Глава 38. Бабочка Шредингера.
26 апреля 2020 г., 00:43
Доктор Форман светил маленьким карманным фонариком прямо Ане в глаз, наблюдая за тем, как сужается её зрачок. На лице врача было явно заметное недоумение: такого прогресса невозможно достичь просто так за столь короткий срок, без какого-либо явного вмешательства со стороны врачей — ну, кроме жаропонижающих, конечно. И тем не менее, стоит отметить, что сейчас девушка сидела на кровати, была готова к любого вида диалогу, имела аппетит. Попросила, правда, не совсем логичный заказ, а именно: «Какое-нибудь мясо, а то голодная, как волк.»
Уже было решив, что девушка — симулянтка, а наврала с три короба, подделав температуру и всё вышеописанное из-за того, что у неё нет страховки, Форман, поспешив с карточкой к Хаусу, лишь зря потратил время.
Грегори находился в своем поистине «любимом» месте — в клинике, где ему было необходимо отработать энное количество часов, и где ему надоело выслушивать всякий бред про сопли, кашель и вывихи уже спустя три пациента. А ведь это лишь начало.
Итак, Форман нашел Грегори Хауса — взрослого и жутко успешного врача, спрятавшегося ото всех скучных пациентов в подсобке. Улизнул он туда, как было понятно из его диалога с коллегой, еще минут пятнадцать назад.
— Давай быстро, а то Кадди застукает: ты рассекретишь моё тайное убежище, а меня вновь сошлют на рудники, — сострил Хаус, выхватывая у подчиненного карточку.
— Энн внезапно стало лучше. Она проснулась, пульс в норме, температура спала. Полна сил и энергии. Просит принести ей куриные нагетсы.
Хаус удивился:
— Хочешь сказать, её первой фразой, перестань она валяться в горячке, было: «Дайте мне куриных нагетсов?» Русские вообще вряд ли употребили бы этот оборот, а уж она точно русская.
— Уж простите, не припомню точной формулировки о ее вкусовых пристрастиях. Надеюсь, жучок ей не будем ставить, а как-то своими силами обойдемся? — сострил врач.
— А в чудо выздоровления от парочки жаропонижающих поверит лишь идиот-первокурсник, — продолжил Хаус. — Мы явно что-то упускаем. И надо найти это «что-то», пока оно не убило пациентку. Позови на блиц-опрос Кемерон и австралийца. Буду через две минуты.
— Хорошо. Кстати, Кадди только что зашла в кабинет, где Вы должны вести приём. — как ни в чем ни бывало произнес Форман, закрывая двери.
***
Палата Принстона явно отличалась от того, что Катя привыкла ассоциировать с больницами: кровать-каталка, прозрачное панорамное стекло, открывающее пациентам вид в коридор, удобные стулья с мягкой обивкой, поставленные специально для посетителей, да еще и специальные приборы, фиксирующие любые изменения состояния пациента, будь то частота сердечных сокращений или же температура. Лучшая больница с лучшими специалистами и новейшим оборудованием. Казалось бы, здесь можно быть уверенным в том, что твои близкие в надёжных руках. Наверное, Катя и была бы в этом уверена. О, она очень хотела, чтоб это было именно так, только вот смутные опасения, прокравшиеся куда-то глубоко в потаенные участки подкорки, никак не давали девушке того самого спокойствия. Всё на том же месте, возле кровати подруги, которая с аппетитом уминала те самые нагетсы, что все же принес ей Чейз. Катя вновь пила черный кофе из автомата, глядя на стаканчик так, словно в ее руке был не он, а бомба, что вот-вот рванёт. — Если ты ждёшь, что там появится еще что-то, то это так не работает — нужно снова идти к автомату за напитком. — устав наблюдать за состоянием подруги, сказала Аня. — Да и Марго была бы не в восторге, узнав, что ты литрами хлещешь кофе. — Я выпросила у Хауса рецепт на успокоительное. Тахикардия