Не отпускай меня, Блэк.

Часто нам говорят, что в одиночестве мы находим себя. Так ли это? Не задумывалась. И всё же это был один из тех редких моментов, когда мне хотелось побыть одной. Нечастое удовольствие и редкое. Я из тех, кто всегда на виду. Ну, конечно. Вдруг эта стерва откинулась? Нельзя же людям зря давать надежды. Как только я нашла пустое купе, кинула рюкзак на соседнее сиденье и, перебравшись поближе к окну, начала нервно вертеть подаренный двумя лучшими друзьями серебряный браслет. Бессмысленное, но довольно успокаивающее занятие. Начинался шестой курс обучения в Хогвартсе и мне не терпелось оказаться на занятиях, увидеться с друзьями, устроить снова самую сумасшедшую вечеринку года. Меня удовлетворяла моя жизнь, если бы не грёбаная помолвка, безразличные родители к желаниям дочери и не выбор будущей профессии… хотя, за меня уже давно всё определили и решили. Но на это у меня ещё есть два года, так что успею что-нибудь придумать. Мои размышления прервал звук открывающейся двери. Едва повернув голову и увидев нарушителя моих невесёлых мыслей, в моей душе поднялась огненная волна ярости. Естественно, только он посмел нарушить моё спокойствие! Проклятый триста тысяч раз, мятежный братец моего женишка — Сириус Блэк. Сотворив ледяную маску презрения на лице, я повернулась с ласковой улыбкой и, любезно добавив яда в голос, поинтересовалась: — Потерялся, щеночек? Он закатил глаза, но сваливать восвояси не спешил. Я надеялась мой тон заставит его отступить. Ну что поделать? Мазохист. Не тупой, к сожалению, а иначе бы у меня был повод для шуточек, но из вредности не уйдет. Может, его проклясть как-нибудь? Тот, мило улыбнувшись, так же любезно ответил: — Ну что ты, Уолш. Просто увидел тебя одну, и подумал: не уж-то всю свою свиту убила ядом? Но, к моему разочарованию, трупов не наблюдаю. Парень плюхнулся на диванчик рядом, затем похлопал по обивке. Серые глаза сверкнули весельем, когда он весело поинтересовался: — Мне стоит проверить под сиденьями, принцеска? Гад. Он с детства знал, что я ненавижу, когда меня так называют. Принцессы — это те бесхребетные дуры, которые ждут своего спасителя вместо того, чтобы решать самим свои проблемы! Ненавижу. Но всё же стоит признать, что Блэк — достойный противник в словесной дуэли. Неудивительно. Мы знакомы детства, так что он знает на что надавить. — А я, как погляжу, ты без своих вездесущих дружков. Неужели их закусали блохи, что они боятся подходить без какого-нибудь маггловского спрея? А я тебе говорила, что нельзя пренебрегать ошейником от блох. Ты бы отошёл подальше. Не хочу подхватить заразу какую-нибудь, — поведала я ему, сморщив носик и отмахиваясь ладошкой, что угодила в плечо гриффиндорца. Так, а почему он так близко сидит? Вот! Он даже о личном пространстве не знает! Хотя… о чем это я? Блэк, личное пространство и девушки — вещи несовместимые природой. Но теория любопытная. Стоит проанализировать. Тем временем, меня сверлили злым взглядом. Странно, что во мне нет ещё дыры. Похоже, кое-кто в бешенстве, иначе почему желваки ходят по скулам, а кулаки сжимаются и разжимаются? О, Уолш, да ты Капитан Очевидность. Где здесь получить медаль за особую сообразительность? Надо бы его дожать, то есть добесить. Вот что он пристал ко мне? Терпеть меня не может, а я его. — Милая Скай, — начал он. Милая?! Девушку свою так называй, кретин. — Я скорее больше от общения с тобой заразу подхвачу, чем… — Ну, так шел бы отсюда, — перебила его. — И вообще не будь нудным и иди к своим тёлкам, пока блохи их ещё не страшат! Сириус судорожно сглотнул и выдохнул злое: — У меня вообще-то есть девушка! Прелестно. Какая из всех тех девушек именно? Просто хотелось побольше точности в столь деликатном вопросе, ведь всех целовал и лапал минимум как невест. — Дедушка?! — развеселилась я, подливая нехило масло в огонь раздражения парня. — Даже не думала, что мы дойдем с тобой до таких дружественных высот. — С-с-скай, — натурально зашипел этот индивид. Внутренне, я конечно немного содрогнулась. Но показывать свой страх Блэку? Ага, щас! Перебьётся. Тем более, он точно мазохист. А больных людей стоит не бояться, а глубоко сочувствовать. — Какая интеллектуальная беседа, — мило пропела