Исцели меня

— Эй, А-Ин! Сколько раз тебе говорить?! Быстро выключи все и марш спать! Хватит сидеть за компьютером! — Мать стояла в дверях, недовольно сложив руки на груди. — Сейчас-сейчас, мне тут буквально немного до конца уровня осталось! Как только доиграю, сразу лягу! Честно! — ответил я, продолжая рубиться в любимую стрелялку. Такая картина повторялась каждый день в течение последних пары недель, но я ничего не мог поделать — вышла новая часть к популярной игре, и я должен был пройти ее первым, чтобы обсудить с Цзян Чэном. — Ох, Вэй Ин… Если бы я получала юань за каждое твое вранье, то мы уже расплатились бы с ипотекой, — мать выдохнула, но, как обычно, сдалась. — Ладно, не засиживайся долго, хорошо? Тебе с утра в школу. — Конечно, мам. Лю тя, — я обернулся, чтобы глянуть на ее реакцию, но она лишь улыбалась мне в ответ. — И я люблю тебя, сынок. Сладких снов! — Она закрыла за собой дверь и пошла в спальню, где ее ждал отец. Они всегда ложились рано — еще не было одиннадцати вечера. Конечно, я прошел уровень до конца. А потом еще парочку. Мимоходом глянув на часы, я громко ругнулся — уже был час ночи. Наспех выключив комп, я умылся, переоделся и лег спать. Я лежал в кровати с закрытыми глазами, а перед мысленным взором продолжали мелькать картинки с лютыми мертвецами и прочей нечистью, повелителем которых я совсем недавно был в компьютерной игре. Продолжая прикидывать в уме, как пройти один особо сложный момент, я погрузился в крепкий сон. Усталость всегда настигала меня неожиданно. — Кхе-кхе, — я закашлялся. После сна перед глазами стоял туман, и я никак не мог разглядеть что-либо в густой темноте ночи. — Кхе-кхе, — кашель усиливался. Пелена сна начала спадать, и я понял, что перед глазами был вовсе не туман — это плотный, едкий дым. Именно он и вызывал у меня приступы сильного кашля. Мозг сразу же перешел в режим тревоги. — Мам! Пап! Ма-а-ама! Где вы? — Я прямо в пижаме выбежал в коридор. Спальня родителей тоже была расположена на втором этаже, но с другой стороны. — Ма-а-ама! Папа! — кричать было очень тяжело, горло сильно саднило, а во рту чувствовался гадкий привкус гари. Дым валил с первого этажа, видимо, возгорание началось где-то под моей спальней. На мой крик выбежали переполошенные родители, которые наспех завязывали на себе халаты. С их стороны дома дыма было меньше, и они все еще плохо понимали, что происходит. — Мама! Папа! Повсюду дым! Внизу огонь! Скорее! Нужно спасаться! В глазах родителей застыл неподдельный ужас. На какой-то миг время замерло, никто не двигался. Но отец справился с эмоциями и четко сказал: — Саньжэнь, быстро бери Вэя, телефон и спускайтесь вниз. Когда будешь на улице — сразу звони пожарным. Я скоро спущусь к вам, хорошо? — папа слегка потряс маму за плечи. Но она никак не реагировала и лишь смотрела на него, не моргая. — Ты слышишь меня? Сейчас же спасай сына! Идите на улицу! — кричал он. Похоже, что крик подействовал на мать, и она закивала. — Вэй Ин, идем, — она взяла меня за руку и повела к лестнице вниз. Потом резко остановилась и посмотрела на папу. — А ты куда? Спускайся с нами! Тут опасно! — Я только заберу документы из сейфа и сразу к вам. Не волнуйся, хорошо? — папа мягко улыбнулся. Мама кивнула, и мы поспешили вниз. На выходе из дома она взяла из сумки телефон и, как только мы вышли, начала вызывать пожарных. — Да, — говорила она по телефону, — да-да, адрес верный. Да… Нет, причину возгорания не знаю… Хорошо… Ждем вас, — она положила трубку и взяла меня за руку. Минуты текли одна за другой, но в общей сумятице чувств, царивших внутри, было сложно разобраться, сколько мы на самом деле там стояли. Минуту? Десять? Полчаса? Мгновения казались вечностью. Отец так и не выходил из дома. Рука матери сильно дрожала, но она продолжала улыбаться мне, как ни в чем не бывало. — Все хорошо, А-Ин, все хорошо. Папа вот-вот выйдет. Я уверена, что с ним все в порядке. С ним точно все в порядке, — повторяла она, как заклинание. Мне ничего не оставалось, как молча стоять и смотреть, как горит наш дом, в который мы переехали всего несколько