устранится. — «Выпросила», — с укором протянула Аня, — скорее уж украла бланк с печатью, пока никто не видит, и вписала туда первый препарат, который нашла в аптеке с пометкой"сердечные заболевания». Ты хоть представляешь, что может быть, если ты ошиблась с дозой или это лекарство тебе не подходит? — Пока ничего не случилось, так что можешь не переживать. — отрезала Катя. — Нет, на чай я не перейду. Мне нужно думать, а во сне это не получится. — Ты и сама знаешь, как сон важен для организма. Мы это учили и ты это даже отвечала. Ты специально это делаешь, так ведь? Катя молчала. Какой вообще смысл говорить, если и так всё ясно как день. Понимать, что с тобой что-то происходит — одно, а вот самой попытаться это сформулировать, при этом ни на кого не накричав, ничего не разбив и не сломав — другое дело. Сейчас это больше напоминало сцену из пресловутого «Шерлока», когда Джон лишился Мэри, и, записавшись к психотерапевту, не мог выжать из себя ни слова, ожидая, пока психолог сама начнет говорить. И она начала. — Понимаешь, — всё же начала Катя, с трудом поднимая взгляд, — сначала нас было двое. Я и Эля. И мы доверяли друг другу безоговорочно. Интуитивно. На рефлексах. Я всегда могла на неё положиться. — на миг Катя улыбнулась, словно воспоминания прошлого на миг стали реальностью, и не было ничего такого страшного у нее и у Эли. Были только веселые посиделки на крыше, уроки фехтования, встречи с мальчишками из другой группы. — А потом всё изменилось. Сейчас, точнее, когда нас было трое: я ты и Марго, то я, конечно, чувствовала ответственность за вас обеих, но потом поняла, что вы обе в состоянии справиться сами. Может, конечно, при этом куда-то вляпаетесь, но всё же. — Аня кивнула. — Сейчас наш квартет распался. И, знаешь, если бы сейчас с тобой была Эля, то было бы лучше. Было бы спокойнее. Я бы знала, что ты рядом с ней и сможешь ей помешать или оставить… Но сейчас Эля с Марго. Черт знает где. И я понятия не имею, к чему это может привести. Да, Эльмира когда-то утверждала, что она альтруистка, но с тех пор много воды утекло. Что если она захочет отомстить? Знаешь, как это бывает во всяких там фильмах с крутыми ребятами, где поняв, что ты не можешь убить главного героя просто так, берешь в заложники его близких и ждешь, пока главный герой сам отдаст тебе всё, что ты захочешь. Что, если Эля не простила меня за тот случай? Аня молча выслушала всё вышесказанное. Спокойно и без спешки, давая время на обдумывание. Наверное, в подобных случаях монолог более продуктивен, чем диалог. — Насколько я успела узнать Элю, она не из тех, кто будет мстить через кого-то. Она имеет достаточно смелости, чтоб высказать тебе всё в лицо, или же самоустраниться, но меня удивляет то, как плохо ты о ней думаешь. — Имеет достаточно смелости… Ты говоришь это о человеке, который даже порвать со мной нормально не мог. — буркнула Катя, вспоминая, как их дружба рассыпалась на части. — Я не могу ей доверять. Ты сейчас в больнице, и если с Марго, — голос дрогнул, — с ней что-то случится, то тогда останемся только мы с Элей. Тет-а-тет. Друг против друга. Я клянусь, что не хочу этого противостояния, но если это случится я должна быть готова. Страх пробирается в голову, овладевая разумом. — Поспи. — голос Ани звучал на удивление успокаивающе. — Я уступлю тебе кровать. — Спасибо, конечно, но я лучше пройдусь к комнате отдыха персонала. У Хауса там крутая плазма и мягкие диванчики, — улыбнулась Катя, вставая и закрывая за собой дверь.***
