Любовный приворот

Мисс Грейнджер решила действовать грубо и наверняка. Не мудрствуя лукаво, она незаметно взяла у Гарри плащ-невидимку и, затаив дыхание, приникла к замочной скважине известного и так нелюбимого Поттером кабинета. Это было верхом дурного тона, вот так стоять под скрывающим покровом и подглядывать за профессором, но в свете амортенции – это были мелочи. Ничего не подозревающий Снейп все же бросал в сторону проема устрашающие взгляды, но Гермиона опасалась лишь, что не успеет отскочить от вылетающего из кабинета зельевара и со всего размаху получит дверью в чересчур умный лоб. Обнаружения она не боялась – чудо-плащ не пронять даже разоблачающей магией. С энтузиазмом выслеживая свою добычу, Гермиона наслаждалась ее беспомощным неведением. Вокруг факелов, висевших на стенах подземелий, клубилась тьма, оживая неясными шорохами и скрипами. Девушка старалась не обращать на это внимание, заставив себя сконцентрироваться и наблюдать за профессором. Она видела, как он отточенными движениями наводит порядок в своей лаборатории, бормоча что-то себе под нос. Окидывает придирчивым взглядом деревянные стеллажи, до потолка заставленные снадобьями, и копошится, копошится, копошится, работая с различными ингредиентами зелий. Спина затекла и ощутимо ныла. Гермиона раздраженно думала, сколько еще времени понадобится зельевару, чтобы оставить свои склянки и наконец пойти спать. Если он вообще подвержен этому привычному для людей состоянию. Сама она уже валилась с ног от усталости и напряжения, бодрствуя какую ночь подряд, все пытаясь воплотить в жизнь свой мрачный план. Терпение утекало, как песок сквозь пальцы, когда мужчина, в конце концов, поднялся и обошел массивный письменный стол. На мгновение девушке показалось, что сейчас он выйдет из кабинета и поспешит готическим бесшумным призраком по темным коридорам Хогвартса, оставив ее во власти усталости и досады. Сон атаковал нещадно, и расстроившаяся Гермиона решила, что сейчас грохнется прямо здесь, в ближайшем углу, и пускай неизвестного происхождения храп всю ночь пугает слизеринцев. Черная фигура Снейпа замерла, не доходя до дверей, и исчезла из поля зрения незадачливой наблюдательницы. Отверстие замочной скважины давало небольшой угол обзора. Интуитивно было понятно, что профессор стоит слева от входа. Едва не засунув глаз в узкую щель, она рассмотрела как преподаватель убирает какие-то свертки себе за пазуху. Осуществив задуманное, зельевар направился к дальней стене за столом, где чернел своим квадратом остывший камин. Гермиона вся обратилась в слух, стараясь расслышать и запомнить сложное заклинание или пароль, которые произнесет маг. Белоснежный манжет полосой сверкнул в приглушенном освещении рядом с гербом Слизерина, который висел над камином. Бледные пальцы коснулись пышной виньетки и повернули завиток. Глаза змеи полыхнули изумрудами. Наступила тишина. Грейнджер постояла не дыша определенное время и поняла, что за дверью больше никого нет. Тайный ход в стене древнего замка. Вот как! Чистая механика и никакой магии. «Вы ли это, профессор ?!», - передразнила отличница, копируя недавнюю колкость зельевара. В четверг, вычислив время, когда Снейп точно будет на занятиях, выпив бодрящей настойки и прихватив маленький пузырек, Гермиона двинулась навстречу своему триумфу, традиционно проигнорировав уроки по Прорицанию. Прокравшись мимо главного зала, из которого доносился знакомый голос, распаляющийся в своей обычной манере, девушка убедилась, что все в порядке и судьба вновь благоволит ей, отослав мага из его владений. Когда профессор задавал выполнять конспекты по древним фолиантам, каждый курс работал в этом просторном зале с решетчатым переплетом стрельчатых окон. Закутанная в мантию волшебница спустилась по винтовой лестнице. Если все осталось прежним с ее второго курса… Под отпирающим заклинанием щелкнул замок в крепкой двери с резными коваными петлями. Снейп в своей самонадеянности был просто невыносим. Гермиона довольно ухмыльнулась. Предыдущие кражи ничему его не научили. Может отчасти маг и прав - нужно быть либо больным, либо мисс Грейнджер, чтобы снова добровольно сунуться