after

Конец декабря в Нью-Йорке совершенно особенный. Усыпанный снегом, сверкающий мишурой и переливающийся огоньками гирлянд в витринах и на деревьях. У Центрального парка пахнет морозом и хот-догами. Здесь много туристов и места для нормальной прогулки маловато. Все толкаются, смеются, фотографируются. Всем весело. Ведь сегодня сочельник, завтра Рождество и более семейного праздника не придумать, наверное. Юнги улыбается уголками губ, выдыхает клубочки пара, ускоряет шаг. Ему хочется быть подальше от этой праздничной суеты, но и одновременно жжётся в груди желанием нырнуть в самую её пучину. Да только вот он от дома очень далеко и ему не светит семейного торжества. Впрочем, не его он желает так страстно. Юнги не особо задумывается, куда идёт. Ему просто хочется потеряться в этом городе. Найти какую-нибудь кофейню, взять с собой кофе и гулять-гулять-гулять, пока не наступит ночь или мороз до костей не проберёт. Чимин далеко. Между ними сейчас полмира и Юнги так невыносимо тоскливо, что хочется позвонить и хныкать в трубку, словно капризному ребёнку. Он не фанат Рождества, но с тех пор, как Чимин появился в его жизни, этот день проводить в одиночестве стало невыносимо. Ведь они - семья. Так почему же не могу быть вместе сейчас? Чёртова работа. У каждого свой график и в праздники особенно жаркая пора, но Юнги бы плюнул на всё. Он согласился улететь в Штаты только потому, что знал - Чимин ни за что не откажется от работы на эту предновогоднюю неделю. А сидеть дома в одиночестве - гаже не придумаешь. Юнги бредёт по тротуару медленно. Словно время для него течёт совсем иначе, чем для других. Ему, если честно, хочется зайти в каждый магазин с красиво оформленной витриной, но и одновременно не хочется никуда, кроме как дальше-дальше по холодному городу. Правда, в один магазин он всё же заходит - с детскими игрушками. Ненадолго, просто хочет купить смешной красный рождественский колпак - Чимину такие невероятно идут. Впрочем, сложно сказать, что Чимину не идёт... Юнги вдыхает свежий воздух, выходя на улицу. Жмурится от начинающегося мелкого снега, натягивает перчатки и оглядывается - вдруг рядом есть какой-нибудь Старбакс? Тот обнаруживается на другой стороне улицы, прямо рядом с метро и Юнги нехотя плетётся к подземному переходу. Когда у него в руке долгожданный стаканчик с кофе, Юнги чувствует себя чуть лучше и даже от одного запаха кофе - бодрее. Из подземки обдаёт тёплым воздухом, будто заманчиво приглашая его спуститься в свои недра и уехать в гостиницу, а не морозиться, бродя по городу. Юнги отклоняет это приглашение, проходит мимо. Теперь его прогулка не такая унылая. Хороший кофе всё делает лучше, а воспоминания о том, как они проводили с Чимином в Нью-Йорке их первое Рождество - сладким сиропом растекается внутри, отдавая на языке привкусом пончиков и карамельного капучино, который Чимин тогда пил ежедневно, восторженно сверкая глазами. Смешной, счастливый, с усами из кофейной пенки над верхней губой. У Юнги внутри скручивает всё в приятной тоске и обожании к своему любимому человеку. Он вздрагивает, когда в кармане вибрирует телефон. Пришедшее смс от Чимина: "Привет, хён. Я знаю, ты сейчас, наверное, занят своей любимой прогулкой по городу, но вернись в отель, пожалуйста. Это очень срочно". Юнги удивлённо вскидывает брови. Он хочет позвонить, но решает, что лучше сделает это, когда доберётся до места. Что такого срочного может быть, что Чимин пишет ему так поздно... в Сеуле сейчас около трёх ночи. Юнги ловит такси и едет в гостиницу, предвкушая, что, возможно, там его может ждать подарок от Чимина. Подарок, и впрямь, ждёт его у парадного. Поворачивается к нему, сияя радостной улыбкой, и кидается на шею, обнимая. - Хён! - Чимини? - недоверчиво выдыхает Юнги, обнимая его за талию на автомате. - Что ты тут делаешь? - Я приехал отметить Рождество со своим мужчиной, - мурчит тот, наслаждаясь тем, что хотя бы здесь он может так открыто проявлять свои чувства. - Соскучился. Прости, что отвлёк тебя от прогулки. - Всё хорошо, - бормочет Юнги, носом утыкаясь в румяную щёку и ещё не до конца веря, что Чимин в его объятиях. - Я думал о тебе весь день. Казалось, что не выдержу и рвану обратно первым же рейсом. Чимин гладит ладонью его затылок, улыбается, чуть поворачивая голову. Нежно целует уголок губ. - Сегодня сочельник. Давай проведём его вдвоём в номере, а? Закажем много еды, купим вина и будем просто рядом. А завтра пойдём гулять. Юнги всё равно, если честно, где и как они будут проводить время, главное, чтобы вместе. * Свет в номере приглушённый. За окном валит снег крупными хлопьями. Телевизор играет совсем тихо, показывая "Один дома". Двое на кровати целуются, прижимаясь друг к другу крепко, тесно, так чтобы между телами не протиснулся даже волосок. Чимин придерживает одной рукой подаренный ему колпак на своей голове, и смеётся негромко, когда Юнги тянет его на себя. Устраивается удобнее в любимых объятиях. - Хорошо, что ты уехал и дал нам возможность встретить Рождество далеко ото всех, - шепчет негромко. - Давай и Новый Год тут отметим? - Новый Год? - удивлённо переспрашивает Юнги. - А ты не на пару дней вырвался? Как же работа? - Да к чёрту эту работу, - возмущённо сопит Чимин. - Зачем она мне сейчас, когда вокруг такая сказка? Тем более это семейные праздники. И я хочу быть со своей семьёй. - Твоя семья в Пусане. - Дурак, - хихикает Чимин и тянется поцеловать хитро улыбающегося Юнги. - Ты моя семья. Люблю тебя. Юнги не отвечает - словами. Он целует Чимина, стараясь передать всю нежность и любовь, что каждый день с момента их встречи внутри всё копится, растёт, угрожая разорвать его когда-нибудь, словно огромный фейерверк, на тысячу сверкающих звёзд. Чимин утыкается после носом в его шею и тихо довольно сопит. Юнги знает, что он его услышал. Как слышал каждый раз, когда Юнги не мог подобрать слов. И Юнги благодарен. - С Рождеством, маленький, - шепчет он в теплые прядки светлых волос. И эхом получает оседающее горячим дыханием на коже: - С Рождеством, хён.