Происходящее в Великобритании времён королевы Виктории удивило Марго одним единственным фактом: всё шло точь-в-точь так, как это происходило в сериале. Не было ни одного рояля в кустах или же вторжения каких-нибудь там гуманоидов, типа удов. Поместье Торчвуд было захвачено монахами, под предводительством отца Анджело. Они возродили «Империю Волка». Эльмире, которая не знала канона, всё это казалось обычным ходом фэндомных событий, но даже для неё оказался странным тот факт, что события будто бы проходят мимо. Словно в какой-то ускоренной съемке, когда всё снимают с одного дубля и нигде нет никаких ошибок, оговорок и свет всегда падает так, как нужно. Магическая съемка, не прерываемая ни разу, из-за какой-то банальщины, типа потекшего грима или же мухи, залетевшей в объектив. С первого взгляда может показаться, что это и к лучшему. В кои-то веки в этом чертовом мультифэндоме нет реальной опасности, вечных разборок и ничья жизнь не висит на волоске. Но это чертовски напрягает, когда ты осознаешь, что ничего из того, что могло бы случится, или должно было случиться — не случается. Вот вообще никак. Абсолютно. Будто кто-то специально всё остановил, чтоб посмотреть на растерянность героев. Примерно подобные чувства испытывают студенты на удалённой практике: вроде бы как и задание есть, но ничерта не понятно, когда спрашиваешь у кого-то, то тебя игнорируют, а дедлайн уж не за горами. Объясните студентам, в чем суть задания и как заполнять чертову документацию! Объясните Марго, как она успела проморгать целую историю с бриллиантом Кохинур, вставленным в телескоп. Объясните Эле, зачем вообще бриллиант вставлять в телескоп! Это же бриллиант, а не дополнительная линза для увеличения. Ладно-ладно, Марго может ответить Эле на ее вопрос, просто пересказав серию, в которой говорится о том, что поместье захвачено группой воинственно настроенных монахов под руководством отца Анджело и именно монахи подстроили обвал деревьев на железной дороге с целью заставить королеву приехать в поместье, именно они привезли с собой человека, поражённого ликантропией, чтобы потом заразить королеву и тем самым создать новую «Империю Волка», что изучение библиотеки дало ключ к пониманию того, что происходит: оборотень, а точнее ликантропия — болезнь, вызываемая инопланетной формой жизни, появившейся в этих местах ещё в 1540 году неподалеку от монастыря, и с тех пор эти существа передавали свои ликантропические свойства всем, кто жил в этих местах, а Доктор находит способ бороться с заражением с помощью бриллианта Кохинур, вставленного в телескоп. — Получается, чтоб спасти Аню, нам нужен телескоп и бриллиант? — с иронией спросила Эльмира, прослушав пояснение к происходящему, чувствуя себя при этом девчонкой с галёрки. — Не таблетка, микстура или, на худой конец, какой-нибудь корешок или снадобье, а бриллиант и телескоп? Я была в разных ответвлениях реальности, начиная от «Гарри Поттера» и заканчивая «50ДДМС», но подобной чуши еще не слышала. — Странно не это. — замечает Марго, задумчиво глядя на королеву, на чьей руке точь-в-точь такая же ранка, как и в сериале, которую королева так же восприняла, как неудачный заусенец от щепки, даже не предполагая, что теперь обречена на такое заболевание крови, как гемофилия. — Тебе не показалось что здесь мы будто бы были зрителями, а не участниками действий? Словно сидели в партере, а не выступали на сцене? Это ведь даже ролью дерева трудно назвать. — Думаешь, ПОРОК решил поиграть другими персонажами, оставив нас на скамье запасных? — переспросила Эльмира. — Типа того, да… — Марго вспомнила, какие испытания выпали на их долю в «Сверхъестественном» — тогда тоже вводились новые переменные с определенной целью. Отличный