаждаться даже её крупицами! Пуз Великолепный не может проиграть! Гха-ха-ха! Кха!»       Самовнушением вернув ещё часть своей обычной бодрости, утраченной прошлой ночью, жирдяй весёлым колобком вскочил с кровати.       — Вставай, Куши-тян! Ты действительно всё хорошо запомнила! Ты очень хорошая рабыня-наложница! — Свинообразный чиновник сделал жест, приказ «встать, ждать стоя», и изобразил свою самую елейную, подобострастную улыбочку, внутренне злорадно наслаждаясь от вида того, как грациозно поднимающуюся девушку вновь пронзает судорога отвращения к тому приятному ощущению, что вызвала его сомнительная похвала.       «Стыд! Унижение! Отвращение! — Жирный чиновник обожал морально уничтожать людей, заставляя их ненавидеть, презирать самих себя. — С приправой блюдо всегда вкуснее!»       — Скоро должна вернуться портниха с новой одеждой, и тебе, Куши-тян, нужно привести себя в порядок. Сури тебе в этом поможет. — Пуз выкатился за дверь. — «А я пойду похмелюсь. Хм, интересно, а в купальни Старый Ти сделал что-то вроде того зеркала?»

***

      — Какая у тебя прекрасная кожа, Куши-тян! А фигура! Как я тебе завидую! Такая красота! — Сури непрерывно болтала, подтверждая первое впечатление о себе, как о простодушной дурочке, пока её руки удерживающие мочалку скользили по изгибам спины Кушины.       Кушина приложила довольно много усилий, чтобы намекнуть этой дурочке, что способна позаботиться о себе сама, но все её потуги прошли мимо куцего разума толстушки.       Поэтому сейчас обнажённая куноичи сидела на низком табурете и позволяла толстушке натирать себя душистым мылом. После проведённых в дороге нескольких дней это было даже приятно.       К тому же, это была хорошая возможность отдохнуть, пусть и недолго, от свинообразного придатка к плану.

***

      Кушина погрузилась в большую дубовую ванну, заполненную горячей водой, старательно игнорируя болтовню толстушки, так и отказавшейся оставить куноичи в купальнях одну. Логичный шаг, учитывая, что, для Сури, Кушина — ценная рабыня.       Купальни в особняке Ти О, это конечно не горячие источники, но и не бездушный душ. Вполне классический вариант, когда сначала человек смывает с себя грязь, а затем отмокает в кипятке.       «Да, в воду тоже что-то цветочное добавлено.» — Кушина зачерпнула немного воды ладонью поднеся её к своему лицу. — То же самое средство для кожи? Запах схож.»       Не уловив в запахе каких-то намёков на яды, девушка расслабленно погрузилась в воду, откинувшись на деревянную стенку ванной.       Горячая вода, закрывавшая девушку до ключиц, постепенно прогревала её тело, расслабляя мышцы и успокаивая.       «Брошюру я полностью заучила, и сдерживать своё желание превратить эту тушу в отбивную у меня получается, через пару дней можно требовать перехода к активной части плана. Какая всё-таки наглая сволочь, этот Пуз О, сбежал вчера вечером, чтобы втихаря нажраться. Перегарище чувствуется на много метров вокруг. Не удивительно, что я так странно чувствовала себя, после ночи сна рядом с этим бурдюком с тухлым саке. — Девушка раздраженно просунула пару пальцев между серебряным обручем ошейника, который, следуя образу, не снимала, и своей шеей, проведя по окружности, стараясь избавиться от чувства вызванного непривычным украшением. — Ещё и дурацкий кошмар!»       Девушка прикрыла глаза ладонью, пытаясь выгнать из головы образы из первой встречи в лесу, когда этот сферичный жирдяй со связанными за спиной руками размахивал вокруг своим уродливым, огромным агрегатом. Не самая простая задача.       «Это был ещё и эротический кошмар! В этом точно виновато облако перегара, оседающее каплями спирта буквально на всём, и вообще вся эта дурацкая ситуация с рабынями-наложницами и прочим. Такими темпами в следующем кошмаре к происходящему добавится Кьюби, и ещё какая-нибудь похабень. — От образа девятихвостого лиса, участвующего в чем-то подобном, девушку передернуло. — Нельзя позволять этому свину нажираться! Это не только отвратительно, но и опасно!»

***

      Где-то в другой части здания, Пуз поправляющий здоровье ещё одной порцией рисовой водки, неожиданно для себя почувствовал, как по его хребту пробежал холодок.       Оглянувшись, он недоуменно пожал плечами, не сумев определить причину своего беспокойства.       К сожалению, хотя Старый Ти устроил в своём логове множество улучшений, конкретно то окошко, что было в купальнях, оказалось слишком очевидно для тренированной куноичи.       Слишком большой риск, особенно после едва не случившейся ночью, из-за потери терпения и выдержки, катастрофы. Поэтому Пуз поправлял здоровье. И ждал...

***

      Чистая и благоухающая Кушина выбравшись из ванной впервые за многие дни чувствовала благодушие.       Даже то, что Сури не дала Кушине снова надеть её простое платье, настаивая на приготовиленной для неё простой юкате, не могло изгнать теплую негу из её тела и вернуть то беспокойство так донимающее девушку в начале.       Потратив несколько десятков минут, чтобы просушить тело и волосы, девушка оделась в приготовленную для неё чистую одежду и вместе со служанкой вышла в дверь.

