Я и Эдди

             С гордым видом несу пакет с пончиками. Ох и наемся же вкусняшек! Надеюсь, Эдди не будет попой-жопой и даст слопать все! Думаю. Мотаю головой. Не-ет. Не даст все. Опять скажет: «А моська не треснет?». Да как она вообще треснуть может? Она же моська! Она только попухлеет. Как жопка Эдди. Запрокидываю голову. Пялюсь на попу Эдди. Эх, хороша! Кхм…       Мимо, уткнувшись в телефон, проходит девчонка. Следом за ней семенит большой бежевато-белый мохнатый пёсик. Эдди поглядывает на пёсика с интересом. Пёсик на Эдди смотрит с любопытством. Это чотако?! Измена! Недовольно пыхчу, и пёсик смотрит на меня. А! Эдди! Чего он об меня тереться начал?! Его Хозяйка вон уже куда упорола! Давай, пёсель, топ-топ за ней! Начинаю бегать вокруг Эдди. Спаси! Чего он трётся. Ай! За хвост поймал. Чего он улыбается?! Паникую. Эдди хохочет. Пёсик об меня трётся. Я волк вообще-то! Уди, пёсель! Уди, сказал!       — И откуда это ты у нас такой милаха? — Эдди присаживается на колени, гладит довольно улыбающегося пса по голове.       А! Я ревную! Недовольно рычу. Пёсик прижимает уши к голове.       — Ну, Пушистый, не обижай его. Посмотри, какая у него мосечка.       Какая?! Морда наглая! Кыш-кыш! Начинаю рычать громче. Пёсик испуганно задрожал. Так-то! Эдди — моя собственность! Не отдам!       — Интересно, как тебя зовут? Будешь Милахой?       Милаха согласно кивает. Я отрицательно мотаю головой. Эдди! Ты чего его привечаешь! Скажи ему «топ-топ отсюда», и айда лопать пончики! Недовольно ворчу. Эдди поворачивается ко мне. Гладит. Млею. Целует. Всё. Я довольный.       — Пойдёмте! Пончики ждут, — Эдди хохочет.       Эдди идёт. Я иду за ним. Милаха топ-топ следом. Чонада?! Кыш! Недовольно рычу. Пёсик выпучивает глаза и сигает ближе к Эдди. Нашёл защитника! Ворчу. Недовольно так ворчу. Эдди хохочет, забирает у меня пакет с пончиками, достаёт с розовой помадкой и жуёт на ходу. А мне?! Облизываюсь. Эдди на меня косится. Хохочет. Чего смешного?! Отрывает небольшой кусок. С готовностью открываю рот. Вкусняшка кладётся на язык. Ням-ням — и нет вкусняшки. Радостно лаю и бегаю туда-сюда.       Проследивший за этим Милаха садится перед Эдди на задние лапки, трясёт передними и открывает рот. Попрошайка! Сбиваю его с ног и ложусь сверху. Скулит. Эдди смотрит укоризненно, но с улыбкой. Вкусняха победителю! А кто победитель? Правильно! Я! Открываю рот. Эдди хохочет, кладёт кусочек пончика. Милаха обиженно скулит. Слезаю с него. А он лежит. Чего лежит? Я же слез с него! Эдди! Пни его! А то у меня лапой не больно получится.       Эдди не пинает. Разламывает пончик на две части, одну съедает сам. Я думал, он вторую часть мне даст! А он Милахе скормил! А тот довольный такой, морда так и светится. Ревную! Рычу на Милаху, а он прячется за Эдди. Смотрю с подозрением. В атаку! Кидаюсь на пёсика, а тот, гавкая, от меня.       — Пушистый, не обижай его сильно! — вслед кричит Эдди.       Постараюсь! Убегающая цель — это что-то новенькое! Шустро бегает! Ура! Поймаю!       — Привет, парни! — кричит вслед нам администраторша и хихикает. Это именно она уговорила не садить меня в клетку, а отдать Эдди. Эдди изначально знал, что я проблемный. Что значит «проблемный»? Что я активный? Думаю. Плевать! У нас с Эдди любовь!       — Привет, Терри, — Эдди замирает рядом с девушкой, мы мчимся в обратную сторону. А ну, стой, комочек! Поймаю! Радостно лаю.       — Я так смотрю, Ярый неплохо поладил с Тристаном.       — А, вот как значит этого милаху зовут.       — Его Хозяйка, Маргарита, не особо с ним занимается, — девушка покачала головой.       — А зачем брала?       — Да кто ж её знает. Много у кого же вначале интерес, а потом угасает. Ты вон со своим второй год ржать не прекращаешь, а кому-то приедается и откровенно раздражает. А ты даже за поломанную мебель не ругаешь его толком.       — А чего ругать? Он вон какой игривый и активный. Тем более я был предупреждён. Правда, для меня стало неожиданностью, когда он мне в тапочки напрудил. Там такая лужа была, что я не знал, что делать: посмеяться от души или поругать за такие дела. Я предпочёл поржать. А ещё сидел с таким видом гордым.       — Да, у Ярого шило в жопе.       — Он его тут у себя искал там, когда я его так назвал! — Эдди согнулся пополам, заливаясь громким хохотом.       В который раз пробегаю мимо. Чего Эдди ржёт? Сажусь перед ним. Смотрю с подозрением. Что происходит? Мадама рядом с Эдди хихикает. Эдди ржёт. Только хочу высказаться по этому поводу, как в меня со всего маху врезается Милаха, и мы кубарем катимся по тротуару. Ты чего вытворяешь, моська наглая?! Вскакиваю на лапы и бегом за улепётывающим Тристаном. А ну, стоять, убегающая цель!       — Был у меня один мальчик-катастрофа, а теперь, чую, второй появился. Мало мне Багрянца было… — вздыхает Эдди и лезет в пакет за пончиком.