Несломленное Небо

Вот и наступило утро очередного дня. Проснувшись слишком рано, Реборн решил не будить своего ученика и спустился на кухню. Сделав себе кофе, он решил обдумать всю ситуацию. Но не успел мужчина сделать хотя глоток любимого эспрессо, как в дверь позвонили. Невольно взгляд пал на часы. Слишком рано. Но игнорировать явно нельзя. Реборн с явной неохотой пошёл открывать дверь. Того, кто прибыл, он не ожидал увидеть столь рано. На пороге стоял мужчина лет тридцати, выше киллера на пол головы. У гостя были зелёные короткие волосы и тёмные глаза. Круглые очки в черной оправе, зелёная рубашка с белым галстуком под лабораторным халатом, коричневые штаны и светлые туфли — выдавали в нём учёного. Гений своего времени (да и не только своего, но и нынешнего), кракер и хакер, изобретатель и просто реинкарнация Да Винчи — в этом весь экс-аркобалено Грозы — Верде. Именно он сейчас стоял перед Реборном. — Хаос, Верде. Не ожидал увидеть тебя так скоро. — Так нужна моя помощь или мне уйти? — Мужчина был недоволен. Сначала сам просит о помощи, а теперь держит на пороге. Хотя это в духе Реборна. — Нет, твоя помощь нужна. Проходи. — они никогда не ладили должным образом, но ситуация обязывает. Когда «молодые» люди вошли в дом, то встретили Нану, что спускалась по лестнице, направляясь на кухню делать завтрак. — Доброе утро, Реборн-кун и… — Верде. — подсказал мужчина. — Верде-сан. Вы друг Реборн-куна? — поинтересовалась женщина. — Правильнее будет сказать коллега. В это время Нана поставила перед ними по чашке ароматного кофе и корзинку с домашними круассанами. — Верде-сан, зачем вы приехали в Намимори? И надолго ли вы к нам? — Я здесь по просьбе Реборна, чтобы помочь вашему сыну. — Вы правда можете помочь моему сыну? Но как? — Нана удивилась, но смотрела спокойно, даже несколько выжидающе. — Я ученый, Нана-сан, и думаю если немного понаблюдать за вашим сыном, а также изучить должным образом, то смогу выяснить в чём причина его проблемы. — Мой сын вам не подопытный, чтобы изучать его. — Нана совершенно не нравились как слова, так и интонация мужчины, с которой они были сказаны. Она чувствовала подступающее недоверие и злость. — Маман, прошу вас успокоиться. Мой коллега просто не так выразился. Никто не считает Тсунаёши подопытным, просто у Верде свои методы решения проблем. Реборн решил вмешаться, пока этот экс-аркобалено грозы со своей тягой к науке и опытам ничего не испортил. — Хорошо. — Нана доверяла Реборну, поэтому заметно успокоилась, но всё равно смотрела в сторону учёного немного недоверчиво. — Могу ли я занять одну из комнат в вашем доме, чтобы оборудовать её под себя? — Да, если это поможет моему Тсу-куну. — довольно быстро послышался ответ. Пока Нана и Верде решали вопрос по поводу проживания учёного в доме, Реборн решил разбудить своего ученика в школу. Зайдя в комнату, киллер обнаружил, что подросток уже был собран и как раз собирался спускаться. — Я удивлен, что ты проснулся так рано. Обычно его ученик любил поспать, а тут встал раньше, да и к тому же сам. Чем и вызвал удивление своего репетитора. Хотя выглядел он неважно. — Я проснулся от того, что в дверь кто-то позвонил, да и мама от чего-то кричала. Что у вас там произошло и кто к нам пришел, Реборн? Киллер был удивлен, что ученик услышал всё даже несмотря на то, что он спал. Но именно сейчас он обратил внимание, что мальчик говорил очень тихо, да ещё и кривится от каждого шороха, словно слышит всё слишком громко. В моменты, когда Реборн говорил, подросток морщился и, судя по выражению и движению рук, еле сдерживался, чтобы не зажать уши. — Глупый ученик, почему ты опять мне ничего не говоришь? — хоть и сказал Реборн это почти шёпотом, но для Тсуны это было так, будто кто-то специально крикнул ему в ухо. Заметив, что мальчик чуть ли не плачет и хочет закрыть уши, киллер кивнул чему-то своему и, подойдя к Тсуне, приобнял его, начав вливать в тело пламя солнца. Спустя пару минут послышался голос Наны, что позвала их из кухни. — Спасибо, Реборн. — поблагодарил киллера Тсуна, отойдя чуть в сторону. Когда он уже собирался выйти из комнаты, его поймали за руку и развернули к себе. Реборн одной рукой обнял мальчика за талию, а второй приподнял подбородок так, чтобы можно было видеть глаза своего ученика. — Тсуна, обещай что в следующий раз ты сразу всё расскажешь мне. Я ведь могу помочь. Просто доверься. Тсунаёши лишь кивнул, продолжая смотреть в глаза своего