But under the mask... you.

Стоило Чонгуку только чуть ближе подойти к своей школе, как он сразу же услышал довольно громкую музыку, которая была слегка приглушена стенами здания. Но как только Ким зашёл внутрь, то неизвестный бит стал играть громче, а на входе он даже имел честь встретить несколько выпускников, которые были наряжены в дорогие костюмы и маски, от чего Чон не смог узнать кто сейчас перед ним. Далее Чонгук решил пойти в их всеобщий актовый зал, который был огромен, где и, собственно, проходила сама вечеринка. Когда он подошёл к дверям, то его сразу же остановил высокий парень с блондинистыми волосами, который тут же потребовал с Чонгука пропуск. Сперва Ким даже испугался, потому что совсем позабыл о том, что он якобы под прикрытием, а потом, стушевавшись и даря ждущему парню слегка нервную улыбку, он вытащил из кармана брюк тот самый поддельный пропуск. Блондин принял, посмотрел, отдал обратно и пригласил Чона пройти дальше. Вау, так просто, подумалось тогда Чонгуку. Но стоило парню зайти в зал, как многие взгляды устремились на него, так как с его приходом почему-то внезапно и музыка затихла. Увидев на себе многозначительные взгляды удивления, Чон перетрусил, часто заморгав, но постарался не подавать виду, потому просто ярко улыбнулся и сделал несколько шагов вперёд. Вместе с этим заиграла и музыка.

♪BigBang — Fantastic Baby♪

Ким аж выдохнул от облегчения, когда все присутствующие перестали обращать внимание на пришедшего парня, что позволило Чонгуку смешаться с толпой. В динамиках играла знакомая всем песня, под которую молодёжь стала ритмично двигаться, но вот только Чонгуку как-то не хотелось, потому что он вдруг почувствовал себя не в своей тарелке. Все вокруг танцевали и даже подпевали. Было видно, что многие уже успели отпраздновать этот вечер с хорошим градусом спиртного. Вот и Чону тоже сейчас приспичило пойти к большому столу в углу, где находились всевозможные напитки и всякие закуски. Ким взял лишь бокал шампанского, которое моментально опрокинул в себя, отчего алкоголь уже через несколько секунд успел ударить в голову, немного вскружив сознание. Чонгук вообще-то не баловался всей этой фигнёй, может однажды Чимин как-то принёс бутылку дорогого вина, но в тот раз младший выпил лишь глоточек, честное слово. Зато его лучший друг выпил совершенно всё, а потом превратился в совершенно другого человека – начал ругаться плохими словами, без причины смеяться, танцевать и даже предпринял попытку подраться с Чонгуком, который позаботился о друге, уложив того спать. А вот на утро следующего дня Паку было очень стыдно за своё поведение и он неделю слёзно извинялся перед младшим, хотя тот даже и не начинал обижаться. Поэтому, да, сейчас Чонгук пил чуть ли не впервые. Повод есть? Есть. Тогда почему же не повеселиться? С такими мыслями Чон взял уже второй бокал с шампанским, повторяя судьбу первого. Со вторым бокалом пришло понимание того, что сейчас какой-то праздник, ибо все так весело танцуют под музыку, которая тут же сменилась новым треком.

♪Seungri — Gotta Talk to U♪

О-о, этого певца Чонгук знал отлично, потому как несколько раз он и Чимин ставили танцы на некоторые песни БигБэнгов. Потому Чон почувствовал некую расслабленность во всём теле, а может это уже было дело рук шампанского, но парень решительно пошёл к толпе, чтобы подстроиться под всеобщие пляски, при том он даже не заметил, что на него вот уже как минут пять смотрит какой-то незнакомец, который специально отошёл в сторону, чтобы получше лицезреть симпатичного паренька, который сейчас, наконец, почувствовал себя в своей стези, подпрыгивая под очередной бит очень ритмичной музыки. Чонгуку отчего-то стало так хорошо, что ему захотелось в ту же минуту смеяться, что он позволил себе, даря присутствующим свою обворожительную белозубую улыбку. А потом он неожиданно повернулся в другую сторону и столкнулся с внимательным взглядом, который сто процентов изучал именно его, Чонгука. Ким в момент удивился тому, насколько тот незнакомец был ярким: его волосы были жгуче красного цвета, как и весь его костюм, лишь рубашка чёрного цвета выбивалась из под пиджака, которая облегала тело парня, подчёркивая его мужественность и широкие плечи; даже маска незнакомца была красного цвета, с золотистыми вставками, которые лишь придавали шарм образу таинственного незнакомца. Только спустя секунду Чонгук понял, что красноволосый точно также в открытую разглядывает его, при чём ещё так откровенно, цепляясь взглядом своих шоколадных глаз за каждую мелочь на Киме, отчего тот в момент начал краснеть. Это всё шампанское. Чонгук не смущается. Совсем нет. Не-а. То ли время останавливается, то ли всё происходит в какой-то замедленной съёмке, но Чонгука как-то неожиданно толкают и вот он почему-то оказывается на сцене, на которой присутствуют ещё несколько парней. Чон резко приходит в себя, пытаясь понять, что происходит, а потом, видимо, ведущий сообщает о том, что сейчас для всех будут танцевать случайно выбранные добровольцы. Что-то вроде конкурса, щёлкает в голове у Чона, а затем в его голове мигает яркая надпись «беги», но поздно, потому что прошлая музыка сменяется новой, и он с ужасом понимает, что знает этот танец как никто другой, ибо изучал его всю прошлую неделю. И Ким Чонгук рад бы сейчас свалить из всей этой суматохи, но вот тело-то его совсем другого мнения.

