Армин и "Sims 4"

Блондину в голову пришла охренительная идея, которую он решил, что должен воплотить в реальность. «А вот я сейчас возьму и уберу кабинет математики. Совсем. Начисто. Полностью! Это ведь… сработает?» Арлерт по природе не был ни злым, ни жестоким, поэтому не собирался строить коварные планы по взрыву университета или уничтожению профессора. Все, чего он хотел, — отсрочка экзамена. Хотя бы на месяц. Лучше на два или три. Может быть, он и придумал бы что-нибудь поинтереснее, но увы — паника не давала сосредоточиться и принять адекватное решение. «Стоп. Если я просто оставлю на месте аудитории… Дыру, что ли? — это же будет… Ну и что это будет? — Армин хихикнул, но вскоре встревожился. — А если там навернется все к чертям собачьим и придавит еще кого? Нет, так нельзя, пол-универа на башку свалится — сразу не до веселья станет». Армин подождал, пока загрузится компьютер и принялся переоборудовать кабинет математики по своему вкусу. Для начала он снял доску и повесил вместо нее пару постеров с полуобнаженными лолями. Избавиться от парт и стульев тоже получилось гораздо быстрее, чем Армин предполагал изначально, а появившиеся на их месте столы с закусками и фруктами выглядели так, словно аудитория изначально задумывалась как студенческое кафе. Учительский стол отправился в небытие; на место внушительных каменных стен Армин поставил огромные прозрачные окна на всю стену. «Надеюсь, конструкция выдержит», — с опаской покосился на творение своих рук Арлерт. Все-таки ему совсем не хотелось, чтобы кто-то пострадал или получил травму… Впрочем, довольно скоро он успокоился: если все действительно так, как он предполагает, и если игра неким волшебным образом связана с реальностью, значит, ничего плохого не произойдет — даже если стены исчезнут вовсе. «А если игра ни на что не влияет, то и с кабинетом ничего не случится, — подытожил Армин, уничтожая стены полностью. — Вот заодно и узнаем. Конечно, дыра в корпусе университета выглядит не особенно красиво, но…» Таким образом, пару часов спустя кабинет математики исчез: на его месте обосновалось нечто невообразимое. «Гибрид кафешки с недостройкой», — хмыкнул Армин, сохраняя изменения в игре. — Экзамен отменяется, можешь даже не учить, — бросил он небрежно Конни, направляясь из комнаты в общую гостиную. Вообще-то Армин совершенно не планировал раскрываться перед друзьями; более того, Арлерта пугала даже сама мысль о том, что кто-нибудь может узнать о его фокусах с компьютерной игрой. Но один вид старого приятеля, по уши погрузившегося в подготовку к внезапной проверке знаний, обложившегося книгами и конспектами, вызвал в душе Армина жалость: Конни был до невозможности напуган и растерян, к тому же он понятия не имел, за что хвататься и периодически ронял то книгу, то тетрадь, то распечатки и копии конспектов. — В смысле отменяется? — переспросил Конни, отрываясь от занятий. — Тебе Ханджи сказала, что ли? А чего мне не написала? — В прямом смысле отменяется. Совсем. Завтра увидишь, — задумчиво произнес Армин, обдумывая, что он будет делать, если его затея не сработает и экзамен все-таки состоится… И что произойдет, если на месте кабинета математики действительно будет недостроенное кафе. Выходило, что оба варианта ему не нравятся: в первом случае Армину грозило отчисление, во втором — разоблачение: Конни обладал великолепной памятью, поэтому надеяться на то, что он внезапно забудет их разговор, не приходилось. В результате Арлерт полночи не мог заснуть: мало того, что ему не давали покоя мысли о грядущем экзамене, так еще и Микаса стонала всю ночь в соседней комнате. Сначала он злился, потом ему стало смешно, а под утро он уже знал, что весь день не даст лучшему другу покоя. Под конец он все же уснул, но через три часа взвыл будильник, и Армину пришлось вставать. Выйдя из своей комнаты, он увидел как Жан с белым от недосыпа лицом стоит на кухне и пытается приготовить себе завтрак. — Утречка… Да ты, никак, призрака увидел? — хихикнул Арлерт, похлопывая Жана по плечу и с интересом наблюдая, как тот пытается отрезать кусок хлеба, раз за разом промахивается и поводит ножом в пяти сантиметрах от булки, лежащей на хлебной доске. — А. Да. Удачно тебе воздух приготовить! Все еще посмеиваясь, Армин заглянул в комнату Эрена: — Утро доброе! Как спалось, ребята? Что такие сонные? Почему так долго дрыхнем? Где бодрость духа? Где готовность номер один? — Армин… Какого ты тут забыл? Чего орешь как укушенный? О-о-о, да свали ты куда-нибудь уже! Или хотя бы орать перестань, — буркнул Эрен. Веселая ночь сказывалась на его состоянии не лучшим образом: Йегер даже глаз открыть не мог, максимум, на что его хватало — завернуться в