Вызов

Сегодня третий день переговоров с жителями нижнего мира, и Джонатан вовсю наслаждается происходящим, когда пищит телефон. Зная, что сюда проходят только экстренные вызовы, он тут же напрягается и, не извиняясь, отвечает на звонок. Да, нападение на Институт. — Бейн? — спрашивает Джонатан. Но тот уже на ногах. Видимо, почувствовал, как рухнула возведенная им защита. — Идем. — Нападение на Институт? — лениво интересуется Сантьяго. Джонатан бросает на него короткий взгляд. — Да. Портал открыт, и Джонатан торопится к нему. — Что ж, думаю, стоит защитить наши интересы, — вздыхает Сантьяго. Джонатан чувствует, как тот идет за ним. — Круг, — подмечает Бейн, осматривая воцарившийся хаос. Джонатан не отвечает. Он уже схватил одного мужчину, ловким движением перерезал ему горло и пихнул в портал. Теперь у Джонатана есть гламур, и никто не обратит на него внимания и не поднимет тревогу. Как он того и хотел. — Бейн, там! — громко говорит Джонатан. Хм, австралийский акцент. Бейн вскидывает бровь и укладывает двоих. Сантьяго избавляется от того, кто пытается зайти в слепую зону Бейна. А Джонатан — от еще четверых, которые повернулись к нему спиной. Дилетанты. Джонатан отдает честь Бейну, и тот фыркает в ответ. Никто не знает, что он рядом, пока не падает на пол, истекая кровью. Он рубит, подпрыгивает, бросает, опрокидывает и один раз даже кружится. Эллиот встречает последний пируэт аплодисментами. — Джонатан? — сухо зовет Лайтвуд. Он оборачивается — Лайтвуд с луком и стрелами наизготовку стоит шагах в десяти от него. — Как ты узнал? — Ты выпендривался, а Джейс левее, — пожимает плечами Лайтвуд и выпускает стрелу. Джонатан даже не вздрагивает. Это в любом случае бесполезно. Как он и думал, стрела поражает кого-то у него за спиной. — Спасибо, — благодарит Джонатан. Теперь его очередь бросать кинжал, и хорошо, что попадается подходящая мишень, потому как он сделал бы это в любом случае. А так останавливает члена Круга, который как раз оборачивается к Лайтвуду. — У меня за спиной никого не было, — улыбается Лайтвуд. — Но все равно спасибо. — Сейчас нет, через две секунды — был бы. — Джанатан изображает руками чаши весов. — Один черт. — Через две секунды я мог бы сделать так... — Лайтвуд непостижимым образом стреляет себе за спину и поражает подкрадывающегося к нему мужчину в бедренную артерию. Джонатан закатывает глаза. — А я мог бы сделать так... — Джонатан подныривает под занесенную на него руку и ударяет мужчину клинком под подбородок. — Почему твой не нанес иратце? — Их подготовка оставляет желать лучшего, — Лайтвуд хмурится и рассматривает лежащего без сознания мужчину. А потом со вздохом опускается на корточки и сам выводит иратце, а за ней и руну сна. Джонатан посылает ему вопросительный взгляд. — Он не заслуживает смерти, раз ничего не сделал, — пожимает плечами Лайтвуд. — А если сделал, то не заслуживает умереть быстро. Джонатан вынужден согласиться. — Что за беспомощная атака? — спрашивает он, оглядываясь по сторонам и прикидывая, где будет наиболее полезен. — Валентина лишат рун, — рассеяно говорит Лайтвуд. — А потом отправят в Институт и выпустят в мир примитивных. Может, они решили, что все произойдет здесь? Джонатан ухмы... — нет, он