Белое золото

Мама. Эти длинные черные волосы. Они такие мягкие. Это красивое длинное зеленое платье. Оно так ей подходит.  — Мама! Обернулась. Как же я похож на неё. Эти темные, умные, но такие измученные глаза прямо как мои. Говорят, что глаза это зеркало душы. Так вот у неё душу разорвали на мелкие кусочки, сожгли и пепел высосали. Это уже просто оболочка. Это просто тело, тело без души. Толпа. Как я тут оказался? Мама! Куда её ведут? Мама! Хотел прокричать я, но не смог. Я помню этот день. Как будто он был вчера. Вот она в последний раз смотрит на меня и лишь губами произносит: «Я люблю тебя». И все. Я больше ничего не видел. Только чувствовал как горькие слезы текли по щекам.  — Юнги! Юнги! — женщина пыталась разбудить молодого парня. Он не просто плакал. Он ревел во сне. Ему снился кошмар. Юноша резка распахивает глаза и с ужасом смотрит на нуну. На ту что вырастила его, сделала сильным, научила многому, она стала ему как мама. И он ее любил, как родную мать.  — Ну все солнышко, — она приобняла его за плечи, — хватит плакать. Все хорошо, ты тут и тебя никто не тронет. Юнги лишь сильнее заплакал и уткнулся в плечо женщины. Его никто здесь не тронет. Его тут убьют. Как и его мать.

***

Открывая заветную коробочку, парень достал от туда кольцо. Оно было не броское, без узоров и переплетений. Но выглядело оно восхитительно. Чимин подходит к зеркалу в последний раз. Сегодня вторая их встреча и он должен выглядеть лучше чем в прошлую. Его раны уже начали затягиваться, покрываясь корочкой. По ту сторону зеркала Пак видел себя. Его светлые от природы волосы были красиво уложены в левую сторону. Красный бархатный пиджак надетый поверх белой рубашки и черные штаны сидели по фигуре красиво. Вообще, Чимин всегда старался не выделятся роскошными нарядами, но «изюминка» в его образах всегда присутствовала. И сегодня этой «изюминкой» стало кольцо, надетое на средний палец левой руки. Последний раз посмотрев на себя с ног до головы, он тихо вышел из своей комнаты и направился по длинному коридору к лестнице.

***

В дверь постучали. Вроде Хосок никого не ждал, да и Чонгук ушел больше часа назад. Чон встает из-за стола и подходит к двери. Буквально секунда и дверь распахивается и в дом врывается Юнги. Он сразу крепко обнимает младшего. Так они стоят с минуту, пока спина Мина не начинает быстро вздыматься и Хосок чувствует влагу на своем плече. «Плачет» проносится в голове младшего. Они в обнимку медленно сползают на пол. Сидят еще не пойми сколько времени, пока Юнги не успокаивается и поднимает голову. Заплаканные красные глаза, белее чем обычная кожа лица и улыбка облегчения. «Он пришел за поддержкой» думает Хосок и начинает вытирать еще не засохшие слезы со щёк, а затем медленно, так легко и невинно целовать с начало высок, затем скулы. Хосоку не нужны объяснения почему Мин плачет. Он знает старшего довольно-таки долго. Он уже выучил его с кончиков пальцев на ногах до самой макушки. Они познакомились два года назад. Хосок помнит этот день как вчерашний. Была осень, неожиданный ливень вынудил мальчишку бежать до дома. Но из-за плохой видимости он врезался в человека. Этим человеком и оказался Мин Юнги. Его Мин Юнги. Так они в первый раз и встретились, затем последовал второй, а потом и третий. На четвертый они узнали имена друг друга. На пятый очень долго говорили. Следующие встречи были уже не случайными. Через два месяца Чон понял, что испытывает к Мину явно не дружеские чувства. Вообще Хосок не из тех кто будет молчать, даже о «неправильных» чувствах. И уже в следующую встречу он выложил старшему абсолютно все. И оказалось что эти чувства были взаимными. Затем у них был первое «свидание», первый поцелуй. Все было прекрасно, если бы Юнги не был незаконным сыном короля и по совместительству главным наследником престола. Об этих отношениях никто не должен был знать. Ни Чонгук, ни Чимин, тем более его величество. Но какими бы сложными не были эти отношения, Хосок до смерти будет любить и дорожить Юнги.