я, поправляя толстую косу на плече цвета алых маков. — Даже интересно: я все ещё могу пошатнуть твой больной мозг или ты уже сам? — Лучше пошатнись, когда будешь снова ходить пьяной на перилах в одной из своих коротких юбок, идиотка, — говорит Сириус, с неприязнью в стальных глазах глядя на меня. Говорят, что если ваш оппонент переходит на личность, то вы победили. Сомневаюсь, что мне стоило ответить тем же. Надо было сохранять благородное хладнокровие, а не уподобляться плебейке! — Невоспитанный комок сексистских стереотипов, — прочеканила я. — И да, длина юбки у девушки — не определяет размер её мозга, мудак. — Стерва, — бросил мне парень, все также продолжая рассиживать свою задницу и не торопясь уходить. Какой чудесный диалог. Настолько удивителен, что мне хочется застрелить Сириуса и продолжить его уже в присутствии его трупа. — А это уже было обидно, — тихо произнесла я, нащупывая лямку рюкзака. Не хочет сам уходить, так заставим! Парень поднял на меня удивленный взгляд и напряженно спросил: — Неужели? О, это был дивный момент, когда мой тяжелый рюкзачок проехался по наглой морде не особо уважаемого мистера Блэка. Наверное, больно, ибо у меня там были книги. Знания — это прекрасно. — Чёрта с два, Блэк! Вали отсюда! — закричала я в разгневанное и покрасневшее лицо парня, воинственно замахиваясь снова рюкзаком. Вот только я не рассчитала, что больные — крайне неадекватные и непредсказуемые особи. А зря… Я точно напишу про это исследование и подопытным сделаю Блэка! Может, даже за мою работу я получу награду? Такие приятные мысли посетили мозг, когда меня беспардонно прижали к стенке, а надо мной нависает разозленное лицо Сириуса. Может, я и ошиблась… В смысле, с психотипом. На лицо-то явный садист! Рюкзак был отброшен в дальний угол купе. Я даже услышала, как книги упали. Жалко, не люблю, когда портят книги. А вообще мне бы испугаться, но именно в этот момент почему-то закралась ненужная мысль, что Сириус хоть и гад, но достаточно привлекательный. Был в прошлом году такой рейтинг среди парней, где эта гриффиндорская морда заняла первое место. Я голосовала за Ремуса. Благородные и правильные черты лица, прямой длинный нос, чёрные брови, нависающие дугой над пылающими, цвета урагана глазами, от которых вспоминались не самые приятные воспоминания. Длинные, чуть вьющиеся волосы цвета воронового крыла касались моего лица. А мускулистое длинное тело плотно прижато к моему. Так, в смысле прижато? Кто позволил? Мерлин, за что ты так жесток ко мне? — Кхе-кхе, ты бы хоть ударил для приличия, раз решил построить из себя насильника, — тонко намекнула я, мол, побудь моральным уродом и свали уже. — Я никогда на тебя руку не поднимал, — натурально оскорбился Блэк, продолжая удерживать меня за плечи. — Ах да, это не про тебя. Кишка тонка, да? — усмехаюсь я, продумывая как удобнее лягнуть его в пах, ибо кто-то опять начал злиться. Только я собиралась осуществить задуманное, как дверь купе разъехалась и нам предстали изумленные лица — Поттера, Регулуса и моей подруги Ками. Твою ма-а-ать… Я самым натуральным образом застонала, отчего вдруг и Регулус и Сириус вздрогнули. А потом поняла в каком двусмысленном положении мы стоим: гриффиндорец прижимает меня к стене, а мои руки на его груди, да ещё и стонала я будто не от злости, а о разочарования. И это при законном женихе. Чёрт. Нужно выкручиваться. Я брезгливо убрала руки, подавляя желание вытереть их об кофту. — Руки от неё убрал, — прорычал Регулус, испепеляя уничтожающим взглядом своего братца. Вау! Обычно чинный и спокойный Регулус такого себе не позволял. Сириус окинул меня нахальным взглядом и демонстративно отошёл от меня, как от какой-то шавки. Где-то в груди кольнуло. Наверное, злость, что вновь заполыхала ярким огнем во мне. — Здравствуй, Регулус. Не бойся, не претендую, — окатив меня ледяным взглядом, ответил Блэк-старший. Я надменно фыркнула. Но парень уделил все внимание своему родственнику. — Да и где твои манеры, братец? Мама была бы недовольна, — поддразнил он. Регулус нахохлился и сердито взглянул на Сириуса. Ну да, для последнего он навсегда будет младшим братцем. — Там же, где и твои. И когда ты вернешься домой? Или тебе нравится