Маска

      В тот день об отношениях между капитаном и его подчинённой узнал весь штаб, естественно, не так хотела девушка сообщить столь интересное известие, но время назад не повернёшь. Практически все смирились с тем фактом, что Микаса и Леви вместе, некоторые называли их даже парой, но было ли это так?       Обе стороны получили то, что хотели: капитан стал несколько добрее и снисходительнее к подчиненным, выплескивая все свои эмоции в более приятный для него аспект, а Микаса наконец-то обрела некий покой и осознание поддержки от более сильного человека. Это был своеобразный и негласный контракт, который должен был действовать на неустановленный срок, они не любили друг друга, в этом не было смысла, для Леви Микаса стала неким разнообразием в его повседневных буднях, личным трофеем. Она знала, когда его лучше не беспокоить, в какое время он пьёт чай, сколько заварки туда положить. Капитан действительно выдрессировал юную подчиненную полностью под себя, но Леви понимал, что Микаса тоже человек и ей также нужно время, которое она может спокойно использовать для себя, главное только заранее предупредить. Но однажды она не предупредила, мужчина посчитал, что у девушки появились неотложные дела и поэтому не придал особое значение этому поступку, но она не приходила и в следующие дни, тогда у Леви и появилось тревожное чувство, которое никогда не касалось его спустя два месяца их отношений. В столовой она не появлялась, скорее всего приходила раньше, а на тренировки Леви не был задействован из-за огромного количества документов, хотя старался все же хотя бы раз в месяц уделить своим подчиненным пару часов драгоценного внимания, такие дни ребята называли «чёрными днями».       Но это было ещё не всё: Леви начал замечать за собой довольно необычные для него мысли и снова начал терять интерес ко всем, кроме одного человека. Такое чувство он уже испытывал в день смерти Изабель и Фарлана, то же чувство возвращалось к нему и сейчас. Конечно, не так резко, как это было впервые, но все же он был уверен, что это именно оно. Иногда глубокой ночью, когда Микаса спала мирно рядом с ним, он невольно задумывался чувствует ли девушка тоже самое, а недавно она стала жаловаться на участившиеся головные боли, мужчина старался облегчить её страдания, используя особые отвары трав, но это не особо помогало.       С каждым днём состояние Микасы ухудшалось, доходило до того, что по ночам девушка не могла спать. Леви настаивал, чтобы она обратилась ко врачу, но Микаса наотрез отказывалась и из-за этого случались частые ссоры, но любому терпению приходит конец и когда мужчина достиг этого самого конца, то уже был готов силой тащить её туда, но когда Леви нашёл девушку, то та сказала, что боли прошли и она уже хорошо себя чувствует. Он поверил только потому, что выглядеть Микаса стала действительно лучше, правда взгляд у неё изменился. С тех самых пор и начались эти странные вещи: сначала она просто пыталась видеться с ним чуть реже, а потом и вовсе пропала. Он хотел с ней поговорить, но никак не мог найти, как иголка в стоге сена затерялась. Плюнув на гордость, Леви расспрашивал каждого встречного, но те упорно молчали, даже под давлением отказывались говорить, когда мужчина уже отчаялся, она пришла к нему сама.       Сначала он думал, что переломает ей ноги, чтобы она не могла ходить ближайшие месяцы, затем решил просто накричать, но присмотревшись к девушке, его слова так и остались не высказанными. Она казалась ланью, которую загнали в тупик и сейчас разорвут, но навряд ли это было из-за того, что он мог быть зол на неё. Леви просто наблюдал за ней, а та, облокотившись на дверь его кабинета спиной, рассматривала содержимое пола. Микаса будто пересиливала себя, но в чём заключалась эта внутренняя борьба.       — Присядь! — сказал он твёрдым голосом.       Микаса тут же выполнила просьбу-приказ, но попрежнему молчала. Тут Леви заметил, что на девушке нет её привычного аксессуара, отчего образ Микасы был непривычным для взгляда, но он был безусловно рад, что эта тряпка сегодня не мозолит ему глаза.       — Если ты пришла сюда молчать, то меня это не интересует. Либо ты называешь причину своего прихода, либо покинь кабинет. — он взял в руку свой любимый чай и начал отпивать содержимое.       — Я хотела просто вас увидеть.       Леви подавился чаем. Чтобы услышать подобные слова от Аккерман, да ещё и в свой адрес… К такому мужчина точно не готовился. Он понимал, что их отношения построены на том, чтобы облегчить жизнь её друзьям, Микаса себя буквально в жертву принесла, Леви иной раз даже чай на предмет отравляющих средств проверял, если его готовила именно Микаса, а тут…       — П-повтори.       — Я хотела вас увидеть, капитан.       — Тебя не было уже неделю, с чего такое необоснованное рвение?       — Я… Я не знаю… — она начала нервно теребить конец своей блузки и старалась не встречаться взглядом с Леви.       — Ты беременна? — Леви выдал первое пришедшее в голову объяснение происходящему.       — Нет… пока нет. Дело в другом.       — Ну постарайся мне объяснить.       — Все началось с тех самых головных болей, тогда казалось, что моя голова взорвется, но с каждым днём состояние облегчалось и когда все прошло я… — она тяжело вздохнула — Я поняла, что во мне что-то изменилось, до сих пор не могу понять что именно, но теперь я не могу выкинуть Вас из моей головы. Вы будто живёте там. Я просыпаюсь с мыслью о вас, тренируюсь с теми же мыслями, когда думаю о чем-то другом, то все равно возвращаюсь к Вашему образу. Думала, что если перестану Вас видеть, то все пройдёт, но стало только хуже. А сейчас я чувствую лишь покой.       — Леви. — произнёс он, отчего девушка подняла на него вопросительный взгляд. — Моё имя — Леви. Обращайся ко мне так, мы с тобой не чужие.       Она лишь кивнула в ответ и стала ждать своего приговора. А Леви, в свою очередь, был в шоке. Микаса в точности описала, те самые ощущения, что стал чувствовать он относительно недавно. Только что их негласный контракт был разорван на тысячи кусочков.       Мужчина встал со своего места, подошёл к Микасе, присел на корточки и взял её за запястье. Он так боялся своих ощущений все это время, так старался запереться от них, что перестал замечать очевидные вещи. Все же он — самый настоящий идиот. Леви положил ладонь Микасы на свою грудь, от чего девушка ещё больше напрягалась.       — Пока бьется это сердце, Микаса. Я от тебя не отрекусь, а моя жизнь уже давно во власти твоей. И если ты кому-то скажешь, что я сейчас тебе говорю, то я лично отрежу его язык и засуну в его же пятую точку.Ты такая бесстрашная, Аккерман, а в результате побоялась появления своих собственных чувств. Я уже давно выбрал тебя из сотни людей и мне никто так не важен, как ты.       Она слушала его так внимательно, будто боялась, что сейчас проснётся и все это было лишь сном. Сегодня их связь укрепилась и сильнее союза во всем мире вряд ли найдёшь. Микаса высвободила свою руку и чуть ли не впечатала его ладонь к своей груди, где бешено колотилось сердце Микасы. Леви это напомнило момент, когда Кенни доверил ему ту самую злополучную сыворотку, наверное, так Микаса доверила ему своё сердце.       — Спасибо вам за то, что вы такой скверный человек, иначе не было бы той самой ночи, а значит и этого дня. Спасибо за то, что вы столько раз спасали мою жизнь, останавливая меня в нужный момент. Если бы не вы…       — Я тебя уже понял, Микаса. Тише… — остановил он её, не сдерживая улыбки.       Она тут же отодвинула стул и присела на колени. Девушка поцеловала Леви с такой нежностью, какой он никогда от неё не ожидал. Да и инициативу она сама никогда не проявляла по понятным причинам, а тут… Он конечно ответил на её порыв, но вскоре позволил разорвать их поцелуй.       — Микаса, на полу довольно прохладно, не лучше ли перейти в наиболее подходящее для этого места?       Она кивнула.       Сегодня она взяла инициативу полностью на себя, старалась покрыть поцелуями каждый сантиметр его кожи, останавливаясь на особенно чувствительных местах. Следила за каждым его движением, подмечала каждый вздох. Казалось, что истинный первый раз был именно сейчас, а не в тот день, хотя если исходить из чисто физического аспекта, то, конечно, он случился именно в тот вечер. Леви хотел отблагодарить девушку в той же манере, но она припечатала его обратно к кровати. Добравшись до важного места, она подняла взгляд, словно выпрашивая одобрение для дальнейших действий, ведь подобного до этого дня она не делала. Получив желаемое, она оттянула резинку трусов и начала наслаждаться тихими стонами мужчины. Он был только её и теперь она за него зарежет любого, кого сочтёт нужным для этого. Только для него она сделает всё то, что он попросит. Когда Леви достиг своего пика, Микаса, довольная собой, облизнув губы, легла рядом с ним и положила голову на его грудь, а тот начал играть пальцами в её волосах.       — Хочешь раскрою тебе секрет, Микаса?       — Смотря какой…       — Ты была моей первой в тот день. Не знаю почему, но эта роль досталась именно тебе.       — Мне нужно говорить о том же?       — Я сам догадался.       Она улыбнулась и начала обводить пальцем его кубики на животе. Отчего мужчина снова почувствовал нарастающее желание теперь уже взять её, тем самым отплатив за доставленное раннее удовольствие. Поэтому скоро девушка оказалась под ним и не сдерживала стонов, отчего Леви пришлось ловить их при помощи поцелуя, пока она в то же время царапала его спину, ощущения стали острее и сдерживаться Микаса не могла. Завтра им зададут кучу неудобных вопросов, но сейчас им до этого совершенно нет дела.       — Мне нужно выйти, иначе…       Микаса не дала ему договорить и лишь сильнее прижала к себе, вдыхая глубже его запах и не оставляя ему выбора.       — Если у тебя будет ребёнок, то я тебя отстраню от службы, Микаса. Я тебя предупреждал.       — Я люблю тебя, Леви. — ответила она ему на это.       — И я тебя люблю.       Так, пройдя долгий путь полный потерь и разочарований, они смогли обрести друг друга и освободить от тяжелых оков, которые преследовали их, доставляя новую порцию боли. Никто их так хорошо не поймёт, как они сами. Сегодня, благодаря Микасе, Леви вновь обрёл утраченные силы, а она почувствовала себя нужной и любимой. Впереди тяжелый путь, но вместе они обязательно его преодолеют…