Кендалл

      Клэр стояла над одним из алтарей, выливая из ладоней собственную кровь Северусу. На соседнем алтаре лежал лорд Принц. Когда Клэр в срочном порядке вернулась с Грани по зову брата, то он уже успел вернуть душу лорда назад в тело и оставил двоих Принцев на ее попечение. Женщине ужасно хотелось присоединиться к кровавой бане, которую отправился совершать Габриэль, но понимала, что здесь она нужнее. Пусть Певерелл, как Повелитель Смерти, и вернул душу Августуса, вот только тело мага уже основательно потрепали. Клэр не пришло в голову ничего лучше того, чтобы усилить нужные гены, раскрыть кровь, да обратить лорда в вампира полностью. Тело мага сильнее, чем у обычного человека, но мужчина уже был в возрасте, а вампиры его отлично потрепали, благо что не разорвали на кусочки. С Северусом было полегче. Раны были, но душу из него никто вытряхивать не собирался. Поигрались, да бросили, когда игрушка надоела. Клэр оставалось только сжимать кулаки от гнева и надеяться на брата, что «уладит» ситуацию со всей своей жаждой крови обращенной на тех, кто решился на такой поступок.

***

      Клэр нашла брата в его кабинете. Женщина отпихнула несколько щепок, что раньше были мебелью. Габриэль сидел на единственном уцелевшем стуле, подперев рукой лоб. Зеленые глаза все еще ярко горели, наталкивая на определенные мысли. Без лишних слов Габриэль понял сестру, что появилась перед ним и ожидала объяснений. — Они…кто сделал это мертвы, но они были в своем праве. Род Принц давно принес вассальную клятву Темному королю и никто ее не разрывал. А со сменой титула переходят и все клятвы. Нынешний же король уже стар, — не без издевки сказал Габриэль. — А детей, советников и приближенных у него навалом. Вот он и решил напомнить о себе. Показать силу, чтобы укрепить свою власть, — объяснил Габриэль.       Бешенство так и не утихало в груди мужчины. Он ненавидел это чувство связанных рук. Вампиры и другая нечисть, которую отправил на устрашение Темный король, действительно была в своем праве, и с этой точки зрения он вмешался и даже в какой-то степени нарушил закон среди магических рас. Семья для существ была не пустым звуком. Если давал клятву один из семьи, то значит этот обет распространялся на всю семью. Августус уж неизвестно когда и зачем, но тоже принес клятву, а потом принял в род Северуса, который женился на Клэр. С распространенной точки зрения по старшинству Августус мог считаться главой их разношерстной семьи, так что клятва вассалитета распространялись и на них четверых. А Габриэль погнавшись и убив подчиненных Темного короля, нарушил обет, который даже не давал. И ему пришлось уйти. Магия обета не дала ему нанести вред королю. — Клятва распространяется на нас? Ее можно разрушить? — спросила нахмурившись Клэр. — Распространяется. На меня так точно, а значит и на вас с Северусом. А как ее разрушить…только убить короля, — мило и одновременно жутко улыбнулся Габриэль, разводя руками. — А клятва не дает этого сделать, — прошипела от негодования сквозь зубы Клэр. — Именно. Он отправил вампиров к Августусу не просто так, — серьезно сказал Габриэль. — А Августус не идиот, чтобы при реальной опасности терпеть побои и идти на смерть, когда мог бы послать за нами. Он не хотел, чтобы о нашем родстве узнали, — сделал вывод Клэр.       Ее до сих пор мучал вопрос, почему же Августус никак не сообщил им о нападении на Принц-мэнор. Оказывается, что лорд и не собирался их звать. Впрочем попытка оказалась провальной. Навряд ли ее брак с наследником Принц был тайной для существ. Певереллы были на слуху в магическом мире. И теперь они на привязи. Если бы Августус умер, то клятва могла бы ослабнуть, а когда титул перешел бы к Северусу, то под их присмотром, он бы никому ничего бы не стал обещать даже по завету предков. Но лорд Принц жив. Да, тело его сейчас претерпевало изменения, но Габриэль не дал уйти Августусу, а значит, что клятва все еще действовала в полной степени. Они все теперь были на поводке у Темного короля, а если тот хотел укрепить свою власть, то что может быть лучше, чем заполучить себе в вассалы брата и сестру Певереллов, Повелителя Смерти и Жнеца и Верховного некроманта грани и Королеву Крови?       Клэр осматривала разрушенный кабинет брата расфокусированным взглядом, пытаясь найти выход из их незавидного положения. Король убедился в действующей клятве, так что их не оставят в покое. И с учетом того, что Габриэль пошел против воли короля, убив его посланцев и других слуг, то с них еще и стребуют виру по завышенной цене. — Сколько времени у нас есть? — напряженно спросила Клэр. — Три дня, — сказал Габриэль. — Виру стребовали? — спросила Клэр и от нее не скрылось зверское выражение брата, что мелькнуло на секунду. — Это неважно. За три дня я разнесу их замок по камушкам, — заскрипел зубами Певерелл. — А потом получишь откат. Если раньше можно было сослаться на незнание о клятве, то теперь получишь за неповиновение от самой магии и по полной. Мы могли бы потянуть время, выплатив виру. Что он требует? — настаивала Клэр.       Но Габриэль молчал, а женщина не отводила взгляд, проявляя упрямство. — Тебе придется мне сказать это, Габи. И лучше не тянуть с этим, — растягивая слова сказала Клэр. — Итак… Что требует от нас Темный король? — Для начала? Тебя, — неприятно усмехнулся Габриэль. — У него есть вассалы и на Грани и он более чем наслышан о Королеве Крови.       Клэр резко выпрямилась, не ожидая таких запросов. Габриэль же порывисто встал, сжимая руку сестры. — Я скорее удавлюсь, выжгу себе сердце и лишусь магии, чем отправлю тебя с качестве оплаты, — с презрением выплюнул слова Габриэль, пытаясь успокоить сестру. — А знаешь…это прекрасно. Я пойду, — обрадованно улыбнулась Клэр через несколько молчаливых секунд, смотря в глаза брата и сжимая его руку. — Что ты задумала? — подозрительно протянул Габриэль, а улыбка Клэр стала еще ярче.

