Не отпускай меня, Блэк.

— Скай! Не прошло и секунды, как ко мне подбежал Мики и сжал в объятиях до хруста костей. Меня окутал запах геля для волос, сахарной ваты и экстракт мяты. Но видит Мерлин, как я была рада его видеть! — Пусти! Ты раздавишь меня! Как такой худышка может так обнимать? — хохоча, прокричала я. — Если я слежу за своей фигурой, то это не значит, что я слабак, — весело щуря глаза, важно парировал друг. — Ой, привет, Регулус, — кокетливо сверкнув глазами, поприветствовал Мики подходящего к нам моего женишка. Регулус вздрогнул от поедающего взгляда Мики и неловко пробормотал: — Я, пожалуй, пойду. Мне… э-э-э… нужно с ребятами встретиться. — Пока, Регулус-с-с, — пропел Мики. А Блэк-младший чуть ли не бегом рванул от нашей компании. Не сдержавшись, я громко расхохоталась. Затем облокотилась о стену замка и окинула задорным взглядом друга, поинтересовавшись: — И как тебе не надоело издеваться над ним? Он ведь даже не в твоём вкусе! — Зато какая реакция! Знаешь, он когда встречает меня в коридорах одного, так бледнеет. В нём нет никакого шика и огонька, что ли? Хотя он точно пацан неплохой, но в нашу команду мы его не возьмем, — беспощадно прогнозировал паренёк. Затем голубые глаза мечтательно прищурились. — Зато его братец старший просто… — Кстати, о его Блэке-старшем, — перебила его подошедшая Ками. — Знаешь, что наша Скай с ним обнималась? Ну что ж, объявляю собрание сплетников официально открытым. И первая новость начинающего учебного года о том, как я вешаюсь на Блэка или еще что похуже. — Да ладно! — восторженно округлил глаза Мики. — Он меня хотел убить, так что это нельзя назвать порывом грешной страсти, — вспылила я. Но, зная моих друзей, это нифига не поможет! — Да? Я бы отдал левое яйцо, чтобы он меня так убивал! — А какой у него был взгляд, когда мы вошли, — продолжила Ками, обмахивая ладонями, будто веером. — Взгляд пойманного любовника? — Нет, скорее взгляд голодного тигра! Мики радостно запищал, прыгая на месте. Кто-нибудь, дайте мне нож, чтобы отрезать уши и не слушать того ванильного бреда, что обо мне придумают. — Уау! — А как Скай стонала в его руках! — продолжали они своё извращенное издевательство. — Неужели и до этого дошло? Скай, лапушка, тебя можно поздравить? Мики перевёл взгляд голубых глаз на меня. А я в это время напоминала кипящий чайник! Из ноздрей уже был готов пойти пар, а руки зачесались надрать им уши. — О, нет! Мики, мы её теряем! — вскричала Ками. И эти идиоты начали… щекотать! Я завизжала и старалась вырваться. Но ловкие пальцы бегали по бокам, животу и подмышкам, раздражая даже сквозь одежду чувствительную кожу. Уже всхлипывая, я орала: — Придурки-и-и-и! Как же я вас нена-а-а-вижу-у-у-у! — Из глаз катились слёзы, а тело сводило от мучавших меня мурашек. — Неправда! Ты нас любишь, — парировали они. И эти садисты продолжали своё гнусное дело! — Помогите! — уже откровенно ревя, орала я. Наконец, мучения прекратились. — Лапушка, ты чего? Мы же шутим. Ну, извини. Их выражения лиц стали синонимом слова «ангел». Нет, серьёзно! И как злиться на них, когда они так смотрят на меня? — Ладно, так уж и быть, я вас прощаю. Снова! И чтобы, я больше не слышала о мерзком Сириусе, — добавила ворчливо я. — Окей. Но какой у него зад… — мечтательно протянул Мики. Мы с Ками предупреждающе посмотрели на него. Тот сразу сменил пластинку: — А вообще он мудак каких поискать. Похотливая скотина, что посмел держать тебя в объятиях. Выпороть его надо за это! Я могу пойти начать… — Мики! — вскричали мы. — А что? У меня давно не было… гхм… дружка. Мы посмотрели на него изумлённо. — Тяжело быть самым опытным среди девственниц! Кстати, как у вас прошли каникулы? Есть какие-нибудь сдвиги на личном фронте? Или мне всю жизнь придётся нести крест за двух старых дев? — Мы с родителями снова ездили к морю. Были, кстати, там симпатичные спасатели. Я даже с одним сходила на свидание, — озорно хихикнула Ками, распушая руками светлые волосы. — И как его зовут? Красивый ли он? Маггл или волшебник? — задавали я и Мики на перебой вопросы. Тем самым сильнее смущая Ками. — Оливер. Ну, он — обычный человек. Учиться в колледже на инженера. Высокий, я ему даже до плеча еле достаю, у него волосы почти как у тебя Мики, но только светлее, а глаза зелёные, и… — Ты лучше скажи, как он целуется! — прервал её «красочные» описания Мики. Ками покрылась ярко-алыми пятнами. А я, хихикнув, отвесила подзатыльник другу. — Нельзя, быть таким похотливым, такое ощущение будто у тебя лет сто не было, — возмутилась я, глядя на ухмыляющегося Мики, словно кот, который съел всю тарелку сметаны. — А тебе нельзя быть такой ядовитой. Мне, когда Ками сказала, что ты столкнулась с Блэком, я уж подумал, что в Хогвартсе