***

      Пуз, вместе со Старым Ти морщившимся от адского спиртового перегара веявшего от его племянничка, сидели в темноте за тем самым зеркалом, через которое было видно ярко освещенную комнату в которой портниха, Аризу, с парой помошниц, распаковывали заказ.       — Ну? Где куноичи, старик? — Едва слышно прошептал Пуз, склонившись к своему родичу. — Чего ждём? Я был немного занят, знаешь ли.       — Я приказал Сури отвести её сюда. И больше к своим запасам я тебя не пущу. Мне только не хватало, чтобы ты до смерти упился, оставив меня разбираться со взбешенной куноичи. — Так же тихо ответил Ти.       Дверь в светлую комнату открылась, впуская двух женщин, простоватую толстушку и высокую девушку с чувственным телом, скрытым светлой юкатой и чуть влажными, распущенными, алыми волосами ниспадающими почти до ягодиц.       — Старик? Я же правильно понимаю, что для кольца важно моё намерение, а не то, слышит ли меня Кушина. — Ещё тише озвучил Пуз пришедшую в его голову идею, чувствуя как его настроение вновь взлетает ввысь, от предвкушения. И только на задворках сознания слабо шевелился животный страх придавленный кувшинами саке.       — Хм, если судить по тому, что я знаю, то рабыня должна именно слышать слова владельца кольца. Но, мысль интересная. Как ближе подойдёт, попробуй шеп... Нет, лучше вообще без слов, а то ещё услышит. Пробуй одобрять молча. — Тихо ответил Ти, чувствующий азарт первооткрывателя. Подобные безделушки всегда были его страстью, как коллекционера, и ему было очень интересно, что выйдет из этой идеи.

***

      Благодушно настроенная Кушина встретила старую портниху скорее с интересом, ведь, как и всякой женщине, ей было любопытно, какую именно одежду для неё сшили, несмотря на некоторые опасения, что покрой новых нарядов будет по вкусу скорее старому извращенцу Джирайе, чем ей самой.       — Наконец-то. Скидывай с себя всё,... девочка. — Портниха слегка запнулась, явно пытаясь вспомнить как зовут куноичи, но уже через секунду пожала плечами и перешла к обобщенному обращению. — Нужно примерить результат.       — Вы хотели сказать — Куши-сан, Аризу-сама? — Максимально вежливым вопросом Сури подсказала имя.       — Я сказала именно то, что хотела сказать, девочка. — Портниха высокомерно отвергла помощь толстушки.       «Предсказуемо.» — Не обращая внимания на грубость, Кушина аккуратно сняла юкату, которую передала Сури, оставшись полностью обнажённой.       В первую их встречу старая портниха, Аризу, застала куноичи своей высокомерной фамильярностью врасплох, но в этот раз Кушина не собиралась вести себя как неопытная девчонка.       — Приступайте, Аризу-сан. — Кушина сделала несколько шагов к зеркалу, и остановилась перед ним, гордо выпрямившись и уперев ладонь правой руки в крутой изгиб своего бедра.       — Хм. Ну приступим,... девочка. Примерь. — Портниха ткнула указательным пальцем в маленький, лежащий на стуле, свёрток.       «Несколько маленьких, чёрных треугольничков шёлка и верёвочек. Действительно предсказуемо. Почему-то то, что это столь для меня предсказуемо вызывает почти нестерпимое желание разбить Джирайе лицо. — Кушина одела почти ничего не закрывающее чёрное бельё, и повернулась к зеркалу в три четверти, согнув правую ногу в колене и выставив её вперёд, в одной из основных позиции прописанных в брошюре. — Да, Жабий Отшельник уже строчил бы очередную главу своей порнушки. Хотя, надо признать, что размер идеален.»       Портниха оглядела девушку со всех сторон, подергала за декоративный узелок, сдвинула ниспадающие волосы, подергав за завязки лифчика, и совершенно неожиданно звонко шлепнула Кушину по ягодице: — Не стой столбом, девочка! Двигайся! Наклоняйся! Прыгай! Если на тебе не вовремя лопнет какой-нибудь шов, моя репутация пострадает!       Бросив на старую перечницу возмущённый взгляд, Кушина всё-таки последовала её требованию несколько раз подпрыгнув, и наклонившись дотронутся до кончиков пальцев.       Куцее шелковое нижнее бельё неожиданно надежно удерживало грудь, на первый взгляд саму стремившуюся выскользнуть из него, и этим фактом Кушина осталась довольна.       А вот слабые бодрящие волны проскальзывающие по её телу в совершенно неподходящей для них ситуации, и фантомный душок перегара, начавший чудится девушке, как-то беспокоили.

***

      Пуз О привстал со своего места и придвинулся ближе к зеркалу, настолько близко, что его перегар частично оседал на стекле, и страшно потея от усилий пытался посылать в сторону куноичи своё одобрение, в моменты которые хоть как-то можно было назвать пошлыми или унизительными. Реакции пока не было, но жирдяй не сдавался, используя каждую возможность и веря в свою счастливую звезду.