Проснулся не в себе...

      Убью Сириуса! Он же обещал мне помочь! А сам, крестный недоделанный, смылся в неизвестном направлении. Что от меня требуют? Заклинание? Не знал о такой традиции, и Рон никогда о таком даже не упоминал. Что же сотворить?       Что там дедушка говорит?       — Уважаемые гости, перед тем, как будет разрезан торт, я хочу попросить нашего именинника сотворить первое заклинания вне дорогих стен Хогвартса: ему только что пришло письмо! Просим!       Круцио твою аваду через империо! Что б такого сотворить? Чтобы потом Джеймсу стыдно не было… Эх, была не была, заодно отмщу!       Около меня образовалось пустое пространство. Сириус и бабушка смотрели с незаметным на первый взгляд напряжением.       Сосредоточимся на счастливом воспоминании…       — Экспекто Патронум!       Как всегда из палочки вылетел серебристый олень. Со злорадством отметил, как побледнели мародеры. Олень-патронус в нерешительности из–за отсутствия дементоров потоптался на месте, прильнул серебристой мордой к бабушке и растворился. Приглашенный на праздник бомонд оглушительно зааплодировал.       Им понравилось… Бабушка улыбнулась… Сириус, видимо, размышляет, набить мне морду сейчас или чуть позже. Фиг я ему дамся! Но оправдательную речь лучше заготовить сразу…       От размышлений меня отвлек дед. Он похлопал меня по плечу.       — Сын, это лучший патронус, которого я когда-либо видел! Давно умеешь вызывать?       С третьего курса…       — Весь прошлый год тренировался, чтобы не посрамиться, — для убедительности потупим глаза и скромно улыбнемся.       Поверил? Он поверил?! Странно, а с учителями не срабатывает…       — Я страшно горжусь тобой, Джейми.       Спасите меня! Мародеры восприняли мой призыв и весьма деликатно освободили меня от общества деда.       — Сохатый, а мы и не знали, что ты патронуса умеешь вызывать. Особенно такой формы… — Сириус явно издевается.       Что ж, из огня да в полымя! Бродяга явно нарывается. Что он придрался к форме моего патронуса: ну появляется Сохатый, чего особенного?       Ремус задумчиво почесал в затылке.       — Так вот на что намекал Бродяга… Ты не Джеймс, да?       Я от души порадовался, что они забыли Хвоста где-то на другом конце огромной залы. Рассказывать свою историю перед будущим Пожирателем — нет уж, увольте. Гермиона, Рон, жалко вы не видите картину с гордым названием «так был казнен Гарри Поттер»…       Скромно кивнул, мечтая провалиться сквозь пол и сбежать с этого праздника. Свои-то дни рождения с трудом выношу, так еще и на чужом отдуваюсь.       — Тогда, может быть, представимся друг другу? Ремус Люпин, Лунатик.       — Я знаю, но все равно приятно. А я Гарри Поттер, сын Сохатого. Временно его замещаю…       Люпин улыбнулся и протянул руку.       — Что ж, будем знакомы. Кстати, где ты научился такому патронусу?       Бродяга хмыкнул.       — Рем, совсем запугаешь его, таких ботаников, как ты, еще поискать надо!       Теперь и я улыбнулся. Похоже, Гермиона еще фору Лунатику даст.       — Ошибаешься, Бродяга, я с одним таким ботаником с первого курса дружу. А патронуса научил меня вызывать некто профессор Люпин, не знаком?       — Не встречал, — отшутился Ремус. — Может, это тот, кто каждый день на меня в зеркале смотрит.       — Похож, — с видом знатока произнес я. Похоже, провести здесь время будет не так накладно, как мне показалось в начале.