репетитора, пытаясь понять, что с ним происходит. Щёки покрыл предательский румянец, от того в какой позе они находились. Оказавшись в такой ситуации впервые, Тсуна не знал, что делать. Ему было непонятно, почему сердце так быстро стучит, почему ладошки, что сейчас находились на груди репетитора, вспотели. Но главное, он не понимал, почему ему так хорошо, и неохота покидать таких тёплых объятий. Хотя сам Реборн сейчас ничем не отличался от своего ученика, разве что смущения на его лице не было видно. Не выдержав, киллер подался вперёд и слегка коснулся своими губами губ ученика. Поцелуй вышел мимолётным и нежным, но и этого хватило, чтобы внутри обоих всё всколыхнулось. После поцелуя Тсуна стыдливо спрятал свое покрасневшее лицо, уткнувшись в грудь репетитора и обнимая его за талию. — Пойдем, нам пора на завтрак, а после в школу. Ты же не хочешь опоздать и получить от Хибари? — спросил Реборн, поглаживая мальчика по пушистым волосам. — Хорошо… Оторвав свою голову от груди киллера, Тсуна посмотрел на него и, поддавшись какому-то внутреннему порыву, прижался к мужчине, уже самостоятельно целуя его. Реборн несколько удивился, в начале стал брать инициативу на себя, чуть покусывая и хозяйничая во рту ученика. Но через пару мгновений Тсуна перехватил лидерство, кусая мягкие тёплые губы и запуская язычок в рот мужчины. Язык Тсунаёши прошёлся по ряду ровных зубов, погладил нёбо. Затем он зубами прихватил язык репетитора и стал чуть посасывать. С губ киллера против его воли сорвался стон. Когда воздуха стало не хватать, Тсуна оторвался от таких сладких и манящих губ. Приведя дыхание в норму и осознав, что он только что делал, подросток весь покраснел, словно спелый помидор. Воспользовавшись заминкой репетитора, мальчишка, выскользнув из его рук и прихватив школьную сумку, убежал вниз. Не завтракая, Тсуна сбежал в школу. А Реборн всё продолжал стоять в комнате и вспоминать теплоту тела, что недавно было у него в объятьях, и то, какие всё-таки у мальчишки мягкие и сладкие губы. Отмерев, он всё-таки спустился вниз. Реборн увидел на кухне лишь удивлённых Нану и Верде. — Что-то случилось, маман? Реборну было интересно, что такого успело произойти, что даже непроницаемый учёный стоит ошарашенный. — А, это ты Реборн-кун. — отмерла наконец-то Нана, — Тсу-кун только что убежал в школу, и выглядел он немного странно, да и не позавтракал даже. — Странно? — Мальчишка выбежал из дома весь красный, а на его лице было столько эмоций, что разобрать трудно. Одно можно сказать точно, он был почему-то очень счастлив. И чем же вы таким там занимались, а, Реборн? Ехидство и сарказм в голосе Верде бесили киллера. Так и хотелось пристрелить слишком наглого учёного. Но нельзя, ведь он мог помочь Тсунаёши. Ничего не ответив коллеге, репетитор отправился в школу, чтобы следить за своим учеником. Пока Реборн и Тсуна были в учебном заведении, Верде решил обустроить выделенную ему комнату под себя. Хоть комнатка и была маловата, но самое необходимое поместить здесь было возможно. Он позвонил и отдал приказ своим людям, объяснив куда нужно везти оборудование и как его там нужно расставить. Спустившись вниз, мужчина предупредил Нану о своих людях, попросил её показать им нужную комнату. После, сказав что будет к ужину, учёный ушёл. Ближе к обеду приехали люди Верде и, сделав всё, что было нужно за пару часов, уехали. Потом со школы вернулись Тсуна и Реборн, которых Нана, накормив, отправила делать уроки. Женщина была счастлива. С приездом в их дом репетитора, её сын начал оживать, он стал лучше питаться, приступы случались всё реже, да и сам Тсунаёши стал выглядеть счастливее. Пока Нана ломала голову над тем, что ей приготовить на ужин, ведь в их доме пополнение, Реборн и Тсуна делали уроки. Они решили пока отложить обсуждение утреннего инцидента на потом. Уже вечером, спустившись на ужин, подросток увидел за столом незнакомого мужчину. — Здравствуй, Тсунаёши. Меня зовут Верде, я здесь по просьбе Реборна, чтобы помочь тебе. — Здравствуйте, Верде-сан. Надеюсь вы сможете мне помочь. После небольшого диалога все решили поужинать, а после учёный позвал Тсуну в гостиную. — Тсунаёши, давай пройдем в гостиную и там поговорим о твоей болезни. — Хорошо, Верде-сан — Нана-сан, не могли бы вы предоставить мне историю болезни вашего сына? — Конечно, сейчас принесу. Пока женщина несла карточку сына, Верде взял все нужные ему анализы для исследования, сказав ждать. Пока учёный был в своей лаборатории, Тсуна заметил аллигатора Верде и решил погладить того. Как нестранно Клейман, так звали аллигатора, как подсказал Реборн, подпустил к себе мальчика, даже сам подставился под его ласки, когда тот его гладил. Аллигатор чувствовал на уровне инстинктов хищника, что это слабое человеческое дитя нужно защищать. Спускаясь вниз, чтобы рассказать о результатах обследований, Верде застыл на середине лестницы. Картина, которую он увидел, была очень занятной. Его аллигатор, который обычно даже хозяину не позволял себя гладить, сейчас лежал на коленях Тсуны и вилял хвостом от того, что мальчик гладил его по голове. — Ты чего застыл, Верде? — решил спросить Реборн, ведь вид удивленного учёного видишь не каждый день. — Я проверил все данные. — наконец отмер экс-аркобалено Грозы и, спустившись вниз, продолжил — Чтобы разблокировать пламя нужны нетрадиционные методы. Пули Возрождения его убьют. — Если это все, то я это и так знаю. — перебил учёного киллер. — Ты никогда не умел дослушивать собеседника, Реборн. Здесь нужны методы Фонга. — чуть цокнув, наконец закончил учёный. — Он прибудет как только разберётся со своими делами. — Что ж, хорошо. А теперь Тсунаеши. — мальчик, оторвавшись от аллигатора, решил послушать, что ему скажет учёный. — Я разработал курс приёма лекарств, чтобы минимизировать твои приступы и хоть немного ослабить печать. — Спасибо вам, Верде-сан. — Меня пока рано благодарить. Как только снимем печать, тогда и будешь говорить подобные слова. После этого вечера наступили спокойные дни. Верде продолжал следить за состоянием мальчика и начинал осознавать что привязывается к нему, при этом испытывая странные чувства. Реборн также продолжал ходить с Тсуной в школу, делать уроки и перед сном давал ему небольшие физические нагрузки. Самое странное поведение было у Клеймана и Леона. Они выселили репетитора из спальни мальчика, поселившись там сами и бережно оберегали того. В один из таких вечеров, когда мальчик читал в комнате, к нему зашёл поговорить Верде. Но когда тот позвал, внимание на него обратил только собственный аллигатор, в то время, как Тсуна не слышал. Подойдя к мальчику, Верде положил свою руку ему на плечо, тем самым привлекая к себе внимание. Жестами учёный показал, что ему пора принимать лекарства. Выпив их, Тсунаеши продолжил читать. До тех пор пока слух у подростка не вернулся, Верде наблюдал за ним и думал о чём-то своём. В основном учёный размышлял о том, почему привязался к этому мальчишке за столь короткий срок, и почему столь сильно хочется его защищать. У него были кое-какие мысли на этот счёт, но проверить их он не мог, пока пламя мальчика запечатано. Стоп. Хотя был и другой способ. Вспомнив о чём-то, ученый убежал в свою комнату под недоумённые взгляды Тсуны и Клеймана. Верде так и не спустился на ужин. А когда Тсуна сидел в своей комнате и читал перед сном, к нему ворвался Верде. Схватив ничего непонимающего мальчика на руки, гроза прижал его к себе, при этом счастливо улыбаясь. Аллигатор и хамелеон Реборна уже было хотели броситься спасать мальчика, но учёный отпустил того на кровать к животным, а сам сел на пол возле его ног, и выглядел как кот объевшийся сметаны. Всю эту сцену наблюдал Реборн. — Что здесь происходит, Верде? Учёный перевёл взгляд на киллера и, вздохнув, решил объяснить тому ситуацию, а то глядишь и застрелит. — Я провел небольшое исследование. С его помощью можно найти хранителей для обладателей пламени Неба, даже если то у них не ощущается или еще не пробудилось. Хотя процент большой на положительный результат, но думаю точно можно будет сказать, когда пламя появится. Я благодаря этому исследованию нашел ответы на интересующие меня вопросы. — И что же ты понял? — Реборн почти рычал, мало того что его выселили из комнаты Тсуны, причем собственный хамелеон, так ещё и довольная и счастливая рожа Верде неимоверно бесила. — Всё просто Реборн. Тсунаёши с огромной вероятностью моё Небо! — Можно ли с помощью этого исследования найти остальных хранителей? — В принципе можно. Мне всего лишь нужно пламя предполагаемого хранителя. Кивнув чему-то своему, Реборн отправил всех спать, ведь время было позднее. Он чуть не пристрелил учёного, когда тот поцеловав Тсуну в лоб, пожелав спокойной ночи. Учёный сразу после этого удалился. Реборн, подарив на ночь мальчишке легкий поцелуй в губы, тоже отправился к себе. Следующий день явно будет нелёгким. Завтра их ждут очередные сюрпризы.