Страх или нечто иное..

Очнулась я на мягкой постели. Солнце било прямо в глаза, однако это чувство не было неприятным. Тело ломило, но тепло кровати придавало некую силу и энергию. Однако.. как это возможно? Последнее, что я помню - побег, который, к слову, вроде как не свершился. Понемногу раскрыв глаза, мой взор пал на белый и чистый, освещённый лучами восходящего солнца, потолок. Я дома. Родные стены, шторы, окно.. Этого просто не может быть! - Господи, господи, господи..! - залепетала я, резко привстав на локтях, и несмотря на тупую боль во всём теле, а в районе шеи тем более, начала вертеть головой из стороны в сторону, глазами искать телефон. И, как же это не странно, он действительно оказался на прикроватной тумбочке. Я без промедления взяла его в руки. Боже, так он ещё и не отключён! Неужели мне всё это просто приснилось? Я молилась, чтобы всё это был лишь кошмар! Кое-как разблокировав мобильник трясущимися руками, невольно глотаю больше воздуха в лёгкие.

«Суббота, 15:36 7 пропущенных»

Взгляд тут же медленно перемещается на руки, что судорожно держат телефон. Эти руки, перепачканные в какой-то грязи вперемешку с кровью, должно быть, не лучше и меня самой в данный момент. Это кошмар, верно. Но наяву. Невесомо касаюсь пальцами кровати и кладу телефон. Тело непроизвольно медленно развернулось, голые ступни ног коснулись холодного пола и слегка загудели от боли, а я осторожным шагом, словно бы боясь упасть (хотя почему «словно»? Мои ноги и впрямь держали меня из последних сил), направилась к зеркалу в комнате. Меня не беспокоили пропущенные звонки, меня сейчас даже не беспокоило возможное состояние тётушки на почве переживаний о моей пропаже, если вообще и были такие переживания, конечно; не беспокоило нынешнее отношение Джона к моей основе. Меня не беспокоило сейчас ничего, кроме моего тела. Израненного тела, смотря на которое я могла только поражаться тому, каким образом я заработала эти раны. Я даже не замечала пыльную, местами грязную и изорванную одежду, моё внимание было помешано лишь на царапинах, что были повсюду: на руках и ногах. И даже на лице. Всевозможные опухоли, боль которых начала вновь ощутимо пульсировать. Колени, кисти рук, шея, осунувшееся и слегка побледневшее лицо. Мне было страшно смотреть на себя. Страшно и жалко. Жалкая. Позволила ему сотворить с собой такое. И остаться в живых. Будто бы ничего и не было. Но уж после увиденного я не могу сказать, что всё произошедшее - сон. О нет. Далеко не сон. Я видела наяву его чёртово лицо, чувствовала его бешенное дыхание на своей коже, своими собственными руками лечила его грёбанную рану! Это всё было наяву! Целых два дня.. Он продержал меня там два дня. Вдоволь поиздевался и с какого-то перепугу отпустил меня домой.. Не просто отпустил, а вырубил и привёл саморучно! В мой дом! Он ненормальный. А в этом кто-то сомневался? Я не могу найти объяснение его действиям. Он хотел свести меня с ума? Так я уже.. Почти сошла. А он смотрит.. наблюдает.. наверняка наблюдает за мной и смеётся, падла! Прежде сжатые руки в кулаки мгновенно расслабились, коснувшись лица. Глаза, что недавно беспорядочно бегали по одинокой и холодной комнате, остановились на спокойно лежащем телефоне. И всё же, я дома. Нужно позвонить, но.. Как я в таком состоянии кому-либо позвоню? Что скажу? Это же глупость.. Возможно, я бы действительно могла направиться сейчас прямиком в полицейский участок, но слова, брошенные этим мерзавцем в последний раз (в последний ли?) всплывают вновь и вновь в моей голове.

«Все эти тупые, жирные ублюдки и так знают обо мне, рыщут везде, да вот только найти не могут. Олухи. И то, что ты сдашь меня, никак им не поможет. Ведь до сих пор они так и не приблизились ко мне. А вот тебе, боюсь, будет потом только хуже. Так что думай о том, что делаешь.»

