Случайность

Гарри Поттер Пока Хагрид «лечился» в Дырявом Котле, Гарри заходил в разные магазины, чаще просто смотря на товары, ничего не покупая, но в одной лавке он решил задержаться. Здесь было уютно и пахло чем-то знакомым. Продавец, в отличие от многих других, хоть и узнал его, не приставал и руку пожать не пытался. — Сколько? — спросил Поттер, поднося стопку разных тетрадей, которые показались ему «волшебными». Такие тетради слегка светились, а ярче всех горела обычная чёрная тетрадь. — Сикль и три кната, — Продавец взял протянутые деньги и сложил тетради в обычный маггловский пакет. Прижимая к себе ношу так, чтобы никто не заметил, Гарри вышел из лавки. Уже на подходе к дому он спрятал ту самую тетрадь под рубашку, надеясь разгадать, что за волшебство к ней применили. Но как бы он не пытался и сколько бы дней не прошло, ничего не изменялось. Тогда он решил, что использует тетрадь, как свой личный дневник. Стоило ему начать писать, как все чернила впитались и пропали. Спустя пару секунд, чуть ниже того места, где была его запись, стали проявляться другие слова, написанные чужим почерком. Гарри даже не поверил своим глазам, снял очки и протёр их, но написанное не пропало. У него в голове сразу появилась целая куча вопросов, но он быстро отмахнулся от них. Сейчас самое главное — это узнать, кто ему написал. Слегка дрожащей рукой он вывел на бумаге свой вопрос. Ответа ждать долго не пришлось, и Гарри узнал, что общается с девочкой со странным именем, которая к тому же явно является чистокровной. О всяких родах и прочем Гарри знал прискорбно мало — всё же Хагрид не самый лучший источник информации. Ему ещё повезло, что великан пришёл к нему трезвым, а то после «лечения» в Дырявом Котле тот перестал связно говорить. После того, как Поттер написал, кто он такой, то долго ходил по своему чулану. Помещение было небольшим, и стоило сделать два шага, как приходилось разворачиваться. Он думал. Думал о том, как чья-то тетрадь оказалась в магазине, или о том, как её вернуть. Ну конечно! Это девочка наверняка тоже учится в Хогвартсе, а, значит, ему нужно просто передать ей тетрадь! Оказывается, всё так просто. Но всё оказалось гораздо сложней. Гарри узнал, что Мэри (ему было проще звать её именно так) учится в другой школе и, к тому же, старше, чем он сам. Но в этом были и свои плюсы. Например, он наконец сможет узнать хоть что-то о том мире, в котором проведёт ближайшие семь лет. К тому же у него появился первый… друг? Гарри не понимал, можно ли назвать их общение дружбой, но было всё равно приятно. При их переписке он старался не рассказывать о своих родственниках. Для него это было унизительно и Гарри попросту боялся, что после такого Мэри перестанет ему писать. Но этого не произошло. Нет, всё стало намного лучше. Вместо тесной комнатушки под лестницей он занял пусть и небольшую, но отремонтированную комнату, а весь его гардероб обновили. Дядя перестал обращать на него внимание и даже запретил Дадли приставать к Гарри. Тётя же по-прежнему нагружала его работой, но теперь они с кузеном разделили все обязанности. По совету Мэри, он решил не отсвечивать на вокзале и приехал за пятнадцать минут до отправления. К сожалению, сразу найти вход на магическую платформу он не смог, так что когда он его все-таки нашел, времени уже не было и пришлось запрыгивать в ближайший вагон, который, как оказалось, был закреплён за семикурсниками. Те, к его огромному счастью, не стали выгонять его, а заклинание, о котором ему рассказала Мэри, помогло защититься от вторженцев. Правда, оно получилось далеко не с первого раза, но это того стоило. По прибытию их встречал Хагрид, но из-за того, что Гарри ехал с семикурсниками, ему пришлось догонять цепочку детей, которые уже выдвинулись в сторону замка. Было темно, но он не решался использовать Люмос. Если остальные этого не делают, то зачем ему, Гарри, выделяться среди первокурсников? Около лодок ему показалось, что тот рыжий специально поджидал именно его, но он быстро выкинул из головы этот бред. Пусть Гарри и не смог приобрести амулет для