Nice work, kid

      — Эм-м, у меня тут небольшая проблема, — без предисловия начал Питер, как только Тони ответил на звонок.       — Насколько небольшая? — Тони спросил, вставая со стула, направляясь в сторону своего костюма.       — Ээ-э… около двенадцати дюймов в длину? — голос Питера дрожал.       — …Что?       — Меня пырнули. — Тони взлетел немедленно, стоило только костюму закрепиться на теле.       — Ладно, давай в следующий раз ты будешь говорить прямо. И не пытайся юлить, — отрезал он.       — В следующий раз? — он услышал бормотание Питера, вероятно, не желавшего быть услышанным.       Тони приземлился в переулке, где, по словам Питера, он был. Ему пришлось пару мгновений поискать его, пока он не заметил Питера, сидящего около мусорных контейнеров.       Тони приблизился, пытаясь понять, куда именно Питера пырнули ножом. Ему стало дурно, когда он всё же увидел.       Выглядело так, будто Питер держал рядом с ногой кусок арматуры. Но его рука дёрнулась, а арматура осталась на месте, вылезая с обеих сторон бедра Питера. Один её конец был тёмным от крови. Рот Тони наполнился желчью, она другом проглотил её.       — Ох, эй, — вздохнул Питер, когда Тони подошёл. Его маска была снята, и было видно его бледное, потное лицо. Он тяжело дышал, лицо исказилось от боли.       — Привет, малыш. Как ты себя чувствуешь? — Тони присел рядом. Рана выглядела ещё хуже вблизи.       — Хорошо, — сказал Питер. — У меня… У меня нога не слушается. Не думаю, что смогу ходить.       — Ничего страшного. Готов к воздушному туру по Мидтауну?       Питер кивнул, закрывая глаза.       Тони приблизился к Питеру, чтобы взять его на руки, но немного засомневался.       — Мне кажется, нам лучше зафиксировать тебе ногу. Будет не круто, если мы протолкнём всё ещё глубже.       Лицо Питера немного позеленело от мысли о том, что арматура может сдвинуться. Он снова кивнул, глядя на свою ногу.       — Агх, — простонал он. — Выглядит просто ужасно.       — Ага, ты прав, — согласился Тони. Питеру понадобилась минута, чтобы толстым слоем завязать тесьму по обе стороны ноги, и только после этого они были готовы к полёту. Тони осторожно подхватил Питера на руки, изо всех сил стараясь не усугубить ситуацию.       Полёт к башне был коротким, но Тони чувствовал, как Питер прилагал всё усилия, чтобы не упасть в обморок по пути.       — У меня есть кое-кто для тебя, карапуз, — сказал Тони, когда он приземлились на балкон.       — Ох, я заинтересован, — пробормотал Питер слабо. Тони попытался приглушить свой смех; слишком напряжённая атмосфера.       — Я отпущу тебя ненадолго, хорошо? Чтобы снять костюм.       Питер кивнул, выскальзывая из рук Тони. Он схватился за перила балкона, выглядя так, как будто он в двух секундах от падения.       Тони быстро снял костюм и подошёл к Питеру как только костюм выключился. Он взял его за талию и перекинул руку Питера через своё плечо.       — Ох, Пити, мы просто пройдёмся до медпункта, хорошо? Там сюрприз для тебя и всё остальное, — проворчал он, надеясь, что небольшая мотивация поможет малышу идти самостоятельно.       — Круто, круто, — сказал Питер, — Пошли.       Они сделали шаг вперёд и нога Питера снова перестала его слушаться. Тони поймал его, поправляя хватку и поднимая Питера обратно к себе на руки.       — Уф. Надо было надеть костюм, — ворчал он сам себе.       — Извините, — выдохнул Питер, поворачивая лицо к плечу Тони. Он вцепился в его рубашку трясущимися руками, и Тони вспомнил (как будто он мог когда-нибудь забыть) о том, как Питер был молод.       — Как неловко, — добавил Питер, пока они шли по коридору.       Тони не ответил, потому что был слишком озабочен тем, чтобы не уронить ребёнка на пол.       Двери медпункта открылись автоматически, как только Тони приблизился. Он пошатнулся, спеша к ближайшей кровати, чтобы сдать свой удивительно тяжёлый груз.       Он старался быть аккуратным, опуская Питера вниз, но ему всё равно пришлось сдержать всхлип от вспышки боли в ноге.       — Прости, прости, — быстро заизвинялся Тони. Питер отмахнулся от него, все ещё тяжело дыша.       Здесь их ждал Брюс. Он поспешил к ним, лицо его исказилось от взгляда на ногу Питера. Тони сказал Пятнице предупредить Брюса и вытащить все файлы на Питера. Он уже знал, что медицина здесь не помощник.       — Что случилось? — Спросил он, наклонившись, чтобы осмотреть паутину, удерживающую арматуру.       — Ох, точно! — резво сказал Тони. — Брюс, познакомься с Питером. Питер, Брюс.       Питер впервые открыл глаза с момента входа в медпункт.       — Ох, чёрт, — прошептал он. — Это Брюс Бэннер, и меня принесли сюда в объятиях Железного Человека. Это самый лучший и худший день в моей жизни.       Тони дал ему закончить свою речь, его брови поднялись, так как он пытался не улыбаться.       Брюс выглядел немного озадаченным словами Питера, не совсем понимая, как ответить на его замечание.       — Ах, привет, Питер. Я Брюс. Немного поколдую над твоей ногой, если ты не против.       — Звучит великолепно. И тогда, может быть, мы можем притвориться, что я вошел сюда сам, едва замечая гигантский кусок металла, торчащий из моей ноги, при всём этом говоря что-то очень умное? — Застенчиво смотря, предложил Питер.       Брюс рассмеялся: он был удивлен тем, что Питер был таким, несмотря на рану.       — Конечно, Питер. Всё, чего пожелаешь.       Питер кивнул и рухнул обратно на кушетку, закрывая своё лицо одной рукой. Тони сел рядом с кроватью, на минуту колеблясь, прежде чем положить руку на плечо Питера.       — Расслабься, малыш. Брюс хорош в том, что он делает, — попытался успокоить его Тони. Питер засмеялся немного истерическим смехом.       Брюс Бэннер хорош в том, что он делает.       — Да, мистер Старк, я знаю. Просто, — он оборвал себя прежде чем сказал, что ему больно.       — Болит, — дополнил Тони за него, потому что по какой-то причине Питер, который останавливал сам себя от признания того, что ему больно, напоминал Тони самого себя. И он не хотел этого.       Питер кивнул, но его лицо всё ещё было скрыто.       — Хорошо, Питер, я просто сниму паутину, чтобы я смог осмотреть рану, хорошо? — Питер издал звук аффирмации (от лат. affirmatio — подтверждение). Брюс осторожно отрезал повязки скальпелем, открывая месиво, в которое превратилась нога Питера.       Тони отвернулся, но потом заметил, что Питер поднял голову и наблюдал, как Брюс возится вокруг. Он быстро побледнел.       — Эй-эй, смотри на меня, Паркер, — приказал Тони. Питер послушно бросил взгляд на него, но глаза сами собой продолжали притягиваться к Брюсу. Он просто пытался понять, что происходит, Тони это осознавал, как и то, что Питеру будет легче в неведении.       Тони обошел кровать и примостился у бедра Питера, блокируя вид на его искорёженную ногу. Питер опустил голову на подушку и застенчиво улыбнулся Тони.       — Ладно, похоже, что лучший вариант — это просто… вытащить это, — вздохнул Брюс. Тони поёжился, сочувствуя Питеру.       — И, Питер, извини, но если мы потратим время, чтобы выяснить дозу лекарства, которое сможет сработать на тебе, то твои мышцы начнут заживать вокруг металла, и мы должны будем сделать операцию, чтобы вытащить её. Нам придется обойтись без этого.       