Оленёнок

      Сириус сидел на краю кровати, без интереса изучая рисунок обоев. Гарри спал рядом. За окном светало. Тот вечер, который поменял всю его дальнейшую жизнь, ничем не отличался от остальных. Это был Хэллоуин, такой же, как и всегда.

***

       Проснулся Сириус, мягко говоря, не очень рано, дома ему было скучно, а дел в Ордене на сегодня не предвиделось. Промаявшись полдня, Блэк решил навестить Питера, ведь тот сидел взаперти уже две недели, а это не очень весело. Сам Бродяга не выдержал бы такого. По дороге он заскочил в ресторанчик. Разбираться с магловскими деньгами он не особо умел, но выучил самую большую банкноту и постоянно расплачивался ей, чтобы получить ничего особо для него не обозначающей сдачи.       Питер в последнее время был каким-то совсем пришибленным, объясняя своё состояние ссорой с матерью. Кажется, эти две недели, что Питер являлся Хранителем Тайны, он только и рад был скрыться от неё. Сириус надеялся, что его приезд взбодрит Питера, ведь сюрпризы — это всегда приятно. Атмосфера праздника не покидала сердце Бродяги, сегодня он даже решил не вспоминать, что идёт война, и потому у него было отличное настроение. В голове гуляла мысль о том, чтобы потом посетить Поттеров, так же, сюрпризом. А ещё… ещё можно уговорить Питера обернуться крысой, плевать на все правила, и посадив его в карман, удивить визитом Джеймса и Лили.       Впервые беспокойство начало закрадываться в душу, когда Питер не открыл дверь, несмотря на все попытки Бродяги привлечь к себе внимание. Пришлось пробираться не совсем законными методами, ведь что-то могло случиться и, возможно, Хвосту нужна помощь. Сириус торопливо вошёл, но в доме не было никого, а главное - ни намёка на борьбу или незваных гостей. Всё выглядело так, будто бы Питер просто вышел из дома. Но зачем?       От былого хорошего настроения не осталось и следа, волнение и страх поселились в сердце. Казалось, что всё это просто недоразумение и Питер ну никак не может быть предателем. Это же Питер, их, хоть и трусоватый, но старый добрый гриффиндорец Пит. Вот так, находя для себя сотни оправданий, Сириус помчался в Годрикову Впадину. Однако все надежды рухнули, когда он увидел, что второй этаж дома разрушен. Словно гром среди смерча мыслей: Питер предал их!       Пустой и тёмный коридор, ботинки оставляют следы на полу. Свет волшебной палочки вырывает из темноты стены и почти не тронутую обстановку. Он заворачивает за угол к лестнице. Слабый свет из окна освещает пространство. Внизу у самого подножья лестницы тело. Сириус всё ещё не мог поверить. Как Питер мог предать?       Он подбегает к Джеймсу и видит застывшее лицо друга. Оно не выражает никаких эмоций, только зубы плотно стиснуты и очки немного набекрень… Сириус хватает Джеймса за плечо, трясёт, пытается воззвать к нему, но безрезультатно. Тогда он падает на пол и его красивое лицо, обрамлённое тёмными, практически чёрными волосами, ложится на грудь безмолвного друга. Он плачет, воет, трясётся от рыданий… Это конец. Его Джеймс, его друг, почти что брат - мёртв.       Он встаёт, ноги плохо слушаются, но Сириус находит силы подняться наверх. Он не может, не проверить. Слабый луч призрачной надежды. Может хоть Лили жива? Потолок и часть стен обрушены. В детской цела осталась практически одна лишь кроватка, в которой лежит Гарри. Вот она, Лили, под обломками! Рыжие волосы видны из-под досок. В лихорадочном порыве Сириус вытаскивает её тело из-под завала. Добрая, умная Лили… Её лицо застыло, а зелёные глаза устремлены в пустоту. Мертва. Как ещё могло быть…       Он не хочет смотреть туда, в кроватку, нет. Ведь этот, нет, не человек, отнюдь не человек, монстр, не мог оставить ребёнка в живых, потому как пришёл именно за ним, за его жизнью. Сириус отомстит. Он не оставит всё так! Эта мысль крепла, и всё остальное будто переставало существовать. Внезапно неясный звук донёсся из кроватки. Сириус замер и, сделав усилие, все же обратил туда свой взгляд. Из кроватки на него смотрел Гарри. Он был жив и, кажется, в полном порядке, но на лбу была ранка в виде молнии.       Сириус взял малыша на руки, неумело завернул его в одеяло и, быстро выйдя из дома, сел на мотоцикл. Он не мог оставить Гарри одного, он обещал Джеймсу вырастить мальчика, если с ними что-то случиться. В один момент вселенская злоба на Питера стала не важна, ведь получается, что у Гарри кроме него теперь никого нет. На секунду в голове промелькнула мысль о сестре Лили и её муже, но они ведь маглы. Вспомнилось и то, как Джеймс отзывался о них. Нет, Сириус Гарри никому не отдаст. Он обещал вырастить, воспитать мальчика, и он это сделает, ведь это его крестник.

