Уроды

      — Порядок? — Фот вколол Итану стимулятор.       На полу валялся карандаш, испачканный кровью и дерьмом. Вставая, Итан пнул его под стол. Белье на заднице было влажным.       — Да, — произнес Итан, чувствуя, как наркотик разгоняет кровь, рождает шум в ушах, пульсацию в кончиках пальцев, в крупных сосудах в паху, висках и на шее.       Экран в комнате давно потемнел. Отис распахнул дверь в общий зал. На запыленном полу следы цеплялись и накладывались друг на друга.       Фот нахлобучил на Итана шлем. Треск помех и чужие голоса заглушили шум в ушах.       — Эмиль ждет на базе… Отсюда полтора километра… Мой отец строил туннель внизу… Я прятался там от полиции. Три дня сидел… и жрал крыс… Что с той девчонкой, которую ты подцепил вчера на дискотеке? Дала, не дала? У них завтра свидание… Вместо того, чтобы трахаться, мы забирали её мать из больницы… На следующей неделе на арене дерутся Вайс и Пратчет… Я поставил на Пратчета…       Девчонка-художница усмехнулась. Мужик с татуировкой на шее подтянул ремень нагрудника. Худой парень в легкой и цельной броне без стыков взвалил на плечи тяжелый Н-29. Бородач с желтыми смайлами на наколенниках вколол транквилизатор мужику с фингалом под глазом. Человек с беззубой улыбкой без остановки щелкал затвором своего автомата.       — Не потеряй оружие как в прошлый раз, Трев. Эта штука как раз для тебя. Возьми взрыватели… Нахрен нам маски?       Над головой беззубого пролетела связка с гранатами. Бородач помахал белыми респираторами.       — Нельзя воровать химическое оружие без спецзащиты.       Итан не шевелился. Болтовня в шлеме отупляла, к ней быстро и легко привыкалось. Труднее было определить, кому принадлежат голоса. Привязать голос к телу, к человеку. Глядя на суету солдат Троса, Итан воспринимал людей вокруг как человеческую многоножку, связанные болтовней в один организм слабые тела.       Джуд вставил Н-29 в держатели манипуляторов – щелчок, поворот. Отис передал Итану несколько взрывателей. Итан вложил их в пустоты протезов, где раньше были бомбы. Сои говорил, что бомбы в ногах Итана способны взорвать целую планету. Это оказалось неправдой. Такой же, как Итан, солдат взорвался на грузовой станции, снес всего две перегородки. Сои не мог собрать бомбы мощнее? В чём ещё он врал?       Итан повесил на шею Н-18 — три килограмма, сто пятьдесят выстрелов в минуту, дальность стрельбы триста метров — и спустился в подземелье следом за Отисом.       Пять ступеней, неподвижные лампы остались позади, лучи фонарей на шлемах прыгали по разрисованным краской стенам, кучам тряпья, картона, камней и сломанных приборов.       — Стоп! Слышите? — прозвенело у Итана в ушах. — Цок-цок. Как каблуки. Ребятки с Острова цокают по полу протезами как каблуками, — слух защекотали смешки. Трое обернулись, посветили Итану в лицо фонарями. — Здесь воняет… дохлыми крысами. Раньше по этому туннелю доставляли резину на завод. Пока он работал… потом здесь жили бездомные. Как твое колено, Трев? Как твоя сестра, Дункан? В школе моего сына опять подняли оплату. На хрена ты его отдал в платную? Жена настояла… Настаивать по части денег они горазды… Моя после развода год со мной за алименты судится, все пытается доказать, что я зарабатываю на стороне… работаю на Ципиль. Не супруга, а налоговая… У вас хоть детей нет… Трев угнал машину и въехал на ней в витрину магазина.       Фот переглянулся с Итаном. В темноте черный зрачок поглотил зеленую радужку. Губа рассечена, на скуле синяк после драки с Итаном. Отис то поднимал, то опускал плечи. Джуд глядел в затылок впереди идущему с ненавистью.       Коридор стал у́же, с потолка закапала вода. Через километр они прошли под транспортной веткой. Стены, потолок и пол завибрировали и загудели, сообщая о приближении поезда.       — На… От… Был в Аполо… в прошлом году… Хочу купить… Всё на наркоту спустишь… на базе разделимся. Вы займёте башню управления. Мы очистим оружейную… Химическую лабораторию, придурок… Вирусы и штаммы всякой заразы будем тащить, для того нужны маски… У меня… Я хотел…       Пару раз Итану казалось, что за стеной шумит вода. Дважды они слышали завывание далекой сирены. Последний участок проползли на четвереньках. Вылезали один за другим. Итан был еще внизу, когда началась стрельба. Подняв Н-18 над головой, он толкнул себя наверх, откатился от лаза, врезался в горячее липкое безвольное тело и вместе со всеми стрелял по летающим машинам, по углу здания, похожего на коробку.       — Разделились… Трев, Пит, Дункан — за мной… Обойдем слева… Тир, Клат — вы справа…       Отис рядом с Итаном широко улыбнулся. Джуд встал на ноги, вскинул манипуляторы с оружием к небу. Одна из летающий машин вспыхнула, завыла, ушла в крен, заплевав землю черным дымом. Кто-то слева от Итана напялил на лицо белую маску. Кто-то обозвал его доктором. Кто-то заржал. Человеческая многоножка палила, разговаривая сама с собой. Джуд погнался за второй машиной, наступая на спины и руки. Несколько пуль отскочило от протезов Итана, посылая в бёдра вибрацию и возбуждение.       — Я на позиции… Сзади… Окружили… Посмотри, что этот придурок делает… Сколько их там?       Сбитая Джудом машина рухнула в пятидесяти метрах. Лицо Итана обдало жаром. Воспользовавшись освещением взрыва, Отис встал и побежал к зданию-коробке. Фот подтолкнул Итана. Вместе они добрались до угла. За разбитым окном просматривались застеленные койки и умывальники на стенах.       — Лаборатория в южном крыле… Трев на двадцать градусов от тебя…       Рухнула вторая летающая машина. Выстрелы стали реже. Итан увидел, как трое солдат Троса месят ногами корчащегося на земле человека. Сопение, смешки и шмыганье носом в наушниках.       — Вы видели? Я достал его! Пробил брюхо, расколол винт! – Джуд выскочил сзади и врезался в Итана.       Башня управления на самом деле оказалась подземным бункером. Пятерку солдат на входе Фот и Итан закидали гранатами. Белые стены в коридоре. На их пересечении комната с тридцатью экранами. Все разной величины. Стены как фасеточные глаза пчелы.       — Мы в лаборатории. Что Трос сказал забрать? Ящики с красными цифрами… Посмотри на эту хрень… А что с синими надписями… Это на латыни. Нас интересуют только красные контейнеры. Бери все, потом разберемся… Эй, Остров, вы как там?       — Порядок, — Фот стащил шлем и подошел к пульту. Пару щелчков, и на экране появились спутники.       — Шевелись… Нужно валить… Через пять минут здесь будет подкрепление, — переговаривались в наушниках. — Тащи контейнеры. Подгони машину.       На одной из камер появился двор. Из ангара выкатилась машина, похожая на ту, что сбил Джуд, — круглый корпус, два винта по бокам. Девчонка-художница пристроилась на кресле пилота. В кузов запрыгивали люди в масках и передавали из рук в руки контейнеры.       — Эй, Остров, что у вас?       — Спутники сейчас на другой стороне, — сказал Фот. — Через час выползут на линию горизонта.       Фот протянул руку к рычагам. Замигали аварийные лампы. Бункер заскрипел, закрываясь. Во дворе, поднимая ветер и пыль, машина взметнулась в небо.       Вместе с ней исчезли голоса в наушниках. Отис стащил шлем, подошел к развалившемуся в кресле Джуду и выругался.       — Блядь… гребаный мудак.       Глаза Джуда были закрыты. Протезы раскинуты в стороны, будто он падал и пытался остановить падение. Отис снял нагрудник с Джуда, разорвал майку. Кровь текла из ран в боку и животе и капала со стула на пол. На экране над бункером кружили пузатые машины. Щелкнул динамик над пультом. Люди в машинах хотели переговоров. Фот отрубил связь, но оставил изображение. На сорокадюймовом экране шевелило губами лицо с кустистыми бровями.       