Нет, глупо, глупо, глупо… Но что именно «глупо»? Послушаться убийцу и, возможно, выжить? Ведь он, наигравшись, вернул меня домой. Этот поступок и вправду не несёт в себе никакой логики, однако.. Что я могу сейчас сделать? С другой стороны, ещё глупее, наверное, будет пойти обратиться в полицию, при том, что убийца буквально сказал: «Я слежу за тобой». Это будет не иначе как самоубийство чистой воды. Хах, он «наигрался»? Я и впрямь считаю, что этот ненасытный и безумно-дикий убийца, наверняка не оставляющий ни одну свою жертву живой, оставил меня? Нет, это точно не конец. Мои раздумья прервал назойливый телефонный звонок, от которого я всем телом дёрнулась в страхе. Как можно скорее подбежала к смартфону и, схватив в руки, застыла.

«Джон»

Что делать? Что сказать? Что ему надо? Эти вопросы извивались в моей голове подобно куче грязных дождевых червей. И не одно моё объяснение, которое я должна бы была ему сказать не казалось правильным. Чёрт бы побрал этого маньяка! Поиздевался и бросил? Бросил сюда, чтобы понаблюдать, как я мучаюсь собственными же мыслями, отбиваюсь от родных и близких, каким-нибудь образом стараясь отгородить безумного преступника от наказания? - А-алло? - это я? И правда. Зачем? На кой чёрт подняла трубку?! Что я скажу.. - Ты долго не брала трубку, Рокси, - голос Джона был почти что таким же, как и в последний раз: по странному холодный, возможно обиженный. Почему? Почему я не слышу в его голосе переживаний? - Рокси? - ааа, да. Точно. - Алло, ты слышишь? - голос в трубке продолжал звать и звать меня по имени. Конечно, он не волнуется, ведь вряд ли знает, что я пропала. - Я слышу, Джон. - Я.. уже испугался, - выдохнул он, тут же продолжив. - Так вот, я чего звоню. Мы не виделись уже два дня, если не больше. Ты.. не против увидеться как-нибудь? - возможно, переживаний в его голосе всё-таки было предостаточно, однако они были явно не по поводу моего отсутствия. - Мм, знаешь, Джон, - я начала как можно спокойнее, вперившись взглядом в точку на стене напротив. Только бы не задрожал голос. - Я заболела сейчас пуще прежнего, так что, боюсь, как бы не заразить тебя. Но.. Я не против встретиться с тобой чуть попозже. С тобой мне.. спокойно. Зачем.. Зачем я сказала эти слова, что вырвались сами собой. Это было отчаянной правдой, хотя после произошедшего со мной, лучше бы Джону держаться подальше от меня. После сказанного мной, в трубке несколько секунд царило молчание. - Вот как. Тогда, может, я могу чем помочь? Принести что-то или.. - Нет. - Резко ответила я. - Не хочу тебя обременять. Слушай, - от напряжения дыхание учащалось, казалось, он вот-вот поймёт, что со мной что-то не так. Уж как бы мне не хотелось ему попасться. Я не объясню ему всю ситуацию. Придётся врать. А врать Джону.. не хочется больше всего. - мне сейчас нужно выпить лекарство, так что потом созвонимся, хорошо? - и вновь тишина. Видно, он в который раз задумался. - Да, конечно. До встречи. И послышались телефонные гудки. Тут же пролистав журнал вызовов, я поняла, что все 7 пропущенных звонков были от тётушки. Бедная женщина, наверняка, уже заявила в полицию. Я просто обязана ей позвонить и сказать.. что всё хорошо. Пусть это и не так. Тёте Вивьен, боюсь, я не смогу солгать. Она, конечно, всенепременно примчится сюда и, завидев меня, покалеченную, вряд ли поверит в любые мои отговорки. И опять же, несмотря ни на что, большой палец правой руки нажал на кнопку вызова. Зачем? Что ты творишь.. Я, в ожидании уже услышать волнующиеся крики тётушки, прикрыла глаза и судорожно выдохнула, присев на край кровати. - О, Бог ты мой, Рокса! Наконец! Я так перепугалась. Ты где? Дома? - и всё же меня поприветствовали её крики. - Я не смогла вчера забежать к тебе в гости, прости, дорогая. Твоя