Цветы Фрейи

      Яркие коридоры калейдоскопом проносились перед глазами. Кит оказывался то в одном кругу незнакомцев, то в другом. Размытые силуэты оживлённо обсуждали разные темы, смеялись и флиртовали, изредка отвлекаясь на волшебное «вино», как его здесь называли, и кальян. Воздух был преисполнен эйфории, как и тёплая вода бассейна, ароматные пары и дымы, гулкий гомон сотен голосов.

***

      Дрожащими пальцами Кит кое-как привязал ножны обратно на пояс. Чем бы ни было всё только что произошедшее, фаза беззаботной лёгкости отступила, организм постепенно начал наполняться тревогой. Тёмные углы комнат были заполнены шёпотом незнакомцев, розовый дым под потолком клубился, вытягивая щупальца к шее воина, словно бы пытаясь нащупать его горло, но едва Кит бросал на них взгляд, они тут же рассеивались в жарком воздухе, как и не было. Паладин неуверенно зашагал куда глаза глядят, прямо по коридору одинаковых комнат, с одними и теми же тенями, с одним и тем же розовым дымом. Тёмные фигуры посетителей расплывались, речь чужаков то вдруг ускорялась до бесформенного шума, то замедлялась и звучала гулким басом, словно бы издалека. Свет то почти гас насовсем, то разгорался так ярко, что кислотные розовые тона заполняли собой всё вокруг. Не в силах терпеть эти метаморфозы, паладин зажмурился, выставил руку вперёд, и медленно пошёл, преодолевая одну арку за другой.       Влажные спутанные волосы колыхнулись под слабым порывом ветра. Сперва показавшийся спасительной прохладой, он тотчас перерос в пронизывающий насквозь поток ледяного воздуха. Кит приоткрыл глаза, которые тут же дико заслезились. От накатившей волны мороза пальцы задубели и стали терять подвижность. Кое-как Кит справился со зрением, ветер стал утихать. Он стоял на дороге посреди засыпанной снегом улицы. Пустой тракт был плотно окружён невысокими деревянными домиками, крыши которых тоже были занесены снегом. Неизвестный город лежал на склоне высокой горы у подножия которой плескалось чёрное море, расчерченное от горизонта до залива полоской лунного света. Ни в одном из окон не горел свет, не было слышно никаких голосов. Городом правила одна лишь ночь, но луна светила ярко, поэтому всё окружение бледно светилось голубоватым призрачным оттенком. Паладин неуверенно сделал шаг — снег под ногой скрипуче сжался, как это обычно бывает в сильные морозы. В носу стало всё застывать, дыхание выпускало пар.       С противоположного конца улицы вдруг раздалось фырканье лошади. Между нечёткими, колеблющимися силуэтами зданий медленно вышагивал осёдланный кем-то конь. Кит понял что ему ужасно холодно и попытался укутаться в свой паладинский плащ, но это не помогало. Мороз сковал пальцы, плечи втянулись, по спине пошли мурашки от сквозняков которые пропускала броня.       Лошадь приближалась — обычная гнедая, она медленно перебирала копытами. На щётки большими кусками налип снег. Кит положил руку на рукоять меча, стараясь не трястись от холода, но судороги стали такими сильными, что сопротивляться было бессмысленно. Ледяная гарда меча окончательно сковала пальцы холодом. В воздухе повеяло смертью. Кит её не боялся, но принципы не позволяли ему встретить возможного противника так, чтобы тот подумал будто паладин трясётся от страха или дрожит от какого-то там мороза. С этой обидной мыслью он начал постепенно злиться на самого себя, но всё было тщетно, теплее от этого не становилось.       