(Прим. автор: настоятельно советую посмотреть выступление перед чтением дальнейших строк; ссылка на само выступление в самом начале примечания автора;))

♪EXO — Love Shot♪

Мозг Чонгука отключается, и парень превращается в одно сплошное тело, которое плавно начинает движения, как только раздаётся партия Бэкхёна из известной группы, которая довольно-таки нравится Чону, так как та сплошь состоит из красивых мальчиков. Ким настолько увлечён танцем, что даже не замечает, что весь зал превратился в зрителя, следя лишь за Чонгуком, ибо только он, как оказалось, остался на сцене, потому что остальные добровольцы успешно приняли поражение в том, что совершенно не знают данного танца, так как песня является недавней. Зато Чонгук знает. Каждое движение ему даётся с неподдельной лёгкостью. Начинается партия Кая, а это означает, что сейчас Чону нужно быть более внимательным, ибо после идут несколько строк Сюмина, а затем припев. Горячий сочный припев, на котором Ким Чонгук выкладывается наполную, повторяя каждое движение с точностью, где главное бёдра. It’s the love shot... Чонгук привстаёт на колени, целится, нажимает на воображаемый курок и стреляет. Попадает. Прямо в цель. Прямо в того самого красноволосого незнакомца, который всё ещё продолжает пялиться на Кима. Чонгук же лишь на долю секунды успевает растерять весь свой пыл, но лишь на долю, ибо танец сам себя не станцует, а опозориться перед всеми сродне самоубийству. Чон продолжает. Заканчивается партия лидера Сухо, и вот опять этот чёртов Кай со своими выкидонами, которые Чонгук, между прочим, охотно повторяет – елозит задницей по сцене, ибо это часть матушки хоряги. Даже несмотря на то, что приходит пора Дио, это не даёт права Чонгуку расслабляться, так как после него энергично вступает распевка рэпа Чанёля, затем Сехун, и снова... It’s the love shot... Стоит ли упоминать, что часть хореографии на этом моменте высшая степень соблазна? Совсем как Бэкхён Чонгук делает слишком ритмичные движения передними бёдрами, при этом держа пальцы рук в нужном жесте – всё это походит на то будто Чон сейчас заряжает своё оружие, и это совсем не пистолет какой-нибудь известной марки, а совсем, совсем другое. То, «другое», которое оказывается вполне уже заряженным, когда в очередном движении Бёна Ким дотрагивается до места в районе своего паха. Как так получилось, что Чонгук так внезапно возбудился? Определённо, во всём виновато шампанское. Или всё же эти пронзительные шоколадные глаза незнакомца, который сейчас ими буквально раздевает Чона... It’s the love shot. Наконец-то партия Дио и любимые слова Чонгука из уст вокалиста, – «люди приходят и уходят» – где можно несколько, лишь несколько секунд отдохнуть и перевести дух, при этом не сводя глаз с наблюдающего незнакомца. Далее Ким продолжает танец, который снова, чтоб его, снова подходит к припеву, и на этот раз Чонгук повторяет поступательные движения передом, совсем как в начальном припеве, где Ким Чонин совершенно никого не щадит. Вот и Ким Чонгук тоже не щадит, казалось бы, никого, потому как он замечает с каким интересом присутствующие разглядывают его пластику, а после он снова возвращается к шоколадным глазам красноволосого незнакомца. И вот тут Чон совсем чуть ли не выпадает в осадок, ибо этот наглец в открытую пялится на пах младшего, который, кстати слегка уже начинает выпирать сквозь прочные классические брюки, и Чонгук благодарит всех богов за то, что его брюки чёрного цвета, что делает его образовавшуюся проблему не так заметной обществу. «Давай, ещё чуть-чуть, ты сможешь» – говорит себе Ким, затем делает последнее движение рукой вверх, и музыка замолкает. Кажется на секунду парень слышит лишь звук своего бьющегося в бешеном ритме сердца и безудержное дыхание. А затем весь зал разражается аплодисментами и всеобщими свистами в сторону Чона, который выдыхает и спускается со сцены, но его тут же останавливает какой-то паренёк, который оказывается ведущим, и надевает на шею Кима ленту выпускника, а вместе с ней и какую-то блестяшку, что напоминает медаль – она и есть. Чонгук лишь успевает прочесть на ней «награда за лучший танец вечера», после чего его снова толкают в сторону, потому как толпа молодёжи вновь начинает танцевать под сменившуюся музыку.