сюда. Невидимкой пройдя по узкому мрачному пространству кабинета, волшебница остановилась у камина и нетерпеливо стала ощупывать железный декор. Металлический стебель едва сдвинулся, и Гермиона увидела знакомый зеленый свет в символе Слизерина. В то же мгновение часть стены бесшумно отошла, образуя темнеющий проход. Привыкшие к полумраку глаза заметили ступеньки, ведущие наверх. Как только девушка ступила на них - стена затворилась. Лестница заканчивалась темной дубовой дверью, весьма искусно украшенной. Отворив ее, мстительница попала в личные покои Северуса Снейпа. Ни они сами, ни их хозяин не располагали к уюту. Хотя здесь даже были небольшие круглые окна и красивый чистый камин, судя по саже на его стенах – он часто использовался. Молниеносно осмотрев пространство, волшебница обнаружила то, что искала. В небольшой кухне рядом с плитой находился стол, на котором покоилась хрустальная ваза, наполненная свежими фруктами. Рядом стоял высокий кувшин. То, что надо! Проворная рука впрыснула перламутровую жидкость в сахарную мякоть плодов. Мрачное торжество мелькнуло в карих глазах. Мантия невидимка вновь надежно сокрыла Гермиону. Она неслышно направилась к выходу, когда краем глаза заметила то, что живо привлекло ее внимание. На краю рабочего стола в беспорядке лежали вещи: свитки, неизвестные письма, справочники. Из одной книги выглядывал глянцевый край плотной бумаги. Гермиона предположила, что это могла быть фотография. Сгорая от любопытства и не сдержав себя, она приблизилась к столу и аккуратно раскрыла страницы. На желтоватом кремовом фоне действительно лежал снимок. Часть снимка разорванного напополам безжалостной рукой. На нем, светясь от счастья, улыбалась молодая девушка, лукаво и свободно глядя в объектив, вероятно прижимаясь к кому-то плечом. Волшебница прикрыла рот ладонью, подавив удивленный возглас. Гермиона жадно вглядывалась в нежные черты, все больше уверяясь, что они ей известны. Но вспомнить откуда не могла. Лишь выцветшие краски говорили, что фотография была сделана много лет назад. Еле оторвавшись от портрета, девушка вернула вещи на прежние места, оглянулась и поспешила обратно. Стоя в темноте у подножия лестницы, юная Немезида* судорожно чесала голову, стараясь унять нервную дрожь. Как вновь попасть в кабинет Снейпа она не знала. Стена в молчаливом безмолвии выслушивала все причитания и ругательства растерянной девушки. Беспокойные пальцы судорожно ощупывали каждый сантиметр кладки – ни единой зацепки, похожей за рычаг. Проклиная свою неосмотрительность и безрассудство, Гермиона была готова взвыть от отчаяния. Она заметалась по узкому пятачку, пиная камень и в бешенстве молотя кулаками теснившие с трех сторон стены. От бессилия хотелось рыдать в голос. Колени подогнулись, и волшебница опустилась на холодную ступень. Запрокинув голову, она больно ударилась затылком о тесаный камень. Внезапно стена расступилась. Гермиона вскочила на ноги, одним прыжком оказавшись в знакомом кабинете, и бросилась прочь. Едва переведя дыхание в общей гостиной Гриффиндора, она собрала необходимое и направилась на занятия, чтобы не вызывать ни у кого подозрений. Старательно делая сосредоточенную мину, девушка еле высидела до конца учебы. Нетерпеливо ерзала на скамье за ужином, ковыряла вилкой остывшее рагу, пока друзья уплетали свои порции, успевая делиться с ней впечатлениями о дневной тренировке. Волосы Гарри потеряли всякий вид, приличествующий юному джентльмену, и торчали во все стороны не хуже, чем у Гермионы. На щеках играл румянец. По-видимому, квиддич выбивал из его головы все мрачные мысли. Глядя на сытые довольные лица Гарри и Рона, волшебница, внезапно поняла, что вот-вот проболтается о своих подвигах. Комкая у губ салфетку на манер кляпа, она размашисто утерлась и поспешила удалиться. Поднявшись, девушка мельком глянула на учительский стол. Места некоторых преподавателей пустовали. Посмотрела на сидящего Снейпа. Профессор сдержанно переговаривался с мадам МакГонагалл. Гермионе просто не терпелось узнать, был ли зельевар в своих покоях? Его поведение говорило об обратном, да и ел он, насколько это можно было рассмотреть с ее места, с