Лошадь была уже совсем близко. Она остановилась у паладина и слегка развернулась в сторону, открывая вид на полусидящего всадника. Это был уже давно остывший труп тощего тифлинга. Его приоткрытые глаза закатились, и в такой позе и превратились в стекло. На покрытой инеем груди было видно несколько глубоких порезов, уже успевших замёрзнуть до основания. Тифлинг не держал поводья, а лишь по-простецки был привязан к луке седла. На груди у него висела большая деревянная табличка, облепленная искрящейся морозом кровью. Под инеем виднелась чёрная выжженная надпись «ВИНОВЕН».       Паладин, было набравшийся смелости заговорить, в этот раз серьёзно струхнул и сделал несколько шагов назад. Под снегом что-то предательски упёрлось в пятку, и, потеряв равновесие, Кит рухнул на спину. Мелкий снег тут же оказался за шиворотом, в рукавах, и на ладонях, попросту выжигая остатки тепла своим призрачным холодом. Часть снега в глаза, и поначалу Кит подумал что ему показалось движение всадника. Он быстро встал, отряхнул чёлку, попытался спрятать уже не двигающиеся скрюченные пальцы под одежду, чтобы скорее согреть их. И чуть не взвыл от ужаса, когда ледяной всадник вдруг с неприятным хрустом повернул голову следя за движениями паладина. Его челюсть медленно двигалась вверх-вниз, словно он пытался что-то сказать, но вместо этого издавал лишь тонкий свистящий звук. Лошадь повернулась и пошла на паладина. Кит попытался схватить меч, но не смог — всё тело сковало, руки отказались слушаться, ноги тоже. Мертвец неумолимо приближался, стопами Кит уже ощущал гулкий стук копыт лошади по земле, прямо перед собой…       — Кит, ты в порядке? — обеспокоенный голос вырвал паладина из небытия. Перед глазами всё те же розовые облака, звон чаш, музыка… Где-то в тумане мелькнуло довольное лицо Ахамира, который пригубил кубок волшебного напитка. — Наверно он сейчас видит чудесные сны, вот так и стонет, — усмехнулся эльф кому-то в сторону.       С трудом опираясь на ватные руки, Кит кое-как привстал. Очевидно, он провалился в сон, пока сидел на подушках у стола с кальяном в углу одной из тех же комнат, всё в том же подвале. Сколько времени прошло? Рядом сидел Ахамир, потягивая напиток из кубка. Лицо у него было глупо-довольное и счастливое. Пронзительная высокая музыка до сих пор заполняла комнату, до сих пор всё выглядело очень странно. Цвета были яркими, лица людей вытягивались, словно бы Кит смотрел на мир через большую линзу.       После всего пережитого захотелось выйти подышать, прийти в себя. От предложенного кем-то большим (кажется, Гойбером?) бокала местного вина паладин отказался. Кит поднялся, не без труда, облокотился на стену и медленно пошёл в сторону ближайшего выхода. Едва он к нему подошёл, волна розового тумана вылетела из проёма, вновь смыв очертания реальности. Неизвестный оркестр ускорил мелодию, Кит ввалился в новую комнату. В её противоположном конце виднелась квадратная дверь с долгожданной надписью «выход». Едва ли Кит сделал шаг в её направлении, она вдруг резко захлопнулась, и, откуда ни возьмись, в разных углах комнаты появились три воина в ярко-зелёных шёлковых плащах, с масками на лице. Их яркие, словно бы очерченные тушью глаза и брови были нахмурены, и явно не сулили ничего хорошего. Вместе с тем, всё это выглядело комично и больше походило на корявый детский рисунок. Неизвестный безумный оркестр снова ускорил инфернальную мелодию, когда воины в плащах достали кинжалы. Кит рефлекторно выхватил свой меч, совершенно не чувствуя опасности — происходящее скорее казалось игрой, чем реальностью. Вдруг он понял что стоит не один, а плечом к плечу со своим отрядом — слева стоял грузный Гойбер, далее Кара, Дрейн, Вэш и Ахамир, замыкающий круг справа. Сеча