Итан, Отис и Фот нависли над Джудом, попытались зажать раны, остановить кровь. Ладони Итана стали липкими, рукава промокли. Разводы крови появились на щеках Отиса и Фота, будто они вытирали перепачканными руками пот со лба и под носом. Джуд захрипел, плюнул кровью и перестал дышать.       — Самоуверенный ублюдок… Сам нарвался… так ему и надо, — пробормотал Отис.       — Идиот… временами бесил меня даже больше, чем Итан, — выдохнул Фот.       Итан посмотрел в его зеленые глаза, протянул руку, чтобы вытереть кровь на подбородке Фота.       — Отвали, — Фот оттолкнул Итана.       На сорокадюймовом экране появилась Саломе. Фиолетовые глаза, такого же цвета одежда и губы. Они складывались и растягивались. Итану казалось, произносили его имя.       — Это же та баба, что привезла тебя? — хмыкнул Отис. — Консультант по адаптации? Занималась тобой на станции? Играла в игры, знакомила с местными правилами? Трепалась с тобой о прошлом, выспрашивала, что ты думаешь, чувствуешь, рассказывала истории о создании Острова?       Светлые волосы Отиса скатались от пота, на висках засохла кровь Джуда. Красные разводы на манипуляторах и шее. Итану казалось, он смотрит в зеркало.       — Вруби звук, Фот! — Отис ткнул рукой в экран, манипуляторы раскрылись и закрылись как клешни.       — Итан, — голос Саломе поплыл по пропитавшемуся запахом крови воздуху. — Тебе не нужно этого делать. Какими бы ни были причины. Ты совершаешь ошибку. Я знаю тебя, ты растерян, напуган, сомневаешься. Всё еще можно исправить. Откройте двери бункера и сдайтесь. Тебе не нужно умирать. Не нужно больше убивать.       Отис придвинулся к мониторам, показывающим двор, едва не коснулся носом месящих винтами воздух машин.       — Мы можем пальнуть по ним?       Фот поиграл кнопками и переключателями. От подсветки пульта его манипуляторы стали синими.       — Это не прервет трансляцию. Переговорщики не болтаются на передовой, — Фот вздохнул, синий луч разрезал небо, отсек винт у одной летающей машины, вспорол пузо другой. Полыхнули взрывы, в их зареве четыре уцелевшие машины развернулись и ушли.       Саломе на экране посмотрела в сторону, приоткрыла рот и исчезла. Её место занял Кустистые Брови.       — Если вы немедленно не выйдете без оружия с поднятыми руками, мы уничтожим бункер.       Отис моргнул. Они могут это сделать, спрашивал его взгляд.       — Нет, — Фот покачал головой. — По крайней мере, не сразу. Им понадобится время. Достаточно много, чтобы спутник показался из-за горизонта.       Фот вызвал на один из экранов схему бункера. Дымчатые коридоры, красные и синие узлы защитных систем. Покусывая губы и хмурясь, Фот приближал, крутил и увеличивал то один узел, то другой.       — Теоретически это может быть нашим слабым местом, — пробормотал он. За стеной щелкнуло, будто в коридоре захлопнули дверь. — Системы вентиляции, — серия щелчков над головой и справа. — Системы водоснабжения. Внешние антенны. Оружие, — в коридоре завыла сирена. — Всё, — объявил Фот. — Мы загерметизированы. Я отключил все лишние системы. Ждем появления спутников, — сказал Фот и погрузил Кустистые Брови вместе с экраном в темноту.       Итан посмотрел на Джуда. Он мог поклясться, что, умирая, Джуд жмурился, теперь глаза его были открыты и смотрели в потолок. Совсем как глаза парализованного наркотиками Яна. Что если Джуд еще не умер, умер не совсем, не до конца, что если он ещё где-то здесь? Как Ян, заперт внутри тела, которое умирает. Итан тряхнул головой. Он тоже заперт внутри умирающего тела. И одновременно он был Отисом, Фотом и Джудом, единым целым с ними и каждым из них по отдельности. Одинаковые мысли, мечты, страхи, одна цель и горе.       — Жаль, мы не можем устроить поминальный костер, — усмехнулся Отис.       Итан занял кресло рядом с мертвецом.       На экране перед Фотом бежали цифры, он касался их, выделял одинаковые красным, цифры исчезали, и на их месте возникали новые, ряды и отряды цифр.       