сменщица вчера позвонила и тоже сказала, мол заболела. Видишь, какая напасть! Ничего не остаётся, кроме как самой сидеть за кассой.. К тому же наступили выходные, и пошёл наплыв клиентов. Так что ты, Рокса, побыстрее выздоравливай. Не может же тётушка одна тянуть на себе цветочный магазин, - женщина всё тараторила и тараторила, кажется, на её слова можно было ничего не отвечать; монолог её вполне устраивал. - Я.. даже не знаю, тётушка. Как бы мне хуже не стало.. - Да что же это такое? Неужели грипп.. Ну, ладно тогда. Ох, созвонимся потом, Рокса! У меня клиент, - и женщина отключилась. Видимо, я совсем зря переживала. Никто не заметил моей пропажи.. С одной стороны, это хорошо; нет переживаний окружающих - нет проблем для меня, но.. С другой.. прошло целых два дня. А всем всё равно. Я могла бы быть уже и мертва, а они так и не спохватились. Хах, «они». Будто бы их так много. Лишь тётушка да Джон. Самые близкие, да? Ещё немного поразмыслив о смысле моего нынешнего бытия, я, встав с кровати, медленным шагом направилась в ванную комнату. Мне просто необходимо умыться. Смыть с себя эту грязь. Эту вонь. Я до сих пор чувствую на себе его руки, чувствую его дыхание, его горячую кровь, ещё помню ту вонь из пакета, что он мне совал прямо в лицо. О нет. Комок, стоящий всё это время где-то районе лёгких, казалось, мгновенно переместился к горлу и.. меня чуть не вырвало. Нет, мне определённо не стоит всё это вспоминать. Уже в ванной, раздевшись догола, отбрасываю грязную и местами порванную одежду в сторону. Её теперь только на выброс. Поворачиваю кран горячей воды, одновременно разбавляя с холодной, и комната наполняется шумом. Ванна, наверняка, то, что мне сейчас нужно. Случайно мой взгляд падает на зеркало в полный рост. Я вижу всю себя. Без одежды. Моему взору открылись абсолютно все участки тела. И без того худая, за эти два дня я успела немного осунуться. Конечно, не могу сказать, что стала похожей на скелет, нет, вовсе нет. Но множество синяков разных размеров, от мала до велика, придавали моему телу ещё большую худобу. Синяки, царапины с ещё засохшей кровью, опухшие ушибы и бледность. Замечательно. Что бы подумал мой убийца, будь он сейчас тут? «Прекрасно. Как и моё лицо.» «Ну что за ужас. Тебе не хватает кое-чего, уродка.» Или просто промолчал бы, что-то отметив в своей голове. Он самый настоящий чёрт. Одна моя рука невольно коснулась щеки, отчего едва заметная припухлость под ладонью болезненно заныла. Второй рукой я, кажется, также неосознанно провела по животу и кончиками пальцев спустилась ниже, к бёдрам, словно бы очерчивая нездоровый контур своего тела. - Этими руками.. - этими руками я залечивала его рану. Очень зря. Он бы всё равно не погиб. Такие, как он, сразу не погибают. Такие сволочи ужасно живучи. Пока я смотрела на грязные пальцы своих рук, в ванной начинало всё заволакивать паром. О, да. Горячая ванна. Возможно, хоть так я смогу очистить себя от него. Конец POV Рокси POV Джефф Люди глупые создания. И я даже не поверю, если мне будут говорить об обратном. В тщетной попытке выжить, они хватаются за всё, что видят. Эта дура не единственная, кого я отпустил. Ненадолго. Как же я хочу понаблюдать за этими попытками вырваться, убежать от меня! Словно мышь в клетке. Вот только, как жаль, что далеко убежать просто невозможно. Интересно, догадывалась ли хоть одна, что отпускал я их не просто так? Знали ли они, что за ними подсматривают мои ужасно прекрасные глаза? Вряд ли. Их глупости можно было позавидовать. Ох, мне нравится..! Как же мне нравится смотреть на эти лица, искажённые в судорогах от боли и отчаяния, от полного понимания бессмысленности всех своих действий, рвений выбраться от моей хватки. Уж какое мне доставляет удовольствие наблюдать за их