одеяло поуютнее и уткнуться носом в обнаженную грудь такой же сонной Микасы. — ОК, уже ушел, на занятия только не опоздайте, — довольный Армин пожал плечами и, подойдя к окну, сорвал несколько лепестков со стоящего там цветка, разбросал их над Эреном с Микасой, после чего выскочил из комнаты, опасаясь, что Йегер сейчас рассердится по-настоящему, пересилит лень и усталость и встанет, чтобы отвесить слишком бодрому с утра приятелю пару пинков. С громким хохотом Армин вылетел в гостиную, но тут же споткнулся, сбив кого-то с ног. Он уже ожидал выслушать свою порцию ругани от Жана — пока из всех обитателей комнаты 204 проснулся только он — и готовился ответить что-то в духе: «Сам ты слепошарый, нефиг было подслушивать под дверью!», однако, проморгавшись, с удивлением обнаружил перед собой незнакомую перепуганную девушку. Она молча уставилась на Арлерта, и у того возникло смутное ощущение, что он где-то раньше ее уже не то видел, не то встречал. Правила элементарной вежливости требовали перестать глазеть на сидящую на полу гостью и помочь ей хотя бы подняться, не говоря уже о том, чтобы принести ей свои искренние извинения. — Армин?! — тихонько прошептала девушка, глядя на Арлерта с изумлением. — Как ты изменился… Я тебя не сразу узнала… — Петра, — неверяще произнес Армин, моментально вспоминая и школу, и парные наказания за прогулы, и вечерние походы в кино, и драку подушками. — Петра! Как ты тут? Ты вообще как сюда попала?! Что ты тут делаешь? Иди сюда, прости, я тебя не сильно толкнул? Ты цела вообще? Петра смеялась, выслушивая этот сбивчивый поток вопросов и не успевая на них отвечать, и вытирала слезы, обнимая друга за шею, не обращая внимание на то, что в дверях уже толпились все обитатели 204 комнаты, включая сонных и недовольных Йегера с Микасой, которые, осознав, что выспаться им сегодня не удастся, решили все же подняться и узнать, по какой причине в общежитии с утра стоит такой гвалт. — Так что ты тут делаешь все-таки? — спросил Армин, когда первые восторги от нечаянной встречи поутихли и соседи, выяснив, что ничего страшного не произошло, разошлись по комнатам — кто досыпать, кто одеваться и готовиться к учебному дню. — Как ты тут оказалась? Специально меня искала или… — Или! — улыбнулась Петра, приглаживая руками растрепавшиеся волосы. — Я давно собиралась к вам перевестись, отправляла запрос за запросом, но ничего не получалось. То мест нет, то семестр в разгаре, то дисциплины не совпадают, то сдавать надо дополнительно 10 зачетов и 15 экзаменов. Я уж думала, так ничего и не выйдет… И вдруг… Представляешь?! Вчера вечером мне звонят и говорят, что с завтрашнего дня, то есть, получается, с сегодняшнего, я могу переезжать в общежитие вашего университета. Я всю ночь не спала, Армин! Все думала: вот сейчас засну, а потом выяснится, что мне все это просто приснилось… — Петра, — наспех одетая Микаса выскочила из комнаты, оттолкнула Армина и крепко обняла подругу (проницательный Армин заметил, что рубашка на ней надета на левую сторону, а джинсы и вовсе принадлежат Йегеру; очевидно, впопыхах девушка просто перепутала одежду и схватила то, что первое попалось под руку), — Как я скучала! Я думала, мне твой голос просто почудился, а это, оказывается, и правда ты… Ты как сюда попала?! Армин покачал головой и отошел в сторону. Как бы он не был рад видеть Петру, приходилось уступить место Микасе: в школе девушки были подругами, и сейчас им было необходимо поговорить: в противном случае Микаса просто не даст ему спокойно жить. Глядишь, еще и в драку полезет — с нее станется. Петра тем временем не выдержала и снова зашмыгала носом; Микаса и вовсе в порыве чувств разревелась. «Ну все, — обреченно подумал Армин. — Сейчас Ханджи заявится, Криста прискачет, за ней Имир нарисуется, да еще Сашу принесет… Эдак тут потоп будет!» — Что за хрень с утра пораньше, — буркнул Эрен, приоткрыв дверь своей комнаты. — Кого там принесло? Микаса, я штаны не могу найти, помоги, а? — Петра приехала, — срывающимся от слез и волнения голосом крикнула Микаса. — Да поищи сам, у тебя одна пара, что ли, на все времена года? — Петра? Вот черт, — ругнулся Йегер, захлопывая дверь. Судя по грохоту выдвигаемых ящиков, поиск штанов был в самом разгаре. — Ща я приду! Да где ж вы, мать моя женщина… Двери комнат вскоре начали открываться: студенты постепенно приводили себя в порядок и заполняли гостиную. Йегер, откопав где-то старые лыжные штаны, смел с дороги проходящего мимо Жана и тоже стиснул Петру в дружеских объятиях. — Петра! Я думал, у меня галлюцинации! — заявил он, широко улыбаясь. Жан, мысленно обругав Эрена, закрыл дверь своей комнаты, обвел глазами присутствующих и вопросил: — Армин… Он тут?