Ментальный хирург

[Архив] - Жизнь тебя потаскала, правда? - вдруг сказал Сэм, - ты, как и я, еще так молод, а на твоем теле столько шрамов. Он посмотрел на Мартина болезненно, - Храмой на две ноги, глаза нет. Ты изуродован. Сэм говорил тихо, но твердо и со злостью, еще какойто жалостливостью. - Но почему ты не выглядишь уставшим от этой жизни... Почему твои увечия не портят твоей внешности? Живой взгляд, полный сил и еще откуда-то сохранившейся наглости. Мартин, внимательно слушая его, стал улыбаться. - Эта паршивая улыбка, почему у тебя такая улыбка? Почему ты вообще еще умеешь улыбаться?! Ты должен быть несчастным с той жизнью, которую прожил. Почему ты счастлив?! - он невольно повысил голос. Почему несчастен ты? - сказал Мартин. Да, черт тебя! - Сэм перешел на крик, - Почему несчастны такие люди, как я, имея достойное прошлое и светлое будущее, а таким пропащим, как ты, достается это свойство быть счастливым?! - Ха! - Мартин усмехнулся и встал из-за стола, направившись медленным шагом к середине комнаты. - Достается? Что ж, я был бы поражен этим миром, будь чувство счастья, рвение жить просто данностью. Мартин обернулся к Сэму. Тот сидел с опущенной прикрытой руками головой, тихо всхлипывая. Он плакал. Юноша продолжил, - Страдание мы выбираем, как бы это абсурдно ни звучало. И знаешь, какое этому доказательство? Настроение Мартина было приподнято. Он ожидал внимания Сэма, так же стоя посреди комнаты. Сэм повернулся к нему, прикрывая частично лицо рукой, стыдясь своих мокрых глаз. - Ты, - Мартин указал на юношу, - Ты, Сэм, выбираешь свое страдание. И знаешь, что совершенно отвратно звучит? - он в порыве какого-то вдохновляющего чувства резко, как у него вышло со своей хромотой, подошел к Сэму, взял его за плечи и приблизился к его лицу, - Ты глубоко несчастный по собственной воле, - прошептал он , смотря страдальцу в глаза. - Что ж, - так же резко Мартин отстранился от него и отвернулся, он направлялся к двери, - полагаю, теперь я тебе ничем не обязан. Сэм молчал. В глазах его была та же злость, но теперь с примесью стыда.