бродяжничать? — Последние вопросы хоть и были заданы в порыве злости, но я видела, что Регулус скрывал за ними волнение и тоску. Сириус взглянул на младшего брата с легкой жалостью, а затем качнул головой, ответив: — Никогда. Да и не бродяжничаю я. Ты сам это отлично знаешь. Та уязвимость, что появилась на короткое время в глазах Регулуса исчезла. Он выпрямился и натянул холодную улыбку на губы. — Ах да, дом дяди Альфарда, верно? Сириус утвердительно кивнул, сложив руки на внушительной груди. — Ну что ж, в таком случае проваливай и отсюда, — сухо произнес Регулус, глядя в упор на Сириуса. — Очень приятно было повидаться, брат, — ровным голосом произнёс Бродяга, обходя меня. Кинув последний взгляд на родственника, он с Поттером вышли о чём-то негромко переговариваясь. С одной стороны я понимала Сириуса, что не хотел идти по стопам родителей и чистокровных семей. Идеи Темного Лорда — губительны и полны ненависти к маглорожденным. Правда, как только Сириус исчез из поля зрения Регулуса, то последний тут же повернулся с яростью в глазах ко мне. С чего бы? — У тебя что-то было с ним? — задал злой вопрос он тоном ревнивого мужа. Если не считать многолетней войны, сломанных каблуков, когда я уничтожала его метлу и той грязи, что мы вылили друг на друга, то совсем ничего. Странный вопрос. Регулус знает мое отношение к его старшему брату. — С ума сошёл? — искренне возмутилась я, перекидывая косу за спину и утыкая руки в бока. — Тогда почему, я тебя застал в его объятиях? — едко спросил Регулус. — Задушить меня хотел, — развела руками в сторону пофигистично я. — Что-то мало в это верится. Ох, да думай, что хочешь. Но с какого фига я буду оправдываться перед тобой-то, Регулус? — Регулус, ты же сам знаешь, как наша Скай относится к нему, — напомнила отошедшая от мини-шока Ками. — Извини, Скай. Я был не прав, — виновато произнёс Регулус. А точнее попытался принять виноватый вид. Я видела, что он просто не хочет устраивать скандал при Ками. Вообще, мы нормально ладили. Но что-то с парнем случилось пару месяцев назад и он постоянно был на взводе. А точнее очень редко был в хорошем расположении духа. Поэтому я старалась не быть часто в его компании. — Я не люблю, когда меня беспричинно ревнуют, Регулус, — холодно говорю я, садясь обратно на свое место. — Я просто боюсь, что у меня уведут такую красавицу всякие проходимцы, — галантно улыбнулся Регулус, пододвинувшись ко мне и легко коснувшись поцелуем моих губ. — Ура! Примирение состоялось, — облегченно выдохнула подруга. Затем села на диванчик напротив. — Скай, давай лучше подумаем, где устроим нашу ежегодную вечеринку. Между прочим, Мики привёз нам такие потрясные платья! Мы просто обязаны их куда-нибудь надеть. Я тепло улыбнулась Ками, мысленно благодаря, что пыталась разрядить обстановку. Она лучшая, хоть и пытается это скрыть. — Ну раз такое дело, то надо придумать ещё и тему нашей тусы! — воодушевленно заметила я. Мики — это один из моих немногих лучших друзей. А их всего двое: Камилла Белл — блондинка с красивыми синими глазами, полукровка с факультета Когтевран; Микеланджело Орнест — изящный темноволосый пуффендуец с мечтательными голубыми глазами, принадлежащий к чистокровной семье. И да, он — гей. Меня этот факт, как и Ками не смущал. Так как Мики был замечательным и веселым парнем. Бывало так, что он выглядел лучше нас! Но, мы не обижались, так как к моде не так фанатично относились. Вместе, мы хорошо дополняли друг друга: Ками — спокойствием и рассудительностью, Мики — смешливостью и лёгкостью, я же была двигателем в нашей странной компании. Часто нас называли «Принцессами факультетов». Я бесилась, Ками смеялась, а Мики поправлял чёлку и кокетливо фыркал. Но мысли мои были далеки от нашей ежегодной тусы. Всю дорогу до Хогвартса я думала о том, почему поцелуи Регулуса на меня никак не действуют, а от прямого взгляда Сириуса я загораюсь, теряя своё легендарное ледяное спокойствие? Да и ненужные воспоминания из детства вспомнились, где шестилетняя красноволосая девчонка отчаянно пыталась подружиться с вечно грубым с ней черноволосым мальчишкой. По сути, я — лицемерка, ибо первое чувство, что испытала к Сириусу — было далеко не ненависть. Черт возьми, ну почему так?