на одного привлекательного индивида стало меньше, — съехидничал Мики, прикладывая в трагичном жесте руки у сердца. — Он — натурал, — отрезала я. — Я тоже был им когда-то! — парировал друг. — Да и подумай: почему у него нет до сих пор одной определенной девушки и постоянно находится в поисках? Я знаю ответ. Он ищет в них меня. Нет, Мики — гениален. Если это окажется так, то я будто ещё два дня пребывать в экстазе и отправлю прошлогоднюю коллекцию туфель Блэку. — Заткнулись! — рявкнула Ками. Мы втроём мрачно взглянули друг на друга, а затем замок огласил наш звонкий смех. Только приехали, а уже начали ссориться, будто не было трёх месяцев разлуки! — Девки мои, как же я жил без вас эти дни-то? — А я так скучала по твои пошлым шуточкам, геюшка наш неугомонный! А также по неподражаемому Камиллы: «Заткнулись», — смеялась я. — Я тоже по вам тосковала, стервозы мои, — ехидно протянула Ками. На что я и Мики снова фыркнули. — А знаете, как у меня лето прошло! Я обошёл все модные ателье Франции, меня даже пытался склеить французик с плешивой причёской. Но я ему сказал «Оревуар». А ты, Скай? — Не вылезая из поместья, читала книги по трансфигурации и иногда даже выходила за пределу Уолш-Хауса, — усмехнулась я, складывая руки на груди. — Опять? — Если у этого гада получилось, то у меня и подавно должно получится! — с жаром заявила я. Узнала я, что Сириус — анимаг, совершенно случайно на четвёртом курсе, когда он хотел сбежать ночью из Хогвартса, а я прогуливалась в это время (удачно так совпало, да?). Узнав его фигуру в темноте, я спряталась за колонной и решила понаблюдать, что же он сделает. Тот, воровато оглядевшись, вздохнул и… стал огромной, черной собакой. Я же, как последняя имбецилка, тогда не смогла сдержать удивлённого вскрика. Дура. Ну и бросилась наутёк. Но куда моим маленьким ножкам до гигантских ступней Блэка? Тот сразу же взял с меня обещание никому не говорить. Тяжело было не согласиться, когда тебя держат за горло и угрожают превратить в червяка. Рассказала я только друзьям. Шок и злость на себя слились тогда воедино. Я поклялась, что тоже стану анимагом. Но пока у меня отрастала только короткая пятнистая шёрстка. — А как у тебя с Регулусом? — осторожно спросила Ками. — Нередко появлялся в поместье, но тоже занимался своими делами. — И как? Он даже не пытался завалить тебя на ложе любви? — со смехом спросил Мики. Кому что, блин. Но постельные штуки у меня были не в приоритете. — Пытался. Но знаешь такое ощущение, когда он меня целует и ласкает, то я будто всё со стороны наблюдаю и у меня никаких эмоций. Словно… внутри всё отмирает. А я его останавливаю. Он злится, после этих попыток мы очень часто ссоримся. А я… я ничего к нему не испытываю. Мне бы хотелось очень, но я не могу, — прошептала я. — Скай, мне так жаль. Может, ты с родителями ещё раз поговоришь? — произнесла Ками, глядя на меня с вселенским сочувствием. — Они и слышать ничего не хотят. Сразу грозятся лишить всего наследства, говорят, что отрекутся, если только попробую выказать неповиновение, — усмехаюсь я, прикрывая глаза, чтобы друзья не видели того, что чувствую к себе. К тому, что не могу постоять за себя перед родителями. Ненависть. — Но без любви жить нельзя! — воскликнул закадычный романтик Мики. — Ничего, переживу как-нибудь. Тем более в нашем мире брак без любви — не единичный случай. Не я первая, но и не последняя. — Я украдкой протерла повлажневшие глаза и, хитро прищурившись, спросила у пуффендуйца: — А кто-то обещал нам подарки. — Только перед тусой! — рассмеялся Мики. Мы ещё немного поговорили. И решили, что завтра не должно быть никаких мешков под глазами, а самое лучшее средство от них — это сон. Попрощавшись с ребятами, я побрела в подземелья нашего факультета. Внезапно я натолкнулась на кого-то. — Ой, простите.  Но слова так и застряли в горле. А через миг я уже пылала злостью. В принципе глаза цвета расплавленного серебра тоже начали стремительно наливаться чернотой. — Ты! — выдохнул яростно Сириус. Нет, ну а кто ещё? Я все-таки спустилась в подземелья, где находилось общежитие моего факультета. А вот что он тут делает — интересный вопрос уже. — Я! — нагло ответила ему, складывая руки на груди. — Ты что, меня преследуешь? — Ты слишком высокого мнения о себе, Скай. Мир не вращается вокруг тебя. Быстро окинув меня ядовитым взглядом, Сириус решил двинуться дальше по своим делам. Хотя чего он тут-то забыл? Наверняка, какую-то гадость устроил для моего факультета. От его компашки часто такое прилетает нам. И хоть нападать со спины — подло… Но он-то от меня другого и не ждал, так что я просто оправдываю «высокие» блэковские ожидание ко мне. Стремительно выхватила палочку и крикнула: — Петрификус Тоталус!