После дождя

Сегодня улицы действительно красивы. Яркие, разноцветные фонари украшали ларьки, наполненными бессмысленными сувенирами. Смех горожан был заразителен, его было слышно даже в пустом переулке. Чувство радости приятно «расплывалось» по всему телу, плавно переходя в улыбку. Сейчас город похож на забытую фотографию, где люди застыли в объятьях друг друга, грея простыми словами любимых. Все это совершенно незабываемо и прекрасно. — Эрен! — навстречу друзьям бежала черноволосая девушка азиатской внешности. — Наконец-то мы встретились! Это была Микаса Аккерман. Она является лучшей студенткой колледжа, добросердечным человеком и хорошим другом. Девушка общается с Эреном с детства, хотя, нет, скорее с родильной палаты. Её номер телефона в записной книжке записан как «экстренная помощь», ведь Микаса прибежит намного быстрее любой скорой помощи и поможет разобраться с любой проблемой. Многие бы позавидовали бы такому другу? — Опять она к этому нытику летит. — тихо прокомментировал Жан. — Он её ни во что, даже, не ставит! Вслед за Аккерманом шли несколько ребят, они также являлись друзьями Армина и Эрена, со школьной скамьи. Жан Кирштейн пытался делать вид, что не имеет чувства к девушке, но, увы, глаза никогда не врут. Каждый раз, когда парень видел Микасу, то у него начал разгораться огонь не только в зрачках, но и в сердце. — Да ладно бубнить! — Конни толкнул в плечо Кирштейна. — Они не виделись несколько дней, дай ей порадоваться! — Только он ей и нужен… — Жан продолжил сердито бормотать. Если где-то Конни Спрингер — значит рядом Саша Браус. Они как сиамские близнецы, но не сросшиеся в теле. Попав в их компанию, можно получить кучу проблем. Розыгрыши, проделки, шутки, фокусы — все это их рук дело, озорных проказников, которым все время скучно. С другой стороны, наблюдать за этим весело! но не участвовать. — Эрен, держись на ногах. — посоветовал Армин своему другу. — Сейчас она собьет тебя как кеглю. В ответ Йегер слегка нахмурился и нервно сглотнул слюну, после отодвинул правую ногу назад, а левую выдвинул вперед, приняв позу футбольного вратаря. Он хотел было сделать радостное лицо, что рад видеть подругу, но в на лице читался испуг. Многие, кто был в объятиях Микасы практически были на грани смерти, потому что она так сильно сжимала человека, что воздух мгновенно переставал поступать в легкие. Армин сделал два шага назад от друга. — Мика…! — но Йегер не успел договорить, девушка набросилась на него с объятиями и повалила на землю. Друзья издали испуганный вздох, кроме Жана, на его лице исказилась удовлетворенная улыбка. Прохожие не меньше испугались за эту парочку, казалось, они так сильно приземлились, что образовали трещину в асфальте. — Я очень рада нашей встречи! — Микаса сильнее сжала парня в объятиях, сдерживая подступившие слезы. Эрен чувствовал как грудная клетка вот-вот сломается и ребра яростно вонзятся в сердце, он попытался слегка оттолкнуть девушку, но обнаружил, что руки бессильны: они оцеплены объятиями Микасы. Йегер стоял совершенно беспомощным, все, что он может сделать — это издать истошный всхлип. — Покойся с миром. — выдал Конни, снимая синюю кепку с головы. Голова брюнета начала кружиться, воздуха в легких не хватало, а где-то вдалеке был слышен противный смех Жана. Йегер действительно начал думать, что сейчас отправится на тот конец света, передать привет бабушке с дедушкой, но в последний момент что-то светлое спасло его от этой смертельной хватки. После освобождения он вдохнул воздух, словно не дышал несколько лет, после обернулся посмотреть на своего спасителя и сквозь пелену увидел Армина, понятно, почему «что-то светлое». — Микаса… — блондин, сквозь натянутую, испуганную улыбку, обратился к девушке, параллельно держа друга за плечо. — Ещё чуть-чуть и ты бы больше не смогла обнять Эрена. Девушка нахмурилась, была готова раскаяться, просить