началась быстро, словно по неизвестной команде свыше. Руки всё ещё плохо слушались, но паладин рефлекторно ударил подскочившего «зелёного» мечом, по-простому, но эффективно, как учили в академии. Нападающий отлетел назад, на миг покраснев, но Кит с удивлением понял что на противнике не осталось ни одной раны, хотя он мог поклясться что меч упёрся врагу в грудь. Снова несколько финтов мечом, но «зелёный» каким-то образом умудрился парировать все удары по-простецки выставляя перед собой кинжал. Кит развернулся чтобы нанести сильный удар, но не рассчитал — оппонент ловко оказался достаточно близко чтобы вонзить кинжал в паладина, что он и сделал. Боли Кит не ощутил, но слабость на миг почти подкосила колени. Разозлившись, он начал более свирепо, но уже не так медленно, делать полуобороты, атакуя «зелёного» в движении. Несколько вольтов помогли нападающему, но последний рубящий удар он пропустил. Свет сделался на миг ярче, и когда Кит вновь обрёл способность видеть, с удивлением обнаружил что вместо распластавшегося поверженного врага перед ним в воздухе кружит невероятно крупный гранёный алмаз. Краем глаза он обернулся назад и увидел как Кара и Вэш комичными движениями, совершенно неестественными для нормальных правил боя, докончили последнего из «зелёных». На глазах Кита тот тоже попросту исчез с характерной мелодией, оставив на месте себя большой алмаз. Вернувшись взглядом к своему такому же, Кит интуитивно сделал шаг вперёд, и алмаз исчез, издав громкий звук, словно бы два хрустальных бокала звонко соприкоснулись краями. Дверь в конце комнаты распахнулась, заливая помещение золотистым светом. Кто-то из напарников рванул туда первым, Кит с остальными направился за ним.

***

      В очередной раз паладин убедился в магической особенности дверных проёмов — пройдя сквозь арку, они очутились в слабоосвещённом одним лишь факелом коридоре. Спеша за Вэшем он пытался рассмотреть хоть что-нибудь — зрение подводило, тут и там вспыхивали яркие пятна. Кит очень надеялся что хоть ноги не подведут. Коридор кончился лестницей, ведущей вверх. Наверху была тесная площадка, заставленная ящиками и сундуками, где сейчас сидел Вэш и пытался открыть массивную дверь при помощи каких-то тонких щипцов. Непонятное чувство тревоги вдруг нахлынуло на паладина. Из волшебных глубин «Шиповника» к героям кто-то приближался, и это излучало опасность.       — В сторону! — рявкнул Кит не своим голосом.       Вэш послушался и перекатился в угол. Паладин поднял ногу и как следует ударил тяжёлым ботинком чуть ниже замка. И хотя он сам в себя не сильно верил, это сработало и дверь с треском отворилась. Впереди был виден переулок, выходящий на Северо-Западный тракт. Судя по небу, недавно начало светать и город всё ещё просыпался в сумерках. Кит быстро обернулся — Вэш, Кара, Ахамир, Гойбер, Дрейн. Вроде все на месте. Группа припустила вперёд, подальше от этого места. Длинный переулок не имел ни одного поворота, ни даже угла чтобы встать за него. Когда все уже, запыхавшись, уже почти достигли выхода на светлую и широкую улицу, стену совсем рядом с Китом вдруг чиркнула стрела, выпущенная кем-то далеко сзади. Каменная крошка оцарапала паладину щёку. Вырвавшись на тракт, он сразу взял резко вправо, лёгкие чуть не выворачивались наружу от того, насколько сильно не хватало дыхания. Кит почувствовал что скорее всего вытянул за ночь не один кальян, что сказалось на выносливости. Из переулка вынырнули почти все, и вот последним выскочил молодой жрец. И прямо на глазах паладина, между лопатками Дрейну угодила стрела. Он резко выдохнул от неожиданного удара и упал на колени. С другой стороны его тут же подхватил под руку Гойбер, Кит взял за своей.       — Скорее, через дорогу! — взвигнула Кара, а сама развернулась на носках, и выбросила руку в сторону злополучного переулка. Сверкнуло, сгусток энергии вылетел из открытой ладони тифлины и разорвался гулким ударом где-то в глубине. Кит тем временем помогал Гойберу тащить раненого Дрейна, кровь по его спине быстро стекала на мостовую. Они пересекли широкий пустынный тракт, нырнули в пустые торговые ряды всё того же рынка. Подбежали к первому попавшемуся крытому прилавку, Вэш помог положить стонущего Дрейна на бок, Ахамир зажал жрецу руки.       — Пал…л-ладин, — прохрипел жрец, — н-надо вытащить стрел-лу.       Кит застыл, как вкопанный, всё ещё не в силах отдышаться.       — Живо!!! — рявкнули в один голос Вэш и Ахамир, — Делай как он просит!       Паладин попытался унять разбушевавшуюся дрожь, взялся за древко. В этот момент подоспела Кара.       — Погони нет, и пока, похоже, не будет. — В руке она держала длинный меч, который отливал зелёным светом. — Что у Дрейна?        — Если этот «воин» сейчас не вытащит стрелу, то наш жрец помрёт от старости — процедил холодно Вэш.       Кит собрался, но поток мыслей по-прежнему мешал ему. Что, прямо так? С наконечником? Вопреки тому как учили в академии? Он увидел как Гойбер открыл рот чтобы что-то сказать, но уже не стал дожидаться. Просто зажмурился и резко потянул стрелу на себя. Предательски чувствительные ладони ощутили каждый сантиметр — как наконечник проделал себе новую борозду сквозь внутренности Дрейна, как задел по пути ребро и позвоночник, неприятно скрежетнув по кости. Дрейн громко замычал и заскрипел зубами. Едва Кит выдернул стрелу, на его глазах тонкий полог прилавка вдруг пробил слабый луч света, упавший вертикально с неба, и тут же погас. Дрейн облегчённо вздохнул и перестал дрожать. Ахамир и Вэш отпустили жреца, отряхнули руки. Там где только что была кровь теперь не осталось и следа, и лишь небольшая дырка в рясе на уровне спины давала понять что моментом ранее там торчала стрела. Жрец перевернулся, встал.       — Молодец, — тяжело улыбнулся он, — всё правильно сделал.       Вспомнив о стреле в руке, Кит поднял её. На ней тоже не осталось ни капли крови. Ровная, изящная стрела. Среди белого оперения выделялось одно ярко-фиолетовое перо.       — Дай-ка взгляну, — нахмурился Вэш. Взяв стрелу, он принялся внимательно её разглядывать.       — Слушай, Дрейн. — начал Кит, — Как ты смог направить силу исцеления на самого себя? Однажды я столкнулся с подобным, но в тот раз она словно бы исходила от моих рук…       — Она исходила не из твоих рук, но ты был проводником воли божьей. — Дрейн встал с прилавка, ощупал спину. — Подобно тому как ты являлся проводником, ты можешь призывать подобную силу и на себя. Я научу тебя, паладин.       — О, второй жрец в команде будет очень кстати, — то ли с сарказмом, то ли серьёзно заметил Вэш, — но нам пора валить. Чувствую, мы влипли в новые неприятности, но я пока плохо понимаю какие. — С этими словами он деловито показал стрелу, провертел её на пальцах, затем спрятал её в свой колчан. — А ещё мне очень интересно что вы можете рассказать о произошедшем в том странном подвале…       Все многозначительно переглянулись. Где-то вдалеке прокричал петух, через квартал к нему присоединился второй.       — Пойдём. Надо бы поспать. Вечер утра мудренее будет. — прорычал сипло Гойбер. Все двинулись в сторону «Гребешка» и внеся оплату за продление съёма комнат, завалились спать без задних ног.