***

Они лежат на кровати в комнате Чона. Вообще сюда разрешен вход только Чонгуку и Юнги. Эти двое для него самые близкие люди. Хотя младший Чон и Мин не знакомы. На самом деле Гук уже видел Юнги. «Я недавно видел слугу из замка. Того красавчика, который понравился Хосоку» буквально позавчера услышал Хосок от младшего. До ушей обоих доносятся звуки открывшейся двери и шаги по лестнице. Чонгук. Ох нет, нет, нет, нет. Он идет сюда. Юнги приподнимается следом за Хосоком и дверь в комнату распахивается. На пороге стоит Чонгук с такой странной улыбкой, что аж мурашки по коже пробегают. Это не улыбка счастья, это улыбка самого сатаны. Но только он замечает что в комнате кроме Хосока есть еще один человек, причем которого он недавно видел и многое выслушивал от брата, улыбка с лица пропадает. Мин практически беззвучно встает с кровати и кошкой подкрадывается к младшему Чон. — Мин Юнги, — парень протягивает свою руку.   — Чон Чонгук, — на автомате выпалитвает он, находясь еще в небольшом шоке и пожимая руку, — я… я… рад с тобой познакомится Юнги-ши.  — Хен, зови меня хен. Возможно у тебя есть вопросы, — Мин развернулся на босых пятках и вернулся на кровать садясь в позу лотоса.   — Оу да, причем много, — Гук же присел на рядом стоящий стул. Хосоку смотрел на эту картину знакомства с улыбкой. Это самый лучший вариант который мог быть. Главное сейчас, чтоб никто не ляпнул лишнего.  — Первое что я хочу спросить, как долго вы знакомы? Вы вместе? И почему Хосок не рассказывал мне о тебе?   — Как много вопросов, — засмеялся старший, — итак, знакомы мы уже два года, да мы вместе, а Хосок тебе не рассказывал потому что я его попросил. «Изысканная ложь. Так может только Юнги. Он даже виду не падал» мысленно восхищался Хосок своим парнем. А дело все в том, что Мин его не просил не говорить Чона младшему, а потому что Юнги из замка. Это совсем не нужно знать Чонгуку. Меньше знаешь, крепче спишь.   — Ого. А у меня еще один вопрос, Юнги-хен, а ты откуда? Просто я тебя очень редко вижу у нас. «О нет. Остановите эту планету, я сойду. Хотя можно и не останавливать, я на полной скорости выйду.»   — Я живу на окраине Гуки, поэтому ты меня редко видишь, — «Господи Юни, ты самый лучший. Я люблю тебя за твою находчивость.»   — Так, ладно, хватит вопросов, ты чего приперся Гук? — мелкого нужно было остановить и это сделал Хосок.   — Точно! Это просто что-то с чем-то! Вы просто обязаны это услышать.