искренне улыбается. — Ох уж мне, ты и твой бюджет... Лайтвуд, клянусь, если ты задумал продавать на это билеты, то я явно не самый кровожадный в этом Институте. — Я об этом не думал, — защищается Лайтвуд. — Нет, ты это уже спланировал, — обвиняет Джонатан, улыбаясь еще шире. Лайтвуд смеется, но не говорит нет. — Внимание наверх, мои дорогие! — нараспев произносит Бейн. Джонатан слушается, хотя и с раздражением. Никому он не «дорогой», даже Бейну. И видит... — Разве драконы не вымерли? — спрашивает Лайтвуд, его лицо приобретает привычное хмурое выражение. — Вымерли! — кричит откуда-то Джейс. — Тогда почему один летит прямо на меня, Джейс? — закатывает глаза Лайтвуд. — Наверное, тебе просто повезло, — пожимает плечами Джейс. Он подошел ближе, пока они любовались демоном-драконом. — Класс! — Лайтвуд прицеливается. — Я разберусь. Стрела. Взрыв. И куча мерзких мелких демонов. — Какого хрена? — орет Эллиот, озвучивая мысли Джонатана. — Фууу, — еле слышно шепчет Лайтвуд, прицеливаясь в остатки дракона. Джонатан, готовый кинуть кинжал в другого демона, внезапно замирает. Что-то булькает в горле, и он зажимает рот рукой. Жест неосознанный, он знает разницу между состоянием, когда действительно тошнит и... он никогда не испытывал ничего подобного. Ему никогда не было настолько хорошо. И вдруг Джонатан понимает, что смеется. Буквально сотрясается от смеха. Громкого, который никак не может остановить. Он с трудом дышит, но на этот раз все не так плохо, потому что... происходящее его забавляет. Бейн нерешительно улыбается, поглядывая на него в перерывах между уничтожением кусочков дракона с помощью заклинаний, Джейс явно считает его выжившим из ума, а Лайтвуд удивленно улыбается и не сводит с него пристального взгляда. Внезапно вспомнив кое о чем, Джонатан громко фыркает. — Давай-ка проясним, — говорит он Лайтвуду, тяжело дыша, и жадно хватает ртом воздух. — Убийства, увечья и пытки — это в порядке вещей. Демоны шакс — тоже нормально. Но драконы.... — Он вновь заходится смехом. — Но драконы... но драконы — это «фууу». Его кренит на бок от сильного смеха. Джейс фыркает, а Бейн закусывает губу, чтобы сдержать смех. Реакция Лайтвуда уморительна. — Я не виноват. У них крылья, они плюются огнем и кричат, а потом превращаются в крысоподобных существ. — Джонатан впервые видит такое отвращение на его лице. — Предполагается, что они вымерли, но вот они здесь, множество грызуноподобных демонов собрались в летающую крылатую ящерицу, которая плюется воспламеняющимся ихором. Почему я единственный, кого это тревожит? Вот главный вопрос. Лайтвуд брезгливо кривится. У Джейса трясутся плечи, Бейн улыбается, прикусив губу, а Джонатан вынужден присесть. Все равно члены Круга мертвы. О чудо... — Джейс, они вымерли не окончательно! — восклицает Лайтвуд, прицеливаясь в очередного дракона. Промахивается. И... вскрикивает. С Джонатана хватит. К счастью, он не единственный, кто сражается. Джейс принимает стойку. Лайтвуд закатывает глаза и накладывает очередную стрелу на тетиву. А Бейн смеется и пускает заклинание прямо в цель. Дракон взрывается. Естественно, к вящему отвращению Лайтвуда из него тут же вываливается орда мелких демонов. Джонатан убивает