Ментол и Вишня

*** Школа встретила Элизабет не с самыми дружелюбными объятиями. Снова. Взгляды «Бульдогов», полыхающие яростью и честно признаться, девушка даже не до конца понимает, почему эти две банды возненавидели друг друга; надоедливые учителя со своими никому не нужными нравоучениями и скучными предметами, которые они преподают; почти что каждодневные драки «Бульдогов» со «Змеями», после которых директор Везерби невероятно зол и грозиться выбросить всех со школы, но так ничего и не предпринял; недавно Элизабет расцарапала рожу одной из группы поддержки футболистов, потому что та ляпнула какую-то гадость в сторону Тони, а с ней Элизабет между прочим неплохо сдружилась, хоть и оставалась всё также холодна и неприступна. Свит Пи пытался к ней пару раз клеиться, на что та лишь «мягко» ему отказывала, а в последний раз не выдержала и сломала парню нос, и после этого он к ней больше не подкатывал со своим тупым флиртом, но они так и остались друзьями. Элизабет уже две недели работает в баре по средам и четвергам, и даже получила уже первую, хоть и не очень большую, зарплату, а если учитывать чаевые, которые иногда любезно оставляют мужчины за хороший алкоголь, то жить на такие деньги довольно хорошо, на бензин и сигареты хватает, а продукты Элизабет почти не покупает, ибо готовить не умеет, почти не питаясь в последнее время. Выудив из шкафчика учебник по биологии, девушка прошла в нужный кабинет, садясь уже на привычное место на задних партах. Громкий и до жути противный звонок прозвенел и в помещение вошла мисс Энистон с огромным микроскопом и листьями какого-то растения, ставя это на стол и, в предчувствии очередного скучного урока, Элизабет воткнула наушники, включая любимый рок на полную громкость. Пока учительница отвернулась к доске, девушка почувствовала, как к ней кто-то подсела и с тяжёлым вздохом достала наушник из уха, оборачивая голову на незваного гостя, который посмел нарушить её личное пространство. Рыжеволосый с приятной внешностью парень нагло улыбался, рассевшись на стуле возле девушки. Опустив голову, блондинка заметила жёлто-синий бомбер. — Привет, детка. — прошептал парень, наклонившись максимально близко к девушке, заставляя ту брезгливо отодвинуться от него. — Если ты думаешь, что выглядишь горячо — обломись, чувак. — недовольно прошипела Элизабет, озвучиваю крутившуюся на языке фразу. — Ты чего такая резкая? Я же просто познакомиться хочу. — приторно промурлыкал рыжеволосый, кладя широкую ладонь на бедро девушки, обтянутое в черные колготки в большую сетку, слегка сжимая, и в этот момент блондинка мысленно прокляла саму себя за то, что надела юбку. — Руку убрал, придурок. — твёрдо сказала девушка, стараясь убрать его руку, но попытка оказалась тщетной. Вообще Элизабет была очень сдержана и никогда не имела желания грубить незнакомцам, но всё чаще девушка начинала спускать накопившуюся ярости на ком попало. — Ты когда злишься, так заводишь. — прошептал рыжеволосый, поднимаясь рукой вверх по бедру. А дальше Элизабет и не почувствовала, как её заполнила слепая ярость. Ударив парня с локтя в нос, девушка сбросила его со стула и он мало не ударился головой о ножку стола, за котором сидели Свит Пи и Хоакин, которые с непониманием смотрели то Элизабет, то на лежащего «Бульдога». Сжав кулаки посильнее, девушка попыталась усмирить непрошенный гнев и, взяв рюкзак, выбежала из класса, не замечая шокированного взгляда учительницы. Выбежав на задний двор школы, где к счастью никого не оказалось, Элизабет села на ступеньку широкой лестницы, устало выдвинув ноги вперёд, тяжело вздыхая. Как же ей сложно держать себя в руках. Она пообещала самой себе, что, переехав в Ривердэйл, изменит свою