месяцев назад. Это был красивый, большой, двухэтажный дом с садиком. Мама и папа очень долго выбивали себе ипотеку — банки не хотели давать им такую огромную сумму, родители были обычными учеными — не самая стабильная и прибыльная работа, но в итоге доходов обоих родителей оказалось достаточно, и банк одобрил ипотеку. По факту мне было все равно — мы не переезжали далеко, остались в том же районе. Просто раньше жили в несуразной многоэтажке, а теперь в доме. В тот момент меня волновало только одно — я не хотел разлучаться с другом — Ваньинем. С раннего детства все свободное время мы проводили вместе. Мы с ним ходили в один садик, но школы родители выбрали разные. Семья Цзян была очень обеспеченной, поэтому и школу они выбрали ему самую лучшую — платную. А я ходил в обычную школу, жил в дешевой съемной квартире. Но когда мы переехали в этот новый дом, то я стал полноправным соседом Цзян Чэна, а не просто другом с района. — А-Ин, — мама посмотрела на меня встревоженным взглядом, — оставайся тут, хорошо? Жди пожарных. Я пойду быстренько схожу за папой и вернусь. Ты, главное, не двигайся с места, ладно? А то я боюсь, что он решил забрать свои исследования из кабинета… Как бы он не надышался угарным газом… Я должна сходить за ним, — она поцеловала меня в лоб и добавила, — ни за что не ходи за мной, понял? Что бы ни случилось, ты должен остаться тут! Я тебя очень люблю! — она сжала мою ладонь, вложила в нее телефон и поспешила внутрь дома. Я не мог ничего ответить. Горло своими противными черными ладонями сжимал ужас. Я буквально чувствовал его хватку на себе. Мне хотелось закричать, остановить маму, умолять ее не двигаться, но мной овладело оцепенение. Я безмолвно смотрел, как мама заходит в дом, поглощаемый огнем. Вся его левая часть полыхала, а из правой валил густой темный дым. В соседних домах стали появляться желтые огоньки. Люди выглядывали из окон, кто-то что-то кричал… Вдали уже слышались звуки сирен, но я будто оглох в одно мгновение, потому что на моих глазах разом упала все левая часть дома. Я не слышал окружающих звуков: треска, звона, грохота… Я не слышал ничего… Даже своего крика. Я раз за разом звал свою маму. Я понял, что кричу, только когда кто-то обнял меня за плечи со словами: «Не кричи, Вэй Ин. Тише-тише, все будет хорошо…» Только после этих слов звуки стали по одному ко мне возвращаться. Сирены, треск и галдеж собравшихся людей. — Вэй Ин, ты меня слышишь? — на меня с беспокойством смотрел папа Цзян Чэна. Видимо, семья Цзян услышала шум, и Фэнмянь поспешил сюда. — Ответь мне, пожалуйста, ты меня слышишь? Я молча кивнул, не в силах говорить. Горло болело дико, но меня это не волновало. Меня волновало то, что из дома до сих пор никто не вышел. Я загонял обратно в подсознание голос, говорящий, что из дома, у которого не осталось даже двери, никто и не может выйти. Но я не желал ничего понимать. Моя мама… Она обещала вернуться, она же только что была рядом и сжимала мою руку… Она обещала! — Она обещала! Обещала мне вернуться! Она сказала ждать здесь… Я… — севшим голосом я кричал на Цзян Фэнмяня, будто это он во всем виноват. — Я не должен был ее отпускать! Должен был пойти за ней! — Тш-ш, — Цзян Фэнмянь прижал меня к себе, — тише, все будет хорошо, — он гладил меня по спине, пытаясь успокоить. Но разве могло меня что-то успокоить? Я с трудом понимал, что происходит и только чувствовал, что заливаю одежду папы Цзян Чэна своими бесполезными слезами. Пожарные бегали туда-сюда… Кто-то что-то спрашивал… За меня в основном говорил Цзян Фэнмянь, потому что я все равно не смог бы адекватно ответить. Зрение подводило, все эти странные люди вокруг сливались в разноцветные пятна. А я все стоял и ждал, когда же пожарные выведут моих родителей из дома. Интересно, что их так задержало? Наверняка родители нашли, где спрятаться в доме, и просто не могли выбраться. Да-да, так и было. Папа очень умный, он просто нашел надежное укрытие, где они с мамой пережидали время до приезда пожарных. Сейчас их спасут, и мама, как всегда, крепко обнимет меня и поцелует в лоб. А папа