♪BlackPink — Ddu-Du Ddu-Du♪

Но Чонгуку уже плевать на песню, между прочим, его любимой женской группы, потому что в ушах до сих пор набатом стучит собственное сердцебиение, а адреналин чуть ли не пышит носом. Чону срочно нужно охладиться, поэтому он спешно несётся к столику в углу, где хватает первопопавшийся стакан и опрокидывает в себя. Зря. Зря Чонгук не посмотрел на содержимое бокала, потому что выпитая жидкость как-то слишком горячит горло, спускаясь к желудку, и это вовсе не шампанское. Что-то крепче. Что-то, от чего Киму голову кружит сильнее всего, и он едва не шатается в сторону, удерживаясь на трясущихся ногах, которые вот-вот сдадут рабочий пост и просто помашут ручками. Ноги помашут ручками... Ахах, смешно-смешно, думает Чонгук и начинает хихикать. Затем он отталкивается к ближайшей стене, прижимаясь к ней спиной, и начинает осматривать танцующую молодёжь, что сейчас доплясывает под последние биты популярной девчачьей группы. Трек снова сменяется как по щелчку диджея.

♪The Weeknd — Earned It♪

Иностранцы, думает Чонгук, а после его взгляд в очередной раз натыкается на загадочного парня в красном. «Этот сексуальный хмырь, что, следит за мной, что ли?» – проносится в голове у Кима, который тут же дарит незнакомцу открытую ухмылку, а тот, мать его, отвечает тем же, при этом он слегка запрокидывает голову назад, дёргая бровями и приоткрывая рот, многозначительно проводя кончиком своего языка по нижней губе. Затем красноволосый склоняет голову набок и пошло так улыбается Чонгуку, от чего у младшего аж в паху ёкает и он от этого густо сглатывает, продолжая следить за незнакомцем, который, кстати, в открытую, между прочим, соблазняет ученика средней школы – а вот это вот знать сейчас совсем не обязательно, потому что Чон на вечеринке выпускников, а значит он тоже выпускается. В какой момент парень в красном теряется из виду Чонгук понимает не сразу, но тут же идёт вперёд, чтобы отыскать пропажу и снова посмотреть в эти наглые шоколадные глаза, которые отчего-то показались Киму смутно знакомыми, вот только он не мог сейчас вспомнить, где он уже видел подобный взгляд. Да и пофиг. Чонгуку срочно нужно найти искусителя, потому что... надо. Очень. До дрожи в коленках надо, так как Чон, кажется, с ума сошёл. Красноволосого Ким находит, точнее замечает у выхода из зала. Незнакомец даже успевает развернуться, встречаясь взглядом с младшим, и, даря тому лёгкую усмешку, выходит. Чонгук же словно под гипнозом бредёт к выходу, расталкивая по дороге мешающую толпу, а после, когда буквально вылетает с места празднования, то наталкивается на тот же взгляд шоколадных глаз, обладатель которых выжидающе стоит за углом, а после, приметив попавшуюся в ловушку жертву ака Чонгука, заворачивает за этот самый угол и скрывается в неизвестном направлении. А Чонгук... он словно как собачка на поводке, медленно ступает по лезвию ножа, следуя за неизвестным, который так старательно в последствии уводит его на третий этаж, где скрывается в каком-то кабинете, куда Чон сперва не решается зайти, но в конце концов сдаётся и заходит. Тишина – вот что слышит Ким, как только оказывается в знакомом помещении, а именно в медпункте. Вполне ожидаемо. Чонгук сглатывает вязкую слюну, а после оглядывается, замечая в углу комнаты того, кто привёл его сюда. Незнакомец выжидающе смотрит на Чона, а тот смотрит на него. Что там обычно происходит? Искра. Буря. И... Нихуя. Вот именно что – нихуя. Потому что Чонгук продолжает стоять у входа как истукан, а красноволосый тоже будто к земле, то есть к полу прирос. Так они стоят добрую минуту, обмениваясь лишь долгими взглядами. А потом, внимание, вот оно – безумие. Неизвестный делает первые шаги вперёд, а затем как-то неожиданно оказывается стоящим вплотную к Чонгуку, который, кажется, дышать разучился, вообще делать что-то разучился, потому что для него сейчас ничего не существует, кроме этих выразительных глаз, которые всё ещё кажутся Киму такими знакомыми, будто он даже имя обладателя этих глаз знает, но почему-то забыл. Ну или мозг попросту не хочет соображать и сопоставить в голове мысленный процесс, который бы точно раскрыл все карты. Окончательно Чонгук теряется, когда красноволосый протягивает свою ладонь к его щеке и начинает поглаживать большим пальцем, от чего по коже младшего мурашки ходят ходуном, а место, где касается его парень словно мириады маленьких иголочек отзывается. У него даже пальцы идеальные, замечает Чон, снова сглатывая подступившую слюну. Дыхание становится в миг учащённым, а губы сами приоткрываются в немом вздохе, после чего Чонгук делает самую огромную ошибку в своей жизни – он облизывает свои пересохшие губы. Взгляд красноволосого тут же падает на этот незначительный жест. Вот тут уже и красноволосый сглатывает, и Чонгук даже замечает как дёргается кадык парня. О боже, лучше бы он этого не делал, потому что шея неизвестного парня настолько идеальна, что Чон ловит