Спутник появился, когда выделенные Фотом цифры заполонили весь экран. Фот вывел изображение приплюснутой сферы на главный экран. Сияющие решетки в темноте космоса.       Отис подался вперёд и приоткрыл рот. Снова Итану казалось, что он смотрит в зеркало. Внутри дрожало и вибрировало от волнения.       — Мы дотянемся до него? Мы можем управлять им? — зашептали они с Отисом одновременно.       — Через две с половиной минуты.       — Там есть люди, или он автомат? Сколько там людей? — Итан не понимал, он говорит или Отис.       Фот лишь пожал плечами. Какая разница? Им всё равно.       — Когда я прошел посвящение, я ревел и просил Сои не делать из меня пилота, — засмеялся вдруг Отис. — Только не делайте меня пилотом, они умирают взаперти. Не видя врага. Сражаясь неправильно, не напрямую…       Итан кивнул, сейчас они заперты как пилоты.       — Заткнись, — вздохнул Фот. — Мы подключились.       — Ты… — Отис осекся.       Итан смотрел на экран. Решетки спутника пришли в движение: одни выступили вперед, другие ушли внутрь. Сфера изменила форму. Это сделал Фот.       — Выстрели по городской арене, — попросил Отис. — В честь Джуда.       — Мы сможем это увидеть? — взмолился Итан.       Фот запустил еще три экрана. Город с высоты, башни как иглы, котлованы как ямы. Фот получал картинку прямо с пограничного спутника. Луч света пронзил облака и вгрызся в башню арены, взрывная волна снесла крыши зданий вокруг оседающей башни. Ничего красивей Итан в жизни не видел. Еще один луч света воткнулся в котлован социального комплекса. Когда он коснулся дна, огонь побежал по нижним ярусам к верхним. В честь Териса. В честь Кия. Итан вспомнил Сун Ли с подносом тающего во рту печенья, и у него перехватило дыхание.       Фот ворочал спутник и наносил точечные удары. Срезал шпили башен, поджигал машины.       — Мы увидим корабли Острова? — спросил Итан.       Фот отрицательно мотнул головой.       — Только когда они постучатся в нашу дверь.       Итан передернулся. Он проживал самые важные минуты своей жизни. Для этого он родился. Об этом мечтал. Он стоял на пороге новой эпохи. Эры величия Острова. Как же меня задолбал твой пафос, прозвучал в его голове голос Яна. Но происходящее сейчас было больше Итана, больше Яна, больше любого из них. Важнее всего, что они когда-либо чувствовали и думали. Вселенная менялась. Они находились в сердце этих перемен. Ради этой чести стоило умереть.       Спутник продолжал крушить город. Черный дым смешался с пламенем в непроглядную завесу.       Итан не знал, сколько времени прошло, когда Фот снова активировал систему связи.       — …город обстреливает наш спутник, а не окружившие планету корабли Острова, — голоса в динамике глушили и перебивали друг друга. — Террористическая атака… диверсия… Согласно последним сведениям спутник управляется с поверхности планеты… мы получили информацию о перестрелке на военной базе 122. Источники сообщают, что база 122 имеет выход на управление спутником… Захватившие базу террористы обстреливают город, используя наш спутник. Предположительно, террористы — иммигранты с Острова. Четыре дня назад одного из них задержали за убийство. Пять часов назад в сети появилось видео с жестоким убийством другого иммигранта с Острова. Это событие могло стать катализатором… Происходящее похоже на хорошо продуманный план… Попытки военных договориться с террористами окончились ничем… Правительство связалось с кораблями Острова… Вы думаете, они представляют опасность? Сколько всего кораблей Острова сейчас на нашей орбите? Две тысячи? Три? Они бы не смогли приблизиться, если бы спутник подчинялся нашей системе безопасности. Это похоже на вторжение, я имею в виду такое количество кораблей… Теоретически они могли бы уничтожить восемьдесят процентов поселений на нашей планете. Они ничего не делают… пока основная угроза террористы… Число погибших около трех тысяч и постоянно растет…       Фот встал из-за пульта и принялся ходить по комнате, разминая плечи и спину. Шейные позвонки громко хрустнули, когда он наклонил голову к правому плечу. Итан бездумно следил за его движениями. Грудь Отиса ходила ходуном от быстрого взволнованного дыхания. Он то и дело вытирал пот со лба. Джуд невидящим взглядом смотрел в потолок.       — Терис? — спросил динамик голосом Сои. — Терис, я приказываю, отвечай.       — Он мертв! — Итан сам удивился тому, как звонко прозвучал его голос.       — Фот, Хели, Отис, — перечислял Сои. — Итан?       — Да, Эфор, — Итан вскочил с кресла и вытянулся в струнку.       — Кто с тобой, Итан? Сколько вас на базе?       — Фот и Отис. Остальные мертвы, — пока Итан отвечал, Фот подошел к нему и встал рядом, касаясь плечом. С другой стороны выпрямился Отис.       — Вы должны сдаться. Корабли Острова держат бункер под прицелом. Мои солдаты окружили бункер. Вы должны открыть двери и впустить их.       — Нет, — Фот вздернул подбородок и весь напрягся. — Мы сдадимся только вам. Мы откроем бункер только вам.       Итан и Отис кивнули. Они заслужили встречу с Сои. Они исполнили его приказ и теперь хотели посмотреть ему в глаза.       Сои это почувствовал, понял, принял. У них были одинаковые мечты, идеалы и цель.       — Хорошо, — согласился Сои. — Я спускаюсь.       Отис широко улыбнулся и хлопнул Итана по плечу. Итан встретился взглядом с Фотом. Зелень его глаз стала мутной и темной. Отведя взгляд, он вернулся к пульту. Экраны замигали картинками — корабли Острова в небе, горящий город, пожарные машины, распахнутые ворота базы, плац перед бункером, усыпанный обломками. На них сели корабли Острова. Птицы без крыльев и головы. Оглядывая их простые линии и формы, Итан невольно ощутил тоску. Не верилось, что он снова полетит на одном из них.       — Я здесь, — прозвучал голос Сои в динамике. — Открывайте бункер.       Фот метнулся к коридору, будто собирался распахнуть дверь вручную, потом вернулся к пульту. За стеной, под полом застонали и защелкали механизмы.       Нужно выйти Сои навстречу, подумал Итан и не сдвинулся с места. Отис рядом смотрел на Джуда. Нельзя его оставлять. Он тоже должен встретиться с Сои.       Они услышали шаги. Протезы гулко били по металлическому полу бункера. Десять воинов. В перестуке шагов они безошибочно отличили тяжелую поступь Сои.       Он вошел первым. Обнаженный. Высокий за счёт протезов, он доставал макушкой до потолка. Он торжественно улыбнулся, как перед посвящением. Как перед посвящением, приблизился, выдвигая из ладони шприц с транквилизаторами. У Териса был такой же, с тоской мысленно отметил Итан.       Сои стоял в шаге от Итана, когда Фот с криком бросился вперёд. Его простейшие трёхпалые манипуляторы сжимали украшенный длинной иглой палец-обломок от протеза Яна. Игла царапнула Сои по шее, вспорола кожу прежде, чем он успел блокировать удар и откинуть Фота на стену. Солдаты, державшиеся на три шага позади Сои, вскинули оружие. Отис взглянул на Фота, на стволы и зарычал. Он метил Сои в грудь, попал по плечу. От удара Сои сел на одно колено. Солдаты за его спиной открыли огонь по Отису. Он дергался и шатался, прежде чем упасть. Итан инстинктивно пригнулся. Он не знал, почему Фот и Отис напали на Сои, не понимал, почему собирается сделать то же самое. Предвкушая, как его слабые пальцы сожмутся вокруг горла Сои, он огляделся в поисках оружия. Стрельба еще не прекратилась, Отис еще хрипел, когда Итан выдернул из манипулятора Джуда Н-18. Сои оказался быстрей, ударил по оружию, направляя ствол вниз, и вонзил Итану в шею иглу.       На этот раз не транквилизатор или успокаивающее, а что-то во много раз сильней. От чего ноги подкосились и сознание съежилось. Глядя на склоняющихся над ним людей, Итан чувствовал себя как Ян на столе под скальпелем. В конце концов, с самого начала Итан должен был быть на его месте.