***

      Он отказался от мести. Ему удалось убедить сначала Хагрида, а затем и Дамблдора, что с ним мальчику будет лучше и теперь он находился в самом безопасном месте в Великобритании. В том месте, которое он ненавидел всей душой, а именно, в доме родителей на Площади Гриммо. Дорогая матушка умерла несколько месяцев назад, на похоронах он не был, и был чрезмерно удивлён, что дом достался ему. Хотя он же последний Блэк, как же она ещё могла поступить?       На самом деле, что делать дальше и как жить Сириус ещё не знал. Вчера приходила Алиса, жена Фрэнка Лонгботтома, и оставила столько наставлений, что для того чтобы записать их, понадобилось бы как минимум два, а то и три пергамента. Она предлагала свою помощь, но он отказался, разве он не в силах справиться с ребёнком? Сошлись на том, что Блэк будет ей писать, а она придёт проведать их хотя бы ещё раз.       Сириус прилёг на кровать. Все эти дни он почти не спал - не мог. Закрывая глаза, он видел мёртвых Джеймса и Лили, и если поначалу этот сон почти повторял реальность, то потом он превратился в настоящий кошмар. Казалось, что тот день, начавшийся утром 31 октября, до сих пор не закончился. Мысли вернулись к Гарри. Наверное, неплохо было бы обустроить для него детскую. Только где? Его спальня была дорога сердцу, может комнату Регулуса? Незаметно для себя Сириус задремал.       Проснулся Сириус от грохота. Вскочив, он увидел спокойно сидящего на полу Гарри рядом с опрокинутым пустым ящиком комода.       — Сири, ам-ам, — потребовал он.       — Хочешь есть, пошли, — ответил Сириус.       Мальчик поднялся и направился к двери. Тут Блэк встал с дивана, на котором так неожиданно заснул вчера, и обратил внимание на то, что Гарри ходит в одних лишь носках. Да уж, такой промах. Бродяга наклонился к тумбочке, где вчера оставил детскую обувь, но там её не было.       — Оленёнок, ты ботинки забыл надеть, — остановил Сириус крестника, который старательно пытался дотянуться до ручки двери. — Только где они? — спросил он самого себя, выпрямляясь. Под кроватью обуви тоже не обнаружилось.       Мальчик засмеялся.       Сириус повернулся к тумбочке, где оставил вечером волшебную палочку, но там её не оказалось. Если пропажу ботинок еще можно было пережить, то вот её исчезновение - нет. Блэк растерянно осмотрел свою разгромленную комнату и полез под тумбочку, с облегчением обнаружив там палочку.       — Хочу ам-ам! — требовательно заявил Гарри.       — Сейчас, Оленёнок, только ботинки тебе надену, — ответил Сириус, приманивая искомую пару обуви.       Обувка обнаружилась под упавшим ящиком, но один из ботинок оказался без шнурка, который валялся рядом. Надев на ребёнка обувь, Сириус, наконец, открыл дверь, и Гарри, старательно держась за перила, начал спускаться по лестнице, а крёстный его подстраховывал.       Омлет Сириус приготовил сам, так как Кикимер конкретно для него готовил просто отвратительно, всё время находя этому оправдания. Он вообще был мастером находить лазейки в приказах. Например, вчера Блэк приказал ему убраться в доме, а сегодня паутина и пыль так и осталась на своих местах, разве что только пол стал немного чище. Кикимер оправдал свое бездействие тем, что именно так хозяйка представляла уборку. Сириус сорвался на него, чем напугал Гарри. Малыш заплакал.       — Прости, — крёстный бросился утешать ребёнка. — Тише, тише. Ну что ты. Обещаю, кричать больше не буду, — но мальчик продолжал плакать, он обнял мальчика, поднимая на руки. — Успокойся, оленёнок. Я знаю, что не должен был срываться. Мне… мне тоже не хватает твоих мамы и папы.       — Мама? Де мама? — Гарри ненадолго успокоился.       — Маму забрала Смерть, — ответил крёстный. — Мама любила тебя. Она защищала тебя до последнего.       