прощения, за столь неловкий поступок, но Армин остановил её, добавив: «Я шучу-шучу!» Смех Жана завершился смешком с окончанием «иго-го», из-за этого его и прозвали «лошадью». Что правда, то правда. Криштейн вытер наступившие слезы с уголков глаз, выпрямил спину, потянувшись к небу. — Не смог самостоятельно освободиться из рук Микасы! — язвительно произнес парень и вернулся в исходное положение, облокотившись об Конни. Сквозь фантомных болей в ушах, отдающих от ребер, Эрен услышал слова «врага» и мимолетно повернулся к нему всем телом, продолжая переводить дыхания. От этого резкого движения, рука Армина соскочила с плеча. Когда Йегер злится, то он начинал хмурить брови так, что удивительно: почему во лбу не образовались морщины в виде трещины во лбу. Дыхание становится учащенным, а предложения начинаются с фразы «Чего?!» — Чего ты сказал? — Ты до сих пор не приобрел слуховой аппарат? — а злой Жан любил дразнить Йегера, никогда не упускает эту возможность, но это не значит, что если он всегда дразнит, то он всегда злой. — Чего?! — выкрикнул Эрен, делая шаг к «врагу». — Ты снова хочешь получить по своей лошадиной морде? — Ребят! — в маленькую, но уже развивающую дискуссию, вступил Армин. — Хотя бы сегодня не ругайтесь? — после встал посередине противников, словно секундант. — Я ж первый не начинаю спор с тупыми слабаками. — с ухмылкой ответил Криштейн и пожал плечами. Брюнет начал сильнее злиться, но взглянув на друзей, на их умоляющие лица остановиться вести этот бессмысленный спор, успокоился. Ведь, все прекрасно знают, что все закончится ничем, в буквальном смысле, они продолжат впустую кидаться словами, день города станет днем тупых, и все разойдутся по домам, хотя планировали сделать все совершенно иначе. Эрен посмотрел на Арлерта, тот отрицательно качал головой, доказывая мысли других, что нужно остановиться, быть умнее. — Придраться, ты, ко всему можешь, — тихо сказал Йегер, — но сегодня я не хочу с тобой контактировать каким-либо образом, не хочу портить настроение другим, потому что они важнее тебя, сегодня у нас другая цель — веселиться. — после улыбнулся уголком губ, добавляя. — А вот завтра я точно набью тебе лошадиную морду. — Ах, ты!.. — воскликнул «лошадь» и, не успев договорить, как получил от Конни хлопок по пузу. Ребята потихоньку двинулись в центр города и уже через секунду смеялись от какой-то нелепой выходки Саши, все позабыли про нелепый конфуз, отдав себя веселью. Пока они стояли на одном месте, наступил глубокий вечер и фонарики, украшающие ларьки с магазинами, стали ещё красивее, они как-будто раздавали вокруг себя гармонию спокойствия, отстраняли от людей все невзгоды и несчастья. К Конни в голову забрела идея украсть один такой фонарик, чтобы никогда не унывать, но благо его вовремя остановили. Каждый из них осознавал, что фонари были почти не причем. Конечно, они изящно висели, живописно смотрелись, но не только благодаря ему царило веселье. Все дело в людях, окружающих вокруг их, ведь в каждом из них имеется этот маленький фонарик, который защищает от грусти, на данный момент. — В минуты радости, не замечаешь гадости? — с улыбкой спросил Армин друзей и сам же засмеялся от слова «гадости». Компания следом залилась хохотом, потому что смех Арлерта невероятно заразителен, как зевок человека. Эрен слегка улыбнулся, его что-то напрягало весь вечер, тревожило до мурашек, до щекотки в желудке, до глубокой паники. Он изредка оборачивался назад, осматривал всех людей и не мог понять: что он ищет. — Эрен! — Микаса окликнула друга, положив ладонь на его плечо. — Ты в порядке? В ответ парень улыбнулся и одобрительно покачал головой. Они отправились гулять дальше по улицам города, ожидая масштабный, красивый салют, продолжая заливаться смехом. В диалоге почти чувствовалась борьба: кто сильнее рассмешит другого. Попутно им стояли люди, они одаривали комплиментами