отвода глаз, никто не обращал на него внимания. Рыжий оказался Роном Уизли, и в лодке они ехали лишь вдвоём. Рон болтал без остановки, но большинство того, что он сказал, либо казалось полнейшим бредом, либо противоречило словам Мэри, а ей он верил больше, чем какому-то Уизли. На распределение он жутко волновался, но вот пришла его очередь садиться на стул. Как только МакГонагалл назвала его фамилию, в зале стало тихо, а стоило ему сесть, как все начали перешёптываться. Это безумно раздражало Гарри, но поделать он ничего не мог. Шляпа пробыла на его голове недолго и почти сразу отправила ко львам. Хотя, сначала грозилась, что отправит на Слизерин. Но Мэри посоветовала отказаться от этого факультета и даже объяснила почему. В итоге он оказался в одной комнате с Роном, что отнюдь не прибавляло радости. Рыжий храпел так громко, что, если бы не усталость, Гарри не заснул. Шестой Уизли постоянно находился где-то рядом, и вскоре они подружились. На всех уроках и в Большом зале они появлялись только вдвоём, так что остальные не особо хотели к ним подходить. Гарри это не волновало, ему казалось, что Рона и Мэри ему хватит, но вот Льденцова имела другое мнение. Она исписала две страницы, которые Гарри даже не стал читать, но суть уловил и с рыжем видеться хоть и не прекратил, но общение свёл к минимуму. Так он подружился с Драко, который уже давно пытался предложить свою дружбу, но Уизли отгонял его от Гарри. Позже он стал общаться с Невиллом, Симусом и Дином, с которыми делил комнату. Из-за того, что он часто показывался рядом с Малфоем, Гарри подружился с Блейзом и Тео, которые также учатся на Слизерине. Иногда он общался с Гермионой, но та была слишком правильной и хотела контролировать все его действия, так что дружба с ней не сложилась. Зато вместе с Джастином с Хаффлпаффа они всей компанией играли в футбол. Из-за дружбы со «слизнями», как любили гриффы называть слизеринцев, активировались близнецы Уизли. Облить водой, запустить навозную бомбу, подлить не самое приятное зелье, да даже просто запереть в пустом классе, они не гнушались ничем. Но Гарри был к такому привычен и, если бы из-за него не страдали его друзья, то он бы и дальше игнорировал рыжую семейку. Однажды ему это так всё надоело, что он обратился за советом к Мэри. И получил полную инструкцию разных шалостей, с помощью которых не раз ставил близнецов на место. Гарри старался писать каждый день, ведь стоило ему дотронуться до тетради, как дышать становилось легче, а голова начинала работать. МакГонагалл даже думала, что его домашние задания делает кто-то другой, ведь между Поттером в классе и его эссе большая разница. Да и то, что он писал, никак не могло находиться в библиотеке Хогвартса. Во всяком случае, в доступной её части. Так что Минерва следила за ним достаточно пристально, чтобы заметить, что Поттер меняется сразу после завтрака, но стоит ему покопаться в своей сумке, как изменения исчезают. Но на то она и МакГонагалл, чтобы обратить внимание на изменения своего студента. Сам Гарри даже не заметил, что всякий раз, после завтрака, он тянется к той самой тетради, и уж точно не мог понять, что его постоянно пичкают разными зельями, изменяющими сознание. Просто его внутреннее «Я» отметило тот факт, что на артефакт наложены чары, что нейтрализуют любое воздействие. Сегодня, ещё до того, как Гарри успел положить себе в тарелку еду, Хедвиг принесла ему письмо-записку от Хагрида. Полярная почтальонша и раньше приносила ему письма, в основном от друзей-слизеринцев со временем и местом встречи. Некоторые уж слишком ярые гриффиндорцы так и не смирились, что сам Герой и Победитель Тёмного Лорда дружит с какими-то слизняками, которые к тому же все поголовно занимаются Тёмными Искусствами. Так что Гарри в срочном порядке учил защитные и связывающие заклинания, которыми с ним делилась Мэри. Мальчик-который-выжил-и-до-сих-пор-удивлялся-столь-глупому-прозвищу достал из сумки перо и быстро настрочил ответ, отправив Хедвиг к Хагриду. Сегодня у него было всего два урока зельеварения, и он вполне мог позволить