лицами, сходящими с ума, за этими глазами, которые постепенно теряют тот огонёк, а в конце и вовсе угасают. Они сходят с ума, а я за этим наблюдаю. Очень тихо. Совсем не ощутимо. Они даже не подозревают. Ты не одна, Рокси. Не одна, кого я отпустил на волю. Не первая, кого я «оставил в живых». И не последняя. Ахахахахаха! Да! Именно! Я «оставляю их в живых»! Я даю им шанс хоть немного пожить нормальной жизнью, насладиться этими последними моментами.. Попадались такие, кто действительно задавался вопросом: «Какого чёрта я дома? С хера ли он меня отпустил?!». Ну а глупышки лишь счастливы были. Просыпались, радовались, чуть ли не рыдали. И тут же бежали в полицию. Тц, ну и правда ведь, глупо. Какой раз, блять, я им всем говорил, что нет смысла сдавать меня копам. Но они раз за разом бежали туда, будто бы видели в полицейских придурках своё единственное и НАДЁЖНОЕ спасение. Но нет. Ох, как же меня это злило! Злила их тупоголовость! Ты, мерзкая шлюха, после моего предупреждения, реально туда побежала? Мозгов нет. Сама виновата.. Я ведь не хотел тебя убивать.. Аха.. ахахахаахаха!! О, да! Я ведь «оставил тебя в живых»! Я! Ты должна была просто.. просто радоваться своим мирным денькам! А я должен был наблюдать. Наблюдать за твоим уродским лицом, которое день за днём лишь становилось прекраснее. От этих мешков под глазами от недосыпания, от бледности, от синяков и царапин, что оставляли бы после себя только шрамы. Ну разве это не прекрасно? До сих пор слышу в своей голове шёпот одной из тех.. Она доживала уже последние свои деньки, но каждый день продолжала спрашивать у самой себя: «Этот пугало.. что он сделал со мной?». Обидно было. Ведь я не пугало. Честно сказать, пусть я и хотел полнейшего их уничтожения, для меня было странным, что эти дуры не могут просто спокойно продолжить жить, ведь.. я выпустил их. Почему нельзя начать просто радоваться? Не бежать в полицию при свободной минутке, не гнобить себя и закрываться от родных? Хотя, в любом случае, я убил бы их. Несомненно. Другого и быть не может. Однако я просто не могу этого понять. До сих пор. И пусть так, меня по-прежнему продолжает почти возбуждать это лицо, эти изменения в её поведении. Ты так боишься. Тебе безумно страшно. Я вижу как ты трясёшься, забившись в углу тёмной комнаты. Даже сейчас, вспоминая это, я.. не могу сдержать рык. И всё правильно. Уж пусть будет так. Пусть они меня боятся, пусть понимают, что от меня не сбежать. Как же я люблю умненьких. Таких догадливых.. С ними интереснее играть. Над ними интереснее издеваться. От них априори ждёшь чего-то.. нового, неожиданного. Не глупышки, нет. Если ты умненькая, ты обязательно сойдёшь с ума. Они понимают всё, хоть и не видят меня, но они знают. Знают, что я где-то рядом. А это так и есть, чего греха таить. Порой, забраться в их дома, не составляет никакого труда. Не до конца закрытые окна, форточки, подвалы, чердаки, незакрытые двери.. А потом они удивляются и пугаются, откуда же в их доме убийца! В этом плане умненькие такие же. Все они такие неосторожные. Это мне на руку. Я оставляю тебя в живых, а ты сходишь с ума. Всё так, как я люблю. Всё правильно. Всё идёт своим чередом. Порой, мне даже не стоит ничего делать, они сами кончают собой. Кто в прямом, кто в переносном смысле. И это прекрасно. Хотя, признаться, вгонять в их горло, живот, печень нож вновь и вновь, наблюдать, как они захлёбываются в собственной же крови; как красная струйка течёт и из их раны, которую, «к сожалению», никак не заткнуть, и изо рта прямо по бледной шее; смотреть, как быстро угасают эти некогда блестящие глаза, что молили меня остановиться, намного увлекательнее. Это великолепно. Будоражит. Даже сейчас. Как приятно.. это вспоминать. Рокси, видно, относится к разряду умненьких, раз