Ментальный хирург

[Архив] - Просто идем со мной, - сказала Габриэль, еще раз попросив Мартина. Тот вздохнул, - Хорошо, Риэль, хорошо, - Мартин встал и пошел за ней вниз к выходу, - Но я не знаю, что может быть такого важного, стоящего отвлечения от учебы. - А я покажу, - ответила девочка. Они вышли из дома, покинули пределы поместья. Габриэль вела Мартина к реке. - Мы что, идем к обрыву? – спросил он. - Ага, - Габриэль улыбнулась и больше ничего не сказала. - Хорошо, там Матиас с Тарестой. - Раз уж ты до этого догадался, - она обернулась, - То скажи, что они там делают. - Очевидно, Тареста учит нашего несчастного летать. Она остановилась, посмотрев на Юношу с удивлением, - А как ты… - Да разговаривал я с Матиасом об этом сотни раз. Он все верит, что, спрыгнув и изрядно себя напугав, он добьется воплощения крыльев. - А ты что думаешь насчет этого? Они подходили к лесу. До реки, перед берегами которой был крутой обрыв, было еще прилично. Через лес по протоптанной дороге нужно было идти около получаса. - Я думаю, что жизнь дороже. Матиас не решится, если он, конечно, не свято верит в ожидаемый результат. - Ну, а что, если… - Риэль, помилуй, какой человек, находящийся в здравом рассудке, будет это делать? А если с Матиасом Тареста, то она ему не позволит, - Мартин задумался, - Она, готов спорить на что угодно, любому глотку перегрызет, чтобы только защитить Матиаса. - Но тогда что они там делают? - Что угодно, но точно не то, на что ты рассчитывала. Это безумие. - Тогда зачем ты идешь, раз знал, зачем я тебя тянула? - Ты же попросила, - отговорился юноша. Он умолчал о том, что не умеет отказывать в третий раз, когда о чем-то настойчиво просят. Они шли по лесу неспеша. Погода в середине весны была на удивление теплая, а прохлада не сковывающей ознобом, а приятной. - Знаешь, я столько думал... – вдруг начал Мартин. - О чем? – Габриэль подняла уши. - Да Матиас столько мечется в своем непонимании, что же ему делать с самим собой, кем себя называть. Я читал о то, что полукровки способны менять свой облик, но в живую этого никогда не наблюдал. - Все полукровки так делают. - Так уж все. - Я могу тебя заставить поверить, что я, например, человек. - Это другое дело. Риэль, тебя с ранних лет обучали прятать свое естество. Но вот Матиас… Крылья, ты представляешь, что это? - Ну, много ума для того, чтобы представить, не нужно. - Это органическое приспособление к полету. И я готов поверить, что Матиас имеет предрасположенность к их воплощению, но! Сможет ли он летать, даже если они появятся. А куда они денутся потом? Останутся? Или это держится периодом нервного возбуждения, а потом ткани разлагаются или что с ними происходит? О, у меня было бы столько вопросов, если бы способность Матиаса оказалась правдой. Мартин понимал, что об этом с Габриэль разговаривать бесполезно. Он, скорее, разговаривал с самим собой. Оставалось еще немного, лес начал редеть. Тут они услышали крик. - Матиас? – Габриэль замерла. Мартин ускорил шаг без явной тревоги. Крик не был похож на последствие испуга. Скорее, это было криком, смешанным со смехом. Тут в небе невысоко появилась фигура. Птица? Слишком уж большой силуэт для пернатого животного. Юноша остолбенел на месте, когда разглядел мелькающее за деревьями нечто. Девочка его наконец догнала, пытаясь тоже увидеть. Тут Мартин сорвался с места и побежал так быстро, как только мог, вперед. Быстрее, быстрее, не упускать из вида. Он забыл о Габриэль, забыл про самого себя, не веря увиденному. Наконец вид впереди перестали загораживать ветви деревьев, Мартин увидел человека в небе. С крыльями. В самом настоящем полете. Матиас в очередной раз разогнался, взмахивая черными, как смоль крыльями, он взлетел неумело. Мартин замедлил шаг и стал приближаться медленно, внимательно наблюдая за происходящим. - Я спрыгну с обрыва! – Матиас чуть ли не прокричал это восторженно Таресте. - Идиот, не позволю! – девушка в настоящем испуге набросилась на него и схватила крепко, так, чтобы парень не мог освободиться от ее хватки. А ведь Матиас уже чуть ли не рвался с ошалевшим взглядом