двоих. — И это все? — оглядывается по сторонам Джейс. — Что, если... мы что-то упустили? — все еще посмеиваясь, спрашивает Джонатан, тоже не теряя бдительность и осматриваясь. Секунда и он на ногах. — Лайтвуд, портал! Потому что возле него Валентин. Готовый сделать шаг внутрь, а поскольку большинство вампиров здесь с ними, у него вполне может получиться. Это... это дело рук Клэйва. Как и говорил Джонатан: они делают все возможное, чтобы дискредитировать Институт. Потеря Валентина обернется катастрофой для отношений с жителями нижнего мира. Удивительно, что они не подумали об этом раньше. Джонатан не успеет. Но уж точно постарается. Лица вокруг полны решимостью, но прежде, чем Сантьяго успевает подумать о том, чтобы рвануть с места, прежде, чем Джейс бросается вперед, прежде, чем Бейн закрывает портал, прежде, чем хоть кто-то успевает сдвинуться с места, спину Валентина пронзает стрела. Мгновение. Бейн закрывает портал, Сантьяго тут как тут. — Мертв, — сообщает он и смотрит на Лайтвуда, лицо его нейтрально. — Он мертв. Лайтвуд опускает лук — стрела, которую он собирался достать, остается в колчане, — и внезапно задумывается. — Не уверен, что был уполномочен убивать его. На лице Сантьяго настолько отчетливо читается «ты шутишь?», что Джонатану любопытно, как — и почему, — тот довел до совершенства это выражение. — То есть его прибытие совпало с неудачным нападением людей, которые являлись частью его радикально настроенной группы. Плюс два дракона. — Лайтвуд хмурится. — И он пытался уйти в обход надлежащих процедур. Но достаточно ли этого для убийства? Эллиот решительно кивает. — Хорошо, что ты из тех, кто сначала стреляет, а потом думает. Сантьяго вытаскивает стрелу с хлюпающим звуком. — Ни в чем нельзя быть уверенным, — поясняет он. Справедливо. — Вообще-то, ты действовал согласно своим обязанностям, — успокаивает Бейн. — Как глава Института ты можешь убить любого осужденного нефилима в случае, если тот действует подозрительно. — Этого нет в Соглашении, — говорит Джейс. — Есть, — настаивает Бейн. — Просто не в твоей копии. — Должно сработать, — говорит Лайтвуд, и Бейн уклончиво мычит. Джонатан согласен с Бейном. — Конечно, должно. Сейчас ты руководствуешься принятым Соглашением, и как сказал Бейн, твои действия были полностью в рамках закона, — замечает он. — И спасибо, — добавляет Чен. — В наших глазах, ты поступил, как должно. Сантьяго кратко склоняет голову. — Хотя нам бы тоже хотелось приложить руку к смерти ублюдка, — говорит Дерек. — Прошу прощения, — формально извиняется Лайтвуд. — Все прощено, — объявляет Сантьяго. Вот и все. Все все понимают, с формальностями покончено. Джонатан вновь упустил шанс поставить точки над «i» с отцом, но это к лучшему. Валентина невозможно переубедить, что бы ни сделал Джонатан, тот в любом случае не признал бы правоту сына. Возвращение к Валентину, его оправдание своих действий и заявления о том, что он сделал то, что должен был, что у него не было выбора, оставили горький привкус во рту Джонатана. И ему не хотелось бы чувствовать его снова и снова. Слава ангелу, эта глава его жизни закончена. И что же теперь? Клэри выбегает во двор вместе с Иззи. — Что случилось? Ну кто тянул Джонатана за язык.

