2 плюс 4

      Больше всего на свете Эвен любил ленивые воскресенья.       Он любил лежать в постели и смотреть, как Исак ходит по комнате, разговаривая по телефону с мамой.       Он любил их долгие и ленивые завтраки, где они говорили о прошлой неделе и своих планах на следующую, сообщая друг другу о своих занятиях, встречах и планах за кофе или чаем.       С Исаком он любил убирать кухню, сортировать еду, наводить порядок на полках. Они оба были в спортивных штанах и толстовках, а Исак носил еще шапку поверх своих грязных волос.       Эвен любил тихие послеобеденные часы, когда он сидел в гостиной с чашкой чая и находил время для для того, чтобы порисовать, пока Исак лежал на диване, читал книгу или играл в FIFA, или, как сегодня, просто смотрел телевизор.       Он любил все это. Тихое время, которое они проводили вместе. Его жизнь в Тронхейме была довольно захватывающей, со всеми новыми людьми, которых они узнали, занятиями, новыми обязанностями и взрослением, но некоторые воскресенья были точно такими же, как в Осло, в коллективете или в их первой маленькой квартире.       Только Исак и Эвен. --       Эвен сидел на диване и отвечал на сообщения, когда Исак пришёл с кухни, где мыл посуду.       Они только что закончили ужинать, и Эвен с нетерпением ждал ленивого вечера дома, только они и их диван и, возможно, хороший фильм.       — Привет, — прошептал Исак Эвену на ухо, перегнувшись через спинку дивана, чтобы обнять его. Он прижался щекой к нему и скрестил руки на его груди.       — Привет, — прошептал Эвен в ответ, поворачивая голову, чтобы поцеловать Исака.       Исак улыбнулся и поцеловал в ответ, прежде чем снова прижаться головой к Эвену, и что-то в его дыхании казалось неправильным, в том, как он осторожно провел пальцем по его груди, как его руки держались слишком сильно.       — Что у тебя на уме, детка? — тихо спросил Эвен, повернув голову, чтобы посмотреть на своего парня.       — Просто… могу я подарить тебе подарок на сегодня? — спросил Исак, прижимаясь носом к шее Эвена и глубоко вдыхая.       — Да, конечно, — сказал Эвен. Исак встал, обошел диван и сел рядом с парнем, задрав одну ногу на диван и взяв Эвена за руку.       — Я не уверен, что тебе понравится, — признался Исак, а Эвен покачал головой.       — А я уверен, что мне понравится, — сказал он и уже знал, что так и будет.       Конечно ему понравится.       — Хорошо, ну, ты знаешь, что завтра наша годовщина? — спросил Исак, и Эвен улыбнулся.       — Я в курсе.       — Эм, хорошо. И хотя это наша официальная годовщина и все такое, сегодня еще и годовщина той ночи, когда ты отправил мне то сообщение, — сказал Исак, а Эвен сжал его руку.       Они много раз говорили о той ночи, и Эвен знал, что Исаку до сих пор тяжело вспоминать. Иногда это было тяжело и для него самого.       — Я помню тот день так чертовски хорошо, — продолжал Исак, — или, честно говоря, день какой-то размытый, но та ночь..когда я был в той церкви и когда ты прислал мне то сообщение. Я помню, как боялся потерять тебя. Как я испугался, что опоздал.       — Детка, — сказал Эвен, нежно поглаживая большим пальцем щеку Исака, — все в порядке. Я здесь. Мы прошли это.       — Просто… мне грустно думать о том, что я могу потерять тебя, — признался Исак, глубоко вздохнув, — и я помню, как мне было хорошо, когда ты сказал, что любишь меня, что мы будем вместе навсегда в другой вселенной. И я помню, какое облегчение я испытал, когда увидел, как ты выходишь из школы.       Эвен кивнул, наклоняясь и мягко целуя своего парня.       — Я знаю, детка, — сказал он, прижавшись губами к Исаку, — я помню, что чувствовал, увидев тебя той ночью. Я честно не мог поверить, что ты там был. Что ты вернулся ко мне после всего.       Исак сглотнул.       — Конечно я сделал это. Помню, я знал, что что бы я ни сказал, этого будет недостаточно. Сказать, что я люблю тебя, что я здесь ради тебя и все будет хорошо, это было неправильно.       — Ты сказал, что я не один, — вспомнил Эвен, — и, честно говоря, этого было более чем достаточно.       Исак кивнул, придвинувшись поближе и положив руку на бедро Эвена.       — Я хочу, чтобы ты знал, что ты не один. Я знаю, что будут трудные времена, будут времена, когда ты снова почувствуешь себя дерьмом, и я не говорю, что тебе будет плохо, потому что у тебя будет еще один депрессивный эпизод или что-то в этом роде. Я имею в виду, что в жизни происходит много того, что заставляет тебя грустить. И я просто хочу, чтобы ты знал что ты не один. Никогда.       — Я знаю, что нет, — пообещал Эвен, наклоняясь для другого поцелуя, — ты знаешь, что ты тоже не один, не так ли?       — Да, я знаю, — сказал Исак, проводя рукой по груди Эвена, и положив ее на его шею, — я просто… когда мы переехали в Тронхейм, мы вроде как отказались от многих вещей. Например, от наших друзей и родителей, которые всегда были рядом. И поэтому я чувствую, что сейчас еще важнее дать тебе понять, что ты не один. Я всегда буду с тобой. Ладно?       Эвен сглотнул, прислонившись лбом к Исаку.       — Я знаю. Хорошо.       Они вместе вздохнули, а затем Исак полез в карман и протянул что-то Эвену.       — Я хотел, чтобы у тебя было что-то, что ты всегда сможешь носить с собой. Что-то, что всегда будет напоминать тебе, что ты не один, даже когда меня нет рядом. Что ты знаешь, что я здесь ради тебя, даже когда физически я здесь не ради тебя, если это имеет какой-то смысл, конечно.       — Кольцо? — тихо спросил Эвен, глядя на простое серебряное украшение в руке.       — Я не знал, захочешь ли ты его надеть. Это не… это просто что-то, чтобы ты знал. Что я - рядом. Все время.       — Мне кажется, ты делаешь мне предложение, — сказал тихо Эвен, вертя кольцо в руке.       — Было бы хуже, если бы это было так? — спросил Исак, и это прозвучало так непринужденно, так уверенно, что у него перехватило дыхание.       — Нет, — покачал головой Эвен, — Нет конечно.       — Не то, чтобы я скрывал все намеки, которые я бросаю, что хочу, чтобы мы были навсегда вместе, но я уверен, что мы и так вместе навсегда, — пожал плечами Исак, — я хочу, чтобы мы поженились. Однажды.       — Да, я тоже этого хочу, — кивнул Эвен, все еще вертя кольцо в руке.       — Это всего лишь обещание. Что я не оставлю тебя в покое. Что ты не одинок, никогда, — объяснил Исак, снова указывая на кольцо, и Эвен улыбнулся, когда, наконец, прочитал слова, выгравированные внутри кольца.

Du er ikke alene.