себе сходить в гости к великану. К тому же завтра начнутся выходные, и выполнить домашнюю работу он всегда успеет. Класс, где проходили Зелья, находился в подземельях, и там было ужасно холодно. Ещё на распределении Гарри заметил, что Снейп смотрит на него изучающе, будто анализирует все его действия и поступки. Это было не особо приятно, и всякий раз, когда они сталкивались взглядами с профессором, Поттеру ужасно хотелось показать язык. Но он был воспитан и ещё недостаточно долго общался с Мэри, так что все подобные мысли быстро отметались. Урок Зелий начался с того же, с чего и урок Чар, потом звучала небольшая вступительная речь. Голос у Снейпа был хорошо поставлен, да и говорил тот шёпотом, так что пришлось вслушиваться. В принципе, смысл был Гарри понятен: если вы хотите учиться, я буду вас учить, а на нет и суда нет. На этом уроке, как и на большинстве остальных, Герой сел с Невиллом. У того плохо получалось колдовать, так что любая помощь была не лишней. — Поттер, — прозвучал тихий голос. — Что получится, если я смешаю измельченный корень златоцветника с настойкой полыни? В этот момент Гарри был занят тем, что успокаивал Невилла, который, как известно, являлся натурой впечатлительной и уже успел наслушаться про их профессора всяких жутких баек. Так что вопроса он не расслышал и решил переспросить: — Прошу прощения, сэр, не могли бы вы повторить свой вопрос? — Я спросил, — от тона Снейпа Лонгботтом побледнел, — что получится, если я смешаю измельченный корень златоцветника с настойкой полыни? — На самом деле эти ингредиенты встречаются во многих зельях, но самое популярное и известное — это напиток Живой Смерти, — спокойно ответил Гарри. Совсем недавно Мэри писала ему о том, что их учитель Зельеварения забраковал её усыпляющие зелья из-за того, что она вместо корня асфоделя добавила какое-то растение с зубодробительным названием, которое Гарри даже не смог правильно прочесть. Вообще его подруга часто писала о том, как путает или заменяет составляющие зелий и у неё получается отнюдь не то, что она хотела. — Отлично, — Снейп усмехнулся. — Тогда скажите, Поттер, в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха? — Никакой? — слегка неуверенно произнёс Герой. Из-за увлечения Невиллом разными растениями он узнал много нового, но с памятью у него всё ещё были проблемы. — Что ж, поздравляю. Вы заработали целый бал для своего факультета, — послышался смех, но тихий голос профессора заставил всех замолчать. — Вы уже можете сесть, Поттер. Снейп разделили всех учеников по парам, в основном так, как они сидели, но некоторых он всё же поменял местами. Так Малфой, который всегда находился рядом с одним из своих не-охранников, оказался в паре с Забини, а Грейнджер с Гойлом, хотя изначально была с Уизли. Вскоре на доске появился рецепт зелья от фурункулов, и ученики начали своё паломничество к кладовой. Во время готовки зелья Гарри был задумчив. Совсем недавно он собирался начать учить русский и даже нашёл пару книг в отделе иностранных языков, но его внимание привлекла одна книга о флориографии, языке цветов. Насколько он мог вспомнить, Снейп за что-то просил прощение или сожалел о каком-то поступке. Из-за своих размышлений он не сразу заметил, что его сосед добавил иглы дикобраза до того, как они успели снять котёл с огня. — Невилл! — довольно громко крикнул Гарри и в два шага преодолел расстояние между ним и Лонгботтомом, закрывая его собой. Он встал спиной к котлу, так что не заметил, как из-за его крика Снейп вовремя заметил взрыв и удалил зелье до того, как оно успело взорваться. — Поттер, вы только что лишились с трудом заработанного балла. Впредь лучше следите за тем, что делает ваш сосед, — Профессор оглядел класс, многие уже заканчивали варить зелье от фурункулов. — Если не хотите получить Тролль за сегодняшний урок, то приходите сразу после обеда. Где-то сзади возмущенно сопел Рон — он вообще не любил слизеринцев, а их декана считал самым настоящим монстром, так что то, что его Герой останется наедине со Снейпом (про Невилла он благополучно забыл), не