***

Однажды, вскоре после неудачного побега Валентина, — примерно спустя месяц-полтора? — Джонатан шагает по коридору Института, направляясь куда-то там. Но забывает обо всем, стоит внезапно оглянуться вокруг. Неужели в Институте всегда было столько стоек с доспехами? Вероятно. Иначе он бы заметил разницу. Но было ли на них так много мечей? Больших мечей. В одном из которых можно спрятать... — Сукин сын! — кричит Джонатан, перепугав двоих нефилимов. Джонатан не извиняется. Он молча бежит в комнату Джейса. Но того там нет. Тогда ему приходится идти в большой тренировочный зал этажом ниже и... — Джейс! — кричит Джонатан. Сегодня очень шумный день. — Сними футболку! Джейс одаривает его удивленным взглядом. — Снимай! — Джонатан делает соответствующий жест рукой. — Или я сам это сделаю. Джейс вскидывает бровь. — Посмотрим, как ты это сде-эй! — Но Джонатан уже рядом и раздирает футболку у него на груди. — Ты знаком с понятием «личное пространство»? — Да, и клянусь, это было в последний раз, — обещает Джонатан разглядывая торс и руки Джейса. — Скажи-ка, большинство рун нанес тебе парабатай? Я слышал, это предпочтительнее. — Да, — ошеломленно отвечает Джейс. Джонатан разворачивается, но Джейс хватает его за руку прежде, чем он успевает сбежать. — Моя футболка, — напоминает Джейс. — Куплю тебе штук двадцать. — Не катит. — Тогда сам сошью, — предлагает Джонатан. — Катит? — У тебя месяц. Но Джонатан уже спешит к выходу, стоит Джейсу отпустить его. В следующее мгновение он уже стучит в дверь Лайтвуда, переминаясь с ноги на ногу в ожидании позволения войти. И когда, наконец, получает, врывается внутрь. Прежде, чем Лайтвуд произносит его имя, он успевает нанести парочку рун, которые должны обеспечить конфиденциальность разговора, и наваливается спиной на дверь. — Сейчас кто-то ворвется? — сухо интересуется Лайтвуд. — Снова? — Нет, — развеивает его тревогу Джонатан. — Тогда как дела с нашим планом? — Отлично. Лайтвуд ждет, и Джонатан сдается. Он понятия не имеет, почему руна обещания даже не потеплела. Может, он не хочет, чтобы она жгла, может, хочет позлорадствовать, а может, просто попал под дурацкое заклинание правды. — Мы завербовали десять вампиров, но можно с легкостью увеличить количество до двадцати. Если запишутся хотя бы два фэйри — это уже будет успех. С оборотнями пока непонятно, но думаю, штук десять наберем. — Вообще-то, я говорил о... — Лайтвуд на секунду замолкает, а потом хвалит. — Спасибо. Ты добился отличного результата. Без тебя бы ничего не было. В тайне, очень глубоко внутри, Джонатан испытывает гордость. — А что насчет другого нашего плана? — невзначай спрашивает Лайтвуд. И Джонатан вновь выбит из колеи, потому как... Они о нем даже не вспоминали. Он был занят превращением жителей нижнего мира в сумеречных охотников, а перед этим — заварушкой с Королевой Благих, а еще раньше — решал вопросы с Институтом Сиэтла и... Джонатан не забыл. Он ждал. И даже не осознавал, что все это время план работал. Черт, ну и идиот же он. Лайтвуд сохраняет нейтральное выражение. — Я... немного... забыл о нем, — сбивчиво признается Джонатан и, когда Лайтвуд хмурится, поясняет: — Что говорит о том, что он на удивление прекрасно работает. Широкая улыбка озаряет лицо Лайтвуда. И, черт побери, Джонатан улыбается в ответ. Он сглатывает и меняет тему. — Это Чаша Смерти? — внезапно спрашивает он, указывая на пресс-папье. Не самая ловкая смена темы, но все же Джонатан сейчас в растрепанных чувствах. Лайтвуд вскидывает брови. — Ты ведь знаешь, что это. Здесь подпись Клэри. — Это не означает «нет». Лайтвуд откидывается на спинку стула и внимательно смотрит на Джонатана. — Присаживайся, — предлагает он. — Расскажи о том, что, как тебе кажется, ты знаешь. Джонатан срывается с места, мгновение — и вторгается в личное пространство Лайтвуда. Он взвешивает на ладони муляж Чаши Смерти, точнее то, что