себя на мысли, что на ней отлично бы смотрелись бордовые засосы. Засосы, которые бы он, Чонгук, оставил. В паху младшего снова ёкает, от чего он даже вздыхает, на этот раз громче обычного. Именно это даёт толчок к дальнейшим действиям незнакомца, который перемещает свои длинные пальцы на губы младшего, поочерёдно обводя их большим пальцем правой руки. Чонгук не сдерживается и снова вздыхает, и... И всё. Да. Всё. Теперь точно безумие. Красноволосый резко впечатывает спину Кима в дверь, при этом прижимаясь к нему всем своим телом. Затем он опускает ладонь на шею младшего, приближает своё лицо к замеревшему парню и просто дышит, дышит тому на губы, будто ждёт чего-то. Разрешения? Позволения? Соглашения? Чонгук давно уже на всё согласен, лишь бы этот искуситель не смотрел на него своим плотоядным взглядом, потому что Чон готов даже от такого престыдно кончить, тем самым испачкав дорогущий костюм. Но на последнее младшему уже, честно говоря, посрать. Больше всего хочется, чтобы незнакомец уже хоть что-то сделал. Чонгук, не ожидая сам от себя, первый проявляет инициативу... И, что же вы думаете он делает? Бесстыдно засасывает парня совсем как в его недавнем сне? Ошибаетесь. Ибо Чонгук просто-напросто начинает... хныкать. Да. Он как девчонка сдаётся и начинает просить, бормоча что-то бессвязное. А потом затыкается. Затыкается, потому что красноволосый впечатывает его голову в дверь, напористо прижимаясь к чужим губам своими. Ким не умеет целоваться, потому что никогда не целовался – логично. Он просто стоит и принимает поцелуй незнакомца, который прижимается к его губам, а после начинает движение: сперва посасывает верхнюю губу младшего, затем уже нижнюю. Чонгук стоит всё это время, точно как истукан. Отмирает он только тогда, когда старший, а Чон уверен в этом, проводит своим языком по чонгуковым дёснам, а затем снова целует его губы. Ким, наконец, впервые в жизни старается отвечать на поцелуй, робко, неумело, но он пытается. Казалось бы, парню уже семнадцать, так какого хрена он как бревницо девственное? В том, что девственное, в этом даже сомнений нет. Так почему же? Ответы были. Их даже несколько: во-первых, родители, которые всегда бдят; во-вторых, учёба, которая сама себя не сделает; ну и в-третьих, Чонгук гей, ему же нельзя просто подойти к парню и засосать того, как он сделал в своём сне. В какой момент незнакомец порывается снять с Чонгука мешающую маску с лица, Ким точно не знает, но он резко прерывает того, хватая за обе руки и отводя в сторону, точнее опуская, на свой зад опуская. «Нельзя раскрываться» – краснющими и опасными буквами горит в голове у Чона, совсем как волосы у незнакомца, который понимает жест парня по-своему, тем самым стискивая упругие ягодицы своими большими ладонями сквозь тесную чёрную ткань брюк. А у Чонгука снова в паху ёкает, уже даже не ёкает, а ноет, потому что возбуждение во всю разрастается по всему телу, скапливаясь именно внизу. Решая отвлечься, Ким начинает расстёгивать красный пиджак старшего, после скидывая тот с широких и острых плеч. Незнакомец, теперь уже в одной чёрной облегающей рубашке, выглядит высшим в степени сексуальности, отчего Чон снова сглатывает и впервые пугается, потому что в голове внезапно всплывает мысль, что то, что происходит сейчас категорически неправильно, будто Чонгук совершает самую огромную ошибку в своей жизни. Обдумать свой внезапный порыв он не успевает, потому что незнакомец подхватывает младшего под бёдра и несёт того к врачебному столу, который оказывается пустым и на который он сразу же усаживает Чона. У того только коленки начинают труситься, а так всё в полном порядке. Красноволосый тоже аккуратно стягивает с младшего его пиджак вместе с медалью и лентой, хах, выпускника, откидывая всё это на близстоящий стул, а после парень склоняется к Чонгуку, начиная покрывать его обнажившуюся шею лёгкими поцелуями. Кто ж знал, что шея у Кима оказывается настолько эрогенной зоной, что он непроизвольно начнёт ёрзать на столе, при этом издавая слабостонущие звуки. Незнакомца, кажется, ведёт от этого, и он широко улыбается в шею младшего, после оставляя на той алеющие засосы, заставляя Чона сильнее прижиматься к сильному телу. Чонгуку совсем крышу сносит, потому что он резко хватает старшего за воротник, а после буквально рвёт чёрную ткань по швам, от чего по кабинету раздаётся стук падающих пуговиц, которые разлетаются в разные стороны. Киму просто осточертела эта медлительность. Или этот красноволосый искуситель что-нибудь сделает уже, или Чон просто позорно спустит в штаны и... Дальше Ким как раз-таки не успевает додумать, потому как разорванная рубашка служит для старшего словно красной тряпкой для быка, ибо он тоже в момент срывается и рвёт на парне белоснежную ткань вдоль тех же пуговок. Минус ещё одна рубашка. Чимин-хён убьёт меня за это, где-то на уровне подсознания думает Чонгук, а после чувствует то, как красноволосый ведёт