уж она не обратилась сразу же в полицию. Возможно, она могла бы обратиться потом, однако её разговор с кем-то по телефону дал мне понять, что она никому не расскажет об этом. Она, как я понял, созванивалась и Джоном, и с бабкой или кто она там ей. И ни одному, ни другому не рассказала о произошедшем. Думаю, её сумасшествия долго ждать не придётся. Чего только стоил этот взгляд, устремлённый в зеркало, плавно бродивший по полуголому телу; её глаза, влажные не то от отвращения к самой себе, не то от навернувшихся слёз с испугу; губы, которые она нервно покусывала, наверняка, сама того не замечая. Казалось, она сойдёт с ума прямо здесь и сейчас. Было бы ужасно. Не хотелось бы за этим наблюдать. Ведь так бы она себя показала, как скучную суку. Но как она «взяла себя в руки», о, да.. Никому ничего не растрендела, однако у зеркала продолжала что-то там бубнить себе под нос. Чудачка. А потом спокойно отправилась в ванную. Какое же это везение и чудо, что она живёт в доме, постройка которого имеет между стен проходы. Сюда можно забраться с подвала, который почти никогда не закрыт, а если и закрыт, то замок его такой же непрочный, как и психика всех моих жертв после встречи со мной. Здание же настолько старое, что стены его деревянные и в некоторых местах имеются едва заметные трещины. Благодаря этому, кстати, я и могу сейчас наблюдать за всем происходящим. Уж не думал, что в таком райончике дома старее меня в десяток раз. Я мог спокойно бродить между комнат, в стенах, а она и не знала, что не одна. В принципе, наверняка не может и предположить, что я здесь. Это привычно для меня. Привычно, что меня не замечают, но это и удобно. В ванной, уже раздевшись почти догола, эта дура продолжала зырить на себя в зеркало. Какой в этом смысл? Она что, впервые видит себя? Или больна завышенной самооценкой? Если так, то по ней не скажешь. До сих пор не могу понять, о чём они думают каждый раз в этот момент, но, готов поспорить, все эти сучки размышляют однообразно, однотипно. Думают об одном. Но о чём? О том, как же я их потрепал? Ну да, но прежде они выглядели ещё ущербнее, так в чём проблема? Неужели их так пугают пара царапин и бледность? Сейчас, к слову, эта чудачка выглядит вполне себе сносно, на мой взгляд. Самое то. Уж лучше того, что было. Почти прекрасно. - Этими руками.. - её и без того тихий голос, приглушённый шумом набираемой в ванне воды, казалось, расслышать совершенно невозможно. Но эти слова я всё же услышал вполне отчётливо, даже сквозь свои мысли. Она стыдливо и как-то рассеянно покосилась на свои руки, что были в грязи и.. кажется, крови. В моей? Точно, ахаха! Эта чудачка залечивала мне рану! Спасла меня собственными руками! Наверняка, сожалеет сейчас об этом. С другой стороны, она могла ведь убежать. В тот день я был не в состоянии бегать за этой дурой, хотя и не отрицаю, что потом пошёл бы её искать. Чтобы прикончить. Чёрт, до сих пор не могу поверить, что дал возможность одному уёбку зарядить в меня ножом. И с какой стати в наше спокойное время какой-то левый чувак расхаживает по улицам с холодным оружием?! Дикий что ли..? В конце концов, увернуться от его удара не составило и труда, пусть он меня немного и задел. Ух, хорошенько я его после этого уделал. И живого места не осталось. Точнее.. вообще ничего не осталось! И всё-таки удобно держать под рукой кого-то типо этой чудачки. Пусть и кое-как, но она залатала мне эту ёбанную дырень. Вполне удобно.. Сам-то я вряд ли мог бы и с места сдвинуться. Эта дура даже не убежала. А я этого ожидал от неё и, честно сказать, уже готовился направиться к ней домой по утру. И кой чёрт меня потянул на второй этаж? Мне это казалось таким бредовым предположением, что она там. И каково же было моё удивление, когда я, открыв