момент, чтоб сказать, что на этот раз за всей этой катавасией кроется не ПОРОК, а кое-кто похлеще, во главе с самим дьяволом. Впрочем, нет. Эту информацию лучше преподносить, когда будем все вместе. А то одной на все вопросы отвечать сложновато, учитывая, что никакими ответами здесь и не пахнет. — Учитывая, что этот оборотень на нас даже не взглянул — у тех, кто за нами следит явно наполеоновские планы. Великие планы Создателей, как помнила Эльмира, ничем хорошим не знаменовались. Это выглядит, по сути, примерно так же, как игнорирование чего-то опасного и страшного, причем в гигантских масштабах. Типа Волан-де-Морта в пятой книге: если президент его не видел, значит опасности нет. Создатели готовы идти по трупам, лишь бы получить сыворотку. Но в данной-то ситуации у них иная мотивация. Да и боссы другие, что уж тут. Впрочем, наступившее утро полностью окупило все ночные невзгоды, стоило лишь яркой звезде по имени Солнце взойти над горами, окрашивая небо во всевозможные оттенки розового и светло-лилового. Именно благодаря этому теперь можно было беспрепятственно любоваться видом на лес и реку, простилавшуюся где-то в низине. Что ж, отвлечемся от любования пейзажами; в одной из комнат поместья происходит не менее удивительное зрелище: все гвардейцы в своих красных мундирах стоят по стойке смирно по периметру, Марго с Эльмирой — чуть поодаль, дабы не нарушать момент, ведь в самом центре комнаты, преклонив колено, стояли двое отважных человека — Роза и Доктор. — Властью, данной мне церковью и людьми, посвящаю вас в рыцари, сэр Доктор из ТАРДИС, — громко произнесла королева, приложив меч к одному и другому плечу мужчины. — Властью, данной мне церковью и людьми, посвящаю Розу из поместья Пауэл, в кавалерственные дамы. Встаньте. — Спасибо, мэм, — учтиво отозвался Доктор. — Дома ни за что не поверят, — улыбнулась Роза. — Ваше Величество, вчера Вы говорили, что не бывает посланий из потустороннего мира.- Доктор говорил быстро и четко. — Думаю, Ваш муж обработал этот алмаз, чтобы спасти Вам жизнь. Он знал, и защищает Вас даже сейчас, будучи в могиле. Королева молча кивнула. На миг, кажется, в её глазах блеснули слёзы, впрочем, эта женщина слишком сильна, чтоб показывать свою скорбь прилюдно. — Дело в том, что у подруги этих очаровательных леди, — Доктор указал рукой на Эльмиру и Маргариту, — ликантропия. Девушку укусил оборотень, и, боюсь, скоро может стать слишком поздно, чтоб можно было что-либо предпринять. Могу ли я позаимствовать у Вашего Величества сей дивный алмаз и телескоп? Уверяю, что верну Вам их спустя десять минут после этого разговора. Виктория кивнула, давая указ кому-то из своих слуг, чтоб тот немедля принес телескоп и помог Доктору. — Я признательна Вам, и Вашей спутнице. — мягко сказала королева. — Планета, населенная оборотнями, подумать страшно! Меня бы это не развлекло. Ни капли. Тихие смешки Розы погрязли во всеобщем разговоре о предстоящих сборах. О, да, это чертовски развлекательно! Осознание того, что, скорее всего, это маленькое приключение подошло к концу, не успев толком и начаться — отдельные вопросы к Создателям, а точнее — Воланду, при встрече — немного омрачало радость нахождения решения проблемы ликантропии. А ведь впереди еще может быть столько всего волшебного и интересного! Машина времени — бесценная техника, способная перенести их на еще десятки всяких локаций с приключениями. Возможность увидеть Древнюю Грецию, Венецию, посетить Колизей и бои гладиаторов, жаркую Испанию и промозглый Лондон. И это не говоря о других планетах с их обитателями. Они могут вернуться к Кате с Аней в ту