***

      Итан открыл глаза. Мерцающий потолок. Тяжелый запах пота, железа и химии. Сои стоял к Итану спиной, закрывая собой экраны.       — Эфор Сои, все министры М-78 в зале. Ждут вас, чтобы начать переговоры, — из динамика донесся бойкий голос.       — Расстреляйте их, — приказал Сои.       С каждым вдохом Итан лучше, яснее и полнее ощущал свое тело. Металлический стол под лопатками холодил обнаженную кожу. Ремни на запястьях затянули так туго, что под ними бешено бился пульс. Ремень на животе и груди мешал вдохнуть полной грудью. Собственное тело казалось тесной клеткой.       Итан зажмурился, а когда открыл глаза — встретился взглядом с Сои.       — Чья это была идея? — Сои сложил руки на груди и скривился. — Кто первым заговорил о предательстве?       — Мы не предатели, — Итан облизал губы, во рту пересохло так, что язык лип к нёбу.       — Вы напали на меня. Кто это придумал?       — Фот… Отис. Джуд. Ян. Терис, я, — засмеялся Итан.       Сои положил похожий на крупную человеческую руку манипулятор на протез Итана, из другого манипулятора Сои выскочила отвертка.       — Ты знаешь, что случается с предателями?       Итан сглотнул: он знал.       — Скажи это вслух, — голос Сои вкрадчивый и мягкий, улыбка совсем близко.       — У них отбирают протезы, — против воли у Итана сорвался голос, и он перешёл на шепот: — Они возвращаются к мокрицам.       Сои кивнул и воткнул отвертку в соединение сплава и плоти. Сои ковырял мертвый и огрубевший слой кожи тупой отверткой, пока по бедрам Итана не потекла сукровица и кровь.       Итан сжал кулаки. Сои не станет оглушать его наркотиками. Если Итану повезет, он потеряет сознание из-за того, что не ел три дня, если не повезет, будет плакать и просить пощады. Но это будет потом, а сейчас он ничего не мог поделать с возбуждением. Передавленные запястья и развороченная культя пульсировали, посылая кровь в приподнимающийся член.       — Вспоминаешь, как я отсоединял твои протезы в прошлый раз? — Сои взял член Итана в кулак.       Это было изнасилование, прозвучал в голове Итана голос Териса. Нам приказывает человек, которому нравится насиловать беспомощных мальчиков.       — Хочешь, чтобы я выебал тебя в последний раз? — Сои ухмыляется. — До того, как до тебя доберутся мокрицы.       Сои разжал кулак и ударил раскрытой ладонью по члену Итана.       — Ты видел себя в зеркало? — Сои отвесил Итану пощечину. Голова мотнулась в сторону, глаза наполнились слезами.       — У тебя кадык величиной с мерзкое яйцо мерзкой чёрной птицы. Отвратительный пушок над верхней губой. На твоем возбужденном члене проступает уродливая, как шрам, вена. Я не трахаю таких уродов.       Сои сжал член и мошонку Итана. Боль наконец заглушила возбуждение.       Итан хотел что-то сказать, он должен был ответить, послать Сои, оскорбить, но горло пересохло, а в голове царила пустота.       Сои вздохнул и сосредоточился на его протезах. В прошлый раз он расслабил соединительные щупы. И всё равно Итана били судороги, когда электроника отключилась от нервной системы. В этот раз Сои буквально вырезал тупой отверткой щупы у Итана из культи. Нужно молчать и смотреть ему в глаза, уговаривал себя Итан, не показывать страха, не показывать отчаяния.       