Но такой ответ мальчика не устроил. Он продолжил плакать, зовя маму, и пытался вырваться. Сириус растерялся. Он не знал, что делать с плачущими детьми, ведь раньше всегда приходила Лили и успокаивала своего сына всего парой слов. Он попытался опустить извивающегося ребёнка на пол, но тот упал. Выход из ситуации нашёлся внезапно. Анимагия у мальчика всегда вызывала восторг. Всего мгновенье, и на полу столовой уже сидит большой чёрный пёс. Гарри резко замолчал и сел, смотря на Бродягу. Он принял человеческий облик и, подняв их с пола, вернул подушки на стул.       — Давай я тебя покормлю, — произнёс Сириус, усаживая Гарри на стул.       Почему вчера всё было легче? Как Алисе удалось так легко совладать с ребёнком? Он вроде делает то же самое. Покормить ребёнка кое-как удалось, а после и быстро доесть за ним - на что-то большее времени не хватило, потому что Гарри заинтересовал буфет. От греха подальше, Сириус его запер. Если бы было можно, то он бы вывел мальчика на прогулку, но сейчас это не безопасно, да и подходящей одежды у мальчика пока нет. Оставалось, как и вчера, играть в гостиной. Игрушек тоже пока было мало.       Сириус сел на диван. Он чувствовал себя опустошённым. Если бы он стал Хранителем, то ничего этого не произошло бы: Джеймс и Лили могли быть живы, а Гарри - рос бы в полной семье. Почему он доверял Петтигрю? Почему подозревал Римуса? Ведь Хвост, такой тихоня, вполне мог оказаться тем самым омутом, полным чертей! Если бы не идея блефа, которую, кстати, предложил именно Питер, то Поттеры были бы живы! Он, Сириус, виновен в их смерти почти так же, как и предатель Хвост. Внезапно от грустных мыслей Сириуса отвлёк звук падения чего-то тяжёлого на пол, а затем звон. Гарри уронил какую-то толстую книгу, а сейчас игрался с фарфоровой чашкой, изображая чаепитие. Блэк улыбнулся, смотря на крестника, который заметил внимание к своей персоне, принёс чашку и «угостил» Сириуса.       — Какой у тебя вкусный чай! — улыбнулся он. — Давай, поставим на место чашку, а то разобьём.       Нет, фамильный фарфор его не волновал, он больше всего волновался за Гарри, не хватало ещё, чтобы мальчик порезался. Он вернул чашку на место, и хотел было убрать повыше неприятного вида серебряный инструментик, похожий на многорукие щипчики, как вещица по-паучьи пробежала по руке и попыталась проколоть кожу. Сириус стряхнул их на пол и несколько раз наступил, а после закинул на верхнюю полку, закрыв в чайнике. После этого он запечатал дверцы, ведь кто знает, что в этих шкафчиках может храниться, и опустился на ковёр, чтобы поиграть с крестником. Сначала просто катали машинку и играли в мячик. Спасибо Алисе за эти не хитрые игрушки. Затем Сириус заставил летать диванную подушку, а Гарри на неё забрался и в восторге летал на ней над самым полом. Это напомнило Блэку о том, что неплохо бы купить крестнику новую метлу. Уснули они вместе на ковре, после того, как Бродяга побыл для Гарри «лошадкой». В этот раз первым проснулся Сириус, ощущая, что, наконец, смог выспаться. Он не знал, как долго он спал, но обедать определённо хотелось, тем более что он, можно считать, и не завтракал. Он осторожно разбудил мальчика и вновь стал готовить сам. Пока готовил, задумался о том, что если домовик не в состоянии даже банально убраться в доме и приготовить еду, то зачем он вообще нужен? Не подарить ли Кикимеру свободу и пускай катиться на все четыре стороны!? Но, к сожалению, так нельзя было поступить. Эльф знал, что Гарри здесь, на Площади Гриммо, и после своего изгнания наверняка придёт к Малфоям или Лестренжам и сообщит этот факт. В таком случае, Сириус точно будет заточён дома.       Остаток дня прошёл в относительном спокойствие. Укладывать Гарри пришлось так же на свою кровать, но Сириус был полон решимости вычистить дом от «всякого хлама» и переоборудовать одну из комнат в детскую. Засыпал он с мыслями о том, что если он вынужден растить Гарри здесь, то изменит дом на своё усмотрение и так, чтобы ребёнку было комфортно, а главное безопасно. Сколько ещё тёмных артефактов скрыто в доме? А ведь это может быть что-то гораздо опаснее щипчиков.