мокрую дорожку поцелуев от самой шеи и до самого слегка впалого, но натренированного живота. Затем незнакомец стягивает с парня порванную рубашку, откидывая ту к лежащему пиджаку. То же самое он проделывает и со своей пострадавшей вещью. Оба остаются наполовину обнажены. Это тот момент, когда Чонгук успевает разглядеть идеальное тело незнакомого парня, кожа которого непозволительно красивая и гладкая, медового оттенка. Младший не сомневается в том, что и на вкус та сродни мёду, в чём убеждается, когда льнёт к ключицам старшего, который запрокидывает голову, подставляя Чону больше места для поцелуев. Чонгуку дико нравится вот так целовать кого-то, при этом находясь в какой-то эйфории. Ему даже в голову не приходит то, что он этого парня впервые видит. Ему не стыдно. Нет, вот если такая возможность выпадает, – заняться сексом с незнакомцем – то почему бы и да? Вдруг такой возможности ему больше не предвидится? Тем более, парень, что сейчас хрипит от удовольствия своим бархатным низким голосом, точно доказывает то, что он является таким же как Чонгук. Иначе бы всего этого сейчас не было. Ким всё же осуществляет свои мечты и оставляет засосы на шее старшего, которые завтра уж точно расцветут бордовыми розами на теле парня. Не страшно. Зато будет что вспомнить после выпускного, думает Чон, после чего прикусывает кожу недалеко у ключицы, тут же зализывая, а затем Ким спускается к затвердевшим ореолам сосков парня, начиная посасывать уже один из них, а другой нещадно покручивая меж двух пальцев. Откуда только столько смелости в невинном Чонгуке? Хрен знает. Зато кто ж мог подумать, что Чон внезапно найдёт эрогенную зону парня, который от манипуляций младшего с сосками начнёт ещё громче постанывать, прижимаясь ближе. Надолго Кима не хватает, потому что уже через две минуты он тянется к ремню на штанах незнакомца, расстёгивая и спуская молнию ширинки вниз. Далее Чонгук приспускает красные брюки уставившись на чёрные боксёры, которые характерно выпирают. Чон снова заходится частым дыханием, ибо он впервые видит чьё-то достоинство так близко. До этого он только в порнушных видосах видел такое, да и собственный член иногда, когда баловался с собой, смотря те же видосы. А сейчас всё по-настоящему. Без смс и регистрации, так сказать. Чонгук сглатывает уже в сотый раз за сегодняшний день и подвисает. Слава богу, что ему достался достойный любовник, который берёт инициативу на себя. Красноволосый тут же спускает свои штаны до конца, откидывая те в сторону, тем самым оставаясь в одних боксёрах. Затем он расстёгивает штаны на младшем, который по прежнему не шевелится. Да он вообще, кажется, умер. Умер, но сердце всё ещё продолжает неистово биться в районе груди. Он знает, что сейчас произойдёт. Сейчас он лишится девственности, с незнакомым человеком. Наверное, Чону сейчас бы со всей силы надо треснуть незнакомца и с воплями «помогите, насилуют» убежать куда подальше, но Ким Чонгук, видимо, совсем отчаянный, раз сейчас помогает старшему стянуть с себя брюки, внимание, вместе с боксёрами. Таким образом на Чонгуке из одежды остаётся ровным счётом ничего, кроме, конечно, защитной маски на лице, ну и туфли Чимин-хёна пока ещё на месте, которые, к слову, спустя секунду оказываются там же, где и его брюки. Теперь только маска. Чонгук благодарит кого-то там неизвестно кого за то, что у него хотя бы эта маска есть, благодаря которой он может чувствовать себя менее скованым и практически не волноваться. Между тем, красноволосый опускается на колени и делает то, от чего младший, если не умирает, то на грани находится уж точно. Незнакомец просто, без стеснения, берёт в руку возбуждённый член младшего и начинает нежно поглаживать, заставляя парня напрячься, потому что всё это впервые для него. Никто его раньше там не трогал. Ну если только мама до пяти лет, когда водила маленького Чонгука в туалет, а потом только Чон, только сам. Сейчас же его трогают совершенно чужие руки, которые делают даже приятнее, чем сам Ким, когда в спешке тот дрочил себе. Нынешние ощущения в разы ярче. Красноволосый как-то увлечённо играет с розоватой головкой парня, из которой обильно вытекают первые капли предэякулята; поигрывает с опухшими от напряжения яичками, любовно оглаживая те; специально оттягивает крайнюю плоть; надавливает на уретру, царапая небольшую трещинку. А потом... Потом Чонгук внезапно кончает... Не предупредив, позорно изливается в руку старшего, а некоторые капли его спермы попадают даже на красную маску незнакомца. Всё это время Чон еле дышит, давясь стонами, а когда его накрывает первый оргазм, то он срывается на хрипы и даже всхлипы, потому что так он ещё никогда не кончал. Хотя что уж там с девственника возьмёшь. Просто для незнакомца это становится неожиданностью. Ким же сразу как-то понимает всю ущербность ситуации и резко порывается сбежать, забиться в угол и стыдливо сжаться в комок. Но красноволосый не даёт, лишь притягивает