же минуту — и никто ничего не заметит. — Мне нужно поговорить с Розой по поводу ее будущего, — Марго наконец облекла в слова мысль, которая донимала ее уже давно, — с Розой… или лучше сразу с Доктором… На душе у девочки неспокойно было с того момента, как она попала в этот фандом. Может быть, ей действительно удастся изменить эту ветку реальности, и Роза никогда не окажется запертой в параллельной Вселенной? Но имеет ли она право на это? И насколько фатальными будут последствия? Ей нужен был совет, но от кого? Кто мог бы выслушать ее спокойно, не называя при этом глупой авантюристкой, и посоветовать решение? Марго повернулась к Эле. Сейчас ее как раз глупой авантюристкой и назовут, но у Эльмиры есть опыт и ум, так чем чёрт не шутит? — Эля, мне нужен твой совет, я тут собираюсь менять ход событий в фандоме, в результате этих действий могу осчастливить одну девушку и одного Повелителя времени, но есть определенный риск изменить все в абсолютно неизвестном направлении. Что думаешь? Эльмира с удивлением подняла бровь, осмысливая сказанное напарницей. — Менять ход истории фэндома — вещь занятная, — осмысленно произнесла девушка, вспоминая их с Катей приключения: однажды, кажется, они с подругой и вовсе подчистую сломали канон «Дивергента», знатно оттеснив главных героев на второй план. — Неизвестное направление — это, по сути, любая ситуация. Мы с тобой тут уже изменили канон хотя бы тем, что имели честь и наглость беседовать с королевой. Честь, да… Понахваталась у Кати, подумать только! На миг во взгляде девушки мелькнул светлый лучик тепла, а на губах заискрилась улыбка — подруга Кати, сперва относящаяся к ней весьма холодно, спросила её совета. Не такой уж она и ребенок, судя по всему. — Дело в том. что я боюсь, — призналась Марго, — что своими действиями сделаю только хуже. Была серия, где героиня лишь повернула в какой-то момент не налево, а направо, и все ее будущее и будущее всей Земли катастрофически изменилось. А я собираюсь менять один из ключевых моментов и … — девочка в растерянности умолкла. — Ты знаешь, что будет, если ты этого не сделаешь, но никогда не узнаешь, не попробовав, что случится, если сделаешь. Это риск, согласна. Я знаю, как бы поступила Катя. Знаю, как бы поступила я, — Эльмира кинула взгляд на Розу, смеющуюся вместе с Доктором над какой-то забавной шуткой. — Да, вполне возможно, это будет фатальная ошибка. А возможно — даст шанс героям на счастье. Страх тоже ведь разный бывает: тот, что вгоняет в ступор, и тот, что дает силы на последующие шаги. Как-то на литературе мы изучали одну притчу о бабочке: «Давным-давно в старинном городе жил Мастер, окружённый учениками. Самый способный из них однажды задумался: «А есть ли вопрос, на который наш Мастер не смог бы дать ответа?» Он пошёл на цветущий луг, поймал самую красивую бабочку и спрятал её между ладонями. Бабочка цеплялась лапками за его руки, и ученику было щекотно. Улыбаясь, он подошёл к Мастеру и спросил: — Скажите, какая бабочка у меня в руках: живая или мёртвая? Он крепко держал бабочку в сомкнутых ладонях и был готов в любое мгновение сжать их ради своей истины.» — Знаешь, что ответил Мастер? — Не узнаю, пока ты не раскроешь ладоней? — улыбаясь предположила Марго, — бабочка Шредингера какая-то. — Всё в твоих руках. Отойдя от Эли на десяток шагов, Марго выдохнула, принимая окончательное решение, и направилась к Доктору и Розе, увлеченно что-то обсуждавшим. Они выглядят такими счастливыми и спокойными, подумала девочка. Жаль разрушать эту идиллию. — Простите, если я помешала, — она неловко кашлянула, — мне нужно с вами обоими поговорить, это