Проснуться, вспомнить и забыть...

– Все, ребят, на сегодня все, – Фрэнк с размаху кинул толстенную папку на стол. – Смена кончилась – все на заслуженный отдых. Нас было только трое: Алиса временно ушла из аврората – маленький ребенок и все такое, так что маленький кабинет, рассчитанный на дружную компанию человек в восемь, теперь был отдан в наше полное распоряжение. Сириус, притворно кряхтя, приложил к своему синяку на скуле галлеон. Да уж, досталось нам сегодня, ели приползли с задания. И ведь, что самое обидное, не из стычки с Пожирателями. Просто производили задержку какого-то психанутого мага, бегавшего по улице и накладывающего на прохожих разнообразные проклятия. Мало нам Волдеморта, так еще и с буйными психами дело имеем. – Точно все? – проворчал он, ощупывая пальцами свою болячку. – А то с Хмури станется нас еще задержать и отправить охотится за Пожирателями. – Точно, – Фрэнк открыл шкаф, пытаясь отыскать там свою мантию. – Кстати, Джеймс, – что еще? – Хмури что там сказал о том, что он хочет тебя видеть в своем кабинете. Срочно… Упс… Что я такого натворил? Мое богатое воображение уже нарисовало образ убеленного сединами и Годами и испещренного морщинами и шрамами Аластора, который, вооружаясь палочкой, со зловещей ухмылкой на устах приближается к привязанному к стулу подчиненному, так что меня сейчас больше волнует, на кого я оставлю молодую жену и еще совсем малолетнего сына. На Сириуса? Ха, доверишь ему Лили. Придется ведь его откапывать из-под земли, потому что навряд ли милая Лил поймет шутку, что Бродяга ее опекает. Нет, конечно. Она тоже любит пошутить, но чтоб так… – Прямо так и сказал? – может Лонгботтом все же надо мной прикалывается? Вот как всегда, я опять попал в за… затруднительную ситуацию. Почему именно я? – Хорошо, я тогда пойду. Сириус опять приложил к синяку монетку, теперь, правда, сикль (галлеон, видимо, уже нагрелся) и обворожительно улыбнулся. – До встречи, Сохатый, – он вяло махнул рукой, – передай привет Эванс и скажи, что в воскресенье я на ужин прийти не смогу – мотоцикл что-то барахлит. Хорошо. Фрэнк тоже махнул рукой на прощание. Ну, Джеймс, к начальству на ковер? Какой там у Хмури кабинет? Тот ближний, что по коридору слева, или тот, до которого полдня добираться? А ты как думаешь, Сохатый? Конечно, по закону мировой подлости – дальний. Ненавижу этот коридор, и даже ведь окон здесь нет. Хотя, какие сейчас окна, один ураган и тайфун. Кому-то, чувствую, снова зарплату придержали. Нет бы придумать какой-нибудь другой, более оригинальный, способ выражать свое возмущение. Мне навстречу вышла из кабинета Хмури низенькая, противная на вид, толстая женщина с выражением высочайшего презрения на лице, похожим на жабье. Искоса поглядев на меня, она криво усмехнулась и поздоровалась. Голос у нее был тонкий, девчоночий. Совсем неожиданно для такой комплекции. – Мистер Поттер, я полагаю? – мисс сама показная любезность! – Э… мисс – Долорес Джейн Амбридж, – жаба улыбнулась. Что-то мне хочется увидеть, как она мошек ловить начнет. Амбридж… Амбридж… «Я не должен лгать»… Джеймс, ты точно головой недавно стукнулся, с чего я не должен лгать? Тем более этой женщине, которую впервые в лицо вижу. Особенно женщине, которая очень похожа на сытно пообедавшую мухами жабу. С такими принцип действует: меньше спрашиваете – меньше услышите лжи. И все же она сейчас квакнет. – Мисс Амбридж, – надо быть вежливыми, вдруг сорвусь. – Я приношу свои соболезнования… Ей-то какое дело? Если она сейчас не заткнется, ее заткну я, и мне плевать, что мне за это будет! – Спасибо, – спокойно, Джеймс, спокойно, – мистер Хмури на месте? Женщина сморщилась, словно от зубной боли. – Да. До свидания, мистер Поттер. Она посеменила дальше по коридору. Преодолев жгучее желание послать ей вдогонку заклинание, что заставило бы ее квакать неделю минимум, я вошел в кабинет. Э… я не вовремя? Директор? Здравствуйте, профессор Дамблдор. Директор весьма вольготно расположился в одном из кресел Хмури и ел свои лимонные дольки. Интересно, а кто первый предложил Дамблдору их попробовать? Исторический вопрос… Сам Хмури стоял, прислонившись к стенке шкафа. – Здравствуй Джеймс, – и вам того же, профессор. – Мне уйти? – внезапно спросил Хмури, бросая на директора странные, наводящие на всякие дурные мысли взгляды. – Нет, останься, Аластор, – Дамблдор соизволил оторваться от своих сладостей и оглядел меня с ног до головы. – Тебе лучше сесть, Джеймс. У меня дурное предчувствие, очень дурное предчувствие. Неужели что-то случилось с Лили? – Джеймс, недавние нападения на твоих родителей, – Дамблдор глубоко вздохнул, – и кое-какие другие события заставили меня решиться на подобный разговор. С этого момента поподробней. Хмури поднял одну из своих кривых бровей. – Что вы имеете в виду? – Ты же знаешь, что у Ордена Феникса есть свои шпионы в рядах Пожирателей смерти. Кто ж этого не знает. Ну, я беру в расчет только членов Ордена. А другие… сам-то Орден тоже строго засекречен. Номинально есть, официально отсутствует. – Так вот, один из них доложил мне, что за тобой и твоей семьей охотится Волдеморт. Волдеморт за моей семьей?! Что ему от нас нужно? – Его цели, – Дамблдор пристально взглянул на меня, – пока нам не ясны. Такое чувство, что вы, профессор, что от меня скрываете… и многое скрываете! – Но ясно то, что тебе, Лили и вашему сыну нужно пока скрыться. Где? Дамблдор вздохнул, Хмури пожал плечами. – Пока мы не найдем хорошего убежища, я предлагаю вам переезжать с места на место. Весело. – На сегодня мы можем остаться дома? Директор покачал головой. – Каждая минута на счету. Пожиратели могут в любой момент появиться в Годриковой Лощине. Да? И что нам сейчас делать? Ждать их появления? – Сегодня я вас жду в Хогвартсе. Я уже прислал к Лили братьев Пруэттов. Они помогут ей собрать вещи. Постарайтесь управиться как можно скорее. С этими словами Дамблдор попрощался и вышел из кабинета. Хмури проводил его мрачным взглядом. Как же мне это все не нравится. Надеюсь, что мы с Лили выдержим это.