младшего к себе, затем нежно гладит по спине, а после прикусывает Чона за мочку уха, всасывая, отчего Ким на грани особой чувствительности выгибается вперёд. Плюс ещё одна эрогенная зона. И Чонгук вот уже снова начинает возбуждаться в умелых руках совершенно незнакомого парня. Тот будто знает все чувствительные точки младшего. Внезапно красноволосый резко подхватывает Чона под бёдра и укладывает того уже на горизонтальную поверхность – медицинская кушетка. Теперь Чонгуку ясно почему именно это помещение. Удобно и практично. Старший аккуратно укладывает парня, после нависая сверху, а затем он снова накрывает чужие губы своими, но на этот раз Ким смело отвечает на поцелуй, даже рот приоткрывает, чтобы впустить юркий язык незнакомца, который тут же начинает исследовать чонгуков рот, касаясь внутренних стенок щёк, нёба, сталкиваясь в диком танце с языком младшего. Так вот что означает «трахать в рот», думает Чонгук, не сомневаясь в том, что красноволосый именно это сейчас с ним и делает. А потом Ким вдруг ощущает как его ноги осторожно раздвигают в стороны, устраиваясь между ними поудобнее. Затем он замечает, что старший стягивает с себя свои боксёры. Ох ты ж блять. Это всё, что проносится в голове у Чонгука, потому что даже член незнакомого парня выглядит идеально. Чон, на самом деле, много этих штук на экране повидал, поэтому сравнить есть с чем. Эта штука вблизи кажется куда больше, чем у тех парней из порнушки, где один парень сосёт другому, а тот между тем дрочит второму, уж Чонгук это знает, видел. Член старшего стоит словно дубинка, отчего Ким пугается, что эта самая дубинка просто-напросто порвёт его. Чонгука даже лихорадить начинает, что не укрывается от красноволосого, который бережно гладит младшего по лицу, там, где маска не скрывает кожу. И этот незнакомец внезапно вдруг улыбается своей широкой прямоугольной улыбкой, от чего Чон тут же теряется, глядя на скрытое маской лицо. В его голове вдруг щёлкает что-то подозрительное, мол, он и раньше эту улыбку где-то видел, причём недавно... Киму снова становится страшно, потому он весь сжимается, часто хлопая глазами. А что если он сейчас собирается трахаться с человеком, которого знает и который знает его? В любом случае, пока на них маски, они оба этого не узнают, решает Чонгук. А после просто берёт и притягивает старшего к себе, даря тому нежный поцелуй, который вскоре переходит в нечто глубокое. Пользуясь тем, что младший расслабился, красноволосый опускает одну руку вниз, нащупывая сжимающуюся дырочку парня, на которую он тут же надавливает большим пальцем. Чонгук стонет прямо в рот незнакомцу, чувствуя, как снова дёргается его возбуждённый член от манипуляций старшего. В это время тот снова возвращает свою руку назад и отрывается от распухших чонгуковых губ, оставляя прозрачную ниточку слюны между ними, а после он рвёт её своими же пальцами, аккуратно обводя ими по краснющим губам младшего, а после он жестом предлагает ему взять эти самые пальцы в рот, чтобы обильно смочить слюной. Чонгук впервые сосёт чьи-то пальцы, при этом получая удовольствие. Пальцы незнакомца такие длинные и эстетичные, что Чон даже ловит себя на мысли, что хотел бы, чтобы эти пальцы трахали его во все дыры, желательно каждый день. Когда только в этом невинном мальчике проснулся фетишист и извращенец? Достаточно смочив свои пальцы слюной, красноволосый убирает их из чонгукова рта, чтобы после переместить их вниз, начав одним из них аккуратно массировать сжимающееся колечко мышц. Чонгуку данные ощущения в новинку, но вместе с этим ему это начинает даже нравиться. Далее незнакомец смелеет и проталкивает первый, указательный палец на половину фаланги, дабы не причинить боль парню под ним. Чону больно, неприятно и дискомфортно, но он терпит, сжав челюсть, потому что знает, что потом будет лучше. Но, когда старший полностью проталкивает свой палец, лучше не становится от слова совсем. Чонгук снова хнычет, пытается вытолкнуть из себя приносящий дискомфорт палец, потому что ему больно. И тут красноволосый снова берёт ситуацию в свои руки, отвлекая младшего тем, что снова обхватывает его эрогированный член, размазывая присохшие остатки спермы по всему стволу, а после начинает спешно надрачивать парню, при этом уделяя особое внимание головке, на которую он каждый раз надавливает. Ким даже сдаётся, отдаваясь ощущениям, потому не замечает, что в него входит уже второй палец, который проходит в разы сложнее, чем первый, но незнакомец не отступает – расстягивает тугие стеночки ануса младшего, вместе с этим активно надрачивая парню, который, кажется, потерял связь с внешним миром, потому что уже готов спустить во второй раз лишь от рук этого искусного незнакомца, но тот не даёт ему этого, намеренно сжимая его член у самого основания. Вместе с этим старший успевает уже и третий палец добавить, двигая в узкой дырочке, растягивая ту на манер ножниц, чтобы хорошо подготовить парня