очень важно. — Ты вовсе не помешала, — улыбнулась Роза, а Доктор кивнул, соглашаясь. — Что случилось? — на девочку смотрели две пары внимательных глаз. — Грядет буря, Доктор, и ты это чувствуешь, мне кажется, — Таймлорд посерьезнел, — пока еще слабо, но чувство опасности будет нарастать, — Марго перевела дыхание, пытаясь подобрать нужные слова. — Что это за буря, что ты чувствуешь? — встревоженная, Роза повернулась к Доктору, ища ответы. Но Доктор сам еще ничего не знал, вопрошающе смотрел на Марго. Девочка вдруг поймала себя на мысли, что глаза у Таймлорда действительно древние, наполненные светом гения и теми событиями — самыми разными- которые, возможно лишь он один и пережил. — Наступит момент, — девочка продолжила, — когда вам будет в очередной раз угрожать смертельная опасность, — на этих словах и Роза, и Доктор переглянулись, против воли улыбаясь: ничего необычного, — но на этот раз все на самом деле может обернутся плачевно. Поэтому, Роза, — Марго повернулась к ней, — если ты не хочешь потерять… всё, — Марго запнулась, — держись за него крепче, — Роза кивнула. — Доктор, — Марго посмотрела на него, и в горле встал ком, — удержи ее, пожалуйста, — голос почти упал до шепота. Господи, пожалуйста, подумала девочка, пусть все получится. — Ты не можешь сказать, что случится, верно? — и сейчас Марго действительно верила, что Доктору девятьсот три, — надеюсь, что жертва не будет слишком велика. — Поживём — узнаем.***
Полёт в ТАРДИС обратно в Принстон был одновременно грустным и радостным. Тяжело расставаться с любимыми людьми, однако это было необходимо. Марго вышла из будки первой, стараясь уйти как можно быстрее — длительных прощаний ей уже хватило с лихвой. Эльмира осталась, чтоб помочь Доктору вытащить телескоп и найти удачное место в больнице, где можно было бы его установить. Аня была в палате, а вот Катя… И где ее черти носят? Узнав у медсестер, Марго поспешила в комнату для персонала: и чего там Катя забыла, когда должна, по идее, быть с Аней? — Катя, — Марго осторожно постучала кулаком об косяк, как об импровизированную дверь, — ты как? Глаза у девочки горели от желания рассказать новости: начиная от Доктора и заканчивая концертами. Но она понимала, что сейчас подруге может быть вообще не до этого. — А что мне станется-то? — ответила девушка вопросом на вопрос, даже не подняв головы.- Поговорила с Чейзом, посмотрела новости по телеку, нашла и провела тесты на акцентуацию характера с некоторыми пациентами — Хаус разрешил мне немного поразвлечься. Я же тут как бы «практику прохожу». Мне даже копии договора по факсу прислали. Точнее, их прислали Кадди, конечно. Она одобрила. Сказала, что интернам необходимо оказывать посильное содействие. Развлекаюсь как могу, в общем. — А Аня как? Что-нибудь изменилось? — Как была гипертимом так и осталась, — отстранено произнесла Катя, даже не задумываясь о том, что ее термины никто кроме врачей и самой Ани не поймет. — У нее взяли какие-то анализы, сделали ей несколько процедур, развели руками и ищут ответ на загадку, запершись в своей ординаторской. — Пока ты здесь сопли жевала, мы нашли решение. — Эльмира, зашедшая вслед за напарницей, говорила резко, так, что Марго сперва даже хотела остановить её, но… Чёрт возьми, это сработало! Катя перестала сидеть, глядя в одну точку на стене. — Смотри, это — телескоп, это — алмаз, данный нам на время королевой Викторией — всё же машина времени имеет свои плюсы, потом надо вернуть, так что и не думай делать из этого серьги. Катя прыснула со смеху. Всё же, драйва в жизни ей определенно не хватало. И Эля была лучшим драйвом.