вселяло в него никакой радости. Тем более, по его, Рона, задумке, он и Гарри должны были пойти к Хагриду и помириться. На что обиделся его друг, Уизли понять не мог, но раз мама сказала, что он должен извиниться и обязательно проследить за тем, как Гарри ест кексы, то так тому и быть. Но сам Поттер даже не подозревал о тех планах, которые разрушила одна случайность. Никто же и подумать не мог, что Дар артефактора пробудится в мальчике так рано, и уж тем более никто не подозревал, что в лавке старьёвщика можно найти артефакт такой силы, что даже зелья, сваренные мастером, он с легкостью нейтрализует. — Хорошо, сэр, — Гарри быстро собрал вещи свои и Невилла и утащил того на обед. Чем раньше они придут, тем раньше смогут уйти.

***

Так в тот день они к Хагриду и не попали, да и потом тоже. Во одну из их очередных встреч со слизеринцами Драко принёс газету, в которой писали о том, что кто-то ограбил самый неприступный банк. Именно в тот день, когда там был сам Гарри и именно то хранилище, в которое ходил великан по поручению директора. Конечно, он сразу понял, что украли именно то, что забрал Хагрид. В голове сразу всплыли слова о том, что это дело только Дамблдора и некоего Фламеля. Правда вспомнил он это только после встречи с друзьями, когда собирался рассказывать Мэри о случае на Зельях. И именно так вместо рассказа о том, как он за один урок заработал целый бал (!) и тут же его потерял, получилась лекция о Фламеле, философском камне и о том, какой же Гарри наивный. Он и сам не понял, как предположил, что Снейп хочет своровать камень, чтобы воскресить Тёмного Лорда. Просто в тот момент он думал о том, как повторно варил зелье с Невиллом и как это всё комментировал профессор. Тут ему вспомнилось, что этот самый профессор является одним из Пожирателей, о чём ему как-то говорил Рон. В общем, Мэри написала, что Снейп бы сам себе руку отрезал, если бы это помогло избавиться от метки. Тут Гарри очень заинтересовался, что это за татуировка такая, которая не исчезает после того, как избавиться от руки, на которой её поставили. Всё оказалось довольно просто. На самом деле, это не просто тату или метка, это — клеймо. Самое настоящее. Такое раньше ставили на рабах, кем по своей сути и являются Пожиратели Смерти. Конечно, на следующей же день Гарри обо всём рассказал своим друзьям и все вместе они пришли к выводу, что камень спрятан в том самом коридоре на третьем этаже. Правда, на предположение Поттера о том, что Снейп хочет стащить философский камень, чтобы воскресить своего Господина, Малфой и Забини синхронно фыркнули. Драко объяснил, что все они в гробу видели Тёмного Лорда, но зато согласился, что крёстный вполне может хотеть выкрасть камень для своих экспериментов. Так они договорились пойти и проверить, что именно прячут в том коридоре. Всего было несколько проблем. Первая — Крэбб и Гойл, охранники Малфоя. Обычно они оставляли их снаружи сторожить, чтобы никто не вошёл и чтобы они не услышали ничего лишнего. Оба парня получили прямой приказ от своих отцов — беречь Драко. И они уж точно бы не согласились идти в тот коридор, да ещё бы и отцам рассказали. Вторая проблема — Филч. Его кошку, миссис Норрис, давно уже прикормил Забини, и та попросту не обращала на них внимание, даже когда они ходили после отбоя. Но вот старик точно не упустит шанс наказать парней. — Ладно, от Филча можно и запирающими дверь закрыть, спрятавшись в каком-нибудь кабинете, но вот что делать с этими? — Симус махнул рукой в сторону дверей. — Как насчёт оглушить, связать и спрятать? — предложил Нотт. — Не вариант, таких надолго не оглушить, — Драко разочарованно вздохнул. — Можно попробовать соврать про свидание, в принципе, они должны оставить меня одного. — Ага, свидание на первом курсе, — фыркнул Гарри. — И с кем же? — Не важно с кем, главное — где. Обычно парочки на астрономической башне встречаются, но оттуда далековато до того коридора. — Да какая разница, лишь бы они отстали, — Дин зевнул. — Думаю, пора уже расходиться. Встретимся в полночь, в пустом кабинете рядом с запретным коридором.