просто улыбнется своей мягкой улыбкой, из-за которой мама в него и влюбилась. Она часто рассказывала, что улыбка папы особенная, что именно она привлекла ее. Я стоял и ждал, пока папа Цзян Чэна стоял позади меня и приобнимал за плечи, словно боялся, что, если он отпустит меня, то я упаду. Но нет, я не такой слабак! Я должен встретить маму и папу! Мама же не могла мне соврать, правда? Пожарный подошел к Цзян Фэнмяню и что-то прошептал ему на ухо. Из-за общей шумихи невозможно было ничего разобрать, но он сразу же побледнел и пошатнулся на месте. Мое сердце забилось еще быстрее от нехорошего предчувствия, но я ему не поддавался. — Что такое? Где родители? Где мама? — я дернул Цзян Фэньмяня за одежду, но он будто не замечал. — Эй! Что с ними? Где они? Когда их выведут? Папа Цзян Чэна закрыл глаза. Я не знал, как реагировать на такой откровенный игнор. Во мне закипала злость. — Я с вами разговариваю! Ответьте же мне! Цзян Фэнмянь открыл глаза, которые почему-то потеряли яркость, и тихо сказал: — Вэй Ин, твои родители… — Нет! — Вэй Ин проснулся с жутким криком. — Черт! — он с силой ударил подушку, словно это она посылала ему кошмары из прошлого. Сколько еще раз ему нужно будет пережить эту сцену? Ему уже столько раз это снилось, казалось бы, пора привыкнуть, вот только у его кошмаров был совершенно обратный эффект — чем чаще они проникали в его сновидения, тем страшнее и больнее становилось Вэй Ину при пробуждении. Он сел в кровати, опустил ноги на пол и засунул их в тапочки, пытаясь найти в себе силы подняться. В ушах до сих пор стояли фантомные крики и сирены. Взять себя в руки никак не получалось. Когда на пол упало несколько капель, он осознал, что плачет. Это воспоминание — единственное, что может заставить его плакать. Хотя у него в голове была целая коллекция ужасных событий из прошлого, но ничего уже не трогало его так, как та ночь. Вэй Ин вытер слезы подушечками пальцев и пошел умываться. Работа не ждет. Он должен быть прилежным домработником, а они никому не показывают своих слабостей.

***

Четверг Ванцзи зашел на кухню ровно в тот момент, когда у чертыхающегося Вэй Усяня из рук выпал кофейник. — Только не это! — в расстройстве крикнул он, после чего опустился на колени и начал руками собирать прозрачные куски стекла. — Черт! Что за утро такое, а? Лань Чжань поспешил к своему домработнику. — Ты что? Из ума выжил? — громко спросил он и с силой потянул его на себя. Тот нехотя поднялся, но от неожиданного рывка, оказался прижатым к груди своего начальника. Вэй Усянь поднял взгляд на босса, и внутри Ванцзи что-то перевернулось. — Ты в порядке? — его голос стал намного тише и мягче. Ему показалось, что сейчас не время включать режим «господина». Вэй Усянь молча кивнул и отвернулся. — Зачем же ты опустился прямо коленями на пол? Там же осколки, — в голосе Ванцзи не было упрека, только беспокойство. Он продолжал прижимать Вэй Усяня к груди. Выглядел тот непривычно бледным и расстроенным. Лань Чжань невольно погладил его по спине. — С тобой все хорошо? Ты нормально себя чувствуешь? — Я в полном порядке, извините за беспокойство, — ответил Вэй Усянь и попытался выбраться из хватки Ланя Чжаня. Но Ванцзи был не намерен его отпускать и перехватил запястье домработника. Когда тот поднял на него хмурый взгляд, Ванцзи заметил, что глаза Вэй Усяня были немного красными. «Он что, плакал? У него что-то случилось? Он явно сегодня не в настроении… С другой стороны, он не обязан мне все рассказывать, а я не имею права этого требовать». — Вы можете меня отпустить? — слегка недовольным тоном попросил Вэй Усянь. Вместо ответа Ванцзи провел подушечками пальцев правой руки по щеке расстроенного парня, словно пытаясь почувствовать его призрачные слезы. Левая рука продолжала удерживать руку домработника. Почему он так за него переживает? — Можете вычесть стоимость кофейника из моей зарплаты, а я сегодня же из своих денег куплю новый. Простите меня, — домработник слегка поклонился. — Я сейчас же все уберу и на всякий случай пущу робота-пылесоса, чтобы не осталось осколков. А теперь