для своего размера. Как-то слишком внезапно красноволосый задевает чувствительную точку внутри младшего, от чего того буквально выгибает на месте с громким стоном. Чонгуку так ахуенно ещё никогда не было. А ещё ему в очередной раз хочется кончить, но незнакомец не даёт, снова царапая простату, заставляя Чона чуть ли не умолять, чтобы тот сжалился над ним. И старший действительно сжалился. Просто убрал пальцы из его задницы и член его тоже выпустил из плена. Теперь Чонгук точно знает, что это за чувство такое – разочарование, потому что именно это он сейчас и чувствует. Но недолго. Ему даже хныкать снова не приходится, потому что красноволосый постепенно, без предупреждения, начинает вводить в него свою сочащуюся смазкой головку, перед этим смочив ствол собственной слюной. Кажется, Чонгук перескакал по всем ступенькам ада, пока красноволосый искуситель входил в него сантиметр за сантиметром, пока не оказался в нём полностью, заполнив собой до самого конца. И всё же, хоть Чон привык сдерживать свои эмоциональные порывы на людях, но сейчас он, честно говоря, в открытую стал плакать, потому что понял, что именно сейчас происходит. Отрезвился, блять. Так больно ему ещё никогда не было. Захотелось в эту же минуту вскрыться, чтобы не чувствовать эту жгучую боль в заднице, которая буквально стала разъедать его. Хуйню говорят на этих всяких порносайтах, где анонимы описывают процесс соития как самое лучшее, что у них было в жизни, проносится в голове у младшего, пока из его глаз льются горячие слёзы, но маска мешает им течь по щекам. Врут эти пиздаболы, которые так пошло стонут, когда их трахают в задницу, негодует Чонгук, пытаясь отстраниться от парня, которого он совершенно не знает. Только сейчас Чон понимает, что совершил самую ужасную и глупую ошибку в своей жизни. Не так он хотел, чтоб прошёл его первый раз. Он хотел по любви и с надёжным человеком. А вышло всё наоборот – с хрен пойми кем и хрен пойми как. Но чего Чонгук уж точно не ожидал, что этот самый незнакомец крепко вдруг обнимет его, начиная гладить по голове, утешая. Да так обнимет, что в голове у Кима невольно проскользнёт, что его так только старший брат однажды обнимал, хоть и в детстве. Почему-то Чонгуку вдруг становится тепло от заботы постороннего, который тут же начинает покрывать всё его заплаканное лицо лёгкими поцелуями, а после невесомо станет касаться своими губами чонгуковых губ, и не будет в этом поцелуе чего-то пошлого, наоборот, незнакомец будто захотел забрать всю боль младшего себе, что даже получилось, потому что Чон стал чувствовать себя намного лучше после такого многозначительного жеста. А потом до него внезапно дошло осознание того, что в нём всё ещё находится член старшего, и это не кажется ему уже чем-то болезненным, потому что боль пусть и не до конца чуть утихла, но и заметное привыкание всё же было. Поэтому Чонгук ничего другого не придумал, как подвильнуть бёдрами, делая движение, тем самым давая красноволосому противоположный цвет его волосам – зелёный. Тот сразу понял, что младший готов продолжать, потому он снова сделал поступательное движение, при этом удачно задевая простату, от чего Кима буквально подбросило на кушетке. Боль сменилась сладкой истомой, которую никак не хотелось прекращать. И незнакомец каким-то образом даже прочёл это во многозначительном взгляде напротив, потому повторил манипуляцию, а затем снова и снова... Вскоре по помещению стали разноситься лишь звуки шлепков тела о тело, учащённое дыхание двоих и их не приглушённые стоны. Чонгуку показалось, что он видит галактику в глазах напротив, когда старший соприкоснулся с ним своим лбом, продолжая активно входить-выходить из его тела. Губы парня приоткрылись в немом стоне, поэтому Чон, не долго думая, притянул того к себе, глубоко целуя и врываясь в чужой рот своим языком, вместе с эти массируя кожу головы на затылке красноволосого. Спустя минуту незнакомец в конец обезумел, буквально втрахивая младшего в твёрдую горизонтальную поверхность, которая стала как-то опасно скрипеть, будто сейчас не выдержит и рухнет вниз. Но не выдержал в конечном итоге Чонгук, который туго кончил, даже не прикоснувшись к себе, при этом пачкая животы обоих. Пока Чон кончал, ему казалось, что он видит звёзды перед глазами и целые планеты – так ярко оргазм его ещё ни разу не накрывал. Как только Ким кончил, тем самым сжимая в себе красноволосого, тот тоже не выдержал, чувствуя приближение скорой разрядки, потому он особенно ускорился, вгоняя свой член в младшего до упора. А после он излился прямо в парня, валясь на него всем своим вымотанным телом, чувствуя, как его семя постепенно заполняет парня изнутри. Так они пролежали около пяти минут, если не больше, пока оба не восстановили дыхание. Затем незнакомец приподнялся, чтобы коротко чмокнуть разомлевшего парня в губы, а после он аккуратно покинул его тело, издавая какой-то до неприличия хлюпающий звук. Далее красноволосый