      — Все идеально, — сказал он тихо, и Исак засиял, как будто он все это время задерживал дыхание, как будто вся нервозность внезапно исчезла.       Он потянулся к руке Эвена, осторожно надев кольцо на палец и поцеловал его костяшки, прежде чем отпустил.       — Я люблю тебя. И ты не будешь один, хорошо? Даже если я за тысячу миль отсюда, ты все равно не один, ясно?       — Ладно, — прошептал он, а затем притянул Исака к себе для еще одного поцелуя, глубокого, медленного и страстного.       — Не могу поверить, — прошептал он Исаку на ухо, подталкивая его, для того чтобы тот не лег на него, — не могу поверить в то, насколько ты совершенен.       — Ты заслуживаешь только совершенства, — тихо сказал Исак, потянув Эвена на себя для другого поцелуя. Их губы нежно соприкасались, а их языки исследовали рты друг друга.       — Пойдем спать, детка, — предложил Исак, поглаживая руками спину Эвена, вверх-вниз-вверх-вниз. Медленный ритм соответствовал движению их языков.       — Да, — согласился Эвен, затаив дыхание. --       Эвен не мог поверить в свою удачу, когда Исак наконец-то толкнулся в него, медленно и глубоко.       Он выглядел так хорошо, так горячо, так идеально. Эвен чувствовал себя настолько невероятно, что постоянно забывал как дышать.       — Ты в порядке? — мягко спросил Исак, опустившись на локти и прислонившись носом к Эвену.       — Да, я в порядке, — прошептал Эвен в ответ, — чувствую себя прекрасно.       Исак улыбнулся, беря Эвена за руки и с силой переплетая пальцы, чтобы тот мог чувствовать кольцо, которое было словно тихое обещание. Исак хотел, чтобы Эвен бесспорно понимал, что он не один.       Что он никогда не будет одинок.       Исак начал входить в него медленными, глубокими толчками. Его тело двигалось так красиво, когда он был сверху. Его поцелуи были такими сладкими.       — Черт, Исак, да, вот так, — застонал Эвен, притягивая Исака ногой еще ближе, — черт, о боже.       Исак задыхался. Его волосы прилипли ко лбу, и он начал толкаться немного сильнее, в определенном направлении, но делал все еще медленные толчки, чтобы они могли поцеловаться. Ведь Эвен любил это.       Исак попадал во все нужные места внутри него, а его скорость была для них обоих комфортной. Его тело ритмично двигалось, и Эвену хотелось, чтобы их секс продолжался вечно.       — Ты такой горячий, — выдохнул Исак Эвену на ухо, прежде чем их губы снова соприкоснулись, горячие и влажные, — ты так чертовски хорош.       — Черт, Ис, я близок, — Эвен задыхался и громко стонал, когда Исак с каждым новым толчком целенаправленно касался его простаты. Отпустив одну из рук Эвена, он проскользнул вниз и взял член Эвена в руку.       У Эвена перехватило дыхание от внезапного трения о его член, и он положил свободную руку на бицепс Исака, чувствуя, как он напрягается от усилия, которое Вальтерсен использовал, чтобы держать себя и толкаться в него. Восхитительно.       — И я близок, — выдохнул Исак, снова прижимаясь губами к губам Эвена, и у него перехватило дыхание.       Они кончили синхронно, со стонами и именами друг друга, сорвавшихся с их губ. Исак поглаживал Эвена. Его рука двигалась с идеальной скоростью, и он убрал ее, когда это было нужно.       Он не вышел из Эвена сразу, немного побыв в нем, а затем осторожно лег рядом, утыкаясь носом в шею парня.       — Люблю тебя, — тяжело дыша, проговорил он, влажно лизнув его шею.       — И я тоже, — вздохнул Эвен, и хотя ему очень хотелось обнять Исака, сейчас у него просто не осталось сил.       Несколько мгновений спустя Исак слез с кровати и, взяв туалетную бумагу которая лежала рядом с их кроватью, начал вытирать Эвена, а затем натянул на них одеяло.       Между ними все еще было немного липко, но Эвен не возражал. Не хотелось покидать теплую постель и терять тепло тела Исака.       — Черт, это было хорошо, — сказал Эвен, а Исак хихикнул.       — Не могу не согласиться с тобой.       Они лежали рядом, голова Исака покоилась на плече Эвена, а их руки переплетены рядом с головой Вальтерсена.       Эвен притянул Исака ближе и нежно поцеловал щеку.       — Кстати, я уже люблю свой подарок.       — На самом деле? Потому что, честно говоря, если ты не хочешь его носить, можешь просто снять и убрать куда-нибудь, — пообещал Исак, — я не приму это на свой счет.       — Ни за что, — покачал головой Эвен, — я больше никогда его не сниму.       Исак улыбнулся, слегка повернувшись, чтобы посмотреть на Эвена.       — Я изначально думал подарить тебе татуировку. Вернее, сертификат на татуировку.       Эвен засмеялся, удивляясь.       — На самом деле?       — Я имею в виду, кольцо - это хорошо, символично и прочее, но теоретически ты можешь его снять. Татуировка была бы навсегда, и это то, чего я бы хотел, — объяснил Исак.       Эвен усмехнулся.       — Верно. Что бы ты хотел, чтобы я набил? Твое имя?       Исак вздрогнул, а его нога шевельнулась под одеялом.       — Нет, это слишком глупо.       Эвен хихикнул.       — Тогда что?       — Может быть, 21:21 или что-то другое. Хмм… Или ты бы набил 2, а я 4. Что-то в этом роде, — пожал плечами Исак.       Эвен на мгновение задумался.       — Честно говоря, это было бы круто.       — Но я вспомнил, что ты не любишь татуировки. И я реально не знал, что ты думаешь об этом. Я даже думал о том, чтобы сделать себе татуировку, а потом показать ее тебе сегодня. Но это было бы странно, потому что я хочу напомнить тебе, что ты не один, а не я, — пробормотал Исак, играя с пальцами Эвена и поворачивая голову, чтобы поцеловать его в грудь.       — Я всегда думал, что мне не понравятся чернила на твоем теле, — признался Эвен, — но что-то подсказывает мне, что мне бы все равно понравилось.       Исак усмехнулся.       — Но я не знал, где сделать лучше. Понимаешь… Потому что я не хотел бы, чтобы все видели. Просто мне было бы не комфортно.       — Это правильно, — сказал Эвен, снова сжимая руку Исака и заставляя их обоих почувствовать кольцо на пальце.       — Да? — застенчиво спросил Исак, глядя на Эвена.       — Да. Чувствую себя прекрасно.       — Я просто хочу, чтобы ты чувствовала себя любимым. Даже в те моменты, когда я не говорю тебе об этом и веду себя, как дерьмо, — пробормотал Исак, прижимаясь ближе.       Эвен прижался лицом к волосам Исака, глубоко вдохнув.       Этот мальчик.       Что, черт возьми, он сделал в жизни, чтобы заслужить этого мальчика?       — Ты никогда не бываешь дерьмом, — пробормотал он в волосы Исака.       — Да, иногда бываю.       — Нет, и еще раз нет, — сказал Эвен с решимостью в голосе, — иногда ты, конечно, ведешь себя как придурок, а иногда бесишь меня. Но иногда все, что я хочу сделать, это накричать, бросить твой сексуальный зад на кровать и трахать тебя, пока ты не станешь собой.       Исак слегка хихикнул, утыкаясь лицом в грудь Эвена.       — Но даже когда ты ведешь себя, как стерва или когда мы ссоримся, я никогда не сомневаюсь, что ты любишь меня. Ни разу за последние два года.       Исак улыбнулся, слегка приподнявшись, чтобы поцеловать Эвена в губы.       — И я надеюсь, что никогда не узнаешь. --       — Эй, Исак? — спросил Эвен сонным голосом, находясь на грани сна и реальности.       Исак промурлыкал что-то, уткнувшись лицом в подушку и тяжело выдохнув.       — Мы сегодня обручились? — удивился Эвен, а его рука легла на сердце Исака.       Исак хихикнул и зевнул.       — Если ты хочешь.       Эвен улыбнулся, прижавшись губами к шее Исака.       — Может быть, немного?       — Все в порядке, — выдохнул Исак, положив руку на Эвена, — мы можем быть помолвлены.       — Это круто, — прошептал он, притягивая Исака ближе.       Вальтерсен громко дышал, почти спал.       — Это круто, — тихо согласился он.