отпустите меня, пожалуйста. Взгляд Лань Чжаня скользил по его лицу, изучая и подмечая каждую деталь. Никогда прежде он не видел у вечно улыбающегося сотрудника такого выражения. Его можно было бы назвать гневным, если бы только он не чувствовал его рваный пульс своей левой рукой. Этот пульс плакал… Сердце билось прерывисто и слабо, словно на нем была рана, которая мешала ему биться нормально. — Знаешь, ты мне сейчас очень напоминаешь моего брата… — задумчиво сказал он, сам не ожидая от себя такой откровенности. — Лань Сичэня? — удивился Вэй Усянь. — Мгм. Когда он возвращался домой с деловых встреч, что ему поручали еще в подростковом возрасте, он всегда выглядел, как ты сейчас… — Это как же? — ощетинился работник, ожидая нехорошего ответа. — Словно побитая собака, которой никак не удается зализать свои раны, — ответил Ванцзи. — Стой смирно, — приказал он и отпустил руку Вэй Усяня. Тот послушно застыл, не понимая, что происходит. Лань Чжань тем временем опустился перед ним на корточки и стал осматривать его колени в темно-серых штанах. Он осторожно отряхнул и потрогал все те места, которые недавно могли коснуться пола, но ничего не обнаружил и успокоился. — Тебе повезло — осколки не попали на ноги, но лучше все равно брось эти брюки в стирку и надень другие, — сказал Лань Чжань, когда поднялся. — Я пока тут подмету. — Что? Вы серьезно? Вы не можете подметать! Я сам! Это моя вина! — шокировано твердил Вэй Усянь. — Неужели ты еще не понял, что я могу все? — ответил Лань Чжань, пригвоздив домработника взглядом к полу, отчего тот заметно стушевался. — В твои обязанности входит выполнять все мои поручения, так что я официально поручаю тебе немедленно переодеться, — он развернулся и вышел из кухни, чтобы взять в кладовой веник и пылесос.

***

Когда Вэй Усянь вернулся на кухню, там уже царила идеальная чистота, а по дорогим деревянным полам ездил не менее дорогой робот-пылесос. Вся эта история с разбитым кофейником и то, как отреагировал Лань Ванцзи, немного привело его в чувство. Вэй Ина тронула его забота. Он совершенно не ожидал, что эта ледышка отреагирует именно так — он ждал ругани, штрафов и проклятий, но никак не понимания, чуткости и объятий. Никто прежде, кроме мамы и папы, не был к нему так заботлив. Да, Вэнь Нин несомненно тоже переживал о нем, но там скорее все было наоборот — он чувствовал себя ответственным за Вэнь Нина, и всегда сам опекал его. Он испытывал к нему странную смесь эмоций, но никогда не позволил бы ему заботиться о себе, беря на себя роль старшего. — Спасибо вам большое! — он поклонился работодателю. — Еще раз извините, я обязательно выполню обещание и все возмещу. — Нет, — холодно сказал Ванцзи. Он тоже успел переодеться — теперь на нем были светло-голубые классические брюки от костюма и белая рубашка. Он всегда одевался так перед выходом на работу — жилетку и пиджак он надевал в последний момент. — Что нет? — переспросил Вэй Ин. — Ничего не нужно возмещать. — Но кофейник был дорогой… И как вы теперь без кофе?.. — он окончательно растерялся. — Иди сюда, — приказным тоном попросил Ванцзи. Вэй Ин молча подошел к господину. — Смотри, — Лань Чжань нажал большую черную кнопку на своей огромной профессиональной кофемашине, — и запоминай, — он начал крутить какие-то рычажки и нажимать разные кнопки. — Подождите-подождите, разве вам не нужно на работу? — Вэй Ин посмотрел на часы — Ванцзи должен был выйти десять минут назад. — У меня сегодня нет дел на утро. Поэтому внимательно смотри и учись, я покажу тебе, как готовить разные виды кофе. Если хочешь, можешь принести блокнот и записать для надежности, — объяснял начальник, попутно настраивая кофемашину. — Да, пожалуй, я так и сделаю, — Вэй Усянь пошел в свою комнату за блокнотом. «Что-то он сегодня на удивление добренький! Решил даже обучить меня… Только как-то странно, что у него вдруг выдалось «свободное утро» — обычно его телефон начинает разрываться от звонков еще до начала рабочего дня… Ладно, в любом случае, я разбил его кофейник, так что теперь не в праве возмущаться — буду делать, как он просит».