слез с младшего и со словами, внимание, первыми за всё их нелепое знакомство словами «не уходи, я сейчас», которые прозвучали слишком хрипло, будто парень умирает от жажды, но вместе с этим показались Чонгуку смутно знакомыми, точнее тембр голоса незнакомого показался ему до боли знакомым, но Чон решил не обращать внимание на то, что его мозг пытается подкинуть ему важную информацию. Он просто раскинулся на всей кушетке, пока старший скрылся в каморке врача, и хрен знает, что он там собрался делать – может, попить водички, потому как там находилась раковина и всё остальное. Внезапно Чонгук услышал жужжание, что тут же напомнило ему вибрацию его же телефона, поэтому Ким резко соскочил с кушетки, хотя тут же присел, потому что скрючился от боли в пояснице. М-да, теперь он и передвигаться толком не сможет. Но Ким Чонгук не Ким Чонгук, если всё равно не сделает то, что ему жизненно необходимо. Он осторожно привстаёт с кушетки, чувствуя, как по его бёдрам начинает течь сперма того незнакомца – от этого Чонгуку становится не по себе, да он вообще только сейчас знакомится с таким чувством как стыд. Ким медленно подбирается к своим брюкам, чтобы достать из них истошно жужжащий мобильник, который оповестил парня о том, что сейчас уже «11:45 PM», а это означало, что ему остаётся только около пятнадцати минут на то, чтобы он покинул сие помещение, здание, и вообще, ему срочно нужно домой, очень срочно. Чонгук, как подбитая жизнью рыбёшка, начинает отыскивать свои вещи, которые он со скоростью улитки и сморщенным лицом изюма стал натягивать на себя. Сперва боксёры, которые испачкались от спермы; затем брюки, которые тоже, кстати, имели честь замораться в чужом семени; потом порваная рубашка, за которую Чимин-хён точно пригвоздит младшего к виселице; после Чон натянул пиджак, который пришлось натянуть поплотнее, чтоб скрыть обнажённый живот; ну и в конце туфли. Всё это время Чонгук слышал, как из каморки льётся вода из крана, но незнакомец был тихим и до сих пор не вышел. Может, решил утопиться в раковине, подумал Ким, горько усмехаясь. А после вновь услышал вибрацию своего телефона, ибо у Чонгука всегда была привычка ставить будильник на каждые пять минут. Значит, сейчас ему уже осталось менее десяти минут на всё про всё. Чон хочет уже уйти, но в ту же секунду в каморке воцаряется тишина, а это значит, что пиздец, сейчас незнакомец покажется и поймает младшего, а тот и не сможет сопротивляться, потому что двигается как дохлая черепашка. Чонгук изо всех сил подрывается к двери, от резкости у него даже маска с лица сползает, которая успела развязаться, пока красноволосый втрахивал его в кушетку и зарывался своми длинными пальцами в волосы младшего. В голове Кима всплывают сразу две мысли – первая: «как эта хрень ещё не снялась во время процесса», вторая: «я сейчас наверняка похож на пугало». Но сосредоточиться на обеих мыслях он не успевает, потому что слышит звук открывающейся дверцы каморки, и Ким откуда-то вдруг обретает сверхъестественные способности, потому как «ну нахрен эту чёртову маску», которую он срывает с себя и кидает куда-то в сторону, а затем «блять, я щас сдохну», после чего со скоростью пумы вылетает из мед кабинета и продолжает лететь вплоть до лестничной клетки. А потом... а потом «ну, всё, пизда», потому что задница болит, словно над ней издевались, а ноги дрожат и отказываются идти. Но Чонгук вдруг слышит как одна из дверей в коридоре отлетает к стенке, поэтому он ничего не знает о своей боли и летит к чертям вниз, а потом на первый этаж, и в конце концов из школы. Чонгуку пиздец как страшно, ему пиздец как больно во всём теле, но он тащится вперёд, чтобы сбежать от этого злополучного места, которое теперь будет ему во снах сниться, и то как он потерял свою невинность с кем-то, кого он даже не знает, тоже будет сниться ему, в кошмарах. Чон бежит до дома, а с глаз непроизвольно текут неудержные слёзы, потому что всё тело сплошная боль, но и на душе у него тоже не праздник. А ещё он костюм испортил и маску потерял, поэтому из-за этого парень ещё сильнее начинает выть от досады. Ему семнадцать, а он всё ещё дурак, который натворил кучу дерьма в один день. И никто ведь не виноват, только он сам, потому что поддался на какие-то чары красноволосого искусителя. Вспомнив того парня, Чонгуку становится на удивление легче, потому что вспоминаются и шоколадные глаза напротив, и сладкие губы, и забота, с какой он обращался с Чонгуком. Если так посмотреть, то первый раз младшего прошёл вполне себе нормально, если бы не одно «но» – Чон нихрена не знает с кем. Да и времени узнавать нету, надо бежать домой. Дома он оказывается ровно в полночь, после чего влетает внутрь, даже не заботясь о том, почему дверь открыта. Ким просто плетётся вверх по лестнице в свою комнату, куда тут же вваливается и под удивлённый взгляд Чимина падает на пол, тут же взвыв от боли. Теперь уж точно можно дать волю эмоциям...