***

За полчаса до полуночи, предварительно усыпив Рона, гриффиндорцы выдвинулись в сторону запланированного места встречи. Почти что всю дорогу их сопровождала миссис Норрис — она сидела на руках Гарри и тихо мурчала. Пару раз мимо них пролетел Пивз, но так их и не выдал. Единственный, кто мог хоть как-то повлиять на неугомонного полтергейста, являлся Кровавый Барон, с которым был знаком Малфой, и он попросту опасался, что кто-то из гриффов пожалуется своему другу, а тот в свою очередь расскажет всё слизеринскому привидению. Минут за десять до назначенного времени ребята зашли в ближайший кабинет запретного коридора, где их уже ждали. — Тео слышал какую-то возню за дальней дверью, но без вас мы не решились туда идти, вдруг что-то интересное? — Глаза Блейза горели азартом, а сам он пританцовывал на месте от нетерпения. — Тогда идём, — Дин, идущий до этого самым последним, осторожно выглянул в коридор. — Чисто. Стоило им подойти к, наверное, единственной запертой двери, как все разом скривились. Видимо, они преодолели какой-то барьер, который заглушал звуки и фильтровал запахи. Лай оглушал, а из-за вони жгло нос и слезились глаза. Гарри молча направил на замок волшебную палочку и произнёс простейшее отпирающее заклинание. Дверь открылась медленно и с ужасным скрипом, а из темноты на них смотрели три пары гигантских глаз. — Фу, что за вонь, — первым не выдержал Забини, у которого было самое чувствительное обоняние из всех здесь собравшихся. Он сделал пару шагов назад, выходя за пределы барьера. — Стой! — остановил Драко Гарри, который уже собирался войти внутрь. — Ты уверен, что это безопасно? Вместо ответа Поттер просто покачал головой и переступил через порог. Лай прекратился, вместо него послышалось рычание. Гарри внимательно осмотрел довольно небольшую, по сравнению с псом, комнату. Его взгляд остановился на люке, часть которого виднелась на полу. Когда охранник рванул в его сторону, натянув цепь до упору, мальчик-который-офигел сделал пару шагов назад и буквально упёрся в одного из своих друзей. — Это был цербер, да? — спросил Нотт, отстраняя Гарри от себя. Дин и Симус в этот момент запирали дверь. — Там был люк, — после кивка произнёс Поттер. — Видимо, он что-то охраняет. — Более чем уверен, что это и есть тот самый философский камень, — Блейз предвкушающе потёр ладони. — Стоит сходить туда, и лучше всего это сделать тогда, когда в замке не будет директора. — Будем воровать философский камень? — уточнил Симус. — Не воровать, а спасать, — поправил его Дин. — Ну тогда никаких проблем не вижу, — парень довольно кивнул, чем вызвал смешки окружающих. — Ты слышала это, миссис Норрис? — послышался голос Филча. Ребята кинулись врассыпную, попрятавшись в тёмных нишах. — Принюхайся-ка хорошенько, моя милая, они, должно быть, спрятались в углу. Кошка завхоза сунулась в одну из ниш, в которой прятался Драко, а в спину ему сопел Гарри. Она потёрлась о ноги парня и тут же выскочила обратно. Ничего не найдя, завхоз ушёл. Ещё минуты две никто не высовывался из своего укрытия, но Малфоя уже порядочно достало ощущать дыхание Поттера, и тот, не выдержав, осторожно выглянул, еле сдержав крик. Напротив его лица парил Пивз. — Чёрт, Пивз, ещё раз так напугаешь, и я обещаю, что сам лично договорюсь с некромантом, чтобы он тебя наконец