считает настоящей Чашей. А потом бросает ее на пол и скидывает бумаги со стола Лайтвуда. Орудия Смерти его никогда не интересовали, и уж точно не заинтересуют сейчас, когда отыскалось настоящее сокровище. Если он прав, то Лайтвуд... Джонатан закусывает губу. А потом резко садится на стол перед Лайтвудом, свешивая ноги по бокам от его коленей. — Я знаю, что в Институте полно мечей, — начинает Джонатан. — Они большие. Ты мог найти кого-то, кто вплавит Меч Души в один из них. Лайтвуд не реагирует. Джонатан осторожно оглядывает Лайтвуда прежде, чем продолжить. — Это был бы не первый раз, когда ты привлек профессионала. Ты уже обращался за помощью к Клэри, когда верно просчитал, что когда-нибудь тебе понадобятся копии Чаши Смерти. Ты мог легко найти того, кто подделает ее подпись. Это достаточно несложно. Примитивные бы даже не осознали всю важность момента. — Он наклоняется вперед. — А еще я знаю, что руны на твоем парабатай абсолютно идентичны тем, что в Серой Книге. Так что в случае необходимости ты мог подделать подпись и сам. Лайтвуд смотрит все так же отстраненно. — Я сохраню твои секреты, Лайтвуд. — Он говорит это вот так просто. Так легко. И это должно быть очевидно. Потому как он готов пойти за Лайтвудом... — В Эдом, помнишь? — спрашивает Джонатан, прижимая ладонь к груди Лайтвуда. Тот сглатывает. — Ты только что выкинул Чашу Смерти, как какой-то мусор, — замечает он, и Джонатан широко улыбается, получив подтверждение. — Подозреваю, цель этого разговора в другом? — Я рад, что ты существуешь, — честно признается Джонатан. — Это потрясающе. Лайтвуд ухмыляется, но глаза его темнеют. — Меня не интересует ни это, — Джонатан беспечно машет в сторону Чаши, — ни Меч. Ни будущее нефилимов. По правде, мне вообще не интересно ничье будущее. — Он облизывает губы, и Лайтвуд останавливается на них взглядом. — Как ты правильно определил, меня интересуют победы. Делать то, о чем другие даже не мечтают. Добиваться успеха там, где другие терпят неудачу. Создать систему, о которой будут говорить века, — Джонатан наклоняется чуть ближе. — И ты. Именно ты. Ты — больше всего. Прикрыв глаза, Лайтвуд резко втягивает воздух. — Я сейчас тебя поцелую, — предупреждает Джонатан. — Да или нет? — Да, — шепчет Лайтвуд, голос у него какой-то пьяный. И в тот же миг Джонатан хватает Лайтвуда за руки, тянет из кресла на себя. Он хочет почувствовать вес Лайтвуда, запах, тепло его губ, хочет... И Джонатан получает все. Все, о чем мечтал. И даже больше. Он стонет, царапает, ласкает и... Важно, что Лайтвуд чувствует то же, что и он. Жизненно важно. Ничего этого не было бы, если бы Лайтвуд не получал свою долю удовольствия. Происходящее чуждо Джонатану, и он волнуется, что это может стать проблемой, а потом с губ Лайтвуда срывает звук. Тихий, но такой голодный. И Джонатан забывает обо всем.

***

Их прерывает стук в дверь. Точнее, не так. Кто-то стучит в дверь, и Лайтвуд их прерывает, оставляя Джонатана жаждущим продолжения. Он прищуривает глаза, и Лайтвуд улыбается и быстро целует его в уголок губ. Лайтвуд идет к двери, — Джонатан понятия не имеет, успокоился тот или нет, — по пути выводя иратце, чтобы скрыть, чем он тут занимался. Получается так себе. — Да? — Эээ... — Похоже, девушка за дверью не ожидала увидеть Лайтвуда в таком виде. Что ж, сегодняшняя ночь породит множество фантазий. Девушка вздыхает и говорит: — Оборотни сообщили, Джонатан не появлялся. О, так вот где он должен был быть. — Понятно. Спасибо, — благодарит Лайтвуд и, закрыв дверь, оборачивается к Джонатану. — Ну и? — В мою защиту: я ведь говорил, что в первую очередь меня интересуешь ты, — поднимает руки вверх Джонатан. Лайтвуд снова хмурится. — Уже иду, — говорит Джонатан, но только потому, что в том же направлении... Он прижимает Лайтвуда к двери, и тот качает головой, не в силах скрыть улыбку. А Джонатан нагло ухмыляется и подается вперед.