***

Спустя пару часов Вэй Ин уже мог без проблем отличить эспрессо от американо, а латте от капучино. Но если первые два напитка он теперь мог без проблем приготовить самостоятельно, то со вторыми двумя дела обстояли сложнее. Молоко было сложно довести до правильной кондиции, и у него вечно что-то шло не так. — Не переживай, первое время у всех так. Это придет с практикой. Пока меня нет дома, можешь готовить себе латте и практиковаться — тебе все равно больше нравится молочный кофе, — в глазах Ванцзи была теплота. Если раньше, заглядывая в глаза босса, Вэй Ин видел лишь золотистую глыбу льда, то теперь ему начинало казаться, что лед плавился, превращаясь в жидкое золото. Может, он изначально неправильно его понял? Не мог же он так быстро заслужить его доверие?.. — Набери, пожалуйста, кувшин с водой, — попросил господин Лань. Пока Вэй Усянь искал на полках кувшин, начальник пристально за ним наблюдал. — Что-то не так? — спросил он, заметив взгляд. — Хм… — Ванцзи будто не мог решиться что-то сказать. — Что такое? — Вэй Ин пошел набирать воду из крана. — Завтра пятница, и у тебя после трех часов дня будет личное время… — Да, я знаю, — он совершенно не понимал, к чему этот разговор. Господин Лань хочет лишить его выходного? — Я нужен вам завтра вечером? — осторожно поинтересовался он. — Мгм… «Это значит да? Но я ведь уже пообещал Вэнь Нину потусить с ним… Мы так давно не виделись!» — Я что-то сделал не так? — домработник совсем запутался. Возможно, он не успел сделать все дела за неделю и теперь ему полагается отрабатывать упущенное? Или он в очередной раз заставит его перемывать стеллаж? — Нет, просто… — Ванцзи вздохнул и потер переносицу. — У меня завтра день рождения… — тихо закончил он. «Так вот, в чем дело! Теперь все ясно! Он хочет, чтобы я прислуживал ему и его гостям! Наверное, стоит потребовать за это дополнительную плату! Или даже двойную… Вэнь Нин поймет, когда я скажу, что это ради выплаты моего долга. Он, как никто, понимает меня в этом вопросе…» — Хорошо, я согласен помочь вам с днем рождения. Это будет банкет или вечеринка? Сколько гостей? Что нужно приготовить? — Вэй Ин поставил на стол кувшин с водой и снова взял блокнот с ручкой. — Конечно, было бы лучше, если бы вы предупредили меня заранее… Но я думаю, что успею все закупить сегодня и начну приготовления. Продиктуйте только ваши пожелания, — он занес ручку над белым листом, готовый записывать. Ванцзи подошел к нему вплотную и заглянул в глаза. Золотистый взгляд казался ярче и интенсивнее обычного. — Я хочу, чтобы ты пришел на мой день рождения, — четко сказал он, не отводя взгляда. — Я понял, — пожал плечами Вэй Усянь, — я обязательно приду и сделаю все, что нужно. «Почему он так смотрит на меня?! Что не так?» — лицо Вэй Ина слегка покраснело, ему стало немного жарко и неуютно под двумя желтыми прожекторами. — Ты не понял. Я хочу, чтобы ты пришел, как мой гость. Ничего готовить не нужно. Еда уже заказана в ресторане, ее завтра доставят, а торт принесет мой брат. Тебе нужно только остаться. Но, если ты занят… — Нет, не занят! — резко выпалил Вэй Усянь, удивляя сам себя. Ему что, так хотелось пойти на этот праздник? Хотя, это логично, когда он еще увидит, как отмечают миллионеры. — То есть… Э-м… — он смутился своего порыва. — Если, конечно, я не помешаю. Вас, наверное, захотят поздравить многие… — Нет, не помешаешь. Брат сказал, что придет с другом, так что нас будет четверо, — пояснил господин Лань. — Только ты говорил, что у тебя уже что-то намечено на завтрашний вечер, я расстроил твои планы? — он слегка склонил голову вбок, изучая собеседника. — Все не так серьезно, — отмахнулся Вэй Ин, — просто я договорился