упокоил, — недовольно пробурчал слизеринец. Тут же вышли и остальные, которые успели заметить, с какой скоростью удаляется полтергейст. Даже упоминание о Кровавом Бароне не заставляло основную головную боль перваков разгонять такую скорость, но слова о некроманте и нахождение одного из Поттеров, которые имели склонность к данной отрасли магии, подействовало на него, как хороший пендель. Друзья шли вместе недолго: вскоре слизеринцы свернули в сторону своих подземелий, а гриффиндорцы пошли к себе в башню. Оказавшись в своей гостиной, гриффы встретились с недовольным Перси Уизли, их старостой. Тот что-то клеил на небольшую доску объявлений, на которой так же висело расписание уроков и кружков. — Я даже не буду спрашивать, что именно вы там делали после отбоя, но, надеюсь, вас никто не заметил? — устало вздохнул Перси. — Никак нет, сэр, — весело произнёс Дин. — Отлично, впредь не попадайтесь мне на глаза после комендантского часа, иначе придётся снять баллы, — Рыжий махнул им рукой и поспешил уйти в свою спальню. — Уроки полетов? Да ещё и со Слизерином?! — восторженно произнёс Симус. — Это круто! — Ни разу не летал на метле, — Гарри покачал головой и присел в кресло у огня. — Я тоже, — рядом сел Невилл. — Боюсь, что я опять что-то вытворю. — Да ладно, главное насмерть не разбейся, — отмахнулся от него Симус. — Хорошо, что сегодня воскресенье и можно нормально выспаться.

***

И вот настал вторник — первый день совместных полетов. Невилл нервничал весь день, то бледнея, представляя, как разобьётся, упав с метлы, то краснея, думая о том, как будут над ним смеяться, если он не сможет взлететь. Гарри же вовсе не волновался. Даже если он и упадёт, то учитель наверняка спасёт его, а на то, что подумают о нём остальные, если он не взлетит, ему было всё равно. Он до этого ни разу не держал волшебную метлу в руках, а уж если послушать остальных, то они просто с самого рождения летают. Очередную лекцию Гермионы о полётах, которую никто и не слушал, прервало появление сов. Его Хедвиг сегодня ничего не принесла, но всё равно влетела в зал вместе с остальными совами. Она приземлилась ему на плечо и стала возмущённо взирать на хозяина, который даже не может обеспечить ей работу. Сова недовольно ухнула и резко взлетела, перехватывая у незнакомой почтальонши посылку. — Хедвиг! — возмущённо крикнул Гарри, забирая у совы чью-то собственность. — Невилл, кажется, это твоё. — А, да, спасибо, — растерянно произнёс Лонгботтом. В руках у него оказалась напоминалка. — Ну вот, она красная. Проходивший мимо Драко взял небольшой шарик в руки, не забыв спросить разрешения, но, видимо, сидящий рядом Рон этого не услышал и резко подскочил. — Отдай, — настойчиво произнёс Уизли. — Тебя не спрашивали, Уизел, — ответил Малфой, останавливая Гойла, который уже собирался закрыть его. — Что случилось? — строго спросила МакГонагалл. — Я одолжил свою напоминалку Драко, профессор, а Рон хочет её забрать! — объяснил Невилл. Лицо рыжего покраснело, и он молча сел за стол. — Внимательная, когда не надо, — фыркнул Гарри. — Ей Снейп на вас указал, — отозвался сидящий недалеко Симус. — Если бы не это… — Я бы вас тонким слоем размазал, — закончил за него пунцовый Рон. На его заявление Малфой закатил глаза и хлопнул Невилла по плечу. — Мы будем у выхода, не задерживайтесь.