вперед, чтобы опробовать свои силы. Он, словно опьяневший, не чувствовал страха. Рыжий наконец подошел к этому представлению живого чуда. - Мартин, ты видел! Ты видел! Вот какой мой дар, ты был прав! – Матиас повернулся к юноше, пошатываясь, все пытаясь освободиться от рук девушки на своем туловище. Мартин все думал и не мог понять, каким образом. Но вот Тареста наконец отпустила парня, и стало видно, что нога у Матиаса ранена – левая штанина была пропитана кровью. - Ты вогнал себе нож в ногу? – спросил Мартин с долей усмешки в голосе, все отчаянно пытался согнать со своего лица изумление, но не получалось. Он был, мягко говоря, потрясен. - Тареста это сделала, ты что.. я бы не смог, - ответил Матиас дрожащим голосом. Он словно был под наркотиком от возбуждения. Девушка с силой усадила его на землю, держа за руки. Матиас смеялся, все заветно повторяя «Получилось». Мартин стоял рядом и смотрел пристально. Вдруг он присел у Матиаса за спиной между огромными крыльями размерами, пропорциональными телу подростка, и дотронулся до его лопаток, где крылья начинались, без каких-либо слов, чтобы посмотреть, тактильно почувствовать, как человеческая кожа и в принципе тело переходят в птичьи конечности. Действия его были почти механическими. - Эй, ты что делаешь? – Матиас почувствовал на себе прикосновения, обернулся и отстранился от него. - Я просто смотрю, - ответил Мартин безэмоционально, - Подожди, - он словно скомандовал полукровке и снова подвинулся к нему, провел рукой по черному оперению. Взгляд у Мартина был оценивающий, лишенный какого-либо чувства. Он выражал лишь голый жадный интерес. - Да что с тобой? – Матиас обернулся к юноше, все еще глубоко дыша, но уже понемногу успокаиваясь. - Что со мной? – Мартин не смотрел в глаза парню, он смотрел на его тело, - Что сейчас происходит с ТОБОЙ, вот что мне интересно, - грубо произнеся это, он потянулся рукой к шее Матиаса и надавил на сонную артерию, считая пульс. - Тареста, перевяжи ему ногу наконец, чтобы он не истек кровью, - вдруг юноша приказал девушке, а сам заглянул в глаза Матиасу, чтобы посмотреть на суженность зрачков. Сам Матиас наблюдал за действиями друга с изумлением и… неким разочарованием. Не такой он реакции ожидал в такой ответственный для него момент. Тареста так же молча смотрела на странное поведение Мартина. - Ну, что бездействуешь? – Мартин опять обратился к Таресте с раздражением, - Режешь штанину на лоскут, перевязываешь ногу. Ты сделала, ты и оканчивай этот эксперимент. Габриэль давно уже стояла недалеко от троицы и наблюдала, ей казалось, что приближаться сейчас точно не нужно было, возможно, во избежание грубости Мартина в свой адрес. В отличие от Таресты и Матиаса, это состояние юноши ей было очень знакомо, когда Мартина лучше вообще не трогать. Дыхание Матиаса становилось ровным, сердцебиение не таким частым. Мартин ожидал этого – крылья за спиной полукровки стали стремительно линять от язвин, что их покрывали. Кожа словно под влиянием какого-то кислотного раствора проедалась до костей. Крылья в прямом смысле слова начали таять. - Вот оно, да, - сказал Мартин, наблюдая, - физическое отторгается, как только ментальное тело возвращается в свое прежнее состояние. - Что этот умник говорит? – не без злости обратилась Тареста к Габриэль, перевязывая ногу Матиаса как можно крепче. - Матиас принимает тот облик, на который его телу хватает ресурсов для поддержания нормального энергообмена, - ответил Мартин, внимательно наблюдая за процессом. - Человеческим языком, книжный червь! – огрызнулась Тареста. - Если Я вколю тебе нужный наркотик, - юноша обратил свой воспаленный взгляд на Таресту, - В тебе откроются невиданные способности, увидишь. Твой организм будет работать на пределе. Этот случай полностью аналогичный. Мартин говорил так, будто самого обладателя крыльев здесь не было. Матиас смотрел на разъедающиеся кости крыльев спокойно, понимая, что это боли ему не приносит. Боль была только в ноге, которая нарастала все больше и больше. А еще было больно внутри, что-то ныло от того, как все обернулось. Гадко.