***

Зеленая мягкая трава нежно щекотала голые ступни Чонгука. Да, он идет сейчас босиком на встречу с ненавистным человеком. Он должен ему улыбаться, а хочется плакать. Он должен придти на эту встречу, а хочется разбить голову об ближайшее дерево. Он должен быть ему другом, а хочется этого "друга" придушить. Хочется, но есть слово надо, от него никуда не уйдешь, не убежишь, не уедешь. Оно тебя преследует всю твою жизнь. Сегодня солнце светило не так ярко как в последние дни. Оно скрывалось за небольшими облаками и выглядывало из за них пуская на землю длинные теплые лучи. Ветер тоже уже не тот. Сегодня совершенно другая атмосфера, не та, более напряженная. Деревья потихоньку заканчиваются, а вместо травы под ногами оказываются гладкие сухие камни. Гук вскидывает голову и видит на берегу сидящего Пака. В этот момент он кажется и не таким противным, даже милым, но только Чимин замечает младшего, хорошие мысли заменяются не такими радужными. Чон уже представляет как будет красиво выглядеть это тельце брыкающееся от боли. Ммм идеально. Но в реальности ему такая услада будет доступна еще не скоро, а пока ему остается фальшиво улыбнутся и поднять руку в приветливом жесте. Чонгук медленно, подкрадываясь тихой кошкой, подходит к Чимину и так же тихо опускается на землю. — Привет, — нарушить тишину решает старший. — Привет, — отрезает Гук. Вот оторвать тебе голову нужно Чон, ты же его спугнешь и тогда весь план коту под хвост. Еще токая оплошность и ты труп. Дальше, на счастье Чонгуку, они сидят в полной тишине, наслаждаясь звуками природы. Где то в далике, птицы поют свои песни. С виду кажется что они поют все в разнобой, но если прислушаться, то там можно услышать целые симфонии. Где то плесканулась рыбка, от чего по воде пошли идеальные круги. Опять это чувство легкой эйфории, оно приходит так не неожиданно, так не предсказуемо, но оно как никогда желанно. Оно как то самое чувство в детстве, ты ждешь его как глоток воды, а оно приходит когда ты совсем не ждешь. И когда оно все таки пришло, ты счастлив. Но если повернуть голову вправо,то это чувство пропадает, облака сгущаются и начинает дуть ветер. Справа сидит тот кто разрушает эту атмосферу сам того не подозревая. С одной стороны его даже жалко, Чимин живет в коконе лжи, хотя возможно ему там и хорошо. Сладкая ложь лучше горькой правды, так было всегда. И вот сейчас рядом с Чоном сидит человек который даже не подозревает кого он впускает в свою жизнь, в свою судьбу. Чонгук мастер во лжи, вы даже не поймете где он говорит правду, а где ложь. "Тайное всегда становится явным" это не про Гука. Для него нет ничего, что нельзя скрасить капелькой лжи. Это как наркотик. Он на это подсел. Чон собирается окутать Пака пеленой этого сладкого греха. Пусть думает что все хорошо. — Красивое кольцо, — решил все таки действовать Чонгук. Это кольцо он заметил не сразу, оно совершенно обычное, но было в нем что то не как в обычных. Но он как будто уже видел что то похожее, — оно какое то странное. Это точно не серебро, но тогда что это? — Это белое золото, — нежно улыбнулся Чимин. — Так вот от куда я его знаю, — Чимин вопросительно посмотрел на младшего, — Ну у всей моей семьи аллергия на него. У меня, у брата, мне рассказывали что и у мамы она тоже была и у ... — Чонгук замялся, ему до сих пор сложно вспоминать об отце, а говорить про него еще хуже, - знаешь, не важно. Я так понял тебе кольца нравятся, а что еще тебе нравится? — решил быстро перевести тему он. — Ммм, - Пак задумался и через минуту продолжил, — мне нравится ездить на лошадях, но так как я в одиннадцать лет упал с лошади отец запретил мне заниматься ездой. Еще мне нравится астрономия. Ей я уже интересуюсь долгое время и из-за неё узнал многое. — Ну вот что например? Продемонстрируй свои знания, — хорошо, молодец Гуки, разговор пошел. — Ну вот когда ты родился? Мне нужен период года в котором ты родился. — В начале винного периода*, — чуть замешкался Чонгук. При чем тут месяц его рождения? — Угу, хорошо. И так смотри, ты знаешь что сейчас идет месяц сиван* и в этот же период вступает в права Рак. В нем есть две яркие звезды, которые называются Ослята, — Пак взял в руку тонкую палку и нарисовал кружек, — вообще люди и космос тесно связаны, но почему то малое количество идет изучать звезды. Ну так вот, ты родился в период Девы, — он рисует несколько кружечков и соединяет их линиями, — вот. — Это похоже на человека, если повернуть голову, — за словами поворачивая голову, сделал вывод Чон. — Поэтому это и Дева, — после последовал тихий смех старшего. — Ну ладно, ты реально много знаешь об этом, — что за детские сказки он мне сейчас рассказал? брехню какую то на уши повесил, — Если честно, то я удивлен. А кто научил тебя всему этому? — Вообще меня этому научил придворный астроном. Но если бы не мой друг, то я бы уже давно это бросил. Но он меня насильно заставлял учить это, — Чимин засмеялся от этого воспоминания. — А у тебя хороший однако друг, — подметил младший. Он всеми силами пытается продолжать разговор, а не впиться зубами в эту длинную шею и как бы не переломать все косточки в его теле. Он старается, но получается плохо хорошо. — Да, хотя он старше меня у нас очень много общего. Вообще он знает меня с самого моего рождения. Он заботился обо мне и воспитывал. — Ого да он реально крутой! — Чони осталось совсем не много, надо закруглятся. Солнечный свет из светло желтого превратился в золотой. Так солнце предупреждает о скором своем исчезновении. Вся природа готовится к ночи впадая в полнейший покой. Юноши так и сидят не навязчиво болтая, но уже понимая что нужно прощаться. Вот они приподнимаются и встают на ноги. И никто не может сказать тех самых слов прощания. Чимин делает осторожные шаги в сторону Чона и расправив руки обнимает младшего. Тот же в свою очередь находится в небольшом шоке и старший этим пользуется. Аккуратно приподнявшись на носочках он целует своими пухлыми и мягкими губами гукову щеку, такую же мягкую и теплую. И тут же отстраняется и быстрым шагом направляется прочь. Мозг Чонгука начинает работать вовремя, но не так как надо. Через минуту он ударит себя по лбу за это. — Чимин! — решает окликнуть его Чон и тот поворачивается остановившись. Все его лицо красного цвета, а глаза огромные от удивления, — как зовут этого твоего друга? — Юнги! Мин Юнги!

***

— Ну а теперь после того как вы оба все это услышали у меня есть пару вопросов к тебе, Юнги-хен...