жизнь и забудет о том, что произошло не так давно в Толедо. Она наивно думала, что в Ривердэйле не будет проблем, но здесь всё оказалось ещё сложнее, чем в Толедо. И то, что Элизабет забрала куртку «Змей Саутсайда» у матери и небольшую сумму денег из сбережений и, сев на подаренный Глэдис мотоцикл, тайком от матери уехала в Ривердэйл во все не значило, что она сбежит от всех проблем и прошлой жизни. Достав из кармана полупустую пачку вишнёвых сигарет, Элизабет выудила из неё одну и, зажав меж губ, подожгла, делая глубокую затяжку. Выпуская изо рта сизый дым, девушка немного успокоилась, смотря на свои чересчур худые ноги. Последнее время блондинка стала терять вес, с каждым днём становясь всё худее, и это даже не пугало. Тонкие руки, выпирающие ключицы, острые плечи, худые ноги, острые скулы, бледная, как мел, кожа — раньше Элизабет была не такой. Но это было в прошлом. Докурив сигарету и выкинув окурок на землю, девушка достала ещё одну сигарету. Она не боялась гробить своё здоровье, рано или поздно она всё равно умрёт и какая разница от чего и когда. Она намеренно губила своё здоровье, курила, не питалась, принимая в свой организм лишь алкоголь. И может кого-то отпугивал вид девушки, но блондинке было всё равно. Пусть она и сдружилась со Свитом, Тони, Хоакином и даже Джагхедом — люди ей не нужны. Если к ним слишком сильно привязаться — больно будет, когда они тебя предадут, а такое рано или поздно случится. За своими раздумьями, Элизабет и не почувствовала сидящего возле себя Джагхеда, и только когда её носа коснулся запах ментола вперемешку с никотином, блондинка повернула голову и увидела курящего брюнета, который сидел к ней очень близко, почти касаясь её бедра своим, но это не было противно, как это было с тем рыжеволосым придурком, ей его присутствие, ещё и такое близкое, не мешало. — И давно ты тут сидишь? — тихо спросила Элизабет, делая затяжку. — Минуты три. — также тихо ответил Джагхед, смотря куда-то вдаль. Им не нужно было задавать каких-то вопросов друг другу или о чём-то разговаривать. Они просто сидели и молчали, выпуская в воздух сизый дым. Обычно это называют неловким молчанием, но у них этого не было. Им было спокойно и комфортно в компании друг друга даже без слов. Оба это чувствовали. — Зачем ты его ударила? — после долгого молчания спросил Джагхед, доставая из кармана пачку сигарет. — Я обязана это говорить? — неохотно проговорила девушка, выкуривая уже третью сигарету. — Хотелось бы. — Он лапал меня. — кратко ответила Элизабет, не желая вдаваться в подробности сегодняшней стычки с «Бульдогом». — Арчи очень изменился. — недовольно хмыкнул парень, выпуская изо рта приятный ментоловый дым. — Арчи? Его имя — Арчи? Откуда ты знаешь какой он был раньше? — сказала блондинка, вглядываясь в дымчато-серые глаза собеседника. — Мы дружили в детстве. После этого всё изменилось. — твёрдо проговорил Джагхед, не желая, чтобы непрошеные мысли о тяжёлом детстве возвращались в голову. — Почему перестали дружить? — Много хочешь знать, Бетти. — неожиданное сокращённое имя само вырвалось из уст Джагхеда, больно ударяя в сердце девушки. — Не называй меня так. Никогда. — твёрдо проговорила Элизабет, стараясь не выдать боль, накопившуюся в области сердце. Это имя так много значило для неё. Когда-то. С ним было связано так много приятных воспоминаний. Но сейчас, вспоминая своё сокращённое имя, блондинка ощущает лишь боль, глухо режущую по всем органам. — Хорошо. — тихо проговорил Джагхед, не желая копаться внутри девушки. У каждого свои душевные травмы и раны, задевать которые парню не очень хочеться, потому что собственное сердце изнывает от уже заживших ран, которые оставили после себя большие шрамы. ***