***

— Северус? Северус, вставай. Я вижу, что ты очнулся, — строго позвал Августус.       Северус действительно открыл глаза и увидел перед собой незнакомого мужчину. Впрочем…неузнавание быстро сменилось удивлением, а потом даже спокойствием. Он узнал деда, а окружающая обстановка напоминала Певерелл-кастл. — Лорд… — Глупец! — перебил Августус, рявкнув на внука и замахнувшись рукой, но в последний момент передумав. — Что…? — не понял Северус, обескураженно смотря на помолодевшего, но злющего лорда Принца. — Болван! Кто звал тебя влезать?! — снова взревел Августус, совершенно себя не сдерживая. — Перестань на меня орать! Что случилось? — не выдержал Северус, темпераментом не уступая деду. — Ты, недоумок, погубил всех нас! — Ты можешь нормально объяснить что случилось без оскорблений?! — вскочил на ноги Северус, застыв напротив лорда.       Августус все-таки не выдержал и залепил пощечину внуку. Северус же отлетел и больно ударился поясницей об алтарь, который покинул, прикасаясь к онемевшему лицу. В голове даже ненадолго зазвенело от удара, а оскал сам появился на лице. Северус кинулся на деда, но был перехвачен за шею, да и встречен не менее взбешенным оскалом, чем у себя. Удлиненные клыки старшего Принца и ярко-красные глаза отрезвили Северуса, который не мог вспомнить, чтобы его дед мог похвастаться такими внешними данными, да и хватка была сильной не по-человечески. Но в следующее мгновение пальцы Августуса судорожно и как бы нехотя разжались, а Северус от греха отошел подальше, прочищая запершившее горло. Мимо него метнулась красная тень, а в следующий момент уже Августус перелетел через алтарь, а звук хлесткой пощечины отлетел от стен. — Я тебя предупреждала, Принц? — угрожающе прошипела Клэр, которой пришлось задействовать собственную кровь внутри лорда Принца, чтобы оторвать его от мужа. — Ну так убей. Давай, девочка, или кишка тонка? — хрипло засмеялся Августус поднимаясь. — Кто тут глупец и болван, так это ты, Принц. Убить тебя? Проще простого. Только ты забыл, что часть нашей семьи? — чуть спокойнее спросила Клэр. — Не прикидывайся. Тебе плевать на меня. Тебе плевать на всех, кроме него, ну может еще и брата, — сказал Августус, указывая на внука, что уже выпрямился и теперь стоял плечом к плечу с женой. — Я все еще жив только из-за него, не так ли? Только из-за того, что последний его кровный родственник и пусть отношения у нас сугубо прагматичные, но, не дай Мэрлин, мне сдохнуть и растроить нашего драгоценейшего Северуса, не так ли? — Не стоило отращивать тебе язык, — холодно сказала Клэр, не опровергая слов Августуса и сжав предплечье Северуса, что всерьез собирался выбить из деда все за такие слова. — Правда глаза колет? — ехидно спросил Августус. — Твоя смерть бесполезна. Мы знаем о клятве Принцев. И король теперь знает о нас. О нас всех, включая меня и брата. И мы подчиняемся ему. Так что прикуси свой ядовитый язык, Принц. Это по твоей вине мы оказались в этой яме! — взбесилась Клэр. — Что за клятва? — нахмурившись спросил Северус у Клэр. — А вот это лучше спросить с него, — мрачно кивнула головой на Августуса Клэр.