***

В половину четвёртого все первокурсники Гриффиндора подходили к площадке, где проводились уроки Полётов. Большинство перваков со Слизерина уже находилось тут, так что четвёрка грифов подошла к своим друзьям. Тут же уже лежали и двадцать стареньких мётел, на которых им ещё придётся летать. — Не-а, Невилл, ты не сядешь на эту метлу, — спокойно произнёс Гарри, меняясь с другом мётлами. — У неё большинство магических плетений порваны, так что не с твоей везучестью садиться на неё. — Хочешь сказать, что у тебя с везением лучше? — насмешливо спросил Малфой. — Мой удача прокачана до максимума, парни. Не будь я мальчиком-который-выжил-после-авады. — Тут скорей не удача виновата, а твой каменный лоб, которым ты эту самую аваду и отбил, — встрял в разговор Блейз. — Это ты так намекаешь, что я твердолобый?! — притворно возмутился Поттер. — Если ты за намёк принимаешь прямой посыл, то да, — важно покивал Забини и, не выдержав, рассмеялся. — Молчать! — по полю пронёсся голос преподавательницы полётов, мадам Хуч. — Все встали возле своей метлы? — Она дождалась, пока ученики разойдутся, и продолжила. — Протяните правую руку над метлой и скажите «вверх!». В руку Гарри метла прыгнула неохотно и то только после того, как он потянул за одну из нитей. Между учениками прошлась мадам Хуч, поправляя тех, кто сидит неправильно, и сразу же после последовала инструкция о том, как нужно взлетать. Это всё напомнило Гарри о том, как Мэри рассказывала, как отец учил её плавать. Он просто взял и кинул её в озеро, конечно, не забыв осведомить, как правильно двигать руками и ногами. Неожиданно размышления Поттера прервал резкий взлёт. Неуправляемая метла взлетела высоко вверх, заставив мальчика вцепиться в рукоятку. С земли ему о чём-то кричала Хуч, но он не мог разобрать ни слова. Вроде взрослая волшебница, а не может догадаться использовать Сонорус? В это Гарри не верил. Наконец, у него получилось затормозить. Сейчас он находился где-то на высоте седьмого этажа и с восторгом смотрел на то, какие же все маленькие. Дёрнувшись, метла устремилась в сторону Запретного леса, попутно пытаясь скинуть с себя седока. Гарри же упорно не желал скидываться, а потому остался висеть на одних руках, когда метла решила сделать Мёртвую петлю. К своему сожалению, мальчик совсем не умел висеть даже на обычном турнике, что уж тут говорить о древке свободолюбивой метлы? И пока Гарри падал и думал о том, что если выживет, обязательно начнёт заниматься физкультурой, из замка выбежала МакГонагалл, которой он даже помахал, когда находился напротив её окна. Какое именно использовала заклинание декан гриффов, Гарри не услышал — в ушах до сих пор звенело. — «Видимо, теперь придётся вставать раньше обычного», — успел подумать Поттер, прежде чем вырубиться. Вокруг него собралась толпа из школьников, и даже звук противного свистка не заставил их разойтись, но стоило МакГонагалл сотворить Патронус, как ученики расступились. Буквально через две минуты из замка выбежала мадам Помфри, а за ней спешил Дамблдор, постоянно хромая на ходу. — Я не решилась даже поднимать мальчика, вполне возможно, что у него сотрясение, — отрапортовала Минерва, стоило Помфри приблизиться. — Прекрасно, — кивнула медсестра и стала махать над Гарри палочкой, накладывая диагностирующие одно за одним. — Не могу понять, — растерянно произнесла она. — У него что-то серьёзное?! — воскликнул Малфой, стоящий ближе всех. — Нет, нет, — в подтверждение своим словам ведьма замотала головой. — Кажется, просто небольшое магическое истощение… — Но откуда ему взяться?! — удивлённо крикнул Блейз, отталкивая Драко. — Он же просто свалился с метлы! — А вот это мы выясним, мистер Забини, — добродушно произнёс Дамблдор, дёргая себя за бороду. Он направил свою палочку на Гарри, и тот поднялся в воздух. — Думаю, ему лучше будет в Больничном крыле.