Лицо Питера стало абсолютно белым.       — Ой, да вы знаете, мне на самом деле нравится. Я могу вешать на арматуру носки после стирки. Мы можем просто всё оставить. — Попытался пошутить Питер, отчаянно смотря на Тони.       — Прости, парень. Я думаю, что тебе больше понравится, когда её не будет, — предложил Тони. Брюс бегал вокруг них, подготавливая марлю, чтобы впитывать ею кровь после того, как вытащит арматуру, и щёлкая латексными перчатками.       Питер выглядел так, будто пытался не заплакать. Тони медлил секунду, но потом аккуратно взял руку Питера в свою. Глаза Питера остановились на его лице, а затем он бледно улыбнулся и убрал свою руку обратно.       Тони был близок к смерти от смущения на месте, когда Питер тихо прошептал: «я могу сломать тебе руку».       Ох.       — Ты прав. — Он знал это. Он закашлялся и отвернулся. Вместо этого Питер решил схватиться за железные перила на своей кровати.       Брюс вернулся на своё место. Дыхание Питера участилось, предвкушение заставило его сердце биться быстрее.       — Дыши, Питер, — проинструктировал Тони. — Просто сосредоточься на мне и дыши. Всё закончится, а ты даже не заметишь.       — Раз, два, — на счёт «три» Брюс начал вытаскивать. Питер изо всех сил пытался молчать, но крик всё равно просочился сквозь зубы. Металлические перила, которые он держал, сжались в его руках подобно пластилину.       — Хорошая работа, малыш, — похвалил Тони; Питер задыхался, на его лбу осел пот. Он оглянулся через плечо и увидел, как Брюс положил арматуру в стерильную емкость, одной рукой прижимая ткани к обильному кровоточащему ранению.       — Худшая часть закончилась, — заверил Брюс. — Теперь мы просто очистим рану, зашьём и дадим тебе стимулятор регенерации мышц, чтобы ты был в безопасности.       Измученный Питер расслабленно опустился обратно на кровать, а затем стыдливо потянулся за рукой Тони. Зашивание, конечно, не может быть приятным вообще, но это не так плохо, чтобы он случайно мог раздавить пальцы Тони.       Тони громко сглотнул, когда Питер сунул свою ладонь в его.       — Я когда-нибудь рассказывал тебе о том, как меня ударили ножом в первый раз? — Поинтересовался Тони, пытаясь снять напряжение.       Питер устало моргнул и покачал головой. Тони немного удобнее устроился на кровати, все ещё стараясь сделать так, чтобы Питер не мог видеть манипуляции Брюса.       — Это было задолго до того, как я стал Железным Человеком. Мне тогда было двадцать три года, и я не знаю, как много ты обо мне знаешь, малыш, но я был… тот ещё фрукт. Давай оставим это, — отвлекал Тони.       Питер наблюдал за ним полузакрытыми глазами. Он всё ещё шипел, когда Брюс выливал антисептик на края раны, но его разделённое внимание, казалось, помогало ему не чувствовать большую часть боли.       — В любом случае, я был на вечеринке в Чикаго. Думаю, сидел в баре и решал какие-то свои дела. А потом пришла эта женщина, клянусь, я никогда не видел её раньше, но впечатление было такое, будто мы были самыми старыми друзьями. К сожалению, таких собеседников редко найдёшь, если ты богат. Но я был… хм… немного подвыпивший, — оштукатуренный, просто пьяный в зюзю, если быть честным, но это был Питер, и он не хотел говорить такое перед ним, — и не в хорошем настроении.       Брюс начал накладывать швы за спиной Тони. Питер часто вздрагивал, но не сводил глаз с лица Тони.       — Поэтому я очень вежливо сказал ей уйти и ей это не понравилось. С абсолютным безразличием она взяла нож и ударила меня им в руку, — сказал Тони, используя свою свободную руку, чтобы вытащить рукав, дабы показать Питеру старый шрам.       Питер явно разрывался между ужасом и смехом. Его челюсть отвисла, когда он увидел маленький шрам, и всё же он немного засмеялся.       — О, боже, мистер Старк. Что Вы… — он оборвал фразу, задыхаясь от особо болезненного шва. Брюс пробормотал извинение из-за чужой спины.       — Ну, я, очевидно, позвонил своему телохранителю. Ее нужно было выпроводить, она пиналась и кричала. Клянусь, она была чокнутой.       Питер снова засмеялся, но из уголка глаза скатилась слеза. Не думая, Тони наклонился вперед и смахнул её большим пальцем. Затем он замер, как будто осознавая, что он только что сделал. Он и Питер держали зрительный контакт.       — Всё готово! — объявил Брюс, и Тони подпрыгнул от неожиданности.       — Отлично, — сказал Тони, прочищая горло. Он встал с кровати, и рука Питера выскользнула из его руки. — Давай вытащим тебя из этого костюма, а, малыш?       Питер кивнул, резко садясь. Тони ушел на несколько минут, чтобы принести Питеру какую-нибудь одежду. И, когда он вернулся, услышал, как Питер и Брюс болтают об исследованиях последнего. Тони вошёл в комнату, и они оба повернулись к нему: Питер, с восторгом в глазах от того, что только что поговорил с Брюсом Бэннером, а Брюс с впечатлённо приподнятыми бровями.       — Знал, что вы двое поладите. Пит слишком большой ботаник, чтобы не найти общий язык с тобой, — сказал Тони, шагая вперед. Питер возмущенно сказал «Эй!», но не опровергал сказанное.       Питер настоял на том, чтобы Брюс ушёл, а Тони закрыл глаза, пока тот переодевался. Тони мог слышать его ворчание, когда он боролся с его всё ещё плохо слушающейся ногой. Тони думал, что это смешно, но ничего не сказал, потому что он очень хорошо знал о том, как жутко это будет звучать. Через минуту, стоя там с протянутыми руками, чтобы Питер мог балансировать, Питер сказал, что он был одет.       Тони открыл глаза. Лицо Питера было красным и болезненным, но он выглядел довольно торжествующим и полностью одетым.       Брюс вернулся, и они оба придержали Питера за талию, помогая ему пройти к гостиной. Брюс предложил инвалидную коляску, но Питер сморщил нос. Тони не был уверен, насколько это было бы лучше, но это было прерогативой ребенка.       — Мы устроим тебя на диване, — сказал Тони; Питер едва плёлся. — И ты сможешь немного поспать. Как тебе такое, приятель?       — Хорошо, — пыхтя, кивнул Питер. Прядь волос упала ему на глаза, и Тони потянулся, чтобы убрать его, так как Питер не мог — обе его руки лежали на плечах Тони и Брюса. Он видел, как Брюс с любопытством смотрел на него уголком глаз, но проигнорировал это.       После того, как Питер был завёрнут в одеяло, вежливо попросив Пятницу, чтобы она включила эпизод «Mystery Science Theater 3000» (Тайного Научного Театра 3000), Брюс вытащил Тони на кухню.       — Так, ладно, Тони… Не то, чтобы он мне не нравится, и не то, чтобы я не был счастлив помочь, но почему ребёнок пришёл за медицинской помощью именно сюда?       — У него ускоренная регенерация, Брюс, он точно не мог пойти в больницу.       — Ладно, наверное, я уточню, что я имел в виду: откуда ты его знаешь? Почему он позвал тебя на помощь? Тони Старк обычно не бросает всё, чтобы спасти «народного» героя. Он же не Мститель.       Тони пожал плечами, улыбаясь.       — Потому что, как ты уже понял и сам, Питер Паркер — гораздо большее, чем что-то обычное. Однажды он спасёт мир, — ответил Тони. И он имел ввиду именно то, что сказал.