со своим хорошим другом, что мы увидимся и сходим куда-нибудь вместе, но, думаю, он поймет, ничего страшного. Лицо Ванцзи застыло. — Кто он? — Мой друг?.. Я же вроде только что сказал это… — растерялся домработник. — Мгм. Просто друг? Вы близки? — тон Ванцзи был нейтральным, но почему-то он не нравился Вэй Усяню. — Мы давно с ним дружим, и я очень беспокоюсь за него. Можно сказать, что он мне, как младший брат… — ответил сотрудник. Услышав слово «брат», Лань Чжань немного смягчился. — Тогда позови его. — На ваш день рождения? Вы серьезно? — Вэй Ину впору было ловить свою челюсть, которая падала на пол. — Но у вас же такая квартира… — Какая такая? — брови Ванцзи дернулись. — Ну-у… Роскошная… Богатая… — смутился Вэй Ин. — Он что, вор? — Нет. Он прекрасный человек, — уверенно ответил домработник. — Тогда пусть завтра приходит к семи вечера. А теперь закончим с кофемашиной. Бери кувшин и иди сюда. «Резкий, как обычно! Только что позвал к себе в гости незнакомого человека, поверив лишь одному моему слову, а теперь снова о кофемашинах говорит… Мне его, наверное, никогда не понять…» Вэй Усянь взял в руки кувшин и след в след шел за начальником. — Смотри, а теперь берешь и заливаешь сюда воду… — господин Лань неожиданно остановился и повернулся к домработнику. Тот не успел затормозить и врезался в каменную грудь босса. Вода, что была в кувшине, залила рубашку и немного брюки начальника. — О, облака! Ну что сегодня со мной такое! Простите, пожалуйста, вы так резко затормозили, и я… — Вэй Ин отставил в сторону теперь уже пустой кувшин. — Конечно, это моя вина! Я сейчас же все вытру! — он схватил из ящика чистое белое полотенце и принялся промакивать им грудь Лань Ванцзи. — Я так извиняюсь! У меня сегодня просто все из рук валится… Все эти глупые сны… Встал не с той ноги, и весь день насмарку! — тараторил он без остановки. Ванцзи же молча наблюдал за стараниями подчиненного, пока тот водил полотенцем по его груди, постепенно опускаясь все ниже, пока и вовсе не оказался на коленях перед ним. — Сейчас, я аккуратно все вытру. Хорошо, что это всего лишь вода… — рука Вэй Ина замерла, когда он понял, что именно сейчас вытирал. Он резко замолчал и выпрямился. «Ну что я за идиот! Так перепугался, что начал делать первое, что пришло в голову! Он же миллионер — у него этот костюм точно не единственный! Господин Лань может просто переодеться и пойти в другом. Он однозначно не пойдет в мокром на улицу! Дурак! Только почему он так смотрит на меня и молчит? Сказал бы сразу, чтобы я перед ним тут не распинался!» Вэй Усянь уже хотел высказать этому наглому бизнесмену, что думает, когда его взгляд уперся в мускулистую грудь. Мокрая белая рубашка стала почти прозрачной от воды и теперь сквозь нее были прекрасно видны грудные мышцы и соски Ванцзи. Во рту Вэй Ина стала обильно выделяться слюна, и он нервно сглотнул. «Не зря он каждое утро тренируется. Наверное, у него очень твердая грудь… А может, наоборот, упругая?» Не до конца осознавая, что делает, он положил руку поверх мокрой рубашки Ванцзи и медленно провел ладонью вниз. Все-таки он твердый и весьма накачанный. Ладонь скользила к мышцам пресса — Вэй Усяню вдруг стало жизненно необходимо узнать, такой же ли стальной его пресс, как грудь. Но как только ладонь Вэй Ина оказалась вблизи пояса, Лань Ванцзи грубо перехватил ее и поднял в воздух. — Думаю, на сегодня урок окончен, — серьезным тоном сказал он и отпустил руку домработника. Не говоря больше не слова, он направился к себе в комнату. Вэй Усянь посмотрел на свою ладонь расфокусированным взглядом, пытаясь понять, что сейчас произошло. «Только не говорите мне, что я только что гладил грудь своего босса?»