аппетитом. Волшебница расстроилась. Похоже, ждать придется долго. Целый вечер и может еще ночь. Стрелки ползли по циферблату, как сонные мухи по осеннему стеклу. Гермиона сидела в комнате, подогнув ноги под себя, и громко тянула через край остывшее какао. Не зная, чем себя занять, она мысленно репетировала, как с холодным достоинством примет пламенные речи и гадала, кого же она видела на фотографии в жилище Снейпа. Промучившись еще с час, вышла в коридор и решила прогуляться. Подозрительно знакомая ваза проплывала на обильно уставленном подносе впереди ушастого эльфа, который шел по галерее. Герб Слизерина был вышит на его робе. Раскрывшая от изумления рот девушка переполошилась и догнала домовика, опасаясь, что он тут же испарится. - Откуда это у тебя? - нетерпеливо, но дружелюбно спросила она. Слуга улыбнулся, узнавая в студентке знаменитую подружку Поттера, ярую защитницу всех обездоленных, притесняемых, угнетенных, в том числе и эльфов. - Господин профессор Снейп великодушно отправил угощение для господина профессора Флитвика, - почтительно произнесло существо. - Профессора не было на ужине. - Он ждал своего старого друга и пропустил трапезу, которую я ему сейчас и несу. Обеспокоенная волшебница подозрительно осматривала содержимое вазы. - Тут точно ничего не пропало? - Господин взял себе один плод. Вот оно! Свершилось! Девушка просияла. Значит, зельевар все же отведал угощение. Теперь в успехе предприятия можно было не сомневаться. Эльф попытался выполнить свое поручение и пойти дальше, но Гермиона быстро и незаметно взмахнула своей палочкой. Не хватало, чтобы другие неоправданно пострадали от любовного наваждения. Уж дорогой ее сердцу профессор Заклинаний точно не заслужил подобной участи. - Смотри, что это? - волшебница придирчиво перебирала плоды, покрывшиеся в нескольких местах червоточинами. - Ты собираешься нести такое профессору? Уши домовика мелко затряслись, а круглые водянистые глаза смотрели перед собой непонимающе и растерянно. - Не переживай, - Гермиона, широко улыбаясь, отняла еду, - я с этим разберусь. Никто ничего не заметит. А ты поспеши на кухню и собери новый поднос. - Я ничего не скажу профессору Снейпу! – весело подмигнула эльфу и вприпрыжку отправилась во внутренний двор замка. Смеркалось. Становилось прохладно, хотя уже по-весеннему светлое небо не торопилось угасать. волшебница неспешно шагала по светлому ровному камню брусчатки, рассматривая причудливый рисунок трещин на известняке. Подняв голову, она улыбнулась и склонилась в приветствии. Навстречу ей, проворно перебирая своими короткими ногами, шел профессор Заклинаний. Девушка с любопытством взглянула на его спутника. Это был гоблин из ближайшей деревни. Гермиона, видела его уже однажды в Хогвартсе, на репетиции хора. Кажется, друг Флитвика тоже узнал ее. Она кивнула, заметив на себе долгий взгляд маленьких черных глаз, и поспешила удалиться. Меж стройной колоннады мелькнула знакомая мантия. Волшебница заволновалась, судорожно соображая, где ей лучше выслушать возможное признание профессора. Она глянула на двор, по которому неспешно бродило несколько парочек студентов, и решила не торопиться с публичной демонстрацией чувств привороженного зельевара. Ей нужно подготовиться. Углубившись в сеть коридоров старого замка, стала рассматривать сложные готические узоры каменных рельефов, обнимающих капители пучка тонких колонн. Здесь было тихо и светло. Огонь весело трещал в железных чашах, подвешенных к массивным кронштейнам тонкими цепями. Настроение Гермионы было боевым и приподнятым. Уже совсем скоро ее обидчик будет наказан и справедливость восторжествует. Придет весна, неся на своих крыльях долгожданное тепло. Девушка так расчувствовалась, что даже решила дать списать своим друзьям, мысленно представляя их обескураженные лица. Она уже намеревалась исполнить задуманное, направившись в сторону помещений Гриффиндора, как почувствовала прикосновение к своему телу. Прикосновение, от которого она встрепенулась, вспыхнув от ярости и смущения... *Немезида - в древнегреческой мифологии крылатая богиня возмездия, карающая за нарушение общественных и нравственных порядков.