Когда Итан закричал, оказалось, что кричать так же приятно, как испытывать оргазм. За облегчением пришла темнота.       Итан пришел в сознание, когда Сои позвал воинов. Протезы Итана, один в один ноги Ларса Быстрого, валялись на полу. Заляпанная кровью груда металла. Столько же осталось бы от Итана, если бы его кремировали.       — Отнесите мокрицу на корабль, который отправляется на Остров, — Сои столкнул Итана со стола.       От удара об пол перед глазами потемнело.       Воин с черными, как у Териса, манипуляторами легко взвалил Итана на плечо. Перед глазами Итана замелькали экран, ножные протезы Сои и пол коридора. Они всё ещё были в бункере. Итан забился, спросил, что случилось с Отисом и Фотом. Чтобы он заткнулся, воин слева вмазал ему по ребрам. Итан снова потерял сознание.       Он очнулся на корабле. Пол слабо вибрировал. Звучали голоса. Протезы царапали пол. Итана окружали мальчишки одного с ним возраста.       — Предатель, — сплюнул один.       — Трус… Думал сбежать, спрятаться на М-78… Ты и уроды из твоего отряда убили Януса и его людей и переметнулись на сторону врага…       У одного из мальчишек вместо рук были белоснежные, как плевок, манипуляторы. Два сустава, семь пальцев с пятью фалангами. Итан не мог отвести от них взгляд, он знал: в последних фалангах спрятаны иглы. Точно такие же манипуляторы были у Яна.       «Тебе придется выбирать, во что верить», — произнес в его голове Терис. Верить, что тебя использовали, что ты беспомощен и бесполезен. Или верить, что ты поступал правильно и действовал на благо Острова.       Всё, что я сделал, я делал для него, подумал Итан и схватил мальчишку с белоснежными манипуляторами за щиколотку. Чтобы у него было больше возможностей. Больше выбора. Новая эпоха для Острова. Остров больше не будет изолирован, замкнут сам на себе. Завоевав М-78, Остров изменится. Просто не сможет остаться прежним. У тебя появится выбор. «Не обманывай себя», — прошептал у Итана в голове Ян.       Мальчишка легко освободился от слабой хватки Итана и ударил его ногой в живот.       — Предатель. Трус, — оживились остальные.       Думая об иглах Яна, об их прикосновении к коже, об улыбке Яна, о его поцелуях, Итан снова потянулся к ногам бившего его воина. Ему наступили на руку, разбили нос, потом воин с белоснежными манипуляторами уселся Итану на грудь. Он был легким. Худым. Покрасневшим, возбужденным. Его левую бровь пересекал шрам. Глаза — узкие щели. Итан хватался за него, пока воин не перевернул его лицом в пол, не вонзил иглу ему в плечо и не выебал.       Они приземлились на Остров ночью. Итана протащили по песку, бросили на берегу и ушли.       — Предатель, убийца, трус, — когда их голоса стихли, шум волн вытеснил все звуки из мира и все мысли из головы Итана. Даже его сердце билось в такт накатывающих на берег волн. Перед рассветом на грудь Итану упала черная птица. Царапнула в судороге живот и замерла, повернувшись к нему раскрытым клювом.       Мокрицы появились вместе с розовым, как десны, солнцем.       — Смотрите, кто здесь. Калека… Воин… Я его знаю… Он отрезал мне уши…       Бородатые морщинистые лица. Слабые удары. Мужчина с отрезанными ушами схватил Итана за волосы и потащил к воде. Холодная волна вцепилась в Итана и ненадолго прояснила его мысли. Всё вокруг вдруг стало невыносимо, болезненно ярким и пугающе четким.