дверь, реально увидел её в комнате наверху! Пока я размышлял о том дне, чудачка уже успела опуститься в горячую воду. С какой-то стороны.. я им немного завидую. Пусть они все такие никчёмные, но могут вот так спокойно провести время в ванной. Или на свежей мягкой кровати.. Срань господня, да это, кажется, моя усталость тому виной этим мыслям. Всё-таки, рано или поздно задыхаешься от такого образа жизни, как мой. Постоянный бег. Требуется передышка. Что-то типо того.. Мой взгляд сквозь щёлку в стене гулял по прозрачной глади воды, в которой отдыхала, прикрыв глаза, чудачка. Меня уже давно перестало возбуждать голые тела девушек. Никаких чувств. Никакого чёртового трепета, о котором так часто все говорят. И сейчас ничего. Если только.. какое-то лёгкое раздражение. Вооот. Вот оно. Именно раздражение и злость, являющиеся неотъемлемой частью моей жизни, возбуждают меня не по-детски. Просто сносит крышу. Возможно, меня разозлило спокойное лицо чудачки, которая, вероятно, посапывала. И с хера ли она так спокойна после всего? Не ты ли несколько минут назад зависала над зеркалом, разглядывая бедную себя? Как же меня раздражает твоё спокойное поведение. Лишь только мысль о том, что скоро этому придёт конец, нереально успокаивает и, блять, даже возбуждает! Сделав случайный шаг назад, я врезался в стену позади, отчего тут же замолк. Сука! Этого ещё не хватало. Грёбанные узкие проходы пиздецки бесят, не пройти, не проехать! Вот уж будет здорово мне сейчас спалиться. Причём перед кем? Перед ебанутой чудачкой! Хотя вряд ли она допрёт, что я здесь. Конец POV Джефф POV Рокси Горячая вода действительно расслабляет похлеще других средств по типу ромашкового чая и подобного; она, кажется, даже исцеляет. Конечно, это не что иное, как самовнушение, но я прямо-таки чувствую как легонько пощипывают мои царапины на теле, тут же затягиваясь. Ох, ну да, конечно.. И всё же становится гораздо легче: мышцы, напряжённые всё это время, наконец расслабляются. Слегка приоткрыв глаза, провожу ладонью от колена и по бедру, оставляя за собой тянущийся, мокрый кроваво-грязный след. Бесполезно. Даже в воде эта грязь отныне преследует меня. Я вижу её даже с закрытыми глазами. Эту картину в моём воображении рассеивает неожиданный хлопок за стеной. Шум явно доносился не со стороны соседей, так может ли это значить, что он вновь здесь? В моей квартире? Это наверняка он. Никто другой и быть не может, но.. какого чёрта он здесь опять забыл? Пришёл за мной, а я оказалась заперта в ванной и решил таким образом вытащить меня отсюда? Боже, ну и что я несу? Совсем крыша поехала. Кажется, паранойя берёт своё. Мне просто показалось. Подумаешь, что-то упало.. Хотя не было похоже на звук чего-то падающего.. Плевать. Показалось. Но нет же.. Я слышала! С другой стороны, он бы не позволил мне его услышать. Ну вот, уже спорю сама с собой! Ещё с минуту я колебалась над своими действиями и почти вылезла из ванны, одной ногой касаясь мягкого коврика и руками вцепившись в бортик ванной, безотрывно глядя на дверь, будто та вот-вот слетит с петель, и ворвётся этот псих с ножом. Но потом я подумала: а не всё ли равно? Он отпустил меня, хотя да, наверняка, ещё даст о себе знать и не раз. А кто его знает, возможно, он и вообще следит за мной теперь? Может быть ему в кайф не просто убивать людей, а в придачу ещё и издеваться над ними, после чего бросать и смотреть, как они поведут себя. Уверена, любой бы поехал крышей после тех двух дней, начал постоянно бы озираться, избегать людей, а то и вообще перестал бы выходить из дома. О, да, именно так. Вероятно, это его план. Он ненормальный. Ему в кайф наши мучения. А раз так.. - Хрен тебе, - одними губами прошептала я, закрывая глаза и спокойно погружаясь в воду. С головой без мыслей.