всех прохожих и раздавали купоны с двадцатью процентами на первое блюдо в кафе. Об этом заведении никто ни разу не слышал, особенно Саша — путешественник-исследователь всяких забегаловок, кафе и ресторанов, чтобы отыскать самое вкусное мясо в этом городе. — Ребята!.. — умоляющим голосом воскликнула Браус. — Давайте сходим, до салюта ещё много времени! Никто не был против, и никто бы не отказался от горячей чашечки чая или вкусной еды, ведь, вместе с глубоким вечером пришел и холод, поэтому они активно побрели в это кафе, зная дорогу только по объяснениям промоутеров. Им пришлось обойти три раза одно и то же здание, чтобы понять: кафе находится на другой стороне дороги. — Эрен, ты и вправду назвал свою собаку в честь меня? — спросил удивленно Конни. — Ну… — тот брюнет слегка замялся, почесал затылок. — Да? Снаружи оно выглядело не так контрастно, как соседние конкуренты: простенько и минималистично. Вход украшен несколькими декоративными растениями, а рядом стояли лавочки и столики. Они зашли в «трактир» и, от теплого воздуха смешанного с запахом пирожков, тело ребят покрылось гусиной кожей. «Внутренности» помещения были приятны глазу: на белых стенах висели картины и фотографии, повсюду, где было свободное место, занимали декоративные или живые растения, мебель была столярная, а обивочный материал имел бежевый цвет, паркет из темного дерева под ногами слегка скрипел, барная стойка находилась в другом конце. — А почему не в честь Жана назвал? — Конни никак не отставал друга. — Просто мопс так смешно сопел, что Эрен вспомнил тебя. — ответил Армин. Ребята со смехом завалились за ближайший стол и сразу же принялись рассматривать меню. Посетители угрюмо осмотрели новеньких. Цены были доступными, список блюд привлекал не только картинкой с обложки, но и тем: из чего готовят, не было ничего лишнего. Больше всего комментировала Браус, как изысканный гурман, и настоятельно предлагала всем заказать по одному виду мяса, чтобы успеть все распробовать. Через пару минут, точнее, только из-за их сильного шума, к ним тихо подошел мужчина, одетый в форму официанта: вверх был из белой, выглаженной рубашки, её перекрывал черный пиджак, застегнутый на две верхние пуговки, низ был из классических, черных брюк, тоже аккуратно выглаженных, и черных туфель, хорошо обработанные средством по уходу за кожей. На левой руке он держал блокнот с ручкой, на правой висело полотенце. — Добрый вечер, разрешите помочь вам сделать выбор? — голос официанта был твердым, негромким, слегка басовитым, но и благородным, чистым, твердым не режущий слух. Работник настолько незаметно очутился рядом с компанией, что Конни от испуга выронил из рук меню, от этого ребята тихо посмеялись, сквозь улыбку. На лице парня не дрогнула ни одна мышца. — Да, пожалуйста! — выкрикнула взбудораженная Саша от предстоящей дегустации мяса. — Хотелось… Больше Эрен не слышал, что говорила девушка, ведь его взгляд был скован на лице официанта: темные ресницы закрывали его приоткрытые уставшие глаза, но все же можно было заметить их голубой цвет, выраженные черти лица не были похожи на острие ножа, скорее, на что-то мягкое, хотелось дотронуться и проверить действительно ли это так. Тело Йегера покрылось мурашками от затылка до пяток, пальцы рук нервно подергивались, кажется, он где-то видел мужчину, но где — не мог вспомнить. — …о! — с облегчением выдохнул Жан. — За чашечку чая я готов убить любого, не боясь запачкаться кровью! Кстати, как к Вам обращаться? Запачкать себя кровью? Точно... Эрен видел его во снах, когда ему снились бредовые, странные сны: как он убивает больших людей с другим человеком, повсюду была кровь и, крики… а этот, «другой человек», был быстрее и сильнее среди других… и так похожим на этого официанта. Как его звали? Эрен